Полчаса спустя Лоусон уже был на пути в Сити. Имя, произнесенное миссис Трембли, немало удивило его, так как Боллард был последним человеком, от которого он это ожидал. У Джози было свое мнение по этому поводу, у Дика свое, и надо заметить, что они не стали обмениваться мнениями.

– Прежде чем я выскажу тебе, что я думаю, Дикки, съезди к мистеру Болларду и расспроси его, – заявила Джозефина в своей обычной грубоватой манере.

– Он может отказаться отвечать на мои вопросы, – предупредил ее Лоусон.

– Едва ли, учитывая положение, в котором он оказался из-за такого странного поступка, мой дорогой. Согласен?

– Я последую твоему совету, Джози, и отвечу тебе после того, как увижусь с мистером Боллардом, – задумчиво кивнул Ричард. – У него точно была какая-то веская причина прислать эти деньги.

– Он прислал их как подкуп, – заявила миссис Трембли, готовясь уйти. – Если бы это было не так, у него не было бы еобходимости держать это в секрете.

– Я не вполне в этом уверен, – сухо возразил Лоусон. – В любом случае у каждого из нас свое мнение. Не будем больше об этом пока.

– Вообще-то ты сам завел этот разговор. До встречи, мой дорогой, – сказала Джозефина и направилась к двери, но потом вдруг остановилась и усмехнулась. – К слову, в мою сеть попалась еще одна добыча.

Дик уставился на нее.

– Рэндольф?

– Ха! – только и сказала миссис Трембли и, подмигнув ему, исчезла.

Мысленно упрекая леди в том, что она рассказала ровно столько, сколько было необходимо, чтобы заинтриговать его, Лоусон переоделся. Сняв костюм для верховой езды, он надел повседневную одежду и вышел на улицу ловить такси.

Пока машина мчалась в сторону Людгейта, пытаясь объехать затор, Дик обдумывал открытие Джози. Несмотря на сомнения, которые он выразил миссис Трембли, он был вполне уверен, что Боллард сознается. А еще он не сомневался, что причина, которую назовет Оливер, будет той самой, которая пришла в голову самому Ричарду, как только он услышал это имя. Тем не менее гадать, что биржевой маклер скажет или не скажет, было бесполезно, потому что все и так должно было выясниться в ближайшие полчаса. Поэтому Лоусон больше размышлял о своей встрече с Рэндольфом, чем о предстоящем разговоре, и удивлялся, почему этот человек столь настойчиво искал встречи с ним. Только подойдя к невзрачной конторе Болларда, Дик вспомнил о своей задаче. Объемистая пачка банкнот, которую Джози отдала ему обратно и которая теперь лежала в его нагрудном кармане, мгновенно вернула его к реальности.

– Снова ты, малыш Лоусон! – прогремел маклер, приказав немедленно провести гостя к нему в кабинет. – Что на этот раз?

– Я пришел сказать вам, что дела у Тарра идут отлично, все складывается просто превосходно, – сказал Дик, не спеша пускаться в объяснения.

Боллард пожал своими огромными плечами.

– Я вижу, ты очень спешил ко мне. Это лишнее, могу тебя уверить, малыш Лоусон. Тарр приходил несколько дней назад поблагодарить меня за такую отличную рекомендацию. Не хочешь сигару?

– Я предпочитаю сигареты. Спасибо! – Дик взял сигарету из коробки и закурил. – А еще…

– Да? Я так и думал, что будет какое-то «еще», – холодно усмехнулся Оливер. – Правда, обычно это бывает «но». Ну, зачем же ты на самом деле пришел ко мне?

– Я хотел бы вернуть вот это. – Лоусон вытащил сверток с деньгами и положил его на письменный стол.

– Деньги! – Боллард поднял брови от изумления, хотя напуганным он не выглядел. – И?..

– Вы хотели как лучше, но мне не нужны ваши взятки.

– Взятки? – Лицо маклера помрачнело, и его голос стал тверже. – Что ты имеешь в виду, мистер Лоусон?

– О, я думаю, вы догадываетесь! – заявил Дик сухим тоном, хотя и не враждебно. – Но я не понимаю, зачем было отправлять пятьсот фунтов анонимно.

Боллард отказывался что-либо понимать.

– Ты бы мог выразиться яснее, – проворчал он.

– Я бы хотел объяснений с вашей стороны, – вежливо сказал Ричард.

– Мне нечего объяснять, – последовал уже более грубый ответ.

– Хм, а я думаю, есть что. Небольшое оскорбление в мою сторону, а?

– Не вижу никакого оскорбления.

– Ага! – Дик ухватился за это упущение. – Значит, вы знаете, о чем идет речь?

Но Боллард снова отказался что-либо разъяснять.

– Почему ты думаешь, что это я прислал тебе пятьсот фунтов? – спросил он еще более резко.

– Я не думаю, я знаю, – ответил Дик и рассказал о визите Джози в банк и об отслеживании банкнот по их номерам.

– Очень умно со стороны твоей подруги, – хладнокровно сказал Боллард. – Она преуспеет в своей профессии. Ну и?..

– Я хочу услышать, что вы на это скажете.

– Ты это уже говорил. – Оливер откинулся на стуле и зацепился большими пальцами за петли своего белого жилета. – Давай расставим все по местам. Ты говоришь – опираясь на показания миссис Трембли, – что я прислал тебе эти деньги. Но зачем мне это?

– Вот это я и назвал оскорблением. Мне не нужны взятки, чтобы хранить молчание.

– Молчание по поводу чего? – спросил великан, упрямо не желая ничего объяснять.

– По поводу визита мисс Хэмбер на поляну той ночью, когда ее мачеха была убита. Ну же, мистер Боллард, я уже давно догадался по вашему поведению и отношению ко мне, что она все вам рассказала.

– Я помог тебе найти место у Тарра из уважения к твоему отцу, который был моим дорогим другом, – неожиданно сменил тему Боллард.

– Это вы уже говорили! – Дик поразился, почему его собеседник так упрямо не желает признаваться.

– Да. И я говорил, что пытался помочь тебе найти место управляющего у леди Хэмбер, прежде чем ее убили.

– Да, так и было. Я беру назад свой намек на взятку, хотя это все равно было бесполезно – присылать мне эти деньги.

Неожиданно суровость Болларда исчезла – теперь он выглядел старым и уставшим.

– Я хотел помочь тебе, малыш Лоусон, – наклонился он к собеседнику.

– Вы уже сделали это, и я вам очень благодарен.

– Мне не нужна благодарность. То, что ты сделал для Одри, стоит гораздо большего, чем работа у Тарра и эти деньги. – Оливер бросил взгляд на банкноты.

– О! – Дик вздохнул с облегчением, радуясь, что они, наконец, пришли к взаимопониманию. – Так вы знаете о ее походе на ту поляну?

– Да. Ты оказался достаточно умен, чтобы догадаться, что мне это известно.

– О, естественно, я догадался. Я знал, что мисс Хэмбер обратится к вам за помощью в ее новой беде.

– Новой беде? – Боллард посмотрел на гостя взволнованным взглядом.

– Да. В ту ночь она попала на поляну, потому что шла к вам, на Сарлейскую ферму, за помощью. Что у нее была за беда тогда, я не знаю. Но смерть ее мачехи в лесу – это еще одна беда.

Оливер кивнул.

– Обе эти беды на самом деле – одна, – сказал он, тяжело вздохнув.

– Значит, вы знаете, почему леди Хэмбер была убита? – ошеломленно пробормотал Дик.

– Нет, я не знаю, – упрямо возразил биржевой маклер.

– Тогда откуда вы знаете, что это одна беда, а не две?

– Дело было так. Одри поссорилась со своей мачехой, которая была самой невыносимой и деспотичной женщиной, и поэтому, не раздумывая, ушла ко мне. Леди Хэмбер, боясь того, что могло случиться, начни я защищать племянницу от нее, последовала за ней, чтобы остановить ее. Таким образом, из одной беды получилась другая. Понимаешь?

– Да! – кивнул Дик. – А из-за чего была ссора?

Боллард заколебался.

– Ты знаешь уже так много, что я могу рассказать тебе все до конца, тем более что ты помог моей племяннице. Леди Хэмбер хотела, чтобы она вышла замуж за Артура Рэндольфа.

– О! – Дик содрогнулся. Его передернуло от мысли, что Одри может стать женой такого никчемного человека.

Биржевой маклер угадал ход его мыслей.

– Тебе не стоит переживать, малыш Лоусон, – сказал он тихо. – Одри не любит его, и именно из-за того, что она отказала ему, и произошла ссора. Она достигла таких масштабов, что моя племянница – всегда такая импульсивная – решила тут же бежать ко мне, чтобы я вмешался. Теперь ты понимаешь, почему она бродила по лесу в таком неподобающем наряде.

– И леди Хэмбер последовала за ней?

– Видимо, да, учитывая, что ты нашел ее тело в своей повозке, но… – в голосе Болларда зазвучала вопросительная нотка, – …каким образом Селвин мог найти его на тропинке?

– Я положил его туда, чтобы избежать подозрений, – быстро объяснил Лоусон. – Вы же понимаете, в каком затруднительном положении я оказался.

– Да. Очень умно с твоей стороны было так поступить, – одобрительно кивнул его собеседник. – И ты можешь догадаться, что леди Хэмбер последовала за падчерицей, чтобы не дать ей втянуть в это меня. Леди Хэмбер, – завершил он рассказ, – смертельно боялась меня, поскольку знала, что я не одобряю все ее поступки.

– Точно. Я понимаю. И это она отвязала мою лошадь, несомненно.

– Так думает Одри, и мне тоже так кажется. Леди Хэмбер пошла за Одри сразу, как только Рэндольф и дворецкий ушли из гостиной, и, вне всяких сомнений, подслушала ваш разговор о вывихнутой лодыжке. Понимая, что моя племянница не сможет дойти пешком до Сарлейской фермы, она – леди Хэмбер то есть, – должно быть, отвязала лошадь, чтобы не дать Одри добраться до меня.

– Ясно как день, – кивнул Дик и добавил с тревогой: – Но что же произошло, когда я искал лошадь?

Боллард снова помедлил с ответом.

– Пусть моя племянница сама объяснит все это, – решил он. – Видишь ли, малыш Лоусон, она взяла с меня обещание ничего не рассказывать, и лишь то, что ты обнаружил, что деньги отправил я, заставило меня нарушить обещание. Ты же понимаешь, что я бы предпочел вообще ничего не говорить.

– Да, понимаю, мистер Боллард. Но не могу понять, почему надо что-то скрывать от меня, учитывая, что я прикрыл вашу племянницу. А еще не понимаю, почему мисс Хэмбер отказалась увидеться со мной и объяснить мне все, прежде чем уехать на континент со своим братом.

– Она была слаба и очень расстроена, – объяснил Оливер, – и не могла заставить себя рассказать тебе еще раз то, что уже рассказала мне.

– То, что она вам рассказала, проливает свет на эту загадку?

– Это не дает ни имени убийцы, ни причины, по которой леди Хэмбер была убита, – признался Боллард. – Несмотря на произошедшее, моя племянница в таком же неведении, как и мы с тобой.

– Тогда почему она отказалась со мной встретиться? – продолжал настаивать на своем Лоусон, терзаемый сомнениями.

– Я уже сказал тебе все, что мог. Кто может объяснить все причуды женской натуры? В любом случае ее отъезд без объяснений показывает, что она полностью доверяет тебе.

– Я думал, что она прикрывает кого-то.

– Кого же она могла прикрывать?

– Брата.

– Ха! – громко расхохотался Оливер. – Джеральд все это время был в кровати, у него очень слабые нервы. Бедняга частично потерял память из-за аварии. А Одри никого не прикрывала. Но пусть она сама тебе все объяснит. А пока, раз ты не позволяешь мне побыть твоим спонсором, могу я помочь тебе чем-то еще?

– Вы уже помогли мне, и я очень благодарен.

– Но я хочу сделать для тебя что-нибудь, чтобы выказать свою благодарность, – продолжил настаивать Боллард.

Лоусон, к тому времени уже собравшийся уходить, остановился у двери и повернулся.

– Когда придет время и эта тайна будет разгадана, вы сможете кое-что мне подарить, – сказал он.

– С превеликим удовольствием, – ответил маклер. – И что же?

– Руку вашей племянницы, – быстро проговорил Дик и исчез.