Когда вы жалеете себя, вам может казаться, что вы целыми днями плачете, свернувшись в клубок, о том, как несправедливо устроен мир, или жалуетесь на то, что вам гораздо тяжелее, чем остальным. Вы же не хотите быть таким человеком. К счастью, сочувствие к себе от вас этого не требует.
Жалость к себе ограничивает нас, как будто мы заперты в собственном разуме. Сочувствие к себе позволяет увидеть, что все люди испытывают трудности.
Сострадание и жалость – совершенно разные понятия. Жалость подразумевает снисходительное отношение и пассивное сочувствие. Сострадание же говорит: «Мы все там были». Жалость разделяет, а сострадание связывает. С нами происходит то же самое. Жалость к себе изолирует нас, когда мы говорим себе: «Бедный я» или «Почему только мне приходится с этим сталкиваться?» Самосострадание напоминает, что каждому человеку временами бывает трудно. Вместо того чтобы обижаться на то, что мы считаем своим уникально тяжелым бременем, общность человеческого опыта и переживаний напоминает, что у других людей похожие ноши. Это помогает выбраться из кроличьей норы размышлений на тему «Почему я?» Аспект осознанного сочувствия к себе помогает разорвать цикл бесконечных размышлений, которые заставляют себя жалеть. Он позволяет нам отстраниться от повторяющихся негативных мыслей и чувств, которые только усугубляют эмоциональное выгорание. Когда мы делаем паузу для нескольких вдохов и выдохов и признания своей боли («Это действительно тяжело»), не теряясь в ней («Моя жизнь кончена»), то смотрим на ситуацию шире и не катастрофизируем ситуацию.
Сочувствие к себе – это доброта, направленная на себя, но на самом деле оно уменьшает зацикленность на собственных проблемах. Исследования показывают, что люди, сострадающие себе, реже размышляют и реже чувствуют себя изолированными из-за своих трудностей. Сострадать себе не значит увязнуть в боли. Когда вы понимаете, что являетесь частью большего целого, и открываете свое сердце для общего опыта человеческих страданий, вы с меньшей вероятностью будете играть главную роль в своей собственной мыльной опере.