9

Выбор Пробина

Стокдейл прошипел: «Прибыли гости мистера Куинна, сэр».

«Хорошо». Бедный Куинн, он выглядел как смерть, а ведь они ещё даже не начали. «Передай ему, чтобы приготовился».

Болито всмотрелся в подзорную трубу, но увидел лишь её тень. Ни единого габаритного огня, выдававшего её присутствие, и даже пьяное пение прекратилось несколько часов назад.

Рука коснулась его плеча, и он услышал, как канадский разведчик сказал: «Сейчас!»

Болито встал и последовал за ним вниз по крутому склону холма к воде. Его ботинки цеплялись за камни и песок, и он чувствовал, как пот стекает по груди. Он чувствовал себя голым, идущим навстречу направленным мушкетам, которые в любой момент могли его сразить.

Слишком поздно. Слишком поздно.

Он уверенно шёл позади тени другого мужчины, зная, что остальные члены его отряда следуют за ним по пятам. Он даже мог представить себе их лица. Среди них были Роухерст, помощник артиллериста, Кутби, араб с вытаращенными глазами, Раббетт, маленький воришка из Ливерпуля, который избежал верёвки, записавшись добровольцем на флот.

Шум моря встретил их, придавая уверенности, словно старый друг.

Они остановились у высохших на солнце кустов, пока Болито оценивал своё положение. С вершины холма кусты казались гораздо больше. Теперь моряки столпились позади них и среди них, всматриваясь через рябь воды в сторону форта и, вероятно, думая, что они — последнее укрытие до тех пор, пока они не доберутся до стен.

Канадец прошептал: «Вот там направляющие тросы для понтона».

Он методично жевал, сгорбившись вперед, и изучал отлогую полоску пляжа.

Болито увидел огромные балки, поднятые для крепления канатов, и помолился, чтобы их расчёты прилива и расстояния оказались верными. Если понтон крепко сел на мель, потребуется целая армия, чтобы сдвинуть его. Он вспомнил о двух больших жерлах, направленных в сторону материка и скрытой дамбы. Он сомневался, что гарнизон даст им время на сожаления.

Он задавался вопросом, наблюдает ли Пейджет за их продвижением с какой-нибудь точки обзора, кипя от нетерпения.

Болито взял свои мысли в руки. Сейчас не время было волноваться.

Разведчик снимал куртку и сказал: «Я пойду туда». Он мог бы сказать что-то о погоде. «Если ничего не услышишь, лучше следуй за нами».

Болито протянул руку и коснулся плеча мужчины. Плечо было покрыто смазкой.

Он заставил себя сказать: «Удачи».

Разведчик вышел из кустов и неторопливо пошёл к воде. Болито считал шаги: четыре, пять, шесть, но канадец уже сливался с водой, а потом и вовсе исчез.

Часовые вокруг форта несли трёхчасовую вахту. Вероятно, из-за нехватки людей. При удачном стечении обстоятельств это могло бы сделать их ещё более утомлёнными.

Минуты тянулись, и несколько раз Болито казалось, что он что-то слышит, и он ждал, когда поднимут тревогу.

Роухерст пробормотал: «Должно быть достаточно длинным, сэр». В кулаке он держал обнажённую саблю. Должно быть, всё в порядке.

Болито посмотрел на напарника стрелка в темноте. Был ли он настолько уверен? Или решил, что лейтенант потерял самообладание и просто пытается подтолкнуть его к действию?

«Ещё одну минуту, — он поманил Коузенса. — Иди и скажи мистеру Куинну, чтобы он подготовил своих людей».

Ему снова пришлось проверить себя. Убедиться, что лестницы заглушены. Куинн наверняка об этом позаботился. Он должен был.

Он кивнул Роухерсту. «Ты берёшь левую верёвку». Он поманил Стокдейла. «Мы возьмём правую».

Моряки разделились на две группы, и он видел, как они пересекали открытый пляж, направляясь к массивным брёвнам, затем поднимались и выходили на провисающих канатах. Сначала болтаясь, а затем опускаясь всё ниже, пока их ноги, а затем и тела не оказались подхвачены и не унесены бурлящим течением.

После дневной суеты и утомительного ожидания вода была как прохладный шелк.

Болито пополз по верёвке. Она была скользкой на ощупь, как плечо разведчика.

Каждый человек в отряде был тщательно отобран. Тем не менее, он слышал отдельные стоны и вздохи и чувствовал, как его собственные руки пульсируют от напряжения.

Затем, совершенно внезапно, они появились там, бесшумно опустившись на грубую палубу понтона, оглядываясь по сторонам белыми глазами, ожидая вызова.

Вместо этого разведчик вышел из тени и протянул: «Всё готово. Он даже не проснулся».

Болито сглотнул. Больше ему ничего не нужно было говорить. Незадачливый часовой, должно быть, уснул и проснулся от того, что обоюдоострый охотничий нож разведчика уже вонзался ему в горло.

Он сказал: «Роухерст, ты знаешь, что делать. Продолжай и собери остальных. Пусть течение движет эту штуку».

Роухерст терпеливо кивнул. «Да, сэр. Я так и сделаю».

Болито осторожно сошел с аппарели, задев ногой вытянутую руку, где у кромки воды лежал мертвый часовой. Он отключил его от мыслей, пытаясь вспомнить все, что видел здесь. Форт находился на другой стороне узкого острова. Примерно в полумиле. Меньше. Часовые, должно быть, наблюдали за морем, если вообще наблюдали. У них были все основания для уверенности, подумал он. Люггеру потребовалась целая вечность, чтобы обойти мыс, так что даже стрельба вслепую по форту могла мгновенно уничтожить крупный военный корабль.

Никто в здравом уме не станет ожидать нападения с суши, даже не имея лодок для переправы.

Стокдейл хрипло прошептал: «Она движется, сэр».

Понтон ускользал, сливаясь с тенями и черным материком за ним.

Болито направился к форту, а его небольшая группа рассредоточилась по обе стороны. Теперь он чувствовал себя по-настоящему одиноким и полностью отрезанным от помощи, если что-то пойдёт не так.

Пробираясь некоторое время к форту на ощупь, они обнаружили неглубокую лощину и с благодарностью забрались в нее.

Болито лежал с телескопом, установленным над песчаным краем, и пытался разглядеть хоть какие-то признаки жизни. Но, как и сам остров, форт казался мёртвым. Первоначальное здание, давно уничтоженное пожаром и битвой, было построено для защиты первых поселенцев от нападений индейцев. Эти отважные искатели приключений сейчас бы посмеялись, если бы увидели нас, мрачно подумал Болито.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем один из моряков прошептал: «Мистер Коузенс идет, сэр».

Под предводительством канадского разведчика, запыхавшийся и благодарный за то, что нашел своих товарищей, Коузенс свалился в овраг.

Он сказал: «Мистер Куинн сейчас здесь, сэр. И капитан Д’Эстер со своим первым отрядом морской пехоты».

Болито очень медленно выдохнул. Что бы ни случилось, он был не один и не без поддержки. Понтон уже двигался обратно, и, если повезёт, вскоре высадятся новые морские пехотинцы.

Он прошептал: «Возьми двух человек и проберитесь вдоль берега к тем лодкам. Я хочу, чтобы их охраняли, на случай, если нам придётся спешно уходить». Он чувствовал сосредоточенность юноши. «Так что идите отсюда».

Он смотрел, как тот переползает через край оврага вместе с двумя вооружёнными моряками. На одного меньше поводов для беспокойства. Не было никакого смысла в том, чтобы Коузенса убили из-за такого сомнительного плана.

. Легко было представить, как морские пехотинцы разделились на две части и направились к воротам форта, в то время как те, кто высадился следующим, заняли позицию, чтобы прикрыть возможную атаку или отступление.

Болито предположил, что Пробин будет с майором, хотя бы для того, чтобы быть уверенным, что о нем не забудут, когда все волнения утихнут.

Среди напряжённых матросов проскользнула ещё одна фигура. Это был мичман Куинна, запыхавшийся и дрожащий от напряжения.

«Ну что, мистер Хью?» — Болито вдруг вспомнил Спарка в разгаре ссоры. Хладнокровный, отстранённый. Легче сказать, чем сделать. «Ваша компания готова?»

Хьюгю покачал головой. «Есть, сэр. Лестницы и кошки». Он шумно облизал губы. «Мистер Куинн говорит, что уже совсем скоро рассветёт,

Болито посмотрел на небо. Куинну, должно быть, было не по себе, раз он рассказал своему мичману об очевидном.

Ии сказал: «В таком случае нам лучше начать».

Он встал и расстегнул рубашку. Сколько ещё раз такое повторится? Когда же настанет его очередь упасть и больше никогда не встать?

Болито резко сказал: «Следуйте за мной». Неестественный звук собственного голоса заставил его почувствовать лёгкую неуверенность и головокружение. Мистер Хью, оставайтесь здесь и внимательно следите. Если нас отбросят, вы присоединитесь к мистеру Коузенсу у лодок.

Хью переминался с ноги на ногу, словно стоял на горячих углях.

«И что потом, сэр?»

Болито посмотрел на него. «Это тебе придётся решить. Боюсь, не останется никого, кто мог бы дать тебе совет!»

Он услышал тихое хихиканье Раббета и удивился, как кто-то может смеяться над такой слабой, отвратительной шуткой.

Он чувствовал на лице лёгкий, прохладный, ласковый ветерок, направляясь к углу форта. Расстояние до него было всего в кабельтовом, но он всё равно чувствовал себя отчётливо видимым, направляясь к убежищу Куинна.

Кто-то поднялся на колени с направленным мушкетом, но снова упал ничком, узнав отряд Болито.

Куинн был со своими людьми у лестниц, нервный и раздраженный, ожидая, когда Болито воспользуется телескопом.

Болито сказал: «Ничего. Кажется, тихо. Очень тихо. Думаю, они очень доверяют входу со стороны моря и тому, что мы оставили у пляжа». Он увидел, как вздрогнул Куинн, и тихо добавил: «Возьми себя в руки, Джеймс. Наши люди оценивают свои шансы только по нам». Он выдавил улыбку, чувствуя, как его губы сжимаются, словно леденеют. «Так что давайте отработаем свою плату, а?»

Роухерст вышел из тени. «Готов, сэр». Он быстро взглянул на Куинна. «Никаких признаков этих ублюдков на этом парапете».

Болито повернулся спиной к форту и поднял руку. Он увидел, как присевшие фигуры выбегают из укрытия, и понял, что убил их всех. Пути назад не было.

Лестницы быстро понесли к выбранной стене, и по обе стороны от них вперед выбежала первая группа моряков; их абордажные сабли и топоры делали их похожими на фигуры со старого нормандского гобелена, который Болито когда-то видел в Бодмине.

Болито схватил Куинна за запястье и сжал его так, что тот поморщился от боли.

«Мы не знаем, что нас ждёт, Джеймс. Но ворота должны быть открыты, слышишь меня?» — Он говорил медленно, несмотря на путающиеся мысли. Куинну сейчас было крайне важно продержаться.

Куинн кивнул. «Да. Со мной всё будет в порядке, сэр».

Болито отпустил его. «Дик».

Куинн ошеломленно посмотрел на него. «Чёрт!»

Первая лестница уже поднималась на фоне бледных звезд, все выше и выше, а за ней следовала и вторая, в то время как ожидающие моряки спешили их закрепить.

Болито убедился, что его вешалка надежно закреплена на запястье, а затем легко побежал к ближайшей лестнице, зная, что Стокдейл следует за ним.

Роухерст наблюдал за Куинном, а затем похлопал его по руке и, увидев, как тот подпрыгнул, прошипел: «Пойдемте, сэр!»

Задыхаясь, Куинн побежал к другой лестнице, с трудом поднимаясь и задыхаясь, пока он подтягивался к жесткому черному краю под звездами.

Болито перелез через грубый настил и спрыгнул на деревянный вал. Он смутно подумал, что это мало чем отличается от корабля, если не считать ужасной тишины.

Он на ощупь пробрался вдоль перил, мимо установленного на вертлюге орудия, к месту, где, по его мнению, должны были быть ворота. Он втянул воздух в ноющие лёгкие, увидев округлый выступ на стене, который, как он знал, находился прямо над входом. Он чувствовал запах углей костра, готовящейся еды, лошадей и людей. Запах плотно сплочённого гарнизона, который можно встретить практически в любой точке мира.

Он резко обернулся, когда матрос Раббетт скользнул вперёд и обрушил абордажный топор на то, что Болито принял за кучу мешков. Это был ещё один часовой, а может быть, просто человек, поднявшийся к парапету подышать свежим воздухом. Удар был таким быстрым и сокрушительным, что Болито сомневался, сможет ли он снова дышать.

Шок от произошедшего помог ему обострить реакцию и полностью сосредоточиться на том, что он делал. Он нашёл верхнюю часть лестницы и понял, что ворота находятся всего в нескольких ярдах от него.

Стокдейл подошел к нему. «Я сделаю это, сэр».

Болито попытался разглядеть его лицо, но увидел только тень.

«Мы сделаем это вместе».

Пока остальные мужчины стояли на коленях или лежали на парапете, Болито и Стокдейл очень медленно спускались по неровной деревянной лестнице.

На другом конце той же стены Куинн и его отряд двинутся к сторожевой башне, чтобы защитить Болито с тыла, если бы стража вышла.

Всё началось в голове контр-адмирала Куттса, за много миль от этого зловещего места. И вот они здесь, хотя раньше Болито думал, что их атакуют и отбросят ещё до того, как они успеют найти убежище. Всё оказалось настолько до смешного просто, что одновременно и нервировало.

Он ощупал землю под ногами и понял, что добрался до двора. Он скорее чувствовал, чем различал, низкие здания и конюшни, выстроившиеся вдоль внутренних стен, но, взглянув на башню, обнаружил, что видит флагшток и бледнеющее небо над ним.

Стокдейл коснулся его руки и указал на небольшую хижину за воротами. Сквозь ставни пробивался мягкий свет, и Болито догадался, что именно там отдыхал стражник между вахтами.

Он прошептал: «Пойдем».

Всего семь шагов отделяли Болито от центра ворот. Он считал каждый шаг, словно от этого зависела его жизнь. Длинная балка, покоившаяся на железных пазах, запирала ворота, и больше ничего. Стокдейл отложил абордаж и взял на себя вес перекладины, пока Болито наблюдал за хижиной.

И как раз когда Стокдейл напряг всю свою огромную силу, это произошло. Раздался крик ужаса, перешедший в пронзительный вопль, а затем мгновенно оборвавшийся, словно захлопнувшийся за массивной дверью.

Какое-то мгновение все молчали и не двигались, а затем, когда по двору разнеслись испуганные голоса и топот ног, Болито закричал: «Открывайте! Как можно быстрее!»