Во-первых, и это наиболее очевидно, право на самопринадлежность просто отражает моральный запрет на человеческое рабство. Если сам Пятница не имеет полнейшего права на свою жизнь, если он не является единственным собственником своей личности, то один или несколько других людей, например Робинзон или банда незнакомцев, могут владеть им полностью или частично. Если же Пятница в полной мере принадлежит другому человеку или группе людей, значит, он оказался полностью порабощен. Если только «часть» Пятницы принадлежит другому человеку или группе людей, значит, он порабощен частично, и его власть над собой ограничена тем, что позволяют ему другие владельцы. Если есть что-то противоречащее тезису: «человек владеет собственной личностью и жизнью абсолютно», тогда человек не владеет в полной мере собой, и с позиции морали это отвратительно и неприемлемо. Но и практические последствия рабства, безусловно, абсурдны, если не столь же безобразны. Любое общество, допускающее рабство, создает не только немедленный дестабилизирующий классовый конфликт, но и неразрешимые административные проблемы, такие как решение вопроса, кому быть рабами, а кому – их хозяевами; сколько и кому положено рабов; как их распределять и юридически контролировать их взаимоотношения с хозяевами и т. д. Таким образом, как с точки зрения нравственности, так и исходя из логики, все прочие варианты, кроме полной собственности человека на самого себя, являются социальным безумием. Отличительные черты сознательного человека – его инстинкт самосохранения и автономия, проявляющиеся в способности полагаться на собственные силы, делать выбор, быть инициативным, трудолюбивым и предприимчивым, понимать самого себя, заботиться о приватности и суверенитете, – все это предполагает его право на самопринадлежность. Еще более раннее его достижение в области развития – базовое доверие – также предусматривает правило владения собственной жизнью. Ведь человек, знающий, что фундаментальные ценности общества, где он живет, поддерживают его право на самопринадлежность, может быть уверен: его право распоряжаться собственной жизнью будет защищено от агрессивных и давящих «захватчиков». Тем, кто ничего не знает о том, что значит распоряжаться самим собой, остается лишь жить в базовом недоверии.