Печь (мич) в традиционном татарском доме являлась главной конструктивной частью строения, утилитарные и сакральные функции которой сохраняются и по сей день. Татарская пословица гласит:
Мичсез өй – мисез баш.
Дом без печи, как голова без мозгов.
Тем самым печь являлась олицетворением и домашнего очага, и дома вообще. Доказательством этой мысли является и широко распространенное поверье о том, что после укладки печи дом нельзя оставлять без присмотра, то есть в нем всегда кто-то должен ночевать, иначе случится беда. Закладка печи и ее окончание ритуально обыгрываются в традиции татар посредством жертвоприношения или выпекания какого-нибудь мучного изделия во время первой топки с целью достижения дальнейшего благополучия в доме.
Асылбикә асыл кия,
күлмәге җиргә тия.
Красавица одевается,
платье земли касается.
Печь фигурирует во многих жанрах фольклора татар и осмысляется как живое существо, соотносимое с человеческим телом, примеры тому мы можем найти в загадках, в которых печь ассоциируется с женщиной:
Ак тутамның авызы зур булса да,
аш ашый алмый.
Хоть рот у тетушки велик,
есть не получается.
Огонь из домашнего очага – угли, которые выгребают из печи, истопленной напоследок в старом доме, земля из-под печи, кочерга, ухват, сито – все эти элементы представляют собой эманацию духа-хозяина дома, а сама печь является связующим звеном с духами предков. Незаметная, даже подчас скрытая от мужчин повседневная деятельность женщины протекала в присутствии и под защитой предков, идея существования которых была связана с домашним очагом. «Место покойника рядом с печью. На стол для него ставят тарелку, ложку, яйцо, кашу, чтобы он был сыт».
Возле печи произносят заговоры, совершают магические действия во время родин, свадьбы, похорон. Символическое значение приписывалось таким действиям, как заглядывать в печь, закрывать и открывать печь, дотрагиваться до печи, греть у нее руки, находиться на ней. В некоторых локальных традициях невеста при первом вхождении в дом мужа прикасается двумя руками к печи или опускает руки в муку. Это делается для того, чтобы познакомить духа-хозяина дома с новым членом семьи и пожелать достатка молодым. Когда девушка готовилась выйти замуж, ее мать или старшая замужняя сестра заранее предупреждали ее:
Өйгә кергәч, беренче пичкә кара,
тәрәзәгә карама, тәрәзәдә күз яше,
ә пич озын гомерле.
Войдешь в дом – первым делом посмотри
на печь, на окно не смотри, на окнах
бывают слезы, а печка – долголетняя.
Вокруг печи также обыгрывается ситуация ухода рекрута в армию. Непосредственно перед выходом из дома для рекрутов устраивается последняя символическая трапеза, совершаемая рядом с печью или за столом, в центре дома. Это распространенный повсеместно обычай вкушения хлеба и другой еды, полученной из рук матери. Действие всегда совершается в центре дома за столом и направлено на сохранение крупицы еды уходящего, что основано на вере в то, что еда притягивает путника домой «ризыгы өенә тартып тора».
* * *
Значение центра дома актуализируется и в обрядах, связанных с первым выгоном скота. В день первого выгона выполняется ряд обрядовых действий, направленных на закрепление связи скота с домашним пространством. Хозяйка кладет в отдельную посуду хлеб и воду, предназначенную для домашнего скота, и обносит ее вокруг печи три раза, после чего воду дает корове, а хлеб овцам. В некоторых районах практикуется кормление животного мукой с печной заслонки, а только что родившихся телят и ягнят подносят к печи, приговаривая при этом:
Пичти-пирди бул, таза бул.
Будь сильным, как пэри и печь, будь здоровым.
В народной медицине и магии приобретает особое значение символика печи как границы между двумя мирами. У татар, как и у многих других народов, известен обряд перепекания ребенка. В традиции татар Ульяновской области данный обряд называется «ныжы куыру» и проводится в случае затрудненного мочеиспускания у новорожденного. Человек у двери стучит по порогу ухватом и начинает диалог, который сопровождается троекратным засовыванием в печь ребенка, уложенного на деревянную лопату:
– Тутай, нәрсә куырасың?
– Ныжы куырам.
– Нәрсәнекен?
– Мачыныкын, кучукныкын.
– Тетушка, что печешь?
– Перепекаю ныжы[17].
– Чью?
– Кошачью, собачью.
Печь используется также в обряде замены имени, который выполняется в случае появления родинки, затяжной болезни или плаксивости ребенка. Взрослый человек поднимается на крышу дома и через печную трубу трижды выкрикивает новое имя ребенка, который сидит у печи.
Магическое значение печи находит проявление и в обрядах ухода в дорогу. Дом оказывается в символической зоне отчуждения: из него в день отъезда никому ничего не дают, стараются ничего не выносить, не убирать со стола и даже не выметать сор. В традиции татар повсеместно распространен обычай занесения в дом нескольких поленьев после провода человека в дорогу, чтобы у ушедшего не прервался жизненный путь «озын гомерле булсын дип».
В погребальном обряде, где также актуализируется символика ухода в путь, после смерти человека открывают заслонку, чтобы душа могла вылететь наружу, после похорон дотрагиваются до печи и зажигают несколько лучин, сообщая таким образом о смерти потустороннему миру, или заносят в дом несколько лучин, чтобы покойник не возвращался.