Вновь голос Духа внезапно настиг нас, знаменуя начало второго испытания. Теперь солнце спряталось за темными тучами, уступив небо полной луне. Яркие голубоватые лучи осветили лес, и заросли, словно подчиняясь неведомому приказу, расступились, открывая вход в пещеру.

Шеол убрал жемчуг в мешочек и спрятал его за пояс.

– Есть предположения, кто может обитать там? – спросил я, напряженно глядя на чернеющий зев пещеры.

Жнец покачал головой.

– Я не помню легенд или историй про семь прядильщиц[114].

У Вэйшень закончил поправлять ремни на своей броне и, стряхнув с одежды налипший песок, устремился ко входу в пещеру.

– Разберемся внутри, когда увидим, что там. А ты, – генерал ткнул пальцем в Лис, – держись от меня на расстоянии и не лезь в испытания. Все равно от тебя больше проблем, чем помощи.

Демоница недобро прищурилась и скрестила руки под грудью.

– Как того пожелает великая и напыщенная небесная задница.

Пещера освещалась факелами с демоническими огнями. Они плясали как живые на разных концах широких коридоров, отбрасывая зловещий красноватый свет, от которого по коже пробежали мурашки. Мы миновали извилистый проход и зашли в большой подземный грот. Высокий свод над нашими головами сверкал, напоминая звездное небо, а посередине просторного зала сидели семь девушек. Их одеяния было невозможно сравнить с чем-то рукотворным. Создавалось ощущение, что платья им даровала сама природа, наполняя каждое сезонными цветами и дарами. Каждая девушка сидела за прядильным станком и ткала свое полотно, тихо напевая в унисон. Голоса эхом отражались от стен грота:

Семь прядильщиц одновременно замолчали и обратили взоры на нас. Их глаза блестели, отражая свет факелов, и мне стало не по себе от их демонического взгляда.

Шеол предостерегающе покачал головой, безмолвно давая понять, что начинать разговор с ними так просто не стоит. Одна из девушек, заметив наш обмен взглядами, подалась вперед и, ехидно ухмыльнувшись, пропела:

Я не смог сдержать улыбки от такого явного подначивания, но она была права: мы не располагали бесконечным запасом времени.

– Простите, что прерываем вас, прекрасные леди. Но не будете ли вы благосклонны к путникам и не подарите ли нам всего одну шелковую ниточку для ожерелья?

– Это должно что-то значить? – Я недоуменно посмотрел на Шеола.

– Они говорят про чистые нити жизни, не отмеченные Богами Судьбы.

– Это все старинные легенды. Никто за нас не предопределяет судьбы. А среди небожителей уж точно нет Богов Юэ Лао и Сы Мина[116]. Нас просто хотят запугать. – Генерал выступил вперед, явно намереваясь побыстрее закончить испытание, и с вызовом добавил: – Эй, девы, вам же нужно только наше согласие, тогда выбирайте. Бог не может быть отмечен Богом.

Прядильщицы оживились, и от их полотен потянулись нити. Они ползли к нам словно живые, напоминая тонких змей. Сначала нить обвила мою ногу мягким, почти ласковым движением. Но как только я успел ощутить ее прикосновение, она загорелась, распространяя огонь на полотно. То же самое произошло с Шеолом и У Вэйшенем: нити обвили их и мгновенно сгорели.

– Обман, обман, – зашипели прядильщицы, отскакивая от горящих станков. На удивление, от полотен не исходило ни дыма, ни запаха, будто они не существовали в этом мире или были очередной иллюзией.

– Они все отмечены.

– Связаны.

– Они испортили наши полотна.

– Смерть.

– Юэ Лао и Сы Мин всех отметили.

– Уничтожим.

На наших глазах тела девушек начали стремительно раздуваться, а светлая кожа покрылась темной шерстью. Их руки и ноги вытянулись и преобразились в мохнатые лапы, усыпанные жесткими щетинками. Из спин вырастали тонкие изогнутые конечности с острыми, смертельно опасными когтями. На лицах появились по восемь блестящих черных глаз, не оставляющих жертве шанса на побег.

Прядильщицы превратились в огромных пауков, заполнив собой всю пещеру.

– Чжичжу цзины! – крикнул У Вэйшень и попытался призвать гуань дао, но безуспешно.

Без оружия мы могли рассчитывать лишь на духовные силы генерала и Шеола. Я же пока сам не понимал, как правильно пользоваться «десятым солнцем» и что вообще оно из себя представляло, кроме смертоносных лучей. Одна из паучих метнулась к Богу Войны, и он выставил перед собой руку, явно намереваясь защититься огненным щитом, но на ладони не появилось даже маленького язычка пламени. Шеол вовремя отреагировал и заслонил его магической печатью. Монстр врезался в мерцающую преграду, взорвавшуюся искрами от столкновения. Паучиха издала резкий щелкающий звук и, потеряв равновесие, ударилась о массивную колонну, поддерживающую свод пещеры. Я почувствовал, как стены задрожали, а с потолка посыпались камни, но на монстре не осталось ни следа от атаки. Шеол метнулся ко мне и, схватив за руку, поволок к выходу, уворачиваясь от булыжников.

– Уходи отсюда, мы попытаемся достать нить и выберемся следом за тобой. Или хотя бы останься здесь, чтобы в любой момент ты смог сбежать.

Убедившись, что я стою в проходе и не пытаюсь спорить, он развернулся к Лис.

– Надеюсь, ты спряталась не из-за страха перед пауками.

– За кого ты меня принимаешь? – возмутилась демоница и, вытерев пот со лба, подняла с пола моток веревки, с которой капала какая-то слизь. В ногах у нее с довольным видом сидела Оми, облизывая обслюнявленную пасть. Нетрудно было догадаться, где побывала веревка, чтобы так выглядеть. – Этим нужно обмотать лапы паучих. Лови.

Она кинула моток Шеолу, и он, подхватив его, рванул в сторону ближайшего монстра. Жнец проскользнул под челюстью паучихи и, вцепившись в одну из ее конечностей, быстро закрепил веревку, а затем отпрыгнул. Как раз вовремя, чтобы избежать удара другого чудовища. Массивные челюсти паучихи с силой царапнули каменные плиты пола в том месте, где находился Шеол. Он перекатился под ее брюхом и швырнул моток У Вэйшеню:

– Генерал, вы истратили право пользоваться своей силой на первом испытании.

Бог Войны подхватил склизкую веревку и, брезгливо поморщившись, бросился между передних лап чудовища. Я наблюдал за сражением У Вэйшеня и Шеола в третий раз, поражаясь, насколько их движения были слаженны, не требуя команд и уточнений. Они двигались как единый живой организм, словно учитель и ученик встретились на поле боя против общего врага. Передавая друг другу моток, жнец и генерал смогли опутать лапы паучих, оставшись без серьезных ранений. Вынырнув из-под мощных челюстей, они подбежали к Лис. Она выхватила у них конец веревки и затолкала в пасть Оми.

– Шеол, двойная печать призыва.

Пальцы демоницы и жнеца запорхали в воздухе, выписывая сложные знаки. Символы вспыхивали, складываясь в сияющую вязь, а та закручивалась в спираль. Когда круги печатей завершились, они опустились на Оми. Едва магия коснулась пушистого зверька, от нее по веревке побежали искры, загораясь ярко-алыми всполохами. Разряды молний, доходя до монстров, разносились громкими тресками, пронизывая их тела сквозь хитин ударами энергии.

Паучихи дернулись, засучив конечностями в бессильной попытке вырваться, а вспышки все не прекращались.

– Генерал, пока мы удерживаем печати, заберите нить. Там должны быть уцелевшие полотна, – скомандовал Шеол.

У Вэйшень, с трудом сдерживая нарастающую злость из-за своей беспомощности без привычной силы огненной стихии, бросился к горящим станкам. Он лавировал между опасными когтистыми лапами, стараясь не соприкоснуться с веревкой. Прорвавшись к станкам, он крикнул оттуда, еле перекрывая щелканье и грохот, порождаемый паучихами:

– Все полотна сгорели вместе с нитями! Убирайте печати! Нам нужна паутина на их брюхах!

Лис подняла голову от печати и всмотрелась в царящий здесь хаос. Паучих удерживали только веревка и разряды молний, которые не убивали монстров, а только ограничивали.

– Если мы освободим их, они в бешенстве разнесут все и сожрут нас как букашек! Ты хоть понимаешь, что предлагаешь? Мы все силы потратили, чтобы остановить паучих, а теперь останемся совсем без оружия.

– От ваших молний я быстрее зажарюсь, чем эти твари нас прикончат! Давайте же! Немедленно снимайте!

Шеол сделал выбор за всех и убрал руки от печати, больше не подпитывая ее своей силой. Лис, недовольно простонав, дала искрам потухнуть, и Оми исчезла вместе со сверкающими молниями. Паучихи замерли на мгновение и, почувствовав свободу, яростно защелкали челюстями.

Все трое одновременно рванули к монстрам, рассчитывая только на свои силы. Но разъяренные твари не давали им возможности подобраться к своим брюхам. В одно мгновение несложные испытания, казавшиеся игрой на проверку способностей, превратились в смертельную ловушку. Первая паучиха захватила челюстями Лис, приподнимая ее над полом. Две других загнали Шеола в угол, не оставляя шанса выбраться оттуда, не рискнув лишиться какой-нибудь части тела. Жнец попытался создать печать, но они с Лис исчерпали возможность использовать свою энергию. У Вэйшень почти успел поднырнуть под брюхо одной из тварей, но она попятилась и ударила его когтем в живот. Бог Войны пошатнулся и упал на одно колено, зажимая рану рукой.

Следя за боем из своего укрытия, я лихорадочно соображал, чем могло им помочь несовершенное оружие, которое не знало, как использовать собственные силы. Даже если мы выберемся живыми, то без нити испытание провалится и нас поглотит город.

– Хочешь воспользоваться силой, Нейн? – Уже привычный голос снова раздался в моей голове.

– Да, – не раздумывая ответил я.

– Ты уверен? Боль будет такой же сильной, как в прошлый раз. Она будет мучить тебя и снова заберет часть твоей жизни.

– Покажи мне, как стать оружием.

– Тебе не нужно единение с мечом, чтобы использовать силу. Ты обладаешь «десятым солнцем», так призови его опять, ведь оно всегда находилось внутри тебя, Светило Экнориана.

На последних словах я почувствовал, как в груди зарождается тепло. Свет, сперва крохотный и осторожный, медленно нарастал, заполняя меня. Его всплески пульсировали в такт биению моего сердца. Чем больше он рос, тем быстрее отчаяние и страх отступали. Я закрыл глаза, позволяя яркому свету окрепнуть внутри. А потом, собрав все свои силы, разом выплеснул его наружу.

Солнечная вспышка разошлась по всему гроту, рассеивая мрак и обездвиживая паучих. Перед глазами плясали разноцветные пятна, а во рту ощущался вкус крови, но я закусил губу, не давая себе послабления, и бросился к тварям. Мне удалось добежать до монстра и, преодолев омерзение, дотронуться до брюха в поисках липкой ниточки. Вскоре пальцы нащупали что-то тонкое и тянущееся. Я быстро намотал паутинку на запястье и, оторвав ее, попятился в сторону выхода. Свет потух, и паучихи сразу ожили. Они словно по команде повернулись в мою сторону, и по пещере эхом разнеслось шипение, сопровождаемое щелканьем.

– Человечишка, не подчинившийся воле Богов Судьбы.

– С-с-смер-рть.

Их тела яростно сталкивались, пытаясь оттеснить друг друга, чтобы быстрее добраться до меня. Одна паучиха врезалась в колонну, с оглушительным треском обрушив ее. Стены и свод пещеры затряслись, а камни градом посыпались с потолка. В ужасной давке я не заметил, как откуда-то вынырнула Лис и, вцепившись в мою руку, закричала:

– Бежим, Шеол вытаскивает небесную задницу!

Проход еще никогда не казался мне настолько бесконечно длинным. Но вот впереди забрезжили холодные лучи, и наконец мы кубарем вылетели из пещеры, едва не попав под падающие обломки. Шеол с генералом еле успели выбежать, и за ними вход обрушился. У Вэйшень, тяжело дыша, поднялся на ноги, но, пошатнувшись, схватился за рану на животе.

– Генерал, необходимо осмотреть рану. Возможно, чжичжу цзины были ядовиты, а наши силы сейчас заблокированы.

У Вэйшень расправил плечи, стараясь не морщиться, и упрямо возразил:

– Бога Войны не убить какой-то там паучихе.

Лис, наблюдавшая за ними, мотнула головой и пробурчала:

– Не могу поверить, что делаю это после того, как меня назвали распутной дрянью.

Она подошла к У Вэйшеню и резко убрала его руку от живота.

– Если эти милашки ядовиты, ты сдохнешь прямо здесь, поэтому советую тебе заткнуться и принять помощь от мерзкой демоницы, раз уж силы небожителя здесь не работают. Оми, окажи услугу и очисти рану.

– Ми! – Зверек тут же появился и с писком подлетел к генералу. Он вытянул неожиданно длинный язык и засунул его прямо в открытую рану, видневшуюся сквозь порванную одежду.

– Что ты…

Генерал не успел отшвырнуть Оми, как Лис перехватила занесенную им руку. Теперь она полностью удерживала его, не давая совершить необдуманные движения.

– Не мешай ей, или я свяжу тебя. Хотя, судя по твоему покрасневшему лицу, ты этого и добиваешься, Вэй-вэй. В Весеннем доме ты тоже не особо сопротивлялся.

Генерал задохнулся от негодования и только повторял:

– Ты, ты, ты…

– Я, конечно же я. Мерзкая, распутная, противная. А еще одна из немногих, кто позаботился о тебе. Стоило бы бросить занудного гордеца и уйти, но нет же, рогатая мелочь залечивает его раны.

Лис отпустила У Вэйшеня и приказала:

– Оми, достаточно, на место.

Зверек облизнулся и издал звук, похожий на кошачью отрыжку, только вместо шерсти на песок упал красный шарик. Генерал с удивлением взглянул на него и, приподняв край ткани, осмотрел рану.

– Яда нет, а остальное само срастется. – Лис демонстративно отряхнула руки и отвернулась.

– Спасибо. – У Вэйшень поблагодарил ее так тихо, что мне показалось, будто это листва прошелестела на ветру.

Пока я наблюдал за ними, Шеол пытался прожечь меня взглядом прямо через свою повязку. Он точно знал, откуда в пещере внезапно появился свет, и прекрасно помнил, какие последствия несет за собой применение силы.

– Я не нуждаюсь в том, чтобы Оми меня лизала, – пошутил я, но, заметив, что для Шеола этого недостаточно, добавил: – Со мной все хорошо, никаких чудовищных страданий и прочего.

Красноречивое молчание жнеца явно говорило о его намерении услышать от меня «правду».

– Мы провалили испытание, да? Теперь послужим кормом для змеюк.

Мне хотелось обнять Лис за то, что она избавила меня от утомительного разговора, который мог закончиться глупым спором с Шеолом.

– Я правильно понимаю, что эти испытания никто бы не смог пройти? – Я решил зацепиться за ее слова. – Знать истории из Тинсингуо, иметь силу огня, быть свободным от отметок Богов Судьбы…

– Или эти испытания подготовили специально для нас, красавчик. В любом случае, мы их провалили, но пока остались живы. Шеоляньчик, дорогой, а ты точно не сможешь договориться с русалочкой, чтобы он смягчил наказание?

– Шуй Сяолун градоначальник, а не создатель Лунного города. Не в его силах повлиять на Духа. – Шеол покачал головой и полез что-то доставать из-за пояса.

Я поднял руку, показывая всем мерцающую нить на запястье, и с улыбкой спросил:

– Кто-нибудь знает, как сделать ожерелье?