Как только наши хвосты коснулись наземных руин Лунного города, магия «дыхания тритона» развеялась, возвращая нам привычные человеческие ноги. Кроме Лис, генерала и Янь Шэнли, угрюмо сидевшего у трона Шуй Сяолуна и жующего виноград, здесь находился еще один необычный юноша. Его длинные волнистые волосы, собранные в хвост, цветом немного напоминали мех лисы, а блеск алых глаз не оставлял сомнений: он прибыл из Хэйдереса. Однако его внешний вид не вписывался в привычное представление о демонах: элегантный наряд с тонкой цветочной вышивкой, строгость в каждой детали и утонченные манеры выдавали в нем скорее аристократа, чем порождение тьмы.

В воздухе между всеми повисло напряжение, тяжелое, как приближающаяся буря.

Шеол протянул мне руку, чтобы помочь взобраться на островок с руинами, но едва я успел потянуться к ней, как стайка девушек налетела на нас и столкнула меня обратно в воду.

– Шуйши[103] вернулся.

– Шуйши, расскажи сестренке новое стихотворение.

– Нет, Шуйши обещал рассказать его мне.

– Шуйши!

– Шуйши!

Голоса звенели один за другим. Они кричали наперебой, словно чайки, завидев добычу: «Дай! Дай! Дай!» И облепили Шеола не хуже той пиявки-переростка, только вместо присосок использовали свои проворные руки.

– А наш Шеоляньчик и тут покорил сердца невинных дев, – насмешливо протянула Лис, лениво наблюдая за происходящим. Она нагло утащила подушку у Шуй Сяолуна и, удобно устроившись на ней, закинула ноги на бедра какого-то мужчины. Тот послушно наклонился и принялся массировать ей лодыжки.

У Вэйшень покрылся красными пятнами и недовольно отвернулся, стараясь не коситься в их сторону. Я сплюнул воду, уже в который раз за сегодня попавшую в рот, и еле взобрался на выступ, благо под водой находились подходящие обломки колонн для лучшей опоры.

– Сяо Фэнь! – Красный вихрь снова чуть не сбил меня с ног. – Я думал, эти гадины высосут из тебя все до последней капли. Но ты же знаешь, сяо Фэнь, твой лаогэ[104] ничего не мог поделать.

Противная рыбина растолкал всех пищащих девиц и, схватив Шеола за плечи, повел его к своему трону.

– Ты восстановил силы, сяо Фэнь? Хочешь, я прикажу принести фруктов и вина? – заботливо поинтересовался Шуй Сяолун и, не дожидаясь ответа, махнул рукой, подзывая слуг.

– И куда же делся ваш грозный вид, господин градоначальник? – громко спросил я, выжимая подол своего одеяния.

Сейчас он больше напоминал излишне заботливую нянечку, присматривающую за драгоценным отпрыском знатного рода. Его прежняя надменность затерялась в суетливой угодливости. За спиной послышались недовольные перешептывания оставшихся ни с чем девушек. Я удовлетворенно хмыкнул, испытывая легкое злорадство: не стоило им так набрасываться на Верховного Жнеца и намеренно сталкивать меня в воду.

– А тебе по нраву грозные старейшины, мой желторотый птенчик? – хитро прищурившись, усмехнулся Шуй Сяолун. – Хочешь записаться в мои ученики или ты огорчен, что все внимание досталось сяо Фэню?

Проклятая рыбина наклонил голову к плечу, высматривая девушек за моей спиной, и его улыбка сменилась наигранным укором.

– Девочки, некрасиво так обращаться с нашими гостями. Покажите истинное гостеприимство Лунного города.

Они обрадованно взвизгнули и, прежде чем я успел хоть как-то среагировать, подхватили меня под руки и повели к разбросанным подушкам. Их прикосновения были холодными и немного скользкими, как от гладкого камня, долго пролежавшего на дне озера.

– Какой миленький!

– Посмотрите, у него волосы поцелованы солнцем! – подхватила другая девушка, накручивая на палец мои волосы с таким воодушевлением, что я начал за них опасаться.

– А он теплый? Хочу потрогать. – Третья растолкала остальных и провела ладонью по моей руке, оставляя чуть мерцающий след.

– Красотки, – позвала их Лис, которая уже где-то достала кувшин с вином и теперь блаженно распласталась с ним на подушках. – Наше солнышко не только миленькое, но еще и стихотворения сочиняет. Да-да, именно он блестяще победил на Турнире Красной Луны. Поразил всех, включая нашего драгоценного Шеольчика, в литературной игре.

На мгновение девицы замерли, а потом как по приказу повернулись ко мне. В их взгляде загорелось знакомое опасное пламя любопытства. Сейчас я стал для них бесценной игрушкой, которая временно удовлетворит их жажду новизны.

– Выиграл у Шуйши? – недоверчиво протянула одна из девушек. В ее длинных темно-зеленых волосах, похожих на водоросли, поблескивали бусины, напоминая капли воды, застывшие на предрассветной паутине.

– Да, беспощадно разгромил его – прямо на глазах у всего Предрассветного города, – подтвердила Лис с таким довольным видом, будто это было ее личной заслугой.

Воздух прорезал резкий и пронзительный гул голосов. Мне казалось, что еще немного – и из ушей пойдет кровь. Но их, похоже, это ничуть не беспокоило. Не обращая внимания на мое недовольство, они свалили меня на подушки и мигом окружили, предлагая вино и фрукты.

– Расскажи нам про турнир.

– И про литературную игру.

– Какое стихотворение вы читали с Шуйши?

Девицы при ближайшем рассмотрении оказались неестественно красивыми. Такие могли бы очаровать кого угодно. Я бросил взгляд на хмурого У Вэйшеня и понял, что его им бы точно не удалось пленить – как, впрочем, и меня. Когда-то подобное внимание доставляло удовольствие, но теперь оно раздражало и тяготило. Их нескончаемые вопросы о турнире, сопровождаемые нелепыми попытками накормить меня виноградом, только усиливали это чувство.

– Лао Шуй, не смей издеваться над ним. Особенно когда я зол на тебя. – От ледяного тона Шеола рыбина виновато вжал голову в плечи. – Ты отправил его одного, зная, что там шэцзины.

– С ним бы ничего не случилось, несмотря на человеческую форму. Принц не имеет настоящего тела, а его душа принадлежит мечу. А вот ты, сяо Фэнь, пострадал, только… – Градоначальник прищурился и приложил ладонь к груди Шеола, а затем удивленно поднял взгляд на меня. – Не думал, что ты так быстро восстановишь свой источник. Давно ли души экнорианцев стали настолько сильными?

– Значит, надежды Создателя уже рухнули и человеческий ребенок лишился души? – Звонкий мелодичный голос юноши напоминал пение канарейки на рассвете, но вскоре он перешел в заливистый, полный злобы смех.

Успокоившись, юноша вышел из тени колонны и отвесил поклон, соответствующий придворному этикету.

– Прошу прощения за мою бестактность и ужасные манеры. Мортен пришел бы в ужас, узнав, как я поприветствовал его высочество.

Мне ничего не оставалось, кроме как со своего места ответить уважительным наклоном головы, вполне допустимым для такого приветствия. Я уже не считал себя частью королевской семьи, поэтому излишние церемонии выглядели бы неуместно.

– Разрешите представиться, второй из Семи Смертных Грехов – Зависть. Наделен Князем Тьмы Одором лисьими пороками: тщеславием и лукавством.

– Нейн – душа меча Шигэтайяна, – не раздумывая сказал я.

Юноша выпрямился и изогнул губы в едва уловимой улыбке. Если бы не алые пылающие глаза, его легко можно было бы принять за отпрыска знатного рода Экнора.

– Вы обыграли всех в Хэйдересе, господин Нейн. Однако пока ваша душа не разрушена, Создатель еще может получить желаемое.

– Как ты здесь оказался, Инидий, и зачем? – подозрительно спросил Шеол, поднимаясь с трона.

Зависть обвел всех мучительно долгим взглядом и остановился на градоначальнике.

– Не сочтите за дерзость, господин Шуй Сяолун, но мне не хотелось бы говорить при посторонних.

Повелитель тритонов расслабленно закинул ногу на ногу и потрепал по макушке притихшего и оттого совсем незаметного Янь Шэнли.

– Наш гость такой недогадливый, правда, сяо Янь? Может, скажешь вместо твоего дагэ[105]?

На удивление, Янь Шэнли не увернулся от прикосновения Шуй Сяолуна и лишь послушно пробурчал:

– У всех тритонов и русалок очень хороший слух. Они слышат все звуки с поверхности, даже если заплывут на самое дно. И им не нужны слова, чтобы обмениваться знаниями.

– Вот как. – Инидий задумчиво потер переносицу. – Но я бы все равно предпочел ограничиться присутствием только значимых персон.

Градоначальник пожал плечами и щелкнул пальцами. Девушки и юноши беспрекословно покинули нас, оставив молчаливых стражей с копьями охранять своего повелителя. Зависть приложил ладонь к груди и чуть наклонил голову, выражая признательность.

– Последние десятки лет я жил под покровительством Князя Тьмы Одора. Не все в Хэйдересе мечтают о войне. Многие давно приспособились к мирной жизни и другому питанию, но Создатель пробудился, не оставляя нам шансов на спокойное существование.

У Вэйшень, обеспокоенно наблюдавший за Янь Шэнли, громко хмыкнул.

– Генерал, понимаю ваше недоверие, вызванное болью событий из прошлого, но позвольте мне пояснить: я не принимал участия в войне и никогда прежде не охотился за душами. Мне претит сама мысль о столь отвратительном способе питания. Думаю, вас бы тоже возмутило, если бы я осудил весь Юньхай, основываясь на поступках нескольких небожителей. Создатель жаждет заполучить артефакты и уже отправил на их поиски многих демонов. Я должен был стать следующим, но Мортен отдал мне свою печать для перемещения, решив, что я сумею найти артефакт раньше, чем до него доберется Создатель. Поверьте, у нас одна цель.

– Верить Смертному Греху? Надеюсь, это сказано не всерьез. – У Вэйшень смотрел на Инидия так, словно намеревался испепелить его взглядом прямо на месте.

Зависть удивленно изогнул брови, переводя растерянный взгляд с Лис на генерала, словно пытаясь понять причину внезапного негодования.

– Странно, – мягко начал он. Его голос звучал озадаченно, но в нем слышалась скрытая усмешка. – Мне показалось, что вы вполне доверяете госпоже Лис. Прошу простить, если я ошибся и поспешил с выводами, неверно истолковав ваши действия.

У Вэйшень закашлялся от возмущения и рявкнул:

– Нам пришлось сработаться, чтобы выбраться из иллюзий, не более. Не пытайся рассуждать о том, чего не понимаешь. Лучше говори прямо: за каким артефактом охотится Ахимот в Лунном городе?! Здесь только пиявки и змеи.

Инидий сокрушенно покачал головой, но в его взгляде мелькнуло нечто настораживающее. Он ненадолго задумался, словно размышляя, стоит ли раскрывать все тайны, и наконец заговорил ровным, почти безразличным тоном:

– Создатель обнаружил отрывок с предсказанием, написанным еще в те времена, когда Хэйдерес был покрыт лавой, а правил в нем первый Владыка Абис. К сожалению, никто не видел предсказание целиком. Одор предполагает, что его разделили между мирами. Поэтому в нашем распоряжении находятся лишь бессвязные отрывки.

– Шуй Сяолун, – угрожающе произнес Шеол, – ты ведь клялся мне, что ничего не крал, а Ли Цзиньлун оклеветал тебя!

Градоначальник сперва приподнялся с подушек, будто не зная, как лучше поступить, но затем драматично рухнул обратно. Подперев щеку кулаком, он изобразил страдальческое выражение, отражающее его глубокую подавленность перед лицом несправедливости этого жестокого мира. Несмотря на то что Шуй Сяолун был явно старше Шеола, перед ним грозный Повелитель тритонов становился тихой рыбкой в пруду.

– Это было всего один раз, – обиженно пробурчал он. – И не то чтобы я его украл. Не думаю, что Ланьшэнь стал бы злиться из-за такой мелочи.

– И кто такой этот Ланьшэнь?

Шуй Сяолун закатил глаза и тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, как его достали расспросы.

– Видимо, раз здесь собралось столько существ, отмеченных судьбой, то время действительно пришло. Кто такой Ланьшэнь, спрашиваете? Рожденный синим пламенем повелитель Кастиэль, обитающий за гранью наших миров. Высшие тритоны обладают способностью перемещаться по рекам мироздания, но для этого необходим Лимбус. Город служил не только сосредоточением силы и знаний трех миров, но и позволял открыть порталы на другие территории. Правда, пользоваться ими было непросто: никогда не знаешь, куда тебя занесет водоворот и когда он вернет тебя обратно. Но, сяо Фэнь, не понимаю, чему ты удивляешься. Я уже много раз говорил тебе, почему скрываюсь от Владык.

Пронзительный звук разбившегося сосуда заставил всех вздрогнуть.

– Ой, – виновато пискнула Лис и, не придумав лучшего, быстро задвинула ногой мелкие глиняные черепки под ближайшую подушку. – Постойте, наша русалочка видел другие миры? Не Экнориан, Хэйдерес и Тинсингуо?

– О да. – Шуй Сяолун горделиво выпрямился. – Их бесконечное множество, дорогая Лис. Вода может занести в удивительные места. Например, в мир, где живет несравненный Кастиэль. Ох, мой властный лисеночек, как же он поживает без своей рыбки и наших бесед в прекрасном саду? Помню его глаза цвета ночной азалии, освещенной мириадами звезд, что удивленно взирали на тритона в фонтане. Помнится, у него была наимилейшая сестра, но он поклялся зажарить меня, если я хоть раз на нее взгляну.

– Значит, твой Кастиэль и есть Ланьшэнь? – Шеол подошел к ближайшей колонне и прислонился к ней спиной.

– Божество синего пламени, способное влиять на мироздание? Да, это он, – с готовностью кивнул градоначальник. – Ахимот не раз пытался найти меня раньше в Тинсингуо. Возможно, ему была нужна способность перемещаться в другие миры, чтобы поглотить их источник силы. Но без Лимбуса порталы закрыты. Помню, как они с Дау рыскали по всему Фэнчжихай, как черепаха и ее яйцо[109].

– Ланьшэнь сильнее Ахимота? – От удивления прежняя злость У Вэйшеня рассеялась, превратившись в тонкие струйки пара, поднимающиеся от его одежды.

– Кто знает, генерал, но если эта часть предсказания верна, то Кастиэль точно представляет угрозу для Ахимота. Хотя тьму может развеять лишь свет. – Шуй Сяолун нашел меня взглядом и подмигнул.

– Полагаю, Создатель ищет артефакт, содержащий синее пламя? Господин Шуй Сяолун, вы не могли бы отдать его нам?

Почему-то Инидий нравился мне все меньше и меньше. От его речей внутри возникло неприятное щекочущее чувство, будто я общался с очередным сыном лорда, который искал благосклонности короны, а за спиной говорил мерзости.

– Лунный город надежно спрятал его и даже мне не собирается возвращать. – Градоначальник развел руками и огорченно покачал головой.

– И как же нам его достать?

Шуй Сяолун вскочил с трона и щелкнул пальцами. В одно мгновение все вокруг погрузилось в густую темноту, а затем над нами взошли три луны и пролили мерцающий холодный свет на город. Мне и раньше казалась неестественной смена дня и ночи в этом месте, но я даже не предполагал, что она зависит от воли Повелителя тритонов.

– Пройти испытания Лунного города и разгадать загадку. Если вы окажетесь достойными, он отдаст вам артефакт. Не каждому дано прикоснуться к священному пламени из другого мира.

– Ахимота ты тоже заставил бы проходить испытания? – Я не удержался от вопроса, считая эту выдумку не более чем развлечением для нахальной рыбины.

Шуй Сяолун подошел ко мне и с ехидной улыбкой внезапно ущипнул за щеки, потянув их в разные стороны.

– Нет, мой птенчик, все намного проще. Он бы взял меня в плен и забрал все спрятанное в городе, уничтожив его духа-хранителя. Думаю, не стоит пояснять, что случится, если сила Повелителя тритонов окажется в руках Владыки Тьмы.

Я вывернулся из его рук и растер ладонями горящее лицо, пытаясь убрать противное ощущение на коже.

– Кто пойдет? – Шуй Сяолун выпрямился и радостно хлопнул в ладоши.

– Янь Шэнли, ты идешь с нами, – тоном, не терпящим возражений, сказал У Вэйшень. Между ними что-то определенно произошло, пока меня с Шеолом не было.

– Я останусь с господином Шуй Сяолуном. – Юноша сидел на подушке возле трона, обхватив колени руками, и старался не смотреть на У Вэйшеня.

– Янь Шэнли!

– Оставь мальчика в покое, Вэй-вэй. – Лис поднялась на ноги и потянулась всем телом.

– Если позволите, то я бы предпочел остаться и присмотреть за ним, – учтиво предложил Инидий.

– Смертный Грех присматривает за небожителем? – Вокруг У Вэйшеня один за другим вспыхивали опасные огоньки-перья.

– Он еще не небожитель, Вэй-вэй, остынь. – Лис подошла к генералу и с размаху хлопнула его по плечу.

На У Вэйшеня это подействовало совсем не успокаивающе, наоборот, перья превратились в языки пламени.

– Янь Шэнли станет небожителем!

– Я сам хочу решить, кем стану. – Юноша вскинулся и тут же снова опустил взгляд, уставившись на свои колени.

– Генерал У Вэйшень, – спокойный голос Шеола подействовал на Бога Войны лучше любой успокаивающей настойки, – не время спорить о предназначении. С вашим учеником ничего не случится под присмотром Шуй Сяолуна, а нам следует поспешить: час Быка почти настал.

Градоначальник подошел к воде и вытянул руку. Из мерцающих частиц, окутавших его ладонь, сформировалось копье. Рукоять цвета лазури искрилась подобно морской глади под звездами, а в бронзовый широкий наконечник был вплавлен красный камень. Шуй Сяолун направил острие на воду, и от него кругами разошлись волны.

– К тебе пришли странники, чтобы добраться до Сердца Луны. Достойны ли они твоего испытания?

Сначала водная гладь лишь чуть колыхнулась, словно от легкого ветерка. Затем на ее поверхности появилась рябь, постепенно перерастающая в прилив. Каждая следующая волна поднималась все выше, обдавая нас брызгами, которые зависали в воздухе, переливаясь всеми оттенками синего и зеленого. С небес к ним потянулись тонкие серебристые нити, словно сотканные из лунного света. Они, как паутина, обвивали каждую каплю, соединяя их между собой и придавая человеческую форму.

В этом сиянии появилась прекрасная девушка. Ее длинные, аккуратно уложенные волосы украшали изящные заколки с гроздьями цветов. Темно-синее платье с широким поясом под грудью спадало невесомыми складками. На воздушной ткани сверкала серебристая вышивка с изображением рыб, плещущихся среди завитков волн. Девушка вытянула сложенные руки перед собой и поклонилась.

– Дух Лунного города приветствует смелых путников. Готовы ли вы поставить на кон свои жизни и пройти испытания, чтобы найти великое сокровище Повелителя тритонов?