Когда мы подошли к входной двери, я возвела вокруг своего глупого, нежного сердца каменную крепость с зубчатыми стенами и рвом, полным крокодилов. Да, Матео сказал мне, что не заводит отношений, и брошенная им фраза «у женщин нет со мной шансов» моментально погасила пламя, разгоревшееся после того, как он признался, что «чертовски любит секс». Мне пришлось попрощаться с призрачной надеждой, что когда-нибудь мы можем стать парой.

Конечно, всегда был вариант – разумеется, после того, как мы разрушим заклятие, – завести на пару месяцев отношения, основанные исключительно на сексе. Я бы могла согласиться. Умопомрачительный секс с Матео, а потом… что потом? Он выбросит меня на обочину, как до этого выбросил других своих дам, чтобы я сильно не привязывалась. Но давайте посмотрим правде в глаза: я уже привязалась. Прямо сейчас мне очень нравилось просто проводить с ним время. Если бы мы перевели наши отношения в горизонтальную плоскость, то дружбе пришел бы конец. И черт побери, он мне действительно нравился как друг. Но… жаркий, обжигающий, восхитительный секс с Матео?

– Ты меня слушаешь вообще?

– Что? – Я сфокусировалась на мужчине, который стоял передо мной и из-за которого мой мозг превращался в кашу.

Стоя на крыльце, он усмехнулся, но выражение его лица осталось серьезным. Я не винила его. Денек сегодня выдался еще тот.

– Выпей со мной чашечку кофе. В кафе «Френч Трак Кофе» делают потрясающий эспрессо.

Я глянула на часы, даже не пытаясь зафиксировать указанное на них время.

– Нет. Мне нужно еще много чего прочитать. Из-за твоего заклятия у меня полно работы.

– Но у нас осталось еще два часа.

Я пожала плечами.

– Я немного устала.

– Устала? Или злишься?

– С чего бы мне злиться?

– Не знаю. Это ты мне скажи.

– Я не злюсь.

– Лгунья из тебя так себе.

– Вот теперь я точно злюсь. – Я скрестила руки на груди. – К твоему сведению, я великолепная лгунья.

– Да ну? Докажи.

– Каким образом?

Он слегка приблизился ко мне, держа руки в карманах.

– Притворись счастливой и выпей со мной чашечку кофе.

В его голосе звучала нежность, а в глазах читалась щенячья ранимость. Да что б тебя, это запрещенный прием. И хотя я все еще злилась на Матео за ту чушь про одиночество, которую он сказал ранее, я не могла устоять перед ним. Я подняла повыше разводные мосты, запустила крокодилов в ров и произнесла:

– Ладно.

Он протянул мне руку. Я привыкла держать его за руку, когда мы куда-то шли. Но сейчас я смотрела на нее так, словно это была не рука, а ядовитая гадюка, готовая в любой момент меня укусить.

Он ухмыльнулся, склонив голову набок, и шепнул:

– Лгунья из тебя так себе.

Сделав глубокий вдох, а затем выдох, я взяла его под руку и позволила вывести себя на улицу. Из меня получалась отличная актриса, когда я старалась, а сейчас я старалась. Беззаботно шагала рядом с ним, словно ничего не произошло.

– Обед удался на славу, правда? – В моем голосе звучало чуть больше сарказма, чем требовалось.

Я не услышала, но почувствовала, как в груди Матео зародился раскатистый смех.

– Обед был просто замечательным. Особенно мне понравился цирк, который устроили животные. Очень к месту.

– Мы старались угодить тебе. Ведь к нам пожаловал такой необычный гость.

Мы продолжали шагать, но Матео на секунду замолчал. Полагаю, мне не стоило говорить с такой горечью в голосе. Но что поделать! Лгунья из меня так себе! Доволен?

– Иви. Мои слова расстроили тебя.

ДА!

– Нет. Вовсе нет.

Он хмыкнул.

– То есть разговор о моих бывших девушках тебя не задел.

– Матео, то, чем ты занимаешься с другими женщинами, – твое дело.

– Понятно. – Он согнул руку, крепче прижимая меня к себе. – Послушай. Я понимаю, что слова звучали грубо, но на меня накатило отчаяние, понимаешь? Твоя сестра шла по ложному следу. А я и раньше тебе говорил, что у меня не было продолжительных отношений.

– Да. Ты говорил мне. Все нормально.

– Я не конченый урод, Иви. Я честен с тобой и ничего не скрываю.

– Ни секунды не сомневалась.

– Тогда почему ты злишься? Потому что я честен с тобой?

Я чувствовала себя идиоткой. Он был прав. Я выдохнула и потянула нас в сторонку, чтобы остановиться. Мы стояли лицом к лицу, мимо нас шли покупательницы с сумками, занимавшими большую часть тротуара.

– Я не злюсь на тебя.

Почему-то сейчас это было правдой. Разве я могла злиться на него за то, что он был самим собой? Это все тот же Матео. Честный, искренний и невероятно красивый. Просто теперь я четко понимала, какое место в его жизни занимают женщины. Меня задевали его слова, но я лишний раз убедилась: уж лучше я буду ему другом до конца жизни, чем девушкой до конца месяца. Я улыбнулась и протянула ему руку.

– Друзья?

Он пристально вглядывался в мое лицо, размышляя, казалось, о чем-то своем. Матео хотел было что-то сказать, но передумал. Моргнув, он взял меня за руку и притянул к себе, обняв второй рукой за талию. Хриплым голосом, почти касаясь моего уха, он прошептал:

– Друзья.

Я ненадолго положила голову ему на плечо, осознавая, что одним рвом тут не обойтись. Я отстранилась прежде, чем успела с головой погрузиться в тепло и аромат совершенства, исходившие от него. Мы продолжили нашу прогулку, не касаясь друг друга, но молчание было уже не таким тягостным.

По улице пронесся прохладный ветерок, отчего мои голые ноги покрылись мурашками. Я скрестила руки на груди, чувствуя, что погода наконец-то становится осенней. Отлично, ведь уже заканчивался октябрь.

Вскоре мы подошли к ярко-желтому кафе «Френч Трак Кофе». Матео придержал для меня дверь, и мы скользнули внутрь.

– Обед был за твой счет, значит, кофе – за мой, – сказал он. – Что желаешь?

– Мне нравится их эспрессо.

– Принято.

Он встал в очередь, а я нашла столик на двоих и присела. Мое внимание было сосредоточенно на окружающих людях, поэтому я даже не заметила, как Матео разговорился с женщиной, стоявшей за ним в очереди. Она что-то оживленно рассказывала, а в руке держала сумочку «Ив Сен-Лоран» и пакет из магазина «Пайлот и Пауэлл»[46]. Мы как-то зашли в этот бутик, чтобы выбрать для Ливви наряд, в котором она могла бы пойти на бал Марди Гра[47]. Посмотрев на ценники, мы, спотыкаясь, вышли из магазина.

Женщине было лет сорок, у нее были аккуратно уложенные светлые волосы длиной чуть ниже плеч и манеры хорошо воспитанного человека. Человека, привыкшего к деньгам и роскошным вещам, которые на эти деньги можно приобрести. Пока Матео стоял рядом с ней и ждал, когда приготовится их – то есть наш – кофе, я рассматривала свою футболку и шорты. Мне было неприятно, что он настолько гармонично смотрелся рядом с такой женщиной, от этого я даже заерзала на стуле. У меня возникло ужасное предчувствие, что, возможно, она была одной из любовниц, которых он оставил в прошлом.

Нет. Это уже паранойя. Глупости. Она купила кофе навынос.

– Иви, – обратился Матео ко мне, поставив на стол наши чашки с эспрессо, – это Сандра Блэйк, одна из художниц, чьи работы выставлены в моей галерее.

Какая же я идиотка. Улыбнувшись, я протянула ей руку.

– Вы пишете абстрактные пейзажи?

Она пожала мою руку – не вяло, как девчонка, а искренне и уверенно. Уже только поэтому она мне понравилась, а вот самой себе я показалась полной засранкой.

– Виновна по всем пунктам.

При ближайшем рассмотрении Сандра оказалась не просто красивой, а сногсшибательной женщиной. Скулы, за которые можно продать душу дьяволу, и безупречный цвет лица, который смотрится просто грешно на женщине старше тридцати.

– Я бы хотела быть более оригинальной, как Матео, но я одна из тех художников, кто рисует то, что видит.

– Как импрессионисты, – добавила я.

– Да. А ты разбираешься в искусстве. – Она одарила меня доброй улыбкой.

– Ну, я разбираюсь в художниках. – Я бросила взгляд на Матео, а затем сказала ей: – Ваши работы прекрасны.

И я говорила от чистого сердца. Луизиана на ее картинах выглядела такой узнаваемой, но она была прорисована смелыми крупными мазками и яркими красками.

– Ты слишком добра, Иви. Но спасибо тебе.

– У вас, наверное, очень красивый дом.

– Да, но этим я обязана Джину, упокой Господь его душу. Вам с Матео нужно обязательно как-нибудь зайти ко мне в гости на чай.

Мысленно я рассмеялась, подумав о Кларе и ее еженедельном книжном клубе, в рамках которого они устраивали чаепития и обсуждали новинки в жанре исторического любовного романа. Членами ее клуба были обычные женщины за шестьдесят. Ей бы понравилась Сандра Блэйк.

– Было бы здорово, спасибо.

– Что ж, не буду вас задерживать. – Она повернулась к Матео. – Я могу отправить Мисси документы с заказом на скульптуру?

– Конечно, – ответил он, и его губы мягко изогнулись в улыбке. – Но, Сандра, давай ты просто оплатишь аренду помещения, и все. Мне некомфортно выставлять тебе счет.

Она махнула рукой, украшенной бриллиантами.

– Умоляю. Ты выставишь счет на всю сумму, и обсуждать тут больше нечего. Время, которое ты потратишь на работу, бесценно. – Она потянулась к Матео, а тот наклонился к ней, чтобы запечатлеть на ее щеке небрежный поцелуй, явно привычный для них обоих. – Хорошего вам воскресенья, детки. Рада была познакомиться с тобой, Иви.

За ней закрылась дверь, а Матео сел напротив меня.

– Ого, – сказала я. – Не знаю, какими я представляла себе художников, твоих коллег по галерее, но точно не такими.

– А какими?

Я на секунду замерла, пытаясь подобрать слова.

– Хотя нет, не говори, – решил поддразнить он меня. – Ты ожидала, что они с ног до головы покрыты татуировками и пирсингом, представители этакой богемы. Как твой лучший друг Скотти.

– Ну, я бы так не сказала, но… – Я отхлебнула глоточек эспрессо. – М-м-м, как вкусно. Пей, пока он горячий.

Матео усмехнулся, сделал глоток, наблюдая за мной из-под темных ресниц, и, прежде чем поставить чашку на стол, сказал:

– По-моему, это дискриминация.

– Да нет же! Я просто имею в виду, что Сандра не похожа на тех художников, которых я привыкла здесь видеть. Но она хороша.

– Ага. Она действительно талантлива. Кстати, Сандра была первой художницей, с которой я познакомился. Мы встретились в соседней галерее. Я сказал ей, что подыскиваю помещение и буду рад, если аренду вместе со мной покроют и другие художники. Она финансово вложилась, чтобы мы могли открыться, а я потом вернул ей деньги. Благодаря ее связям к нам присоединился мой друг Кайл и мы начали сотрудничать с другими художниками, которые выставляют свои работы только время от времени. К их числу принадлежит и Скотт. Все это помогло мне наладить хороший бизнес.

Я улыбнулась, радуясь тому, что Матео смог добиться успеха здесь после того, как был вынужден покинуть свою семью и отчий дом. Но язык мой – враг мой, поэтому я не удержалась и спросила:

– А вы с Сандрой когда-нибудь?..

– «Когда-нибудь» что?

– Ну, ты понимаешь. – Я сделала недвусмысленный жест рукой, который как бы закончил фразу за меня. Я намекала на секс.

– Я и Сандра? – В его голосе слышалось искреннее удивление. – Нет, конечно. – Он усмехнулся и нахмурился одновременно.

– Почему тебя так шокировал мой вопрос? Она очень привлекательная женщина.

– Это правда. Но мы в первую очередь партнеры по бизнесу. Даже если у меня когда-то и возникали мысли на ее счет, они давно похоронены.

– То есть ты признаешь, что мысли все-таки были.

По его тяжелому взгляду и кривой ухмылке я поняла, что перегнула палку. Моя ревность была заметна так же хорошо, как яркий маяк в океане. Или Бэт-сигнал.

– Да, она очень привлекательная женщина. – Матео положил ладонь на стол, наклонившись поближе ко мне, и с интимной интонацией добавил: – Но мы с ней всего лишь друзья.

– Как мы.

– Нет. – Он резко моргнул, и его взгляд переключился на мои губы. – Не как мы. Мы очень хорошие друзья.

У меня во рту пересохло, пора было допивать кофе и заканчивать эти расспросы.

– Выпьем за Сандру. – Я подняла свою чашку.

Матео поднял свою – и мы чокнулись ими, как бокалами.

– И за очень хороших друзей, – сказал он низким и мягким голосом, полным восхищения. Затем он поднес чашку к губам, а его мечтательные карие глаза встретились взглядом с моими.

Улыбаясь, я допивала напиток и точно знала, что тепло, которое сейчас разливалось у меня в животе, никак не связано с кофе. Оно было связано с моим очень хорошим и волшебным другом, от которого таяло сердце.