Твою мать!

Меня оглушил внезапный женский крик, а последовавший за ним хаос настолько сбил с толку, что я даже не успел сообразить, что произошло. Я схватил Иви за талию и мигом выскочил в гостиную, краем глаза заметив, как за черным нечто бежит петух. Затем мимо пронеслась Вайолет.

– Черт бы тебя побрал, Фред!

Черное нечто, в котором я наконец признал кота Иви по кличке Зи, бежал с такой скоростью, на которую этот старый мешок с костями, казалось бы, не был способен. Он прыгнул на кухонный стол, а петух остался грозно кудахтать на полу. Кот сидел и смотрел на петуха, и лишь нервно дергающийся хвост животного свидетельствовал о том, насколько кот был взволнован произошедшим.

– Вайолет! – крикнула Джулс. – Если этот петух хоть одно перо оставит на моей кухне, я сверну ему шею и зажарю на ужин.

Вайолет так и ахнула, затем подняла петуха с пола и прижала его к груди.

– Как ты можешь такое говорить. Фред будет…

Она замолчала, еще сильнее сжимая петуха, на котором красовалась фиолетовая бабочка в горошек, а затем перевела взгляд на меня. И только тогда я заметил, что все присутствующие уставились на меня. Также я заметил, что все это время рычал. Ну, то есть Альфа рычал. Я вцепился в Иви мертвой хваткой, обняв ее за плечи и талию и плотно прижав к себе.

– Отойдите. – Глубокий, грубый рык Альфы вырвался из моей глотки.

Клара охнула. Джулс сделала шаг вперед, протянула руки, подняв ладони вверх и растопырив пальцы.

Ох, черт.

Все верно. Папочка заполучил свою девочку.

Прекрати рычать, ублюдок. Не то они наложат заклятие или сделают что похуже. Отпусти Иви.

Как только, так сразу. Уберите это чудовище.

Это не чудовище, ты, неандерталец.

Моя обязанность – защищать ее от мерзких чудовищ.

Это всего лишь петух и чертов кот!

– Подожди, – обратился я с мольбой к Джулс. Мой голос звучал почти нормально, и я надеялся, что сумею обуздать Альфу до того, как она применит ко мне магию.

Из груди вырвался еще один грозный вздох и рычание прекратилось.

Мой пульс зашкаливал. Хотя нет. Это был не мой пульс. Это был пульс Иви. Я все еще прижимал ее к себе и чувствовал, как ее сердце отбивает бешеный ритм. Слушая, как оно колотится, я захотел опустить голову и языком пощупать ее пульс. А затем и ее саму.

– Прости меня, – сказал я Иви, разомкнув объятия так резко, что она оступилась. Я схватил ее за руку, чтобы она не упала. – Прости.

– Все хорошо, – прошептала она, одарив меня сочувственным взглядом, хотя в ее голосе слышалась тревога. Меня тошнило от одной только мысли, что виной тому был я.

– Я не хотел…

Чего я не хотел? При первой же опасности схватить ее и так сильно прижать к себе, словно она моя? Позволить Альфе взять верх и напугать до полусмерти ведьм, которые хотели мне помочь? Да кого я обманываю? Я терял контроль над Альфой. Медленно, но верно.

Как же они на меня смотрели. Особенно Джулс. Нехорошо. К счастью, кот раздраженно мяукнул и внимание присутствующих переключилось на Вайолет.

– Убери отсюда этого чертового петуха, – скомандовала Джулс ледяным тоном. Я был не вполне уверен, к кому она обращалась, ко мне или к сестре. – Предупреждаю тебя, Вайолет. Еще немного – и я приготовлю из него куриный пирог.

– Он петух, а не курица, – нахмурилась Вайолет, успокаивая кудахчущую птицу.

– На вкус они одинаковые.

– Не слушай ее, Фредди, – проворковала Вайолет.

– Сейчас же, Вайолет, – с нескрываемым раздражением в голосе сказала Джулс, указывая на дверь.

– Я дам Зи немного молока, – сказала Клара.

Она быстро наполнила блюдце и понесла его в кладовку, одарив меня таким же сочувствующим взглядом, как Иви секунду назад. Когда они обе удалились, чтобы позаботиться о незваных гостях, Джулс сфокусировала взгляд своих серых глаз на мне.

– Извини, Матео. Теперь я вижу, что твоего внутреннего волка могут спровоцировать даже малейшие потрясения.

Она еще толком не видела ничего.

– Нет. Это мне стоит извиниться. – Я с трудом сглотнул, меня мучил стыд из-за того, что я потерял контроль из-за пустяка и повел себя как психопат-собственник.

Джулс махнула рукой в сторону двери, через которую, неся животных, вышли Клара и Вайолет.

– У нас не всегда так.

– Обычно все еще хуже, – сказала Иви уже чуть громче, стараясь придать голосу беззаботности, хотя ее глаза все еще светились сочувствием.

Джулс выразительно посмотрела на сестру.

– Я лишь имела в виду, что животные обычно не носятся у нас по кухне, как по скотному двору.

Иви беззвучно произнесла одними губами: «Обычно носятся».

Я опустил голову вниз и, изучая собственные ботинки, пытался избавиться от чувства стыда. Иви подошла ко мне поближе и слегка прикоснулась своим локтем к моему.

– Все хорошо, – вкрадчиво прошептала она мне. – Видел бы ты, что здесь творится, когда все мои сестры в сборе.

Она пыталась разрядить обстановку после случившегося, и я это ценил, но ее усилия лишь подтверждали, насколько дела были плохи. Она моментально меня простила, и именно это во многом помогло мне преодолеть чувство неловкости, которое я испытывал из-за того, что в попытке защитить ее от петуха и полумертвого кота схватил ее как маньяк.

– Присядь, – скорее отрывисто, чем вежливо, сказала Джулс.

Ее тяжелый, проницательный взгляд явно не сулил ничего хорошего. Похоже, она не спешила меня прощать. Объяснимо. Пока Иви отошла к плите, чтобы принести нам еды, Джулс тихо спросила:

– Часто с тобой это происходит? Когда волчья сущность берет верх над человеческой?

Смысла отрицать не было.

– С тех пор, как меня прокляли. Раньше я всегда мог себя контролировать.

– Всегда? – Она вопросительно выгнула бровь дугой.

– Да, – сказал я несколько агрессивно, стараясь сохранять спокойствие. – Всегда.

– С тех пор как на тебя наложили заклятие, ты причинял кому-нибудь физический вред?

Я сжал губы, мне не хотелось говорить ей правду. Но и врать я тоже не собирался.

– Только один раз. – Как будто один эпизод насилия – это норма. Откашлявшись, я продолжил: – Я отвозил клиенту заказ и припарковался в положенном месте. Но какой-то парень в дурном настроении возник передо мной из ниоткуда и начал кричать, проклиная меня за то, что я заблокировал его парковочное место.

– И что ты сделал?

– Все произошло быстро. Спонтанно. Я расквасил ему нос.

Именно так мы и сделали.

– Понимаю.

Я разложил на коленях салфетку и выдержал изучающий взгляд Джулс, не опуская глаз, чтобы она не подумала, будто я что-то скрываю. Я и не скрывал.

– Чаще всего я в состоянии себя контролировать.

– За исключением тех случаев, когда тебя застают врасплох.

– Именно.

Она бросила взгляд мне через плечо – туда, где находилась Иви, затем тихо произнесла:

– Моя сестра может за себя постоять. Но имей в виду: если ты подвергнешь ее малейшей опасности, вмешаться придется мне.

Выслушав это предупреждение, я почувствовал, как мои кости словно одеревенели, а мышцы напряглись.

– Понимаю. На меньшее я и не рассчитывал.

Джулс кивнула и сдержанно улыбнулась, давая мне понять, что она рада взаимопониманию, которое установилось между нами.

Иви вернулась за стол и поставила передо мной тарелку.

– Возьми французский багет. – Она указала на корзинку в центре стола и поочередно поглядывала то на меня, то на Джулс. От нее, естественно, не укрылось возникшее напряжение.

Джулс встала, чтобы принести еще две тарелки, и поставила их на свободные места, ее улыбка все еще оставалась натянутой. Несложно догадаться, что напряжение было связано не с цирковым номером домашних животных, а с тем, как грубо я повел себя в отношении ее сестры. Завоевать расположение Джулс – задачка не из легких. Но для Иви сестра много значила, поэтому я должен был попытаться.

После того как заклятие будет разрушено, мне хотелось перевести наши с Иви отношения в другую плоскость, но теперь я сомневался, что Джулс разрешит нам с Иви даже дружить. Внезапно мне захотелось, чтобы Клара поскорее управилась со своими делами и вернулась. Ее присутствие каким-то образом разряжало обстановку.

Которая из них Клара? Та, что в туалете производит блестки и радуги?

Сейчас я не собираюсь идти у него на поводу.

– Почему его зовут Зи?

Вайолет и Клара пришли как раз вовремя. Вайолет фыркнула, усаживаясь за стол.

– Сокращение от Зомби-кот.

– Зомби-кот? – Я воткнул вилку в креветку, покрытую острым томатным соусом и рисом.

Клара просияла, протянув руку к корзинке с багетом.

– Зи – особенный. Ему тридцать лет.

Я посмотрел на Иви:

– Тридцать? Как это?

Она робко улыбнулась.

– Наша сестра Изадора – Проводник.

Ого. Я слышал о них, но никогда не встречался с ними. Такие ведьмы могли передавать энергию от одного источника к другому. Видимо, даже такую энергию, которая могла бы продлевать жизнь коту.

– Ага, – добавила Вайолет. – Иви поначалу пробовала называть его Оливером время от времени, но Изадора окрестила его Зомби-котом, с тех пор как начала «лечить» его.

Иви закатила глаза, когда Вайолет согнутыми пальцами обозначила в воздухе кавычки.

– Ты такая лицемерка. Сколько Фреду сейчас лет? Дай-ка посчитаю…

– Сисси, умолкни.

– Матео, где ты черпаешь вдохновение для создания своих скульптур? – спросила ни с того ни с сего Клара. Казалось, задавать такого рода вопросы – вполне в ее духе.

– В основном в мифологии. И истории.

– Интересно. На то есть веская причина? – Она отхлебнула чаю, вопросительно приподняв брови.

– Да нет. Просто меня всегда интересовали мифология и история.

– Мне кажется, ты что-то не договариваешь. – Клара произнесла это таким нежным голосом, что фраза не показалась грубой.

Я хотел было открыть рот и сообщить ей, что мне виднее, но затем меня накрыло волной воспоминаний. Мы с мамой, обнявшись, лежим в кровати, и она читает мне историю о Персее. Это было так давно, я мысленно не возвращался к этому фрагменту своего прошлого много лет.

– Все дело в моей матери, – признался я. – Она очень любила греческие мифы. Полагаю, ее интерес передался и мне.

Лицо Клары озарила улыбка.

– О, это очень мило.

Иви тоже одарила меня улыбкой, только более кроткой и не такой идеальной, и этого было достаточно, чтобы напряжение спало с моих плеч.

– Креветки по-креольски просто великолепны, – обратился я к Джулс.

Та кивнула, зачерпнув немного еды из собственной тарелки.

– Спасибо.

Вайолет посмотрела на часы.

– Так, это все, конечно, очень мило, но нам стоит поспешить. У меня назначена встреча в три часа.

– С кем? – ядовито поинтересовалась Джулс. Я был рад, что ядом она прыснула не в меня.

– Тебя это не касается. Ты мне не мать, Джулиана.

Воздух в комнате наэлектризовался так, что у меня на руках волосы встали дыбом. Альфа, почувствовав присутствие магии, издал глубокий рык.

– Нет. Однако все, что касается ковена, касается и меня.

– А это не касается ковена, – огрызнулась в ответ Вайолет.

– Да почему ты себя так ведешь?

– Черт побери, Джулс. Ты не можешь контролировать всех и вся. – Вайолет закатила глаза. – Просто забудь об этом.

Клара потянулась к Вайолет и положила руку ей на плечо, на мгновение девушку озарило ярко-желтой вспышкой, а затем все вернулось на круги своя. Казалось, будто щелкнул затвор фотоаппарата, только от вспышки фотоаппаратов воздух не наполнялся электричеством. И хотя я сидел за противоположным концом стола, магия Клары гулом отозвалась в моей груди, и это была приятная вибрация. Странно.

– Не бери в голову, – сказала Вайолет, поднимаясь из-за стола с пустой тарелкой в руках. – Я не злюсь. Просто готова приступить к тому, ради чего мы сегодня собрались. – В этот момент ее пронзительный взгляд остановился на мне. – Если ты готов, человек-волк. Давай уже покончим с этим.

Джулс вскочила, а за ней и Клара, обе понесли пустую посуду в раковину. Иви тоже поднялась и захватила заодно и мою тарелку. Пожав плечами, она произнесла:

– Извини. Обычно они не ведут себя как последние засранки.

– Еще как ведем, – сказала Вайолет, направляясь из гостиной через коридор в заднюю часть дома.

– Что мы будем делать? – Я проследовал за Иви к раковине, неся в руках наши стаканы.

– Вайолет – Провидец. Она хочет погрузиться в твой разум, чтобы понять, сможет ли вычислить ведьму, которая наложила на тебя заклятие.

– То есть ты уверена, что это не случайность? Не заклятие, которое предназначалось кому-то другому, но рикошетом отлетело в меня?

Стоя у раковины, Иви, посмотрев на меня, нахмурилась. На ее лице мелькнуло такое мрачное выражение, которое, кажется, мне еще не доводилось видеть на ее лице. Кроме того случая, когда я рассказал ей о своей семье.

– Нет. Я достаточно провела времени с тобой, и, судя по тому, что я успела прочесть, это связывающее заклятие. Оно предназначалось тебе.

Услышав подтверждение от Иви, я был потрясен до глубины души. Какому человеку я насолил настолько сильно, что он решил запереть волка внутри меня и довести меня до ручки? Если это заклятие не снимут, я точно сойду с ума.

– Проходи, – сказала Иви, взяв меня за руку, и повела обратно в гостиную.

Я аккуратно сжал ее нежную ладонь в ответ, и это прикосновение окутало меня той сладкой и знакомой аурой, ощутить которую я жаждал каждую секунду своего существования. Иви повела меня через тот же самый коридор, что и в первый вечер нашего знакомства. Прежде чем войти в кабинет Джулс, она отпустила мою руку. Этот жест отозвался болью у меня в груди, но я не стал вновь хватать ее.

– Присаживайся, – сказала Джулс, указывая на большое кресло, стоявшее возле кофейного столика красно-коричневого цвета.

Я сделал, как было велено. Вайолет устроилась на полу с противоположной стороны, в руках она держала деревянную миску, наполненную водой. Иви взяла ножницы и приблизилась ко мне.

Какого черта? Защищайся!

Все до единого мускулы в моем теле напряглись, и я с чудовищной силой вцепился в подлокотники. Я должен был помнить, что передо мной Иви.

– Все хорошо, – сказала она с улыбкой, положив руку мне на плечо и посмотрев на меня сверху вниз. – Мне нужно отрезать всего пару прядей для Вайолет. Обещаю, твоя прическа сильно не пострадает.

Дело было не в том, что она сказала, а в том, как она это сказала; меня успокаивали нежные нотки, звучавшие в ее голосе, и мягкость руки, которой она коснулась моего плеча.

Иви срезала пару прядей, подошла к Вайолет и бросила их в чашу с водой. Все это время я сидел абсолютно спокойно. Иви положила ножницы на книжный шкаф, затем вернулась ко мне. Когда она облокотилась на край кресла и положила руку мне на плечо, я ощутил близость ее волшебного тепла. Со стороны могло даже показаться, что она обняла меня, но я знал, что этот жест служил другой цели. Таким образом Иви пыталась успокоить меня.

– Расслабься, – прошептала она мне. И я попытался сделать это.

Клара зажгла высокую узкую свечу и поставила ее в центре стола, а затем села слева от Вайолет. Джулс была занята ароматической палочкой. Она прошептала что-то, обошла вокруг стола, затем вокруг меня, обогнула Вайолет и после этого воткнула палочку в небольшую чашу с черным песком, стоявшую с правой стороны от чаши предсказаний. Она заняла место напротив Клары.

Вайолет все это время сидела с закрытыми глазами, скрестив ноги. Теперь она открыла свои небесно-голубые глаза, наполненные сверхъестественным светом, и перевела взгляд на воду. Она провела пальцем с фиолетовым маникюром над чашей, и по воде кругами пошла рябь. Видно было, как прядки моих волос плавно опускаются на дно чаши, а вода в ней продолжает вибрировать.

В ту самую секунду, когда все срезанные волосы полностью погрузились в воду, по воздуху прокатился резкий импульс. Эта энергия исходила от Вайолет. Альфа зарычал, несмотря на то что рядом находилась Иви, присутствие которой всегда его успокаивало.

– Тихо-тихо, – прошептала она. – Тебе ничего не грозит.

Я знал, что мне ничего не грозит и эти ведьмы стараются мне помочь. Но все же магия, наполнившая комнату, воспринималась как угроза, и я не знал почему.

– Яви мне своего повелителя, – прошептала Вайолет воде.

Вода все вращалась и вращалась, когда она водила пальцем над ее поверхностью, с каждым разом все быстрее и быстрее, и в какой-то момент показалось, что на ряби проступают образы. Вайолет щелкнула пальцами. Вода застыла – выглядело это так, словно мы смотрели сериал по телевизору и кто-то нажал на паузу.

Над неподвижной гладью воды в воздухе зависла капля. Под каплей на зеркальной поверхности воды виднелась скульптура из моей галереи. Это был бюст Медузы, волосы которой, словно живые змеи, шипели на врага.

Вайолет вновь щелкнула пальцами, и вода начала вращаться с такой скоростью, что стала переливаться через край.

– Яви мне своего повелителя, – скомандовала она уже громче, и ее голос зазвучал неестественно низко, когда она щелкнула пальцами еще раз.

Как и прежде, вода застыла, но на этот раз на ней появилось изображение меня, работавшего в студии без майки. В фокусе внимания оказался мой обнаженный торс и мышцы рук и спины, напряженные от работы. Я часто работал без футболки в летние месяцы, когда жара становилась невыносимой. Иви сжала мое плечо рукой.

Что это за чертовщина? Я точно не накладывал заклятие сам на себя. Почему на воде появилось изображение меня и моих работ? В этом не было ни малейшего смысла.

Когда Вайолет в очередной раз щелкнула пальцами, вода закружилась с бешеной скоростью, словно со дна чаши поднималось чудовище. Ее ладонь нависла над чашей.

– Довольно, – прошептала она голосом, в котором свозила угроза. – Яви мне своего повелителя, черт подери.

Вода взметнулась над чашей, продолжая бешено крутиться уже в воздухе. Внутри нее теперь просматривалась полоска серо-красного цвета. Мой волк? Кровь? Что это было?

– Яви мне! – В голосе Вайолет послышалась вибрирующая агрессия.

Клара даже подпрыгнула. Иви вцепилась в мое плечо с такой силой, что я почувствовал, как ее ногти впились в меня.

Изображение словно истекало черной кровью, и вода помутнела. Внезапно раздался треск, чаша магическим образом перевернулась в воздухе и с ужасным грохотом приземлилась на стол. Черная вода попала на свечу, фитиль зашипел и погас.

Вайолет тяжело дышала, мрачно оглядывая беспорядок на столе и сжимая кулаки. Клара тут же потянулась к ней и обвила ее руки своими, кожа ее при этом мерцала золотистым блеском – как в ту ночь, когда она наложила на меня заклятие радости.

Джулс хмуро посмотрела в мою сторону.

– Кто-то явно желает тебе зла, Матео.

– Я без понятия, кто бы это мог быть.

Вайолет вскочила на ноги и, отмахнувшись от Клары, сказала:

– Я в порядке.

Затем взгляд ее пронзительных глаз переместился на нас с Иви.

– Эта ведьма та еще стерва.

– Она просто ведьма, – спокойно сказала Иви.

– Нет, она именно стерва. Она не просто наложила связывающее заклятие, она еще и заколдовала само заклятие, чтобы мы не могли добраться до сути. Она не хочет, чтобы кто-то понял, в чем дело. Если это, конечно, она. Может оказаться, что это и он, черт бы его побрал.

– Вайолет… – начала было Клара.

– Да все в порядке, – отрезала она, а затем уже мягче обратилась к своей близняшке: – Правда, все хорошо. Обо мне не волнуйтесь. Беспокоиться нужно об этом оборотне. Мы имеем дело с могущественной ведьмой, кем бы она – или он – ни была. Ладно, в любом случае мне уже пора идти. – Она взметнула ладони вверх и хлопнула ими себя по бедрам. – Ну и беспорядок.

– Я все уберу, – сказала Клара. – Иди.

Вайолет не нужно было упрашивать дважды. Она удалилась в дурном расположении духа. Клара адресовала улыбку Джулс.

– Я принесу полотенца.

Джулс направила взгляд своих серых глаз на меня.

– Есть идеи, кто может желать тебе зла?

Меня охватило отчаяние.

– Я же говорил тебе. У меня нет врагов.

– Боюсь, что есть, – парировала она.

Я наклонился вперед, облокотившись руками на собственные колени, и запустил руки себе в волосы.

– Послушай, мне никто не приходит на ум. Говорил же.

– Может быть, конкуренты по работе?

– Конкуренты по работе? Я скульптор. Работаю в нишевой сфере, с металлом. С теми скульпторами, которых я знаю, у нас даже клиентура разная. Стиль наших работ сильно отличается.

– Может быть, бывшая девушка? – спросила Джулс.

Иви вздрогнула и убрала руку, та скользнула по моей спине, когда я наклонился. Я почувствовал себя так, словно мне сломали кость, и захотел схватить ее за руку, чтобы вернуть ее ладонь на место.

Я подумал о кроткой, как ягненок, Кэролайн, которая, заикаясь, умоляла нас съехаться. Я ответил ей резким отказом, который ей было тяжело принять, а затем и вовсе оборвал с ней все связи. Я слышал, что она начала встречаться с каким-то дантистом в Метэри, поэтому от разбитого сердца она, очевидно, не страдала.

– Нет. – Я покачал головой. – К тому же я встречался только с обычными людьми.

– Обычные люди частенько обращаются к ведьмам с просьбой наложить на кого-нибудь заклятие.

Ощущение отчаяния накатило на меня с новой силой, и тогда я пояснил:

– Я не позволяю девушкам привязываться ко мне.

Джулс усмехнулась.

– Ты очень привлекательный мужчина, Матео. Красивый, у тебя преуспевающий бизнес. Ты тонко чувствующий художник. Некоторые женщины могут сильно привязаться к тебе. Хочешь ты того или нет.

Закончив наконец сверлить глазами дырку в полу, я глянул на Джулс и заметил, что она смотрит не на меня, а поверх моего плеча – туда, где стояла Иви.

– Поверь, если я говорю, что бывшая девушка тут ни при чем, значит, так оно и есть. Я разрываю все отношения задолго до того, как женщина успевает привязаться ко мне. Задолго до того, как она отдает мне свое сердце. Я одиночка, ясно? Да, я чертовски люблю секс, но предпочитаю им заниматься с человеком, которого я знаю, а не с кем попало. Но я всегда заканчиваю отношения, как только проходит ощущение новизны. Гарантирую, у женщин нет со мной шансов.

Я почувствовал, как Иви напряглась. Я понимал, что производил впечатление бессердечного ублюдка, но я сказал правду. Мне не хотелось, чтобы ее сестра думала, будто одна из самых робких и покорных женщин, которую мне доводилось встречать, может быть виновницей происходящего. Это был ложный след, и мы бы просто потеряли время.

Джулс секунду помолчала, вероятно обдумывая сказанное мной.

– Знать бы, какая ведьма в принципе способна наложить такое заклятие. Это бы помогло. А главное, Иви ведь ни разу не пробовала снять заклятие с оборотня.

Я посмотрел на прислонившуюся к книжному шкафу Иви, она явно избегала встречаться со мной взглядом. Мне захотелось заставить ее посмотреть мне в глаза, но Джулс продолжала говорить:

– Мы проведем ритуал на следующей неделе, в полнолуние. Мне кажется, лучше всего снимать заклятие именно в тот период, когда твой волк и так стремится вырваться наружу, это увеличит наши шансы на успех. К тому же мы уже установили, что связывающее заклятие наложила достаточно могущественная ведьма.

Сжав зубы, я кивнул. От происходящего у меня волосы встали дыбом. Но по-настоящему меня выводило из себя лишь одно: Иви отдалялась от меня, и я не знал почему. Ну, вернее, знал. Я пренебрежительно отзывался о женщинах, словно они ничего для меня не значили, и производил впечатление последнего урода. Но такова была моя жизнь. Такой я ее хотел видеть. До сего момента.

Иви направилась к двери, все еще не поднимая на меня глаз.

– Пойдем. Я провожу тебя.

Проводишь меня? Ну нет.

Скажи ей.

Мы должны были поговорить, хотела она того или нет.

Если разговор не поможет, у меня есть еще кое-какие идеи.