Когда Диана объявила, что ее отец все еще жив, Люсиан в изумлении инстинктивно отодвинулся от нее, поскольку, несмотря на все невероятные вещи, которые говорились про это невероятное дело, слова девушки прозвучали дико. До настоящего времени он был убежден, что человек, которого убили в доме на Женева-сквер, – Марк Врэйн. Поэтому в первый миг он решил, что у Дианы помутился рассудок, если она отрицает столь явный факт.

– Но это невозможно, – пробормотал молодой адвокат, покачав головой. – Совершенно невозможно. Миссис Врэйн опознала труп, а также другие люди, которые хорошо его знали.

– Что касается миссис Врэйн, – высокопарно заявила Диана, – я не сомневаюсь, что она солгала в своих интересах. Возможно, убитый внешне походил на отца, но…

– У него на щеке была отметина, – прервал Люсиан, раздраженный этой упорной убежденностью в преступности Лидии.

– Я хорошо помню эту отметину, – ответила мисс Врэйн. – Мой отец получил ее во время поединка, который затеял в юности с одним из студентов в немецком университете. Но отсутствие пальца… – она покачала головой.

– Он мог лишиться пальца, пока вы находились в Австралии, – предположил адвокат.

– Мог, – с сомнением протянула Диана. – Но это маловероятно. Что касается других, то они, скорее всего, опознали отца, глядя на его лицо и шрам. И все же я не верю, что убитый был моим отцом.

– Если так, то почему миссис Врэйн признала в нем своего мужа?

– Почему? Да потому, что хотела получить деньги по страховке.

– А может, то, что покойный так походил на вашего отца, и ее ввело в заблуждение?

– Но кто мог подстроить подобное? Мой дорогой Люсиан, я не удивлюсь, если выяснится, что, помимо убийства, здесь был заговор. Мой отец бежал из дома, и Лидия не могла найти его. В это я охотно верю. Так как она не могла доказать его смерть, то не могла получить деньги по страховке. В итоге что она сделала?

– Не могу даже предположить, – протянул Люсиан, с беспокойством слушая теорию Дианы.

– Она нашла человека, который внешне напоминал моего отца, и уговорила его сыграть роль отшельника на Женева-сквер. Она выбрала человека больного, пьющего, надеясь, что он скоро умрет, а после похорон она получит деньги, которые хотела получить от Марка Врэйна. Когда вы рассказали мне о том, что тот человек кашлял и пил, я подумала, что это очень странно. У моего отца никогда не было чахотки. И никогда он не баловался спиртным. Теперь же я начинаю понимать, в чем тут дело. Этот мертвец был марионеткой Лидии.

– Пусть даже так, хотя лично я сомневаюсь в этом, Диана, но зачем же было убивать этого человека?

– Зачем? – в отчаянии воскликнула Диана. – Он никак не умирал, несмотря на все старания этой женщины. Она сама не убивала его, если принять во внимание ее алиби, но наверняка использовала Ферручи.

– Вы забыли, что синьор Ферручи тоже доказал свое алиби.

– Сомневаюсь, – презрительно повторила мисс Врэйн. – Вы не выяснили всех подробностей у доктора Джорса. Поедете в Лондон, Люсиан, непременно навестите его в Хэмпстеде. Выясните, точно ли граф Ферручи был у него дома в восемь часов в сочельник. Только тогда я поверю в невиновность этого итальянца. А до того буду считать его креатурой Лидии и ее инструментом.

– Джорс заявил, что Ферручи был с ним в доме, когда произошло убийство.

– И вы верите этому? Возможно, Ферручи подговорил доктора солгать. Просто допустим, что граф бывал в доме на Джерси-стрит… Тогда он знал, что должно случиться той ночью. Возможно, они наняли третьего человека, чтобы совершить преступление. Так или иначе, а он и Лидия причастны к этому преступлению.

– Должен огорчить вас, Диана, это невозможно, – заверил Люсиан, понимая, что тщетно пытается бороться с ее уверенностью. – Такой заговор возможен лишь в романах, но не в реальной жизни.

– В реальной жизни случаются вещи много фантастичнее, чем может породить воспаленное воображение любого романиста, – воскликнула Диана, подхватив его слова. – Вот наш разговор. Он начался с признания в любви, а заканчивается обсуждением убийства. Но говорю вам, Люсиан, если вы любите меня и хотите, чтобы я вышла за вас замуж, вы должны выяснить правду. Надо узнать, в самом ли деле этот мертвец – мой отец. Но после того, что вы рассказали мне об отсутствии пальца, я думаю, что это не он. Когда вы выследите убийцу, то обнаружите, что это – Ферручи. А потом убедитесь, что ко всем этим злодеяниям имеет отношение и сама Лидия. Сделаете это – и я ваша. Откажетесь – и я никогда не выйду за вас замуж.

– Вы поставили передо мной трудную задачу, – со вздохом произнес Люсиан. – Даже не знаю, с какой стороны к ней подступиться.

– Сделайте так, как я вам скажу, – распорядилась Диана. – Отправляйтесь в Лондон и напечатайте в газетах объявление. Пообещайте вознаграждение тому, кто укажет местонахождение моего отца. Он среднего роста, седой, чисто бреется, и на щеке у него шрам…

– Вы описываете мертвеца, Диана.

– Только все пальцы у него на месте, – продолжала Диана, словно и вовсе не слышала его. – Если мой отец, испугавшись Лидии, пустился в бега, то он непременно отзовется, свяжется с вами или со мной, если увидит это объявление.

– Но он наверняка читал об убийстве в газетах, если, конечно, и в самом деле жив, – у Люсиана голова шла кругом.

– Мой отец бывает порой труслив. Может, прочитав такую заметку, он побоялся и нос высунуть из той щели, в которую забился. Но если вы напишете, что его дочь находится в Англии, он попытается увидеться со мной, поскольку знает, что со мной будет в безопасности. Также всенепременно обратитесь к доктору Джорсу и выясните правду о синьоре Ферручи.

– А затем?

– Когда вы сделаете и то и другое, посмотрим, что из этого выйдет. Обещайте мне сделать все то, о чем я вас просила.

– Обещаю, – объявил Люсиан, взяв девушку за руку. – Но вы посылаете меня искать ветра в поле.

– Все может быть, Люсиан, но мое сердце… предчувствие… или, скажем, инстинкт, называйте как хотите, говорит мне, что эта попытка увенчается успехом. Однако независимо от результата сообщите мне о нем. А теперь пора возвращаться в дом.

– Мы сообщим мисс Барбар о… – робко начал Дензил.

– Нет. И вы никому ничего не станете рассказывать, пока мы не узнаем всю правду об этом заговоре. Когда же все закончится, Люсиан, и вы убедитесь, что мой отец жив, мы сыграем свадьбу.

– Я сильно сомневаюсь.

– А я уверена, – ответила Диана и, взяв возлюбленного под руку, пошла с ним к дому. Это было очень странное ухаживание.

Мисс Барбар уже ждала их, словно собиралась поздравить. По крайней мере, так предполагал Люсиан. Но Диана напустила на себя такой строгий вид, а Люсиан выглядел таким озабоченным, что мисс Барбар воздержалась от вопросов.

Позже любопытство все же взяло верх над боязнью обидеть воспитанницу, и она спросила у девушки, говорил ли с ней Дензил.

– Да, – ответила Диана. – Он сделал мне предложение.

– И вы отказали? – в тревоге воскликнула старушка. Она ведь ожидала, что молодой адвокат не потерпит фиаско.

– Нет, я не отказала ему.

– Значит, вы согласились, моя дорогая?

– Я сказала достаточно, – осторожно ответила Диана. – Пожалуйста, не расспрашивайте меня, мисс Барбар. Я и Люсиан отлично понимаем друг друга.

«Она назвала его по имени, и это хорошо, – подумала мудрая старая дама. – Но не хочет говорить о своем счастье, а это плохо».

А потом мисс Барбар разными лукавыми способами попыталась выяснить, что не дает возлюбленным соединиться. Но хоть старая женщина и умела ловко задавать вопросы, Диана всякий раз отвечала уклончиво, избегая всех подводных камней, так что мисс Барбар не узнала более того, что пожелала сообщить ее воспитанница. Однако еще больше озадачило ее то, что Люсиан на следующий день уехал в Лондон. Выглядел он печальным и не дал своей советчице никакого внятного объяснения. Так что мисс Барбар так и осталась в полном недоумении, не понимая, успехом или неудачей закончилось сватовство Люсиана и будет ли свадьба, на которую она так надеялась.

Так закончилось посещение Дензилом поместья Бервин.

Тем временем Люсиан с тяжелым сердцем вернулся в Лондон. Он так и не понял, как толком подступиться к задаче, которую поставила перед ним Диана. Сначала он хотел поступить точно так, как обещал мисс Врэйн, – дать объявление в газетах. Но потом отверг этот путь, так как если Врэйн и в самом деле жив, то если он не появился после ложного известия о своей смерти, то наверняка не явится и в ответ на объявление, которое может быть ловушкой.

Тогда Люсиан задумался о том, возможно ли вскрыть могилу, чтобы Диана наконец выяснила, лежит ли там ее отец или другой человек. Но это также было нереально, ведь тело уже находилось в таком состоянии, что опознать его было бы невозможно. Поэтому выкапывать несчастного мертвеца второй раз не имело никакого смысла. Наконец Люсиан рассудил, что разумно будет обратиться к доктору Джорсу и выяснить, почему тот дружит с Ферручи и насколько итальянец причастен к событиям на Женева-сквер.

Пока адвокат обдумывал, с какой стороны подойти к проблеме, к его огромному удивлению, к нему в гости пожаловал Джабез Клайн – отец Лидии.

Маленький человек, обычно столь улыбчивый и веселый, теперь выглядел взволнованным и больным. Люсиан всегда относился к нему много лучше, чем к Лидии, и очень расстроился, увидев мистера Джабеза в столь удрученном состоянии. А когда молодой адвокат узнал причину этого расстройства, она его тоже не обрадовала. Клайн начал издалека.

– Известны ли вам какие-нибудь факты, порочащие синьора Ферручи? – спросил гость после обмена приветствиями.

– Очень немного, и это плохо, – коротко ответил Дензил.

– Вы имеете в виду трагическую гибель моего зятя?

– Да, именно это, мистер Клайн. Полагаю, Ферручи приложил к этому руку.

– И вы можете доказать это? – нетерпеливо спросил мистер Клайн.

– Нет. Пока нет. Ферручи доказал, что не мог находиться в доме на Женева-сквер в момент совершения преступления… или, точнее, в тот час, когда оно было совершено, – поправился Люсиан.

Мистер Клайн поник.

– Жаль, что вы не можете определить, виноват он или нет, – сказал он. – Однако мне хотелось бы знать правду.

– Почему? – прямо спросил Люсиан.

– Поскольку если он виновен, то я не хочу, чтобы моя дочь вышла замуж за убийцу.

– Миссис Врэйн собирается выйти за него замуж?

– Да, – печально сказал маленький человек. – И мне жаль, что она сделала такой выбор.

– Мне тоже, я ей сочувствую. Я думал, она его не любит. По крайней мере, так она мне сказала.

– Я и сам не могу понять ее, мистер Дензил. Одно время она к нему остыла, а теперь снова связалась с этим графом, и что бы я ни говорил, что бы ни делал, никак не смогу предотвратить их брак. Я люблю Лидию больше всего на свете. Она – мой единственный ребенок, и я не хочу, чтобы она вышла замуж за человека с сомнительной репутацией вроде Ферручи. Поэтому я пришел к вам, чтобы выяснить, не можете ли вы мне помочь?

– Не могу, – ответил Люсиан. – Пока я не выяснил ничего такого, что помогло бы мне связать Ферручи с тем преступлением.

– Но ведь вы сможете? – с надеждой спросил мистер Клайн.

Люсиан только пожал плечами.

– Если я что-то обнаружу, то сразу сообщу вам, – заверил он старика.