На здоровье.

Я упивался потрясающими ощущениями, наблюдая, как румяная, улыбающаяся Иви расправляется с завтраком, который я приготовил для нее.

Как я уже сказал, на здоровье.

Завтрак ей приготовил я.

Она так улыбается не из-за треклятого омлета.

Я находил какое-то странное удовлетворение в том, что заботился о ней. Мне нравилось ее кормить.

Ну, а мне нравится ее вылизывать. Так что мы квиты.

Взяв ее пустую тарелку, я подошел к раковине и поставил ее туда, пока Иви пила апельсиновый сок.

Нужно, чтобы наша девочка была здорова. Полна энергии. Десятый раунд начинается сегодня вечером.

Тут и возразить нечего.

ХвалаГосподу. Просто чудо чертовское.

Конечно, девять раундов мы вчера не выдержали, но были близки к этому числу. Мы оба чувствовали себя чертовски уставшими из-за того, что почти не спали, но почему-то это совсем не испортило нам настроение этим утром.

– Я так и не поблагодарила тебя за вчерашний вечер.

– Да не за что. – Я не смог сдержать улыбки.

Она засмеялась, на ее щеках появился очаровательный румянец.

– Ну, не за это, хотя это заслуживает больше, чем просто благодарность.

Чертовски верно подмечено, детка.

– Я имела в виду вечеринку. Ты пришел и вел себя… – она приподняла плечи, глубоко выдыхая, – потрясающе.

– Я же говорил тебе. Я всегда буду рядом.

Она с трудом сглотнула, вставая из-за стола.

– Что ж, я очень ценю это. Дерек, как всегда, вел себя как придурок.

– Да. Я слышал, что он сказал.

Она приподняла бровь.

– Слышал?

Я крепко стиснул зубы.

– Тонкий слух оборотня.

И, если этот придурок еще хоть раз ее тронет, я сломаю ему руку. Потребовалось немало усилий, чтобы на вечеринке не размазать его по стенке.

Помнишь топ-5 кандидатов на отстрел? Дерек-придурок занимает в этом списке первое место.

Иви слегка кивнула мне, прежде чем мрачное выражение на ее лице сменилось улыбкой.

– Кстати, я вспомнила. Мне нужно кое-что показать тебе.

Она подбежала к кофейному столику и взяла маленькую черную сумочку, с которой вчера ходила на вечеринку. Вытаскивая из нее мобильный телефон, она посмотрела на меня и прикусила губу, затем начала что-то в нем листать.

Задержав дыхание, прежде чем нервно выдохнуть, она стояла, переминаясь с ноги на ногу.

– Ладно. На самом деле тут ничего особенного, но надо же с чего-то начинать.

Затем она повернула телефон экраном ко мне, на нем было открыто приложение Webtoon, которым пользовались многие независимые художники для публикации цифровых комиксов.

Уставившись на экран на долю секунды, я выхватил телефон у нее из рук и кликнул на иконку с изображением рыжеволосой фигурки, которую сразу узнал. Конечно же, в приложении тут же открылось: «Ведьмы в большом городе. Эпизод первый». Всего было опубликовано три эпизода, первый насчитывал семьсот двадцать четыре лайка, у остальных было почти столько же.

– Иви! Ты сделала это!

Она хихикнула и прикрыла рот рукой. Ни разу не слышал, чтобы она издавала такой девчачий звук. Похожие смешки раздаются рождественским утром, когда наступает время открывать подарки.

Я быстро перелистывал страницы, не читая текст, просто наслаждаясь красотой ее иллюстраций, неординарным оформлением и цветовой гаммой, которую она выбрала. Все это выглядело потрясающе.

– Черт возьми, милая. – Потянувшись к Иви, я заключил ее в объятия и крепко сжал. – Я так тобой горжусь. – Я поцеловал ее в макушку, глубоко вдыхая ее восхитительный запах. Я пропал, однозначно.

Обвивая руками мою талию, она прижалась губами к моей шее.

– Я опубликовала первые три эпизода только на прошлой неделе. Я еще не занималась продвижением или чем-то подобным. И я работаю над тем, чтобы выпустить их в печатном виде. Мне очень хочется, чтобы они были напечатаны на бумаге для таких же фанатов комиксов, как я сама. Бэм даже сказал, что будет рад продавать их в своем магазине.

– Это просто невероятно. – Я покачивал ее в своих объятиях. – Я серьезно.

Она отстранилась, чтобы посмотреть на меня.

– Этим я обязана тебе.

– Нет, это не так. Ты всегда имела необходимые талант и решимость. Я просто слегка подтолкнул тебя вперед.

– Мне был так необходим твой пинок, Матео.

Улыбка, которой Иви меня одарила, стоила того, чтобы за нее умереть. Она понятия не имела, что со мной делала. И после вчерашней ночи я осознал, что не смогу долго сдерживать свои чувства.

– Пойдем. Проводишь меня?

– Конечно.

Она снова была одета в вечернее платье и туфли на каблуках, но поверх накинула мою толстовку с капюшоном, которая доходила почти до края ее платья. Она выглядела чудно́, но ей было все равно. Мне тоже. Меня заботило лишь, чтобы она оставалась в тепле. За ночь температура на улице опустилась, и на смену жаре окончательно пришел бодрящий холодный фронт.

Ты шутишь? Она выглядит аппетитно. С этой минуты она должна носить только нашу одежду.

Я взял ее за руку, и мы спустились по лестнице. Я включил свет в мастерской, так как от окон толку особенно не было – небо затянуло тучами.

– О боже мой. – Иви отстранилась от меня и приблизилась к рабочему столу и скульптуре в натуральную величину, стоявшей перед ним. – Матео, – прошептала она.

Иви замерла возле моей последней работы, и я подошел к ней, наблюдая, как на ее лице появляется выражение шока, затем изумления и счастья при виде неожиданного сюрприза.

– Это я, – наконец сказала она.

– Да, это так. – Я не хотел отдавать скульптуру, вдохновленную исключительно ею, ведь в литой стали теперь была заключена частичка моего сердца.

– Но… – Иви покачала головой, протягивая руку и касаясь волнистых волос, каскадом ниспадающих на лицо скульптуры, которая была ее собственным отражением в оцинкованной стали. – Твой клиент не заказывал статую, изображающую меня.

– На самом деле, Сандра предоставила мне свободу для творчества.

– Она похожа на ведьму. В чем-то.

– Ну, учитывая, кто моя муза.

Я пожал плечами. В развевающемся платье и плаще с капюшоном статуя и правда была похожа на ведьму, и по ее взгляду казалось, что у нее есть какой-то секрет. Словно она владеет магией.

Иви помолчала с минуту, прежде чем спросить:

– А какие именно у Сандры были требования к этой скульптуре? – Проведя пальцем по вытянутой руке фигуры, она затем обошла ее.

– «Какие именно»?

Она переключила свое внимание на меня. Я помнил их наизусть, поэтому сказал, понимая, что признавался ей во многом и, возможно, многим рисковал. Но к черту, меня распирало от чувств.

– Она попросила создать скульптуру красивой женщины в струящемся наряде и плаще с капюшоном. Женщины, которая воплощала бы надежду, силу и, – я с трудом сглотнул, – любовь.

Глаза Иви будто заволокло пеленой, и она быстро заморгала. Я подошел ближе, скользнул руками вверх, чтобы обхватить ладонями ее лицо, касаясь большими пальцами ее прекрасных скул.

– Так что, как видишь, – прошептал я, подталкивая ее назад, пока она, пятясь, не уперлась спиной в мой рабочий стол, – мне ничего другого не оставалось. Никто больше не подходит под это описание.

Ее сердце застучало быстро, как у кролика, попавшего в капкан. Я провел рукой по ее шее и обхватил основание горла, располагая большой палец на пульсирующей вене.

– Ты мог бы выдумать образ. Какую-нибудь красавицу из своего воображения.

Я улыбнулся, прижимаясь ртом к ее губам.

– А смысл? Я знаю – и теперь довольно близко – женщину, которую не могу выбросить из своей головы. Женщину, которая занимает мои мысли днем и ночью. Которая заставляет меня чувствовать… – Я прижался к ней лбом. – Черт, Иви, ты не представляешь, что заставляешь меня чувствовать.

Она сжала кулачками футболку на моей груди.

– Что я заставляю тебя чувствовать?

Схватив за талию, я усадил ее на стол и расположился у нее между ног. Иви раздвинула бедра шире, тогда я притянул ее к краю стола, всем телом прижимаясь к ней как можно плотнее, отчего подол ее платья высоко задрался.

– Ты заставляешь меня чувствовать себя сильным. – Я уткнулся носом ей в шею, вдыхая ее божественный аромат. – Наполняешь надеждой. – Я прочертил дорожку к линии ее челюсти и ее рту, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, когда я понял, что собираюсь ей признаться. Я смотрел ей прямо в глаза, отказываясь быть трусом и готовясь принять любую реакцию, которую мог в них увидеть. – И любовью, Иви.

Она раскрыла рот, ее взгляд наполнился нежностью, затем она быстро заморгала.

– Матео…

– Ничего не отвечай. – Я запечатлел на ее губах крепкий поцелуй, приоткрывая ей рот и проникая внутрь него жаркими ласками.

Сейчас я нуждался только в ее ответных стонах. Это означало, что мы одинаково чувствуем, к чему все идет. Я провел ладонями по обнаженным бедрам под ее платьем, большими пальцами прошелся по тазовой кости, ощутив прикосновение к коже, а не к кружеву. Затем я вспомнил, что разорвал ее трусики. Вернее, Альфа разорвал.

Да, черт побери, именно так я и сделал. Трусики ей больше не нужны. Я все равно буду рвать их в клочья.

Я бы поспорил с ним, заявив, что Иви существовала не только ради того, чтобы приносить ему удовольствие, но в данный момент я мог думать только о том, чтобы сделать приятно ей. После прошлой ночи ей было бы слишком больно сейчас меня принять, но это не означало, что я не мог доставить ей удовольствие. Приложив изрядную долю усилий, я выбросил волка из головы и сосредоточился на Иви.

Своим сладким язычком она ласкала мой, и, когда я провел подушечкой большого пальца по ее щелочке, она, замурлыкав, стала скользкой и влажной для меня. Иви зарылась пальцами мне в волосы, обхватывая ладонями мою голову. Одной рукой я сжал ее ногу возле бедра, чтобы удержать ее на месте, а большим пальцем второй нашел ее набухший клитор и начал круговыми движениями растирать влагу по коже.

– Матео. – Она хрипло запротестовала, но в то же время теснее прижалась ко мне.

– Не волнуйся. – Скользнув вниз по шее, я провел языком по впадинке у основания горла. – Я просто хочу, чтобы ты кончила. – Еще одно скольжение языком. – Мне нужно услышать, как ты кончаешь, детка.

Ее стоны становились все громче, мои пальцы становились все более влажными, затем меня, словно кувалдой, ударило ощущение ее пьянящего запаха.

– Господи, – выдохнул я.

Положив ладонь чуть ниже шеи, я толкнул Иви обратно на середину стола – радуясь, что ежедневно убирал с него весь мусор, – и задрал подол платья до талии. Обхватив ее задницу обеими руками, я приподнял ее над столом, придвинулся ближе к ней и зарылся лицом в ее влажную промежность.

Завтрак чемпионов.

Сгинь.

Просто наслаждаюсь процессом, раз уж мы наконец-то на одной волне.

Пошел вон.

Самая сладкая киска на всем чертовом свете.

Пошел вон!

Мысленно оттолкнув волка, я отправил его куда подальше. Остались только мы с Иви. Я ласкал ее клитор круговыми движениями, затем языком приник к ней вплотную и провел им вдоль складочек. Она извивалась, пытаясь то прижаться плотнее, то отстраниться. Но я не мог на этом успокоиться. Я хотел, чтобы она кричала. Я хотел, чтобы с ее губ срывалось мое имя. Я хотел, чтобы она дрожала от оргазма на моем рабочем столе.

Было для меня что-то особенное в том, что Иви находилась в помещении, где я работал, где создавал произведения искусства и переплавлял сталь в нечто прекрасное; я просто сходил с ума от того, что она была разложена здесь передо мной. Прерывисто дышала из-за меня. Когда-нибудь – в ближайшем будущем – я собирался заняться с ней любовью прямо здесь. Но сейчас мне нужно было видеть, как она рассыпается на кусочки, слышать, как ее стоны эхом отражаются от стен. Ее очаровательные щечки заливал румянец, а ярко-зеленые глаза смотрели на меня сверху вниз, пока я усердно ласкал ее. Я приостановился, поднимая голову вверх, чтобы запомнить ее такой.

– Что? Нет, Матео. Не смей останавливаться.

Она не улыбалась. Она была в отчаянии. Я протянул к ней руку и засунул ей два пальца в рот, сделав два толчка внутрь, чтобы она их как следует увлажнила. Обхватив пальцы губами, она застонала, облизывая их языком.

– Вот умница, – пробормотал я, мой пульс участился при виде такой картины.

Я продолжил трудиться, вылизывая линию от клитора до ее входа, дважды протолкнул в нее язык, прежде чем сменил тактику и ввел в нее два пальца.

– Да, Матео. Пожалуйста. – Она приподняла бедра над столом, прижимаясь ко мне.

Я застонал и стал ласкать ее сильнее, как она хотела, ударяясь костяшками пальцев о чувствительную плоть с каждым новым толчком. Затем я накрыл губами ее тугой бугорок и слегка согнул пальцы внутри нее, касаясь нужной точки.

– Матео!

Вот это было сильно.

Тут уж сдерживать волка я не мог. Проклятье, он был прав. На этот раз она кончила сильно. Я лизал и целовал ее киску, избегая прикосновений к чувствительному клитору, пока она, достигнув кульминации, дрейфовала на волнах удовольствия.

– М-м-м. – Я не удержался и выразил восхищение, глядя на нее, такую хорошенькую и пунцовую от моих прикосновений. – Черт. – Я тряхнул головой и судорожно выдохнул, затем одернул ее юбку, чтобы скрыть будоражащий вид от своего взгляда.

Я поднял Иви, взяв за руки, и она безвольно упала мне на грудь.

– Ладно, – сказала она, переводя дыхание. – Я возвращаюсь в постель.

Я рассмеялся, запечатлев поцелуй на ее прекрасных губах.

– Ты могла бы провести сегодняшний день со мной.

Она выглядела такой грустной.

– Черт, если бы я только могла. Но я действительно хочу встретиться с Джулс, чтобы обсудить книгу.

– Книгу, которую должен был достать Рубен? Вы ее заполучили?

Она стукнула себя по лбу.

– Совсем забыла тебе сказать.

Уверен, улыбался я как дьявол.

– Я рад, что ты была настолько поглощена процессом, что забыла. Значит, что-то я все-таки делаю правильно.

Обхватив меня за шею, она сцепила ладони у меня под затылком и сказала так искренне, что сердце у меня забилось с новой силой:

– Ты все делаешь правильно.

На здоровье! В очередной раз.Согласись, я заслужил похвалу.

– Рад это слышать. – Я помог ей спуститься. – Значит, сегодня вы с Джулс будете заняты книгой?

– Да. Мне нужно сконцентрироваться на контрзаклинании для тебя. Следующее полнолуние уже через несколько дней. – Она приподняла бровь. – Забавно, но кажется, что ты больше не нервничаешь. Я имею в виду, из-за потребности обернуться волком, как в прошлый раз.

Я откашлялся.

– Да. Полагаю, что так.

– В смысле «полагаешь»?

Да, я, возможно, только что в некотором роде признался Иви в любви, но я не собирался говорить ей, что Альфа был абсолютно уверен: она наша единственная и неповторимая. Исключительно благодаря ей волк перестал лезть из кожи вон и больше не заставлял меня каждый день чувствовать себя так, словно я страдал от параноидальной шизофрении. Она в прямом смысле держала волка в узде.

– Что ж… – Пора сменить тему. – Полагаю, это уважительная причина, чтобы не проводить со мной день. Поскольку твои мысли все равно будут заняты мной. Верно?

Она покачала головой.

– Мои мысли всегда заняты тобой.

– Правда? – От ее признания по моим венам прокатилась волна адреналина.

– Ты же знаешь, что да.

– Ну, теперь точно знаю.

– Я зайду вечером, чтобы отблагодарить тебя за это.

Она оглянулась на мой рабочий стол, дрожа всем телом. Мой твердый член, упиравшийся в молнию джинсов, радостно дернулся в ответ.

Я ухмыльнулся, обхватывая руками ее идеальную задницу.

– Прихвати с собой рюкзак с вещами.

– Ты хочешь, чтобы я переночевала у тебя?

Я хочу, чтобы ты никогда не покидала меня.

– Ага. Поужинаем и посмотрим фильм.

– Вновь отведаем мясного пирога?

– Нет. Я и другие блюда готовить умею.

Она прижалась ко мне всем телом. Восхитительно.

– Но мне нравится твой мясной пирог.

Да, это правда.

– Боже, Иви. Перестань. – Я прикусил ее нижнюю губу. – Мне и так тяжело себя контролировать.

Она рассмеялась и высвободилась из моих объятий, направляясь в сторону двери, которая выходила во внутренний двор и дальше в галерею.

– В семь часов будет нормально?

– Идеально. Хочешь, я подвезу тебя до дома?

– Нет, я сама дойду. Здесь недалеко.

– В этом? – На каблуках и в моей толстовке, которая едва прикрывала подол ее вечернего платья.

– Мне все равно.

Скрестив руки на груди, я красноречиво оглядел ее несуразный наряд.

– Я боялся, что ты не захочешь с позором вышагивать вдоль Мэгэзин-стрит.

Она откинула голову назад и звонко рассмеялась. И вновь мое сердце сжалось от этого звука. Я бы мог привыкнуть к ее смеху.

Иви открыла дверь во двор и подняла повыше ворот моей толстовки, делая глубокий вдох, со стоном наслаждаясь моим запахом и одаривая меня таким взглядом, от которого мой член становился еще тверже.

– Матео, я буду вышагивать не с позором. А с гордостью.

– Так, ну все. – Я побежал за ней и взял ее за руку, сплетая наши пальцы вместе, затем пошел впереди нее.

– Куда мы идем? – спросила она, так ясно улыбаясь, что у меня замерло сердце.

– Я провожу тебя до дома, а по пути мы зайдем выпить чашечку эспрессо в кафе «Френч Трак Кофе».

– Мы пили кофе наверху, Матео. – Мы вышли в галерею через внутренний двор. – Ты просто ищешь предлог, чтобы побыть со мной подольше?

– Разумеется, – признался я, притягивая ее ближе к себе и краем глаза замечая Мисси, открывавшую кассу. – Здравствуй, Мисси.

– Привет, Мисси, – сказала Иви, дружелюбно помахав ей рукой, ее лицо светилось от радости.

Проклятье, я любил ее.

Мисси моргнула, не вполне понимая, что происходит, затем нерешительно помахала в ответ.

– Привет?

Когда мы были уже в дверях, Иви помахала ей свободной рукой поверх моего плеча:

– Пока, Мисси.

Прогулка была короткой и тихой – мы только и делали, что улыбались и смотрели друг на друга. Иви накрыло так же сильно, как и меня, но я с легкостью готов был подождать, пока она сама произнесет заветные слова. Правда читалась в ее глазах так же ясно, как сияло небо над головой.

Неудивительно, что никто не обратил внимания на странный наряд Иви, когда мы зашли в кофейню. Собственно, за столиками сидели несколько человек, которые наутро, возможно, тоже наслаждались вчерашними воспоминаниями. Хотя я сильно сомневаюсь, что они провели ночь так же восхитительно, как мы с Иви.

Расположившись за тем же столиком, что и в прошлый раз, мы потягивали эспрессо, просто глядя друг на друга. Это было просто абсурдно: какими одурманенными мы, должно быть, выглядели.

Иви опустила чашку на стол и поставила на него локти, подперев ладонью щеку.

– Спасибо за следующий раз.

Облизнув губы, наслаждаясь вкусом крепкого кофе и тем, как очаровательна была Иви, я ответил низким рокочущим голосом:

– Нет. Это тебе спасибо.

Она залилась румянцем, отчего мне захотелось притянуть ее к себе через стол и зацеловать до смерти. Я взял ее за руку и поднес костяшки ее пальцев к своим губам, желая вновь ощутить вкус ее кожи. Я жаждал находиться рядом с ней всей душой и ничего не мог с собой поделать.

– Знаешь…

– Матео, – раздался знакомый женский голос. – Какой приятный сюрприз.

Сандра подошла к нашему столику со стаканом кофе, взятым навынос, в руках.

– Сандра.

Я встал и приобнял ее одной рукой. Она, как обычно, была накрашена и одета безупречно. Я заметил, как Иви подтянула ворот толстовки, прикрывая им грудь.

– Присядь, – мягко, но настойчиво сказала она. – Я не хотела вам мешать.

Я повиновался. Сандра смотрела на Иви, улыбаясь еще шире.

– И тебя я тоже рада снова видеть. Такое чувство, будто у меня дежавю.

– У меня тоже, – сказала Иви с легким смешком. – Не хотите к нам присоединиться?

– Нет, спасибо. У меня назначен визит к парикмахеру неподалеку, и я просто зашла сюда по пути.

Она продолжала неотрывно смотреть на Иви, искренне и заразительно улыбаясь, затем, вскинув брови, перевела взгляд на меня, очевидно догадываясь, что между нами была не просто интрижка. Я ни разу в жизни не относился к женщине так серьезно, и только слепой или бестолковый мог не заметить, что происходило между мной и Иви.

– Я определенно не хочу мешать двум юным голубкам, – сказала Сандра, тем самым подтверждая, что прекрасно все поняла.

Мне ничего не оставалось, кроме как любоваться румянцем, залившим шею Иви, и озорным блеском, появившимся в ее глазах. Наконец я вновь посмотрел на Сандру.

– Мы будем рады, если ты присоединишься к нам. – Затем я подмигнул Иви. – Пусть мы и ведем себя как влюбленные голубки.

Сандра издала хриплый смешок.

– Не сегодня, благодарю. Но я хотела спросить, закончил ли ты мою скульптуру.

– Закончил, – с энтузиазмом добавила Иви. – И она просто восхитительна.

– Правда? Жду не дождусь, когда увижу ее. – Она переключила внимание с Иви на меня. – Вечером я буду дома, поэтому, если тебя не затруднит, привези мне ее сегодня. Страсть как хочу установить ее в саду.

Я призадумался на минуту, осознавая, что сойду с ума, если весь день буду занят только мыслями об Иви. Лучше найти себе дело – например, упаковать и подготовить скульптуру к транспортировке.

– Разумеется. Во сколько?

Сандра посмотрела на свои часы.

– Если не возражаешь, я напишу тебе позже, когда улажу все дела в городе.

– Без проблем.

– Тогда я пойду. Не хочу опоздать в салон.

Я встал и обнял ее, целуя на прощание в щеку.

Сандра взяла меня за руку и по-дружески сжала ее.

– Приятно видеть тебя таким спокойным, Матео. Таким счастливым.

– Спасибо, – сказал я, кивнув. – Я никогда не был так счастлив.

Художница еще раз сжала мне руку.

– Я свяжусь с тобой позже.

Затем она ушла.

Откинувшись на спинку стула и глядя на сидевшую за столом напротив меня прекрасную женщину с взъерошенными после бурной ночи волосами, я понял, насколько верным было мое утверждение. Я никогда не был так счастлив.