Но и эти два корабля были совершенно непохожи друг на друга. На «Лисандре» вне вахты моряки беззаботно веселились и находили время пошутить о своей участи, за исключением самых суровых обстоятельств. На этом корабле такого чувства не было. Как и на «Аутуэйте», матросы выполняли свою работу неторопливо, а внизу были молчаливы, как монахи.

Херрик пытался снять это нервирующее напряжение, но, как и последний капитан «Осириса», на каждом уровне столкнулся с непреодолимой стеной. Фаркуар поддерживал корабль на высочайшем уровне эффективности, чистоты и внешнего вида. Людям, которые всё это обеспечивали, он не позволял ничего.

И всё же некоторые, особенно Аутуэйт, выказывали ему искреннее уважение. «Он не терпит дураков, знаете ли». Лягушачье лицо с любопытством наблюдало за ним. «И он чертовски вспыльчив на негодяев!»

Вахтенный офицер рявкнул: «Корабль огибает мыс!» Он увидел Херрика и резко добавил: «Попроси впередсмотрящего выговорить за то, что он не доложил раньше!»

Херрик схватил стакан и поспешил к сетям. Ещё некоторое время топсели новоприбывшего судна безжизненно колыхались над дрейфующей завесой дымки, а затем, когда показались кливер-гик и носовая часть, Херрик понял, что это военный шлюп «Хэрбелл».

Он ударил кулаком о кулак, глаза его затуманились от напряжения. Наконец-то. Её командир, Фрэнсис Инч, готов был на всё ради Болито. А его маленький шлюп был ещё лучше приспособлен для его поисков.

«А, сэр, вижу, вы её заметили», — Аутуэйт присоединился к нему у перил, его шляпа лихо сдвинута набок.

Он был странным существом, подумал Херрик. Он носил свои тускло-каштановые волосы в косу такой длины, что кончики её доходили до пояса с мечом. В то время как большинство морских офицеров последовали новому армейскому обычаю носить волосы короче, Аутуэйт, по-видимому, намеревался сохранить связь с прошлым.

Колокольчик."

Херрик наблюдал за внезапной активностью на борту «Лисандра», а сигнальные огни безжизненно трепетали на её реях. Фаркухар наверняка хотел узнать, что происходит в других местах, и как можно быстрее, чем гичка Инча пересекла пролив.

«Хэрбелл бросила крючок, сэр». Аутуэйт проявил лишь лёгкий интерес. «Она слишком рано вернулась из миссии, чтобы посетить Англию. Так что мы не узнаем, как обстоят дела в Лондоне, а?»

Херрик не знал, что происходит в Лондоне, да его это и не волновало.

«Я спускаюсь, мистер Аутуэйт. Сообщите мне, как только «Лайсандр» подаст сигнал капитанам подняться на борт».

«Да, сэр».

Аутуэйт улыбнулся и прикоснулся к шляпе. Он испытывал необычное восхищение капитаном Херриком. Примерно как его отец испытывал к деревенскому егерю или конюху. Надёжному, но чудаковатому. Например, как он явно переживал из-за исчезновения коммодора. Аутуэйт не мог представить, какие испытания и опасности должны были быть у них в прошлом, чтобы создать такую связь. Связь, которую не ослабила даже… поступок Болито о смене командования.

Он смотрел, как лодка отходит от «Хэрбелл» к флагману, а на корме красовалась шляпа Инча с золотым галуном. Нечто совсем не похожее на Чарльза Фаркуара, подумал он. Он воспринял потерю одного человека как возможность для собственной выгоды. Аутуэйт кивнул. Так и должно быть.

Но большую часть дня, пока Херрик беспокойно сидел или расхаживал по прекрасно оборудованной каюте Фаркуара, не поступало ни сигнала, ни слухов о том, что Харебелл везла с собой в Сиракузы.

С помощью телескопа он не раз осматривал шлюп через кормовую галерею и видел большие шрамы на обнаженном дереве там, где море изо всех сил старалось помешать ему, а также заплаты на неплотно свернутых парусах, свидетельствующие о решимости Инча не терять времени даром с его донесениями.

Он пристально посмотрел на световой люк, когда кто-то топал над его головой.

К чёрту Фаркуара! Даже этим моментом он не хотел делиться с товарищами-капитанами.

Раздался резкий стук в дверь, и на него уставился мичман. «Прошу прощения, сэр, но мистер Аутуэйт передаёт вам своё почтение и...»

Херрик встал. «Флагман наконец-то подал мне сигнал?» Он даже не пытался скрыть сарказм.

«Н-нет, сэр», — гардемарин настороженно посмотрел на него. «Капитан Фаркуар идёт к нам».

Херрик схватил шляпу. «Я поднимусь».

Он попытался понять, что происходит. Что бы это ни было, Фаркухар наконец-то решил действовать быстро.

Позже, когда раздались крики и морпехи забили из мушкетов в такт музыке, Херрик всматривался в красивое лицо Фаркуара, ища хоть какой-то знак. Но там не было ничего, кроме лёгкой улыбки в уголках его губ.

Он рявкнул: «Каюта!» — и прошёл мимо Херрика, едва взглянув на собравшихся морских пехотинцев.

В каюте он повернулся и посмотрел на Херрика.

«Хэрбелл привёз депеши из Гибралтара». Он окинул взглядом каюту. «Немного вина не помешало бы».

Херрик спросил: «Значит, нет никаких новостей о коммодоре?» Фаркуар уставился на него. «Разве я говорил, что есть?» Он пожал плечами. «Право, Томас, *ты самый упрямый на свете!»

«Я думал, что Харбелл, возможно, заметил…» «Командор Инч принёс новости по более важным делам». Он звучал раздражённо, когда Херрик перебил его. «Адмирал лорд Сент-Винсент был полностью в курсе. Те тяжёлые орудия, которые мы захватили, должно быть, убедили его. Он назначил контр-адмирала сэра Горацио Нельсона командовать флотом, который будет достаточно мощным и готовым войти в Средиземное море и раз и навсегда уничтожить французов».

Херрик отвёл взгляд. Конечно, это была хорошая новость, или, по крайней мере, должна была быть. Болито получил доверие, необходимое для воплощения этого плана в жизнь. Но теперь, когда идея быстро воплощалась в реальность, Болито не было рядом, чтобы разделить заслуженные награды.

Фаркуар холодно посмотрел на него. «Я написал донесение адмиралу. „Хэрбелл“ выйдет в море, как только наберёт воду».

Херрик посмотрел на него, и его глаза наполнились изумлением. «Но вы не отпустите шлюп, не отправив его сначала на Мальту?»

"Вы неправы."

"Но-но-"

Фаркуар резко ответил: «Когда вы были флагманским капитаном, у вас была возможность воплотить свои идеалы в жизнь. Теперь слишком поздно для сомнений. Так что не вините меня, капитан Херрик. Если кто и подвёл коммодора, так это вы!»

Херрик смотрел то на палубу, то на переборку, но не видел ни того, ни другого. Фаркуар сказал правду. Всё.

Фаркуар тихо добавил: «Эскадрилья останется здесь до получения новых приказов. Я убедил мистера Мэннинга, что дальнейший «ремонт» жизненно важен для нашего выживания».

Херрик услышал слова, но их смысл не доходил до него в течение нескольких долгих секунд.

Он воскликнул: «Но вы не должны игнорировать всё, что обнаружил коммодор. Захваченные нами призы, собранную нами информацию. Всё указывает на Корфу». Он слышал свой умоляющий голос, но ему было всё равно. «Вы не можете просто оставаться здесь и ничего не делать!»

Фаркуар пожал плечами. «Слухи. Я не могу позволить себе растратить эскадру по сторонам света. Когда прибудут первые корабли поддержки, я намерен...»

Херрик с отвращением посмотрел на него. «Ты будешь готов встретиться с ними. Лично навестить Нельсона, да?»

Фаркуар нахмурился. «Не дави на меня слишком сильно! Я пришёл к тебе только потому, что хочу вернуть тебе Лисандра».

Херрик оглядел прекрасную каюту. Она была куда более грязной, чем мог быть на флагманском судне, чем Лисандр.

Фаркуар добавил: «Хэрбелл принёс другие, менее воодушевляющие новости. Мой отец, сэр Эдвард, умер через два дня после того, как я покинул Англию». Херрик мог лишь смотреть на него, его разум прояснялся, а боль обострялась. Теперь у Фаркуара было всё. На его лице не было ни раскаяния, ни чувства потери.

Наконец-то он получил титул, а вместе с ним и все земли и имущество. И когда Нельсон прибудет в Средиземное море, он назначит нового коммодора для этой эскадры. Сэра Чарльза Фаркуара.

Он хрипло спросил: «Вы уже рассказали капитану Пробину?»

«Всё в своё время». Фаркуар был далеко, его взгляд устремлялся за пределы Сицилии и снова за её пределы. «Пробин ведёт себя так, будто глупость — добродетель. Вам следует это знать». Он подошёл к кормовым окнам. «Я приказал слуге перевезти мои вещи до наступления темноты. Вы можете вернуться на «Лисандр», как только получите моё письменное назначение. Вас это, конечно, устраивает?»

«У меня сейчас мало места для удовольствий, сэр Чарльз». Он ждал реакции, но Фаркуар уже принял этот титул и врос в него всего за несколько часов после того, как услышал новость. Он отвёл взгляд, опасаясь, что Фаркуар заметит его внезапную тревогу. «У меня есть просьба. И я не считаю её лёгкой».

"Хорошо?"

«Я считаю, что коммодор был прав.»

«Возможно. Когда-нибудь увидим».

Херрик настаивал: «Вы можете отделить один корабль. Если вы останетесь здесь под защитой Сицилии, то уменьшение на один корабль поможет обмануть противника».

«Продолжайте». Фаркуар спокойно смотрел на него. «И куда направляется этот корабль, позвольте спросить?»

«Вы тоже это знаете, сэр Чарльз. Корфу. Чтобы узнать, что там делают французы».

"Я понимаю."

Фаркуар сделал несколько шагов к столу и с отвращением взглянул на диаграмму Херрика и массу исписанных расчетов.

«Пожалуйста». Херрик смотрел на него с отчаянием. «Я никогда тебя ни о чём раньше не просил». Он помедлил. «Я прошу сейчас».

«Очень хорошо. Ваши приказы будут такими, что вы будете действовать по собственной инициативе».

"Спасибо. "

Фаркуар поднял брови. «Ты благодаришь меня? Ты требуешь собственной гибели. Корфу не имеет значения. Главное сражение произойдёт у Тулона или на берегах Египта». Он печально покачал головой. «Когда я был мичманом на «Фларопе», а ты, в конце концов, стал её первым лейтенантом, я часто слышал, как люди говорят о тебе. Как ты всегда заступаешься за них». Он отвернулся. «Надеюсь, найдётся кто-то, кто заступится за тебя, когда придёт время. Но я сомневаюсь».

Он «проявил нетерпение и резко забарабанил в дверь. «Часовой! Вызовите старшего лейтенанта!»

Затем он снова посмотрел на Херрика. «Возвращайся к своему драгоценному Лисандру. Пока я не передумал. Я немедленно передам тебе приказ».

Херрик кивнул. «И если у вас будет возможность, сэр…»

«Да. Я попытаюсь выяснить, что случилось с коммодором, хотя...» Он не договорил.

В дверях появился Аутуэйт. «Сэр?»

«Капитан Херрик возвращается на свой корабль».

Лягушачья мордочка осталась бесстрастной. «По чьему приказу, сэр?» Фаркуар натянуто улыбнулся. «По моему».

Когда Херрик собрался уходить, он добавил: «Ещё одно. Мне понадобится хороший офицер связи. Я оставлю вашего шестого лейтенанта».

«Да, сэр».

Херрик вздохнул. По крайней мере, Паско будет спасён. Хотя он подозревал, что Фаркуар не просто проявил доверие. Скорее, чтобы продемонстрировать свою гуманность, спасая Паско от напрасной смерти.

Он вышел из-под кормы на солнечный свет. Известие о его отъезде уже давало о себе знать. Угрюмые лица, любопытные взгляды провожали его, пока он шёл к входному иллюминатору. Возможно, они всё-таки его хватятся.

Аутуэйт поспешил за ним. «Я распоряжусь, чтобы всё ваше снаряжение и сундуки были переправлены, сэр. Ваш рулевой уже на барже». Он протянул руку. «Сомневаюсь, что мы когда-нибудь встретимся снова, сэр».

Но я бы этого не пропустил».

Херрик посмотрел на него, внезапно став совершенно спокойным. «Я тоже. Это многому меня научило. Как и было задумано».

«Правда, сэр?» — удивился Аутуэйт.

«Да. О людях. В основном о себе».

Он резко прикоснулся к шляпе и направился к открытому иллюминатору. Аутуэйт подождал, пока лодка отошла от борта, а затем резко бросил: «Поверните руки, мистер Гатри. Мы не допустим послаблений». Он вспомнил лицо Херрика в эти последние мгновения. Он почти ожидал увидеть на нём смирение, но нашёл лишь жалость. Возможно, к нему. Взглянув на широкую квартердеку, он почувствовал странное беспокойство. Место уже не казалось прежним.

Херрик неподвижно стоял у открытых иллюминаторов, глядя вниз, на бурлящую воду под стойкой. Он видел, как в них отражаются звёзды, а слегка наклонившись через подоконник, он также видел одинокий фонарь у своей головы и ряд ярких окон кают-компании под ногами. На корабле было необычно тихо, словно он затаил дыхание. Тишина нарушилась лишь однажды, когда он вернулся на борт, около двух часов назад.

Неизвестный голос начал её, и затем, словно по сигналу, несмотря на гнев Гилкриста, корабль ожил от ликования. Шум полностью заглушил крики и барабанную дробь, и даже старый Грабб снял шляпу и помахал ею в воздухе, его изуродованное лицо покраснело от

«Уууу, ребята! Капитан вернулся!»

Он отошёл от окон и на мгновение взглянул на пустую стойку для меча на переборке. Болито не хотел брать меч с собой. Оззард сказал ему об этом. Возможно, он что-то увидел. Предупреждение.

Он вздохнул. Фаркуар сдержал слово, и формулировка приказов Лисандра совершенно ясно давала понять, кто будет виноват, если Херрик поступит неправильно. Херрик убеждал себя, что Фаркуар прав. Что он поступил бы так же. Но сомнения оставались.

В дверь кто-то неуверенно постучали. Это был Паско, держа шляпу под мышкой. Даже в свете одинокого фонаря Херрик видел напряжение на его лице и блеск в глазах.

"Да?"

Паско сказал: «Мистер Мэннинг прибыл на борт, сэр. С ним дама. Они пришли попрощаться с капитаном Фаркухаром, поскольку они отплывают в Гибралтар на Харбелле, как только подует ветер».

Херрик кивнул. Ветра не было вообще. И это усиливало ощущение нарастающего отчаяния.

Он тихо сказал: «Передай Оззарду, чтобы принес ещё фонарей. Потом проводи гостей на корму. Я объясню про капитана Фаркуара». Он снова вспомнил о своих приказах. Подпись: Исполняющий обязанности коммодора.

Паско сказал: «Я бы хотел остаться в Лисандере, сэр».