Теперь у Люсиана дел было невпроворот. Рода, рыжеволосая служанка миссис Бенсусан, сбежала, потому что чего-то боялась, но чего именно, в своей записке не объяснила. Необходимо было ее отыскать и заставить рассказать все, что знает о заговоре и убийстве. А миссис Клир, которой не заплатили за молчание, рассказала о замыслах и преступлениях Ферручи, открыв злодейство такого масштаба, к которому ни Диана, ни Люсиан не были готовы. Теперь нужно было разыскать графа и привлечь к ответственности за его делишки, сообщить Лидии, что ее муж находится в лечебнице, а самого Врэйна в законном порядке освободить оттуда. Но как – даже с помощью Дианы – разобраться со всеми этими делами, Люсиан не знал.

– Может быть, обратимся к мистеру Линку? – предложила Диана, после того как миссис Клир ушла, рассказав обо всех темных делах, в которых была замешана. – Он может снова взять дело в свои руки.

– Без сомнения, – сухо ответил Дензил. – Но мне не очень хочется передавать ему дело, после того как он дважды отказался от него. Опять же, если я вызову полицию, то с Лидией и графом все будет кончено, их арестуют и накажут.

– За убийство мистера Клира?

– Возможно, если удастся доказать, что эта парочка имеет отношение к убийству, но совершенно точно – за заговор для того, чтобы получить страховку за мнимую смерть вашего отца.

– Хорошо, – холодно согласилась Диана. – Почему же они не должны получить вознаграждение за свои дела?

– Должны. Вопрос только в том, нужен ли вам скандал?

Диана промолчала. Раньше она никогда не задумывалась о происходящем с этой точки зрения. Люсиан был прав. Если полиция снова возьмется за дело, Лидию и ее сообщника, без сомнения, арестуют, но вся грязная история окажется на страницах газет.

Диана же была гордой женщиной, и подобная публичность ее пугала. Лучше не доводить дело до таких крайностей. Если Лидия вернет страховые деньги, она окажется в том же положении, что была раньше, и, сбежав, может спастись от гнева обманутой страховой компании. В конце концов, она была женой Врэйна, и хоть Диана не любила ее, она не хотела, чтобы женщина, которая так тесно связана с ее отцом, оказалась в тюрьме. И не ради нее самой, а ради имени, которое она столь недостойно носила.

– Я оставляю это на ваше усмотрение, – махнула Диана Люсиану, который пристально смотрел на нее, ожидая ответа.

– Очень хорошо, – ответил Дензил. – Тогда, думаю, лучше всего сначала увидеться с Ферручи и выслушать его признание, а потом обратиться к миссис Врэйн и подсказать ей, что нужно говорить. А потом…

– Хорошо, – с любопытством спросила Диана, – что потом?

– Буду действовать по обстоятельствам. Тем временем, чтобы не порочить ваше имя, лучше уладить этот вопрос как можно тише.

– Миссис Клир может проболтаться.

– Миссис Клир не станет болтать, – мрачно пробормотал Дензил. – Она будет молчать для собственной пользы. И поскольку Рода сбежала с Джерси-стрит, то с этой стороны нам тоже никакой опасности не грозит. Но все же сначала я хочу увидеть Лидию и графа, разобраться во всех хитросплетениях этого заговора… Потом я направлю полицию по следу Роды, и ее могут задержать, чтобы она дала показания относительно этого убийства.

– Вы и в самом деле думаете, что она что-то знает?

– Думаю, Рода знает все, – уверенно объявил Люсиан. – Именно поэтому она и сбежала. Если мы найдем ее и заставим говорить, нам, возможно, удастся арестовать Рента.

– Почему именно Рента? – спросила Диана.

– Вы забыли, что рассказала миссис Клир? Я согласен с ней в том, что убийца, скорее всего, Рент, только мы пока не можем этого доказать.

– Но кто такой этой Рент?

– О! – задумчиво протянул Люсиан. – Вот это я и хочу выяснить.

В результате этого разговора Дензил на следующее утро отправился в апартаменты Ферручи на Маркиз-стрит. Он сообщил слуге, что хотел бы увидеться с графом.

Сначала итальянец, все еще валявшийся в кровати – он был из тех, кто встает поздно, – не чувствовал никакой склонности беседовать с кем-то в такой час, однако, поразмыслив, все же приказал проводить Люсиана в гостиную и вскоре появился, закутанный в халат. С наигранной улыбкой он кивком приветствовал молодого адвоката, но, чувствуя, что Люсиан явился с неприятным делом, руки ему не подал. С первой встречи эти двое относились с опаской друг к другу.

– Доброе утро, сэр, – приветствовал гостя Ферручи на великолепном английском. – Могу я узнать, почему вы так рано вытащили меня из постели?

– Я пришел, чтобы рассказать вам одну историю.

– О моем друге докторе Джорсе и о том, что я был с ним той ночью? – усмехнулся граф.

– Частично об этом, а отчасти об одной известной вам даме…

Ферручи нахмурился:

– Вы говорите о миссис Врэйн?

– Нет, – равнодушно отрезал Люсиан. – Я говорю о миссис Клир.

При упоминании этого имени, которое он совершенно не ожидал услышать от своего гостя, итальянец, несмотря на свою сдержанность и хитрость, не смог скрыть волнения.

– Миссис Клир? – повторил он. – Да. Так что вы знаете о миссис Клир?

– Только то, что сообщил мне доктор Джорс.

Морщины на лбу Ферручи разгладились.

– Тогда вы знаете, что я оплачиваю содержание ее несчастного мужа в лечебнице моего друга, – спокойно проговорил. – Исключительно ради нее.

– Скорее, эта хитрость нужна вам самому.

– Хитрость? Странное слово применительно к моей доброте, – холодно заметил граф.

– Но оно подходит лучше всего, – ответил Люсиан, которому начинал надоедать этот словесный поединок. – Бесполезно ходить вокруг да около, граф. Я знаю, что человек, которого вы засадили в лечебницу, не Клир, а Марк Врэйн.

– Ла-ла-ла!.. Вы несете какой-то вздор! Мистер Врэйн мертв, и его похоронили.

– Он жив, – решительно ответил Люсиан. – А человека, которого похоронили, зовут Майкл Клир. Это муж женщины, которая мне все рассказала.

Ферручи, который до этого нетерпеливо расхаживал взад-вперед по комнате, резко остановился и рассмеялся.

– Все это очень забавно, – сказал он, борясь с эмоциями, которые не мог скрыть, даже несмотря на свое самообладание. – Миссис Клир рассказала все, так? Что она рассказала вам, мой друг?

– Собственно, я и пришел за тем, чтобы поведать вам эту занимательную историю, – резко ответил Люсиан.

– Очень хорошо, – ответил Ферручи, пожав плечами. – Я весь внимание. – И, нахмурившись, сел в кресло рядом с Люсианом. Очевидно, он понимал, что попался, поскольку все время боролся с дрожью в голосе и руках.

Граф Ферручи не был трусом, но, неожиданно оказавшись лицом к лицу с опасностью, должен был чувствовать неуверенность и возбуждение. Кроме того, он плохо знал английские законы и не знал, какое наказание грозит за его преступления. Тем не менее он не сдался сразу, а, видимо, в надежде найти путь спасения из той безвыходной ситуации, в которой оказался, согласился выслушать Люсиана.

– На днях я побывал в лечебнице доктора Джорса, – медленно начал Люсиан свой рассказ. – И там обнаружил, что ваш друг Клир – вовсе не Майкл Клир, а Марк Врэйн. Еще я узнал, что упрятали его в сумасшедший дом вы и миссис Клир. Джорс дал мне ее адрес в Бейсуотере, но когда я отправился туда, выяснилось, что она давно съехала. Тогда я разместил объявления во всех газетах, попросив ее обратиться ко мне, чтобы не усугублять свое положение. Оказалось, что миссис Клир регулярно просматривает газеты в поисках сообщений от вас или вашего друга – мистера Рента, так что она сразу увидела объявление и откликнулась на него.

– Минуточку, мистер Дензил, – вежливо вставил Ферручи. – Я не знаю никакого мистера Рента, у меня нет таких друзей.

– Поговорим об этом чуть позже, – пожав плечами, ответил Люсиан. – А я пока продолжу рассказ, который, как вижу, вас сильно заинтересовал. Так вот, граф, Майкл Клир был актером, сильно похожим на мистера Врэйна, кроме шрама на щеке. Раньше Врэйн всегда ходил чисто выбритым, хотя теперь он носит длинную белую бороду. У Клира были усы, но когда он сбрил их, то стал еще больше похож на Врэйна. Преследуя собственные цели, вы свели знакомство с этим человеком, мотом и пьяницей, и предложили его жене определенную сумму за то, что Майкл Клир станет жить на Женева-сквер в Безмолвном доме под именем Бервин. Вы отлично знали, что Клир умирает от чахотки и пьянства, так что предположили, что если он умрет как мистер Врэйн, то миссис Врэйн – я уверен, она тоже участвовала в этом заговоре, – опознает труп своего мужа. А когда мистера Клира захоронят как Врэйна, она получит деньги по страховке и выйдет за вас замуж.

– Хитро, – ухмыльнулся граф. – Но правда ли это?

– Вам виднее, – холодно заметил Люсиан. – Однако Майкл Клир, живущий под именем Марка Бервина, никак не умирал, и тогда его убили по вашему приказу. После этого миссис Врэйн опознала тело, Клира похоронили как ее мужа, и она получила страховку. Все, что вам остается для полного успешного завершения плана, так это жениться на миссис Врэйн. И, как поведал мне на днях мистер Клайн, дело уже на мази.

– Вы думаете, мистер Клайн позволит человеку, который организовал все это, жениться на его дочери? – поинтересовался Ферручи, который теперь стал очень бледен.

– Думаю, отец Лидии ничего об этом не знает, – ответил Люсиан. – Вы и миссис Врэйн составили этот чудный план сами, не посвящая старика. Мистер Врэйн сам рассказал мне, как вы выманили его из Солсбери и отвезли к миссис Клир в Бейсуотер, где он какое-то время жил как ее муж, хотя она признается, что держала его как заключенного, под замком.

– Но это неправда, – воскликнул Ферручи, пытаясь выдавить из себя смех. – Дурацкая история! Как мужчина против своего собственного желания может изображать мужа какой-то незнакомой ему женщины?

– Нормальный – нет. Но вы, граф, лучше, чем кто-либо другой, знали, что Врэйн не слишком нормален, к тому же вы постоянно давали ему наркотики, а миссис Клир запирала его в доме… Вот так все и было до тех пор, пока вы не сдали его в лечебницу. Врэйн был марионеткой в ваших руках. Вы загнали его в сумасшедший дом через две недели после того, как человек, игравший его роль, был убит. Вы собирались жениться на миссис Врэйн и держать несчастного в сумасшедшем доме до конца его дней.

– Сумасшедший дом – лучшее место для безумца, – ответил Ферручи.

– А! – воскликнул Люсиан. – Значит, вы признаете, что считали Врэйна безумным?

– Ничего я не признаю. Даже то, что мистер Врэйн жив, – вывернулся итальянец. – А как вышло, что у убитого шрам на щеке? Конечно, он мог походить на Врэйна, но не настолько сильно.

– Миссис Клир мне все объяснила, – быстро ответил Люсиан. – Вы сделали этот шрам, граф, при помощи купороса или какого-то похожего вещества. Оказывается, вы весьма сведущи в химии.

– Ничего подобного, – огрызнулся граф Ферручи.

– Во Флоренции мистер Джорс узнал о вас многое.

– Во Флоренции? Джорс наводил там справки обо мне? – встревожился граф.

– Да. И услышал много странного. Хватит притворяться, у вас не получится дальше скрывать все это. Джорс сможет доказать, что это вы поместили Врэйна в его лечебницу как Клира. Мисс Врэйн может доказать, что этот Клир на самом деле ее отец, и она непременно обратится в полицию. Так что ваш заговор провалился, все кончено, граф.

Ферручи вскочил со своего места и начал нервно расхаживать по комнате. Он выглядел измученным и бледным; кроме того, постарел буквально на глазах. Видимо, он понял, что и в самом деле попал в ловушку и ему остается только бежать. Но как бежать? Неожиданно он остановился напротив Люсиана и спросил у него хриплым голосом:

– И что вы собираетесь делать?

– Арестовать вас и миссис Врэйн, – ответил Дензил, надеясь вынудить Ферручи защищаться и тем самым признаться в своих преступлениях.

– Миссис Врэйн невиновна. Она ничего не знает о заговоре, как вы это называете. Я сам все это спланировал.

– Так вы признаете, что так называемый Врэйн был на самом деле Майклом Клиром?

– Да… Я заставил его сыграть роль Марка Врэйна, чтобы с гарантией получить деньги, когда женюсь на Лидии. Я выбрал Клира, потому что он был похож на Врэйна. Да, это я сделал шрам у него на щеке и надеялся, что он скоро умрет, так как был чахоточным.

– А потом вы убили его?

– Нет! Нет! Клянусь, я его не убивал!

– Разве не вы похитили стилет из поместья Бервин?

– Нет! Я его не брал! Говорю вам правду! Я не знаю, кто убил Клира.

– Разве вы не заезжали в гости к мистеру Ренту на Джерси-стрит?

– Да. И именно меня Рода видела на заднем дворе. Я ждал миссис Клир, собираясь отвезти ее в Хэмпстед, и решил перелезть через забор, чтобы повидаться с Клиром. Но девчонка заметила меня, и мне пришлось убежать и присоединиться к миссис Клир по дороге. Тогда я не знал, что это Рода меня видела. Потом мы с миссис Клир поехали прямо в Хэмпстед. Доктор Джорс может это подтвердить.

– Это вы купили плащ?

– Я. Та девушка в «Бакстер и К°» солгала по моей просьбе. Миссис Врэйн предупредила меня, что вы задавали вопросы о плаще. Я зашел в магазин и объяснил продавщице, что вы – ревнивый муж, а потом заплатил ей, чтобы она сказала, что это не я купил тот злосчастный плащ. Она так и сделала, но знай она о настоящей причине ваших расспросов, она не отрицала бы, что продала плащ мне.

– А зачем вы вообще покупали этот плащ? – поинтересовался Люсиан, удовлетворенный этим объяснением.

– Я купил его для мистера Рента. Тот попросил, чтобы я купил плащ, но я не знал, что он собирается с ним делать. Было несколько дней до Рождества, и я решил, что он хочет подарить его миссис Клир, а потом он передарил плащ этой девчонке Роде. Но я не уверен…

– Кто такой этот Рент? – спросил Дензил, оставив напоследок самый главный вопрос.

– Рент? – переспросил Ферручи, улыбаясь глумливой улыбкой. – А! Вы желаете знать, кто такой мистер Рент? Хорошо, подождите несколько минут, и я принесу кое-что, чтобы вы поняли.

Поклонившись Люсиану, он удалился в спальню, оставив удивленного молодого адвоката одного. Сначала Люсиан подумал, что Ферручи и сам мог оказаться Рентом, а в спальню отправился, чтобы приклеить бороду, надеть парик и нанести грим. Но вскоре граф вернулся, причем в своем прежнем облике, только в руках у него была маленькая бутылочка.

– Мистер Дензил, я вел опасную игру и благодаря предательству женщины проиграл, – объявил он с кривой улыбкой. – Я надеялся получить двадцать тысяч фунтов и очаровательную супругу, но в итоге получил бесчестие и, скорее всего, тюремный срок. Но у меня благородное происхождение, и я не переживу такой позор. Вы хотите узнать, кто такой Рент… Так вот, вы этого никогда не узнаете.

На глазах окаменевшего от ужаса Люсиана граф поднес бутылочку к губам. А через мгновение мертвый Эркюль Ферручи лежал на полу.