Болито открыл дверь своей крошечной каюты. Длина её была примерно как у качающейся койки, и в ней было достаточно места, чтобы сесть. Место для уединения, или настолько близкое к нему, насколько это было возможно на небольшом, шумном военном судне. После мичманской койки на нижней палубе это был настоящий дворец.

Как и заметил Родс, его продвижение по службе было очень быстрым. Однако, если бы неизвестный лейтенант не погиб, упав с лошади, вакансия третьего лейтенанта не была бы объявлена.

Болито отпер верхнюю часть своего матросского сундука и повесил зеркало на одну из массивных балок рядом с койкой. Он посмотрел на себя, заметив тонкие морщинки вокруг рта и серых глаз. Он также похудел, обрёл юношескую силу, которую могли дать только корабельная еда и упорный труд.

Поуд пристально посмотрел на него. «Я мог бы заплатить лодочнику, чтобы он съездил в город и купил вам немного еды, сэр».

Болито улыбнулся. Поуд был похож на торговца на корнуоллской ярмарке.

«Я сейчас же отправлю кое-что на борт, спасибо». Он заметил разочарование и добавил: «Но если вы проследите, чтобы всё было правильно упаковано, я буду вам признателен».

Поуд быстро кивнул и поспешил прочь. Он сделал свой ход. Реакция Болито была правильной. Где-то по пути ему предоставят плату, если Поуд позаботится о личных припасах нового лейтенанта.

Дверь с грохотом распахнулась, и в кают-компанию вошел высокий лейтенант, швырнув шляпу на одно из орудий и на одном дыхании крикнув Поуду.

Он очень медленно осмотрел Болито, его взгляд охватил все: от его волос до новых ботинок с пряжками.

Он сказал: «Я Паллисер, старший».

У него была отрывистая манера говорить. Он отвёл взгляд, когда Поад вбежал в дверь с кувшином вина.

Болито с любопытством наблюдал за первым лейтенантом. Он был очень высоким, так что ему приходилось сгибаться между балками потолочного потолка. Ему было под тридцать, но опыт был как у человека гораздо старше. Он и Болито носили одинаковую форму, но стояли так далеко друг от друга, что казалось, будто они стоят по обе стороны пропасти.

«Так ты Болито?» Взгляд снова метнулся к нему над краем кубка. «У тебя хороший отчёт, если говорить на словах. Что ж, это фрегат, мистер Болито, а не какой-нибудь перегруженный третьесортный корабль. Мне нужно, чтобы каждый офицер и матрос трудились, пока этот корабль, мой корабль, не будет готов к отправке». Ещё один яростный глоток. «Так что, будьте любезны, явитесь на палубу. Садитесь на катер и отправляйтесь на берег. Вы же должны знать здешнюю обстановку, а?» Он мимолетно улыбнулся. «Веди вербовочную группу на западный берег и осмотри те деревни. Литтл, помощник канонира, поможет. Он понимает правила игры. Есть несколько плакатов, которые вы можете расклеить в гостиницах по пути. Нам нужно около двадцати надежных матросов, без хлама. Мы полностью укомплектованы, но в конце долгого перехода это уже другое дело. Мы потеряем несколько человек, не сомневайтесь. В любом случае, капитан хочет, чтобы это было сделано».

Болито думал о том, как распакуют вещи, встретятся со своими товарищами и пообедают после долгой поездки на автобусе из Фалмута.

Чтобы окончательно уладить ситуацию, Паллисер небрежно заявил: «Сегодня вторник, возвращайтесь на борт в полдень пятницы. Не теряйте никого из своей команды и не позволяйте им пускать вам пыль в глаза!»

Он выбежал из кают-компании, зовя кого-то еще.

Родс появился в открытой двери и сочувственно улыбнулся. «Не повезло тебе, Ричард. Но его манеры грубее, чем мысли. Он подобрал тебе отличную компанию на берегу. Я знал некоторых старших лейтенантов, которые составили бы компанию новому младшему офицеру целой толпе помешанных преступников, лишь бы устроить ему разнос по возвращении». Он подмигнул. «Мистер Паллисер намерен вскоре получить собственное командование. Помни об этом всегда, как и я, это очень помогает!»

Болито улыбнулся. «В таком случае мне лучше уйти немедленно». Он помедлил. «И спасибо, что приняли меня».

Родс опустился в кресло и подумал о полуденном ужине. Он услышал стук вёсел у борта и крик рулевого катера. То, что он видел в Болито, ему понравилось. Конечно, молодой, но с неугомонным характером человека, способного преуспеть и в крутом повороте, и в ревущем урагане.

Странно, как ты, будучи мичманом, никогда не задумывался о заботах и проблемах вышестоящих. Лейтенант, младший или нет, был своего рода существом высшего порядка. Тем, кто ругал и быстро придирался к юным новичкам. Теперь он знал, что лучше. Даже Паллисер боялся капитана. Наверное, лорд и магистр боялся расстроить своего адмирала или кого-то ещё более высокопоставленного?

Роудс улыбнулся. Но на несколько драгоценных мгновений воцарился мир.

Литтл, помощник стрелка, стоял позади, положив широкие руки туда, где должны были быть его бедра, и наблюдал, как один из его людей прикреплял еще один вербовочный плакат.

Болито достал часы и посмотрел на деревенскую лужайку, когда церковные часы пробили полдень.

Литтл хрипло спросил: «Может, пора намочиться, сэр?»

Болито вздохнул. Очередной день, после бессонной ночи в крошечной, не слишком чистой гостинице, где он боялся, что его небольшая группа рекрутов может дезертировать, несмотря на слова Родса об их отборе. Но Литтл позаботился о том, чтобы эта часть прошла гладко. Он совершенно не соответствовал своему имени: приземистый, грузный, даже тучный, так что его живот тяжело свисал над поясом с абордажной саблей, словно мешок. Как он справлялся с этим на пайке казначея, было чудом. Но он был хорошим работником, закалённым и опытным, и не терпел глупостей.

Болито сказал: «Ещё одна остановка, Литтл. А потом…» — он грустно улыбнулся, — «я угощу вас всех выпивкой».

Они сразу оживились. Шесть моряков, капрал морской пехоты и два мальчика-барабанщика, похожих на игрушечных солдатиков, только что вытащенных из коробки. Их не волновали плачевные результаты их похода из одной деревни в другую. Обычно вид отряда Болито не вызывал особого интереса, разве что у детей и нескольких огрызающихся собак. Старые привычки трудно искоренить в такой близости от моря. Многие ещё помнили ужасные вербовочные отряды, когда людей отрывали от семей и отправляли на королевский корабль, чтобы они страдали в суровых условиях войны, которые мало кто понимал даже сейчас. А значительная часть вообще не вернулась.

Болито пока удалось найти четырёх добровольцев. Четверых, а Паллисер ожидал двадцать. Он отправил их обратно на судно с эскортом на случай, если они передумают. Двое из них были моряками, а остальные – рабочими с фермы, потерявшими работу, «несправедливо», как они оба сказали. Болито подозревал, что они готовы пойти добровольцами по более важной причине, но сейчас не время задавать вопросы.

Они шли по пустынной зелени, и грязная трава брызгала с ботинок Болито на его новые чулки.

Литтл уже ускорил шаг, и Болито задумался, правильно ли он поступил, предложив им всем выпить.

Он мысленно пожал плечами. Пока что всё идёт не так. Вряд ли ситуация может стать ещё хуже.

Литтл прошипел: «Там какие-то мужчины, сэр!» Он потер свои большие руки и сказал капралу: «А теперь, Диппер, заставь своих ребят заиграть песенку, а?»

Две минуты морские пехотинцы ждали, пока их капрал передаст приказ, затем, пока один из них энергично стучал в барабан, другой вытащил из-за пояса флейту и заиграл что-то похожее на джигу.

Капрала звали Дайер. Болито спросил: «Почему вы называете его Диппером?»

Литтл ухмыльнулся, обнажив несколько сломанных зубов — истинный признак бойца.

«Благослови вас Бог, сэр, ведь он был карманником до того, как прозрел и присоединился к волам!»

Небольшая группа мужчин у гостиницы, казалось, растворилась по мере приближения моряков и морских пехотинцев.

Остались две фигуры, и более нелепую пару трудно было себе представить.

Один был невысоким и энергичным, с резким голосом, легко перекрывавшим звуки флейты и барабана. Другой был крупным и мощным, обнажённым до пояса, с руками и кулаками, висящими по бокам, словно оружие, готовое к использованию.

Маленький человек, зазывала, ранее разгневанный внезапным уходом своей публики, увидел матросов и возбужденно поманил их.

«Ну-ну-ну, кто же мы тут? Сыны моря, британские Джек-Тар!» Он снял шляпу перед Болито. «И настоящий джентльмен у власти, в этом нет никаких сомнений!»

Болито устало сказал: «Выпускай людей, Литтл. Я попрошу хозяина прислать нам немного эля и сыра».

Зазывала кричал: «Кто из вас, храбрые парни, выдержит моего бойца?» Его взгляд метался между ними. «Гинея тому, кто выдержит против него две минуты!» Монета сверкнула между его пальцами. «Вам не обязательно побеждать, мои храбрые ребята, просто стойте и сражайтесь две минуты!»

Теперь он полностью завладел их вниманием, и Болито услышал, как капрал пробормотал Литтлу: «Что с тобой, Джош? Чертова гинея!»

Болито остановился у двери гостиницы и впервые взглянул на боксёра-профессионала. Он выглядел сильным, как десять лет, и всё же в нём было что-то отчаянное и жалкое. Он не смотрел ни на кого из моряков, а, казалось, смотрел в пространство. Нос у него был сломан, а лицо хранило следы многочисленных драк. Сельские ярмарки, для земледельцев, для всех, кто готов был поспорить, увидев, как люди сражаются за кровавую победу. Болито не был уверен, кого он презирает больше: того, кто жил за счёт боксёра, или того, кто делал ставки на его боль.

Он коротко сказал: «Я буду внутри, Малыш». Внезапно мысль о стаканчике эля или сидра поманила его, словно своенравный дух.

Литтл уже думал о другом. «Да, сэр».

Это была уютная маленькая гостиница, и хозяин поспешил поприветствовать Болито, почти касаясь головой потолка. В палатке ярко горел огонь, пахло свежеиспечённым хлебом и копчёными окороками.

«Садитесь, лейтенант. Я сейчас позабочусь о ваших людях». Он увидел выражение лица Болито. «Прошу прощения, сэр, но вы здесь зря тратите время. Война забрала слишком многих, чтобы идти за барабаном, а те, кто вернулся, отправились в другие места, в большие города, такие как Труро и Эксетер, в поисках работы». Он покачал головой. «А вот если бы я был на двадцать лет моложе, я бы, наверное, записался». Он усмехнулся. «С другой стороны…»

Некоторое время спустя Ричард Болито сидел у огня в кресле с высокой спинкой. Грязь высыхала на его чулках, пальто было расстегнуто, чтобы можно было положить туда превосходный пирог, который принесла ему жена хозяина. У его ног лежала большая пожилая собака, тихонько пульсируя, наслаждаясь теплом и мечтая о каком-то былом подвиге.

Хозяин дома прошептал жене: «Ты его видела? Королевский офицер, не меньше. Господи, он больше похож на мальчишку!»

Болито очнулся от дремоты и зевнул. Затем его руки застыли в воздухе, и он услышал громкие гневные крики, перемежающиеся смехом. Он вскочил на ноги, нащупывая шпагу и шляпу и одновременно пытаясь застегнуть пальто.

Он почти побежал к двери, и когда он, спотыкаясь, выскочил на свежий воздух, то увидел, как матросы и морские пехотинцы падают друг на друга, содрогаясь от смеха, а маленький зазывала кричит: «Ты сжульничал! Ты, должно быть, сжульничал!»

Литтл крутанул золотую гинею и ловко поймал её ладонью. «Это не я, приятель. Честно говоря, это Джош Литтл!»

Болито резко спросил: «Что происходит?»

Капрал Дайер, хохотая, сказал: «Он вернул этого большого боксёра-профессионала, сэр! Никогда такого не видел!»

Болито сердито посмотрел на Литтла. «Поговорим позже! А теперь стройтесь, нам ещё много миль до следующей деревни!»

Он обернулся и с изумлением увидел, как зазывала набросился на драчуна. Тот стоял, как и прежде, словно и не двигался, не говоря уже о том, что его сбили с ног.

Зазывала схватил кусок цепи и заорал: «Это тебе за твою чёртову тупость!» Цепь полоснула мужчину по голой спине. «Это тебе за то, что ты потерял мои деньги!» Кряк.

Литтл с тревогой взглянул на Болито. «Эй, сэр, я дам этому мерзавцу деньги, но не позволю, чтобы этого беднягу избивали, как собаку!»

Болито с трудом сглотнул. Этот здоровяк мог бы убить своего мучителя одним ударом. Возможно, он падал так долго, что уже не чувствовал боли или чего-либо ещё.

Но для Болито этого было более чем достаточно. Неудачное начало на борту «Судьбы», неспособность найти необходимых добровольцев — вот всё, что он мог вынести. Это унизительное зрелище окончательно изменило баланс сил.

«Эй, там! Закрепи!» Болито шагнул вперёд, а его люди с благоговением и весельем наблюдали за ним. «Немедленно опусти цепь!»

Зазывала дрогнул, но затем быстро восстановил прежнюю уверенность. Ему нечего было бояться молодого лейтенанта. Особенно в округе, где ему часто платили за службу.

«У меня есть права!»

Литтл прорычал: «Дайте мне разобраться с этим ублюдком, сэр! Я дам ему, чёрт возьми, права!»

Всё выходило из-под контроля. Появились и некоторые жители деревни, и Болито представил себе, как его люди сражаются с половиной деревни, прежде чем успевают добраться до катера.

Он повернулся спиной к непокорному зазывале и посмотрел на бойца. Вблизи он был ещё больше, но, несмотря на его размеры и силу, Болито видел только его глаза, частично скрытые веками, ставшими бесформенными за годы.

«Ты знаешь, кто я?»

Мужчина медленно кивнул, не отрывая взгляда от губ Болито, словно читая каждое слово.

Болито мягко спросил: «Вы хотите добровольно поступить на службу королю? Присоединитесь к фрегату «Судьба» в Плимуте», — он помедлил, видя мучительное понимание в глазах мужчины, — «вместе со мной?»

Затем так же медленно, как и прежде, он кивнул и, не глядя на изумленного зазывалу, поднял свою рубашку и небольшую сумку.

Болито повернулся к зазывале, и его гнев мог сравниться лишь с чувством жалкого торжества. Как только он покинет деревню, он всё равно отпустит бойца.

Зазывала закричал: «Вы не можете этого сделать!»