Время ожидания тянулось очень долго. Прошло уже три часа с тех пор, как ушёл дядя Арчибальд, и Сашка просто не знал, куда себя деть. Он пробовал снова читать, но мысли разбегались в разные стороны, и сосредоточиться на книге не удавалось. Сашка обошёл всю квартиру, детально разглядывая интерьер, заглянул даже в спальню дяди. Но время никак не хотело идти быстрее.

В конце концов мальчик просто уселся на диван в гостиной и стал думать о маленькой собачке, которая сейчас была неизвестно где. Не обижают ли её? Почему она не лаяла и не рычала, когда её похищали? Может, похититель – это знакомый Жанны Леопольдовны? А что по этому поводу думает сам дядя Арчибальд? Сашка решил обязательно задать сыщику этот вопрос.

Наконец раздался звук открывающейся двери. Мальчик соскочил с дивана и бросился в прихожую.

– Ну как? Как всё прошло? Вы с ней поговорили? И что она сказала?

– Стоп, стоп, стоп! – рассмеялся сыщик. – Имей терпение, Саша, я всё сейчас расскажу.

Арчибальд Пантелеймонович неспешно повесил на вешалку своё клетчатое пальто, снял пышный шарф в горошек и прошёл в гостиную. Сашка хвостиком юркнул за ним и сел на диван. Он изнемогал от нетерпения.

– Ну, не буду тебя долго томить, Саша, тем более что рассказывать особо нечего. – Дядя Арчибальд снял свои круглые очки и протёр их платком. – Жанна Леопольдовна всё время говорила только о своей собаке и без конца заливалась слезами. Такое ощущение, что украденное ожерелье интересует её гораздо меньше. Но ты знаешь, Саша, – Арчибальд Пантелеймонович сел на стул и растерянно развёл руками, – у меня ведь даже толком не получилось задать ей никаких вопросов. Как только я пытался это сделать, капитан Свиньин, словно специально, постоянно меня перебивал. А сам спрашивал о каких-то глупых вещах: «От кого вам досталось это фамильное ожерелье?» или «Сколько лет вашей собаке?», словно это имеет какое-то значение. Мне кажется, что он сильно недоволен тем, что я участвую в этом деле, вот и пытается мне помешать.

– Это неудивительно! – воскликнул Сашка и скривился. – Я ещё вчера заметил, какой это неприятный тип.

– Впрочем, ничего страшного. Я ведь, знаешь, – тут дядя Арчибальд весело подмигнул мальчику, – ну совершенно случайно забыл там свою шляпу. Поэтому вечером у меня будет повод туда вернуться.

Только сейчас Сашка понял, что дядя пришёл домой без шляпы, хотя точно помнил, что перед выходом тот надевал её. Он весело рассмеялся:

– Ну и хитрец вы, дядя Арчибальд.

– Более того, я возьму тебя с собой.

– Меня? – опешил Сашка.

– Ну да. Ты же хотел принять участие в расследовании?

– Конечно, хотел, – быстро кивнул мальчик. – Просто я не думал, что…

– А что тут такого? – Сыщик сморщил лоб в наигранном удивлении. – Я же просто вернусь за шляпой, а ты составишь мне компанию. Возможно, благодаря твоему присутствию этот визит не будет выглядеть официально и мне будет проще узнать всё что нужно. Так как, ты согласен?

– Ещё спрашиваете! – Сашка вскочил с дивана. – Кстати, дядя, пока вас не было, я всё думал об этом деле. И вот какая мысль пришла мне в голову: почему собака не лаяла и не рычала, когда её похищали? Возможно ли, что она хорошо знала человека, который это сделал? А может, это даже сама Жанна Леопольдовна?

– Ты мыслишь правильно, Саша, – одобрительно кивнул Арчибальд Пантелеймонович. – Я уже тоже об этом думал. Но никаких подтверждений тому, что Жанна Леопольдовна сама причастна к похищению, пока нет. Да и горюет она по своей собаке уж очень правдоподобно. Хотя, кто знает… – Сыщик развёл руками. – Люди, Саша, очень разные бывают: показывают одно, а на душе у них совсем другое. Но придёт время, и мы всё узнаем, вот увидишь. А теперь не пора ли нам обедать? Что-то я сильно проголодался.

До этого момента Сашка даже не задумывался о том, где живёт Жанна Леопольдовна. А даже если бы и задумался, то, скорее всего, в его представлении это была бы пусть и немаленькая, но квартира. Поэтому, когда такси остановилось у большого дома на Крестовском острове, Сашка раскрыл рот от удивления.

– Вот это да! – восхищённо воскликнул он. – Это же целый дворец!

– Скорее особняк, – поправил его дядя Арчибальд, расплачиваясь с таксистом. Они подошли к калитке в кованом заборе и позвонили. Калитка почти сразу же открылась.

– Она что, одна здесь живёт? – прошептал Сашка, пока они шли по каменной дорожке к дому.

– Сейчас ты всё увидишь, – тоже шёпотом ответил ему сыщик.

Дверь им открыла молодая девушка в чёрном строгом платье. На её серьёзном лице не было никаких следов слёз. «Похоже, что Жанна Леопольдовна уже успокоилась и перестала плакать», – решил Сашка. Хотя он был сильно удивлён, ведь потерпевшая представлялась ему гораздо старше, а эта девушка, казалось, была немногим старше самого Сашки.

– Добрый вечер, – прозвучал над Сашкиным ухом низкий голос дяди Арчибальда. – Сегодня днём я навещал вас вместе с капитаном Свиньиным и, к сожалению, забыл у вас свою шляпу.

– Ах да. – Девушка, видимо, узнала сыщика и отстранилась, приглашая его и Сашку войти. – Конечно, я сейчас вам её принесу.

– Маша, кто там?! – вдруг раздался женский голос, и из глубины дома выплыла полная женщина с короткими завитками на блондинистых волосах.

«Маша? – удивился Сашка. – Так значит, это не Жанна Леопольдовна?»

Арчибальд Пантелеймонович тем временем обратился к женщине с завитками:

– Добрый вечер, Жанна Леопольдовна.

– Ах, это снова вы. – Женщина, казалось, была не очень довольна, но всё же протянула сыщику руку для приветствия.

– Мне очень неловко снова вас беспокоить, но, к сожалению, сегодня днём я забыл у вас свою шляпу, – в голосе сыщика послышались извиняющиеся нотки. – Мы совершали вечернюю прогулку и случайно оказались поблизости, поэтому я подумал, что…

– А этот мальчик, он кто? – не очень вежливо перебила его хозяйка дома и перевела взгляд на Сашку, который скромно стоял рядом.

– О, это мой племянник Александр. – Дядя Арчибальд незаметно ткнул Сашку в бок, чтобы тот поздоровался. – Я как раз рассказывал ему о пропаже вашей собаки, и он так сильно расстроился, что чуть не расплакался. – Почувствовав ещё один тычок в бок, Сашка тут же напустил на себя такой грустный вид, словно это именно у него пропала любимая собака.

Выражение лица Жанны Леопольдовны смягчилось.

– Благодарю за сочувствие, милый мальчик. – Она небрежно потрепала Сашку по волосам. Тот не ожидал такой фамильярности и с трудом сдержался, чтобы не отдёрнуть голову.

– Не хотите ли выпить по чашечке чая, раз уж вы всё-таки зашли? – предложила хозяйка. – Конечно, если вы никуда не торопитесь.

– Мне немного неловко, но благодарю вас за приглашение. – Арчибальд Пантелеймонович тут же начал снимать пальто, и по выражению его лица Сашка понял, что дядя не только не испытывает неловкости, но именно этого он и добивался.

– Проходите в гостиную, – пригласила их Жанна Леопольдовна. И тут же обратилась к стоявшей рядом девушке: – Маша, принеси нам чай. А мальчику, наверное, сок. Апельсиновый подойдёт? – Она вопросительно посмотрела на Сашку. Тот быстро кивнул. За пару дней, проведённых у дяди, Сашке всё меньше и меньше нравился чай.

В гостиной мальчик огляделся. Золотистый диван, дорогие мягкие кресла с резными подлокотниками, позолоченный круглый столик, самый настоящий камин – всё здесь было красиво и богато. То тут, то там стояли фотографии того самого пёсика, которого ему сегодня показывал дядя Арчибальд. А над камином даже висел большой портрет собаки с длинной белоснежной шерстью и голубым бантом на голове. Сразу было понятно, что Жанна Леопольдовна очень любит своего Юджина-Викториана.

Сашка первый раз был в таком доме и совершенно не знал, как себя вести. Он боялся сказать или сделать что-нибудь не так, поэтому, в то время как Арчибальд Пантелеймонович непринуждённо откинулся на спинку кресла напротив хозяйки, Сашка лишь аккуратно присел на краешек дивана и сложил руки на коленях.

Какое-то время, пока Маша разливала чай, Жанна Леопольдовна и дядя Арчибальд разговаривали о погоде и о других вещах, совершенно неинтересных мальчику. Но, как только Маша вышла, Сашка, уже чувствуя себя настоящим сыщиком, решил проявить самостоятельность и попробовать перевести разговор в нужное русло.

– Какая красивая у вас была собачка, – вежливо произнёс он, разглядывая собачий портрет над камином.

– Была?! – вдруг поперхнулась чаем Жанна Леопольдовна. – Была? Вы говорите о моём малыше в прошедшем времени, потому что не верите, что похититель оставил его в живых?! – Пухлое лицо хозяйки покрылось красными пятнами. Сашка понял, что попал впросак. Он сильно испугался, что разозлил Жанну Леопольдовну и тем самым всё испортил. Но тут женщина громко всхлипнула, а по её лицу ручьём потекли слёзы.

– Прошу прощения, – сквозь всхлипывания прошептала хозяйка. Она достала платок и стала вытирать глаза. – Ничего не могу с собой поделать, слёзы так и катятся, стоит мне только подумать о моем бедном Юджине-Викториане. Где он сейчас, мой малыш? Как с ним обращаются? Жив ли он? – Жанна Леопольдовна зарыдала так, что на её голове затряслись все кудряшки.

– Жанна Леопольдовна, я прошу вас, не нужно думать о плохом, – отставив чашку в сторону, мягко сказал Арчибальд Пантелеймонович. – Я уверен, Саша совсем не это имел в виду. Он просто неудачно выразился.

– Да, конечно, – быстро закивал мальчик. Испуг ещё не прошёл, поэтому впредь Сашка на всякий случай решил помалкивать.

– И потом, – продолжил сыщик, – капитан Свиньин делает всё возможное, чтобы найти вашего пёсика живым и невредимым.

– Ну да, как же, – сердито махнула рукой Жанна Леопольдовна. Она уже почти успокоилась, но слёзы ещё блестели на её пухлых щеках. – Этот ваш твердолобый полицейский даже не понимает, насколько я убита горем из-за похищения Юджина-Викториана!

– И, разумеется, из-за пропажи ожерелья? – как бы между прочим уточнил Арчибальд Пантелеймонович.

Сашка внимательно наблюдал за хозяйкой дома. Он ждал, что она вздрогнет, смутится или как-то ещё себя выдаст. Но Жанна Леопольдовна продолжила как ни в чём не бывало:

– Из-за ожерелья, конечно, тоже, ведь оно безумно дорогое и досталось мне от прапрабабушки. Но в конце концов оно застраховано, а вот мой любимый Юджин-Викториан – нет. – И Жанна Леопольдовна вновь залилась слезами.

– Ну-ну, пожалуйста, перестаньте плакать, – ободряюще улыбнулся ей Арчибальд Пантелеймонович. – Скажите лучше, никто из ваших друзей в последнее время не интересовался ожерельем? И как много людей о нём знало?

Хозяйка перестала всхлипывать и задумалась.

– Да практически никто не знал, и уж точно никто не интересовался. Я ведь, знаете, его и не носила никогда. Оно, конечно, очень красивое и дорогое, но слишком уж старомодное и громоздкое. А почему вы спрашиваете? – Жанна Леопольдовна удивлённо уставилась на сыщика.

– Просто я подумал, что раз собака не лаяла и не рычала, то, может быть, её и ожерелье похитил кто-то из ваших знакомых? Кто-то, кого пёсик хорошо знал?

– Ах, ну что вы, – отмахнулась женщина. – Юджин-Викториан ведь такой приветливый, такой добрый, к любому, даже незнакомому человеку сразу бежит ласкаться. И он сроду ни на кого не рычал. – Хозяйка снова промокнула глаза платком.

– А вы кому-то рассказывали, что планируете участвовать в этой выставке украшений?

Жанна Леопольдовна подняла глаза, и её рассеянный взгляд сосредоточился на сыщике.

– Нет, вроде бы никому. Я ведь практически до последнего не планировала принимать в ней участие. И когда пришло приглашение на это мероприятие, я сначала отказалась. А потом буквально за три дня передумала и отправила заявку. Если бы я только знала, чем всё это обернётся, ноги бы моей не было на этой выставке.

В гостиную вошла Маша. Пока она собирала чашки на поднос, разговор затих, но, как только девушка вышла, Арчибальд Пантелеймонович снова обратился к Жанне Леопольдовне:

– А Маша у вас давно работает?

– Вышла на работу за день до похищения. – Женщина стала загибать пальцы, что-то подсчитывая в уме. – Получается, сегодня пятый день.

– А до неё у вас была другая домработница?

– Да, Лиза. Уволилась больше недели назад. Она часто говорила, что ей не нравится жить в большом городе. А тут ей от бабушки достался в наследство домик в деревне недалеко от Санкт-Петербурга, и Лиза переехала туда. Жаль, хорошая была женщина. Маша тоже девушка неплохая, но слишком молодая и неопытная.

– А вы не думаете… – начал было сыщик, но Жанна Леопольдовна его перебила:

– …что Лиза как-то в этом замешана? Нет, ну что вы. Она у меня работала восемь лет, и за это время ни разу не было никаких нареканий. Она меня предупредила, как положено, за две недели, что уходит. И потом, когда Лиза уехала, я ещё не собиралась участвовать в этой выставке. Так что она ничего не могла знать.

– Что ж, Жанна Леопольдовна, благодарю вас за чай, но нам пора идти. – Арчибальд Пантелеймонович встал с кресла. Сашка тут же последовал его примеру. – Вы позволите, если возникнут ещё какие-то вопросы, навестить вас?

– Да, конечно, – подавая сыщику руку на прощание, печально улыбнулась Жанна Леопольдовна. – Что угодно, лишь бы моего малыша скорее нашли.

– Итак, что мы имеем? – уже дома, за своим большим столом в кабинете, подводил итоги Арчибальд Пантелеймонович. – Об ожерелье практически никто не знал, как и о том, что Жанна Леопольдовна примет участие в выставке. Так?

Сашка, сидевший напротив, согласно кивнул.

– В доме новая домработница. Кстати, нужно найти и допросить прежнюю, Лизу, – сделал себе в блокнот пометку сыщик. – Что ещё?

– Ещё то, что пёсик был очень добрый и ласковый, поэтому забрать его мог практически любой человек, – добавил Сашка.

– Да, и это тоже важно, – одобрительно кивнул дядя Арчибальд. – Ведь, таким образом, круг подозреваемых значительно расширяется. А что скажешь насчёт потерпевшей? – Сыщик внимательно посмотрел на мальчика сквозь свои круглые очки. Казалось, его действительно интересовало Сашкино мнение.

– Не знаю, – неопределённо пожал плечами мальчик. На самом деле ему было очень жалко Жанну Леопольдовну, но дяде он не хотел об этом говорить. – Мне кажется, что она действительно очень любит свою собаку. И ожерелье её интересует гораздо меньше. Похоже на то, что она не причастна к похищению.

– То-то и оно. – Арчибальд Пантелеймонович задумчиво наморщил лоб, но тут же встал и смешно потянулся, привстав на цыпочки. – Ну а теперь, если у нас на этом всё, предлагаю отложить все дела до завтра. Как говорится, утро вечера мудренее.