Человек из Харбина, чей череп попал в наши руки, поистине невероятным путем

До полового созревания и после менопаузы женский таз имеет определенное сходство с мужским. Такая особенность облегчает основную задачу: ходьбу! В подростковом возрасте концентрация эстрогенов у девочек увеличивается, что влияет на форму женского таза, значительно его расширяя. Результат: «У женщин таз должен быть достаточно большим, чтобы голова младенца могла пройти в родовой канал, что позволит определить, принадлежит ли кость женщине», – объясняет палеоантрополог Карен Розенберг из Делавэрского университета. Известная своими работами о тазовых костях неандерталок, исследовательница показала, что таз человека из Циньнюшаня принадлежал… женщине лет двадцати. И это единственное свидетельство туловища денисовца, которым мы располагаем.

До сих пор мы наблюдали денисовизацию только на примере черепов. Поэтому особенно ценным является именно тот факт, что скелет из Циньнюшаня дошел до нас в основном сохранившимся, а не только в качестве кончика пальца, найденного в Денисовой пещере… Окаменелости из Циньнюшаня найдены в полуразрушенной известняковой пещере, неподалеку от села Ситьян, расположенного вблизи города Дашицяо, в провинции Ляонин. Помимо человеческих останков, команда Лю Цзуне из Пекинского университета, раскопав пещеру в 1984 году, обнаружила несколько очагов, каменные орудия и многочисленные кости животных. Представленные там виды – бобры, носорог Мерка, пятнистый олень сика, саблезубые тигры и т. п. – свидетельствуют об умеренном или даже холодном климате, что совершенно не удивительно, так как речь идет о местности, находящейся на северо-востоке от Пекина, на широте Северной Кореи.

На основании окаменелостей фауны и стратиграфии команда Лю Цзуне сначала определила возрастную вилку: от 310 000 и до 160 000 лет. Позднее Карен Розенберг, Лю Цзуне и Кристофер Руф из университета Джорджа Хопкинса в Вашингтоне, используя уран-ториевый анализ и электронный парамагнитный резонанс (ЭПР), определили возраст женщины из Циньнюшаня в 260 000 лет. Такая нечеткость в хронологии типична для доисторического периода истории Китая (читайте врезку), однако предложенная оценка говорит о том, что Циньнюшань почти современница Дали и жила во время эпохи денисовцев.

Костные останки представлены локтевой костью (предплечьем), шестью позвонками, ребрами, множеством костей кистей рук и стоп (полный левый запястный сустав), соединяющихся между собой и левой половиной таза (тазовая и лобковая кости). Нет никаких оснований сомневаться, что все кости принадлежат одному человеку, поскольку, не имея ни одного дубликата, они были рассеяны по площади, не превышающей 2 м² (см. схему на следующей странице).

Невероятной удачей стало обретение черепа Циньнюшань. Единственная проблема: неудачный удар мотыгой раздробил его в почве на 100 частей. Образовавшийся костяной паззл подлежал реконструкции, что весьма проблематично, принимая во внимание, что сборка окаменелости зависит от ви́дения эволюции работающих с фрагментами исследователей. В 1988 году Руканг Ву из IVPP – в то время один из ведущих палеоантропологов Китая – и его ассистент предприняли первую попытку сделать реконструкцию. Она не убедила коллег из Пекинского университета, и те начали операцию заново. После множества споров свод черепа и лицо восстановили, но не без потерь ряда костных фрагментов.

Фрагменты скелета женщины Циньнюшань

ТУЛОВИЩЕ ЖЕНЩИНЫ С СЕВЕРА

Что говорит ее анатомия? Череп Циньнюшань ожидаемо обладает чертами денисовца. Для начала, у него те же архаичные черты, что и у упомянутых нами денисовских окаменелостей, хотя кости его и не настолько мощные. Так, надбровные дуги менее выражены, чем у Дали, и череп Циньнюшань сужается от нижнего края глазной орбиты. Сосцевидный отросток – конический выступ, расположенный на внешней части височной кости, – также меньше, чем у Дали. Ее лицо скорее широкое и плоское – азиатская черта, уже присутствовавшая у многих древних людей. Короче говоря, Циньнюшань кажется более хрупкой, чем преденисовцы, ее предшественники: интересно, это потому, что мы имеем дело с молодой женщиной, или потому, что она «продвинулась дальше по пути эволюции»? Мы этого не знаем, но такая возможность требует еще раз проверить ее возраст.

Надо сказать, что целый ряд характерных черт женщины из Циньнюшаня четко отделяют ее от Дали. Если говорить об объеме черепа, то у нее он колеблется между 1330 и 1400 см³, в то время как у Дали он всего 1120 см³. Кроме того, стенки черепа более тонкие, что может являться признаком именно женщины. Кроме того, тот факт, что плоскости затылочной кости и шеи не образуют столь острого угла, как в случае черепа Дали, указывает на округлость задней части черепа – черту, явно присущую современным людям. Еще один вторичный признак – расширение расстояния между теменными костями – денисовская черта, уже заметная у Дали и переданная фотороботом.

Надо сказать, Циньнюшань прибыла к нам с почти полной верхней челюстью и зубами, что встречается крайне редко. Мы узнаем удлиненную форму U-образной зубной дуги, характерную для денисовцев, черта, уже переданная фотороботом. У Циньнюшань мы тоже ожидали увидеть присущую денисовцу макродентию, но она отсутствует. В 2000 году Дзяньин Хе из Пекинского университета изучила зубы и обнаружила, что по сравнению с зубами Homo erectus они маленькие, но значительно больше зубов современного человека. Признак эволюции?

Мы уже подчеркнули, что половинка тазовой кости Циньнюшань не оставляет места сомнению: она женская. А еще массивная и широкая, что является одной из черт, переданных фотороботом. Для оценки роста и веса Циньнюшань исследователи применили законы биометрии и выяснили, что при росте 1,68 м она весила 78 кг, что очень много. В целом телесные пропорции Циньнюшань напоминают пропорции неандерталок, а также женщин-инуиток. Они свидетельствуют об очень хорошей приспособлености к холоду.

И еще одно поразительное наблюдение: адаптация была также культурной, что иллюстрирует очень сильная стертость зубов Циньнюшань, сравнимая с истертостью зубов женщин-инуиток начала XX века. Она наводит на мысль, что Циньнюшань занималась тем, что у инуитов считалось женской работой: жеванием кожи. Подобная истертость также напоминает состояние зубов многих неандертальцев, часто пользовавшихся зубами как инструментами: в таких случаях историки первобытного общества говорят о «третьей руке». Разумеется, опрометчиво настаивать, что денисовские женщины жевали кожи, но раз этим занимались инуитки, то подобное занятие вполне могло существовать и у неандертальцев, и у денисовцев во время холодов и ледниковых периодов.

ХАРБИН, ЧЕЛОВЕК ПРИШЕДШИЙ С ХОЛОДА

Такой же невероятный, как Циньнюшань, Харбин удивляет по многим причинам: денисовский череп, избежав грубого обращения японцев, сохранился в отличном состоянии, и это делает его поистине поразительным. Сара Фрейдлайн из Центрального университета Флориды лучше всего объяснила потрясение, испытанное историками первобытного общества, когда она обнаружила эту окаменелость и узнала ее невероятную историю: «О такой полной сохранности, как целость черепа из Харбина, любой палеоантрополог может только мечтать».

Откуда взялась эта мечта? Из окрестностей Харбина, индустриального города на севере Китая, известного по многим событиям. В начале XX века он стал убежищем русских белогвардейцев, затем входил в состав Маньчжоу-го, марионеточного государства, созданного империалистической японской армией, захватившей часть Китая, непосредственно граничащую с аннексированной Кореей. Харбин еще печально известен тем, что в 1935 году там создали отряд 731, японский центр исследований в области бактериологического оружия, где погибло от 200 000 до 300 000 (или больше) узников, на долю которых выпало стать человеческими подопытными животными. Над арестованными японской военной полицией гражданскими лицами – маньчжурами, китайцами, корейцами, среди которых были женщины и дети, – производили бесчеловечные медицинские эксперименты с целью разработки новых способов ведения войны, истребления населения Китая…

Угроза, которую тогда представляла Япония для гражданских лиц Китая, объясняет, почему в 1933 году бригада каменщиков, работавших на строительстве моста через реку Сонхуа, постаралась скрыть найденный ими древний череп. Однако они показали его своему мастеру, который по счастливой случайности был в курсе находки синантропа в 1929 году в Чжоукоудяне. Мгновенно сообразив, какое значение имеет эта окаменелость для его родины, он спрятал ее в заброшенном колодце – традиционный метод сокрытия сокровищ в Китае. Когда закончилась китайско-японская война, на тех, кто работал на японцев, стали смотреть косо. Тогда нашедший череп перевернул страницу своей жизни и стал крестьянином; о тайнике он рассказал внуку только в 2018 году, уже на смертном одре.

Информация дошла ко палеоантрополога Цзянь Цзы из Университета наук о земле в Хубее, убедившего семью анонимно отдать окаменелость в дар университетскому музею. Таким образом, доисторический череп с самой невероятной в Азии историей без потерь пережил японскую оккупацию, китайскую гражданскую войну, коммунизм, культурную революцию и даже увернулся от губительной торговли уже упомянутыми «костями дракона» (народное название ископаемых останков в Китае), чтобы в 2022 году самому стать «человеком-драконом»; эту историю мы расскажем далее. Но начнем с описания удивительной окаменелости.

СОЛИДНЫЙ МУЖЧИНА

Харбин крайне важен, так как он подтверждает и утверждает характерные черты, обнаруженные на остальных денисовских черепах. Почти нетронутые, череп и лицо не требовали никакой реконструкции, таким образом, их анализ можно было провести со всей возможной точностью. Однако, к несчастью, нижняя челюсть отсутствует, равно как и зубы верхней челюсти, кроме одного бесценного второго левого моляра. Команда Цзянь Цзы определила, что окаменелость происходит из верхней части отложений горной гряды Хуаншань, образовавшихся в диапазоне от 309 000 до 138 000 лет назад. Итак, сколько же лет находке? Наиболее правдоподобными данными, которыми мы располагаем, является прямая уран-ториевая датировка слоев, откуда предположительно происходит череп: она дает минимальный возраст в 150 000 лет. Итак, Харбин жил в расцвет эпохи денисовцев.

И снова его особенности распределяются между архаичными чертами, разделенными с неандертальцем, вторичными чертами, также поделенными с неандертальцем, и, наконец, вторичными чертами, общими с денисовцем. Широкие глазницы и назальные отверстия, очень толстые кости, внушительная мощность всех рельефов черепа, в частности надглазничного валика с разрывом посредине, явно относятся к архаичным чертам, унаследованным от H. heidelbergensis. К этому добавляется удлиненный сзади череп, низкие лоб и теменная кость, а также основательный объем черепной коробки в 1420 см³, короче, целый ряд вторичных черт, общих с неандертальцами и денисовцами. К собственно же денисовским чертам черепа из Харбина относятся широкий череп (расстояние между височными костями) и более плоское, чем у неандертальца, лицо, производящее впечатление расширенного за счет скуловых костей. Квадратные глазницы лишь подчеркивают тенденцию, заметную уже на черепе Дали, частично сохранившейся глазнице на черепе Маба и при реконструкции лица женщины из Циньнюшаня.

Другая собственная черта – зубная дуга, вытянутая в форме буквы U. «Единственный моляр огромен по сравнению с молярами неандертальцев», – уточняет Цзянь Цзы, и он больше, чем моляры женщины из Циньнюшаня. Все характеристики черепа и зубов распознаются, в частности, на основании анализа профиля метилирования, и все уже были выявлены при изучении костных останков денисовцев: окаменелостей Денисовой пещеры, Сяхэ, Дали, Сюдзяяо, Линьцин, Маба и Циньнюшань.

По словам команды Цзянь Цзы, Харбин в сравнении с женщиной Циньнюшань представляет собой коренастого человека мужского пола. Объем черепа Циньнюшань (1390 см³) примерно такой же, как у Харбина (1420 см³), но она более хрупкая, и у них разный рост, отражающийся на размере моляров. В то же время соразмерная передняя зона верхней челюсти более широкая, глазницы больше и более квадратные, а их надглазничные валики более выраженные. Таким образом, напрашивается вывод, что в популяции денисовцев, равно как в популяциях неандертальцев и архаических сапиенсов существовал половой диморфизм. Короче говоря, Циньнюшань – женщина денисовец, а Харбин – мужчина денисовец.

ЧТО, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЧЕЛОВЕК-ДРАКОН?

Таково наше мнение, и оно преобладает в среде исследователей, изучающих доисторическое общество. Со своей стороны, команда палеоантрополога Цзянь Цзы и палеонтолога Сицзюнь Ни из Китайской академии наук долгое время ходила вокруг да около. Так, в сообщении для прессы, сделанном от имени университета и датированном 13 сентября 2018 года, Цзянь Цзы сначала заявил о «первой окаменелости типа Homo heidelbergensis из Китая». Затем организовал команду для изучения черепа и призвал в нее палеоантрополога Криса Стрингера из Британского музея естественной истории. В 2022 году исследователи опубликовали свои результаты, где они почему-то утверждали, что человек из Харбина принадлежит к новому виду. Чтобы прийти к такому заключению, Цзянь Цзы и Сицзюнь Ни использовали статистический метод, применяемый в палеоантропологических исследованиях для реконструкции филогенетических взаимоотношений. Методика включала следующие этапы: отбор диагностических морфологических признаков, построение вероятностного древа родственных связей, анализ полученных филогенетических моделей. Результаты анализа показали, что харбинская популяция с высокой долей вероятности образует сестринскую группу по отношению к H. sapiens.

Чтобы назвать этот вид, они предложили биномиальное название Homo longi, производное от Лунцзян – «река Дракона», – либо от названия провинции Хейлунцзян, столицей которой является Харбин.

В интервью для журнала Pour la Science палеоантрополог Жан-Жак Юблен из Коллеж де Франс решительно отверг такое заключение:

«Китайские исследователи подходят к древу и к датам расхождения между его ветвями, противореча всему, что известно на сегодняшний день. <…> Я совершенно не понимаю усилия, приложенные, чтобы отменить очевидный вывод: все эти китайские окаменелости являются останками денисовцев… денисовцы же составляют родственную группу с неандертальцами, а не H. sapiens».

С 2022 года, и после пояснений Цян Цзи и Сицзюнь, ситауция на самом деле… ухудшилась. В конце 2024 года Кристофер Бэ (Гавайский университет) и Сюцзе Ву (из IVPP), после исследования ископаемых останков из Сюцзяо-Хоудзяяо, предложили объединить древние ископаемые останки азиатского происхождения, возрастом не старше 200 тысяч лет, в условную группу Homo «Juluren», то есть новый вид Homo juluensis, что по-китайски значит «человек с большой головой». Это предложение сделало и без того запутанную ситуацию еще более запутанной – такой признак, как большой размер головы характерен и для H. Sapiens, и для неандертальцев и для денисовцев, поскольку явно был унаследован от их общего предка H. heidelbergensis/rhodesiensis. То есть, в этом признаке нет ничего особенного, и он не может каким-либо образом характеризовать эту вероятную новую группу «Juluren».

На самом деле, оба исследователя стараются подсунуть коллегам уже известное открытие. Бэ и Ву предлагают объединить в один вид не только ископаемые останки из Сюдзяяо-Хоудзяяо, но и из Линьцин, а также останки, давно уже признанные останками денисовцев – из Сяхэ, из собственно Денисовой пещеры и зуб денисовского человека, обнаруженный в пещере Кобры в Лаосе – а также нижнюю челюсть Пэнху, найденную в море у берегов Тайваня. При этом они тщательно игнорируют «человека-дракона», Homo longi, чьи останки датированы тем же периодом; его верхняя челюсть безусловно похожа на нижние челюсти Сяхэ и Пэнху… а они сюда добавляют женщину из Циньнюшаня и ископаемые останки Дали. Итак, этот Juluren – всего лишь способ напустить туману, как это принято в Китае, хватаясь за голову, как за воистину «большую»!

Именно к такому выводу и подводит наше расследование. Исходя из данных биогеографических, археологических, генетических и палеонтологических наблюдений, собранных нами и организованных в наглядный комплекс, денисовец становится палеонтологическим видом. Отныне этот человек известен не только по своему геному, но также по отличительным признакам костей и зубов, выявленным у окаменелостей Денисовой пещеры, Сяхэ, Сюдзяяо, Дали, Линьцин, Маба, Пэнху, Циньнюшань, Харбин… Палеонтологическое определение, выводимое из проведенной работы, совершенно беспристрастно, но оно пока еще рабочее. Придется подождать официального утверждения; тем не менее большинство палеоантропологов согласны с тем, что в Китае существует линия, близкая к неандертальцам, но все же отличная от них: линия денисовцев!

ОТ ФОТОРОБОТА К НАСТОЯЩЕМУ ПОРТРЕТУ

Таким образом, простое равенство, возможно, дает самый лучший портрет денисовца:

Денисовец = череп Харбина + челюсть Сяхэ + туловище Циньнюшань

Расшифровка: нижняя челюсть массивная, без подбородка, с тремя очень крупными зубами; лицо крупное, широкое и довольно плоское; скулы расположены «по плоскости лица» и отличаются от скошенных скул неандертальцев; глазницы, большие и прямоугольные, сверху обрамлены внушительным надглазничным валиком, сходным с «козырьком» неандертальцев, однако с выемкой в его центральной части; тело верхнечелюстной кости формирует по обе стороны носа над клыком углубление – «клыковую ямку», – особенность, отсутствующую у неандертальцев, но сближающую денисовца с сапиенсом.

Впечатление массивности, производимое лицом, когда смотришь на него спереди, усиливается широким черепом. За лицом с покатым лбом скрывается большой мозг, расположенный под низким и вытянутым сводом черепа, очень напоминающим череп неандертальца, вплоть до затылка.

Далее, туловище женщины Циньнюшань говорит нам о том, что большая голова дополнена мощным коренастым телом, с массивным тазом и непропорционально короткими по сравнению со всей рукой предплечьями (о пропорциональности бедра ко всей ноге сказать нечего), напоминая приспособленное к холоду туловище неандертальца. Но это заключение достоверно лишь для северных денисовцев (как справедливо и для северных H. sapiens, потомками которых являются современные инуиты), но не для тропических денисовцев. Хотя у нас нет даже самой мелкой косточки, относящейся не к черепу, чтобы подтвердить наш вывод, сравнение с тропическими H. sapiens наводит на мысль, что южные денисовцы имели длинные и тонкие конечности, более приспособленные выделять тепло. Если, конечно, как подсказывают, например, племена негритос на Филиппинах, лесные денисовцы не имели сходства с пигмеями.

Однако отметим, что Денисова 3 – единственный денисовец, полностью секвенированный с очень высокой точностью, – обладал генами, которые у современных H. sapiens сочетаются со смуглым цветом кожи, темными волосами и карими глазами. Это побуждает нас считать, что контакты между севером и югом сохраняли у северных денисовцев смуглую, даже черную кожу, как у тропических денисовцев. Денисовский фенотип сильно отличается от фенотипа неандертальца, чей цвет волос варьировался от рыжих до каштановых, кожа была светлой, а цвет глаз мог варьироваться от карих до голубых.

Еще одно наблюдение: и у неандертальцев, и у денисовцев мы нашли следы давнего смешения с «суперархаичными» людьми (H. erectus?); возможно, это смешение также повлияло на различие внешности денисовцев от севера до юга. Каким образом? Мы этого не знаем! Завершая портрет денисовского человека, отметим, что даже если мы нарисовали его исходя из северных окаменелостей, очень большое сходство между челюстью Сяхэ и челюстью Пэнху, между моляром из Денисовой пещеры и моляром из пещеры Кобры в Лаосе говорит о том, что денисовец, как и азиатский H. sapiens, принадлежал к одному и тому же виду, что подтверждает его генетическое наследие.

Подойдя к завершающей стадии, мы благодарим вас за то, что вы следили за нашими осторожными, но и одновременно увлекательными рассуждениями о костной морфологии денисовцев. Обсуждения привели нас к портрету, правда, скорее из костей, нежели из плоти, так что теперь мы хотим пойти дальше и восстановить – насколько возможно – способы существования денисовцев. Мы уверены, что на огромной территории, представляющей Азию с ее различными климатическими зонами, эти способы довольно сильно различались.