День, который и так начался для Катерины неудачно, продолжил лететь вперёд, как гоночный автомобиль без тормозов на крутом спуске.

Класс перемещался в художественную мастерскую в необычной тишине.

– Вы сегодня просто великолепны! – не скрывая удивления воскликнула Сакрофано, сопровождавшая их учительница по ИЗО. – Если бы вы всегда себя так вели, мы могли бы организовывать экскурсии хоть три раза в месяц!

Кажется, её услышал только Алекс.

– Хорошо бы! – отозвался он, но его никто не поддержал, даже верный друг Маттео.

В мастерской вокруг больших столов грудились стеллажи с темперными красками, маркерами, цветными карандашами, акварельными тубами, связками кисточек и рулонами цветного картона. Повсюду стояли старые, законченные работы и коробки с загадочным содержимым. Теоретически здесь можно было рассаживаться, как кому хочется, но кое-кто в классе так привязался к своему месту, что не отказался бы от него ни за что на свете.

Рада, как обычно, растолкала всех локтями и устроилась в самом центре комнаты. Рядом с ней примостился Алекс, протиснувшись между одноклассниками. Он отвоевал место по соседству с Радой во время их бурного романа и не собирался сдавать свои позиции. Мало того, он уже несколько дней заметно сокращал дистанцию, отделявшую его от Рады.

– Ты опять к ней подкатываешь?! – спросил Маттео, заметивший манёвры друга.

– Больно надо! – ответил Алекс с наигранным равнодушием.

И своим ответом только подтвердил догадку друга. Маттео никому ничего не сказал, даже Виктории. Но сам с любопытством наблюдал краем глаза за развитием ситуации.

Рада между тем открыла свою сумку, театральным жестом достала из неё большой альбом для рисования и разложила на столе несколько листов бумаги, изрисованных карандашом и красками.

Их тут же заметила Сакрофано и, решив, что Рада сделала какое-то дополнительное задание, спросила полным надежды голосом:

– Можно взглянуть?

– Конечно, – громко ответила Рада, стараясь привлечь всеобщее внимание.

Убедившись, что достигла своей цели, она начала вещать тоном проповедника, дав волю своему обычному высокомерию.

– Проф, вы ведь знаете, что я играю в волейбол.

– Да, знаю.

– Так вот, – Рада сделала эффектную паузу и застрочила дальше, как будто декламировала хорошо отрепетированную речь. – В следующем матче нам предстоит встреча с сильной командой. Но я бы назвала её скорее сложной командой. Потому что они выступают очень неровно: один день проявляют всё своё мастерство, а другой играют так, будто никогда раньше не видели ни мяча, ни сетки.

Элиза и другие девочки из команды «Мечта» сразу поняли, к чему клонит Рада. Они перестали раскладывать краски и кисточки, чтобы послушать, что она скажет дальше. Тишина была почти идеальной, но Рада всё равно повысила голос, боясь, что кто-то не услышит её слов:

– Моей команде «Марсово поле» предстоит сыграть с этими… как их… с «Фарфарой». От одного названия уже смешно.

Виктория первой из команды «Мечта» снова обрела дар речи.

– Мы выиграли у «Фарфары». Об этом даже говорили в газетах и на телевидении, – сказала она и быстро уточнила: – Ну в смысле в местных газетах и на местном канале.

Рада не удостоила её ответом. Помахав рукой и слегка пожав плечами, она снова повернулась к учительнице с разъяснениями:

– Так, а о чём я говорила? Ах да, «Фарфара» играет очень неровно и в последнее время выглядит совсем не так агрессивно, как раньше. Но я думаю, нам предстоит непростой матч, потому что они захотят отыграться за низкие результаты в последних играх.

Маби бросила на стол набор для черчения, готовясь к контратаке, но Элиза неодобрительно покачала головой, и этого жеста оказалось достаточно, чтобы остудить пыл всех членов команды, включая Катерину. Если Маби сдержалась, ей тоже стоило бы проявить терпение.

Рада ехидно улыбнулась.

– Хорошо, а это-то что такое? – спросила Сакрофано, указывая на большие листы бумаги, которые Рада разложила на столе.

Непонятно, почему она проявляла к ним такой неподдельный интерес. Всё-таки учителя в большинстве своём – сплошная загадка.

– Я зарисовала волейбольное поле. Его размер составляет восемнадцать на девять метров, я, разумеется, выполнила рисунок в соответствующем масштабе. Вот здесь трёхметровая линия, а это линия сетки…

– Понятно, – разочарованно буркнула Сакрофано.

– На площадке есть две зоны, – с воодушевлением продолжила Рада, не обратив внимания, – одна под сеткой, а другая в глубине, так вот я разделила их на три сектора, и в итоге получилось шесть мест, которые контролируются игроками…

– Я кое-что знаю о волейболе, – вставила учительница, явно давая понять, что пора закрыть тему.

И класс, похоже, был с ней полностью согласен. Но Рада нисколько не растерялась, наоборот, казалось, она очень хотела объяснить Сакрофано суть игры.

– Я обозначила каждую позицию другим цветом и…

– Но зачем ты сделала так много рисунков? – снова перебила её Сакрофано.

– Это наши схемы игры, – ответила Рада, теряя терпение. – «Марсово поле» играет на левой стороне, а «Фарфара» – на правой. Я отметила схемы, которые они используют чаще всего, и на их основе разработала гипотезы относительно нашей тактики.

И тут Рада стала собирать листы бумаги, как будто расхотела, чтобы учительница продолжала вникать в суть.

– Простите, но эти схемы надо показывать в определённом порядке…

В голосе девочки слышалась неуверенность. И на этот раз она не притворялась. Она действительно сомневалась, стоит ли продолжать объяснения.

– Понимаете, многие мои одноклассницы играют в волейбол, и почти все в команде «Мечта». Если я покажу свою работу, они могут скопировать нашу тактику… Учитывая, что собственных идей у них немного…

Ядовитая шутка Рады вызвала в классе шёпот и смешки. Многие украдкой посматривали на девочек из команды «Мечта», ожидая ответной реакции. Катерина прикусила язык, изо всех сил стараясь лишить их этого удовольствия, а Рада быстро стёрла с лица лёгкую улыбку. Было видно, что она довольна переполохом, который вызвали её слова.

– Я делаю эту работу, потому что я капитан и мне приходится о многом думать… – добавила Рада, явно удовлетворённая достигнутым эффектом.

Маби и Катерина обменялись быстрыми взглядами. В глазах Маби читались нежность и понимание, которые обожгли Катерину, как языки пламени. Она притворилась, что ищет что-то в своём пенале, чувствуя вину за то, что сама она оказалась не способна на такой жест.

А Раду уже было не остановить.

– Понимаете, волейбол – это не просто игра, это ещё и философия.

И тут Сакрофано наконец решила, что пора положить конец устроенному Радой спектаклю.

– Ну что ж, спасибо, что удовлетворила моё любопытство. А теперь…

Но учительница и не подозревала, какой хаос она посеяла, дав слово Раде.

Девочка и не думала останавливаться.

– Спасибо вам, проф, что проявили любопытство, – перебила она. – Вы ведь знаете, что я всегда и во всём люблю точность…

– Молодец, молодец… Но «Мечта» тоже умеет играть! – вставил Алекс, который всё это время разрывался между желанием защитить своих подруг и польстить Раде.

Он бы ни за что в этом не признался, но ему не хватало тех ощущений, которые он испытывал в тот короткий период, что они были вместе. Когда-то он был из тех мальчиков, что нравятся учителям – пунктуальный, аккуратный и прилежный, а не «тем самым Алексом», которого теперь считают первым подозреваемым во всех бедах.

– Это всё ерунда какая-то, – сказал вдруг Маттео, усмирив друга взглядом. – Всё то же самое можно сделать при помощи самой простенькой программы, которая работала бы даже на старом мобильном.

– Ну так и сделай. Только для «Мечты», – не скрывая раздражения, сказала Виктория. – Если это так просто, мог бы и раньше помочь!

– Ты же меня никогда не просила об этом, – растерянно ответил Маттео. – Откуда мне было знать, что вам может понадобиться что-то такое?

– Давайте поговорим об этом позже, – предложила Элиза, чтобы разрядить обстановку.

– Я сделаю, если вам правда нужно, – не унимался Маттео.

– Хорошо, – повторила Элиза, делая ударение на каждом слоге. – Мы поговорим об этом позже. Я думаю, это всем будет интересно.

– Мне нет, – вставила Рада, явно задетая за живое. – У меня есть мои рисунки. Я в итоге, может, даже покажу их вам. Глядишь, и вы чему-нибудь научитесь.

Катерина не выдержала. Это был не тот день, когда она могла стерпеть ещё и эту сцену.

– Положение «Мечты» в турнирной таблице лучше, чем у «Марсова поля». Это факт, – прошипела она. – Мы на первом месте, а вы на втором.

Рада только этого и ждала.

– Вы опережаете нас всего на два очка, – парировала она. – Мы легко вас догоним, победив «Фарфару». Ставки, кстати, уже принимаются.

– Вы просто невыносимы! – взорвалась Сакрофано. – Вы похожи на потерявших разум фанатов. Это спорт. Это всего лишь игра. Зачем так заводиться? Просто думайте о том, чтобы хорошо играть и получать удовольствие!

Класс продолжал гудеть, и Сакрофано окончательно потеряла терпение:

– Живо все приступайте к работе, иначе я отправлю вас обратно с двойкой по поведению!