Крик – от страшной измотанности, усталости, бессилия, от внутреннего неспокойствия, перегруженности, страха, стыда. Крик – оттого, что ты сам(а) – сплошной комок нервов и клубок противоречий. Оттого, что уже нет сил держать себя в руках. Уже вообще ни на что нет сил.

Мы с вами знаем, что многое зависит от ресурса. От нашего физического состояния. От того, разгружен или переполнен наш собственный эмоциональный контейнер. Очень важно видеть, на что утекает, что ест наш ресурс. Здесь и хронический недосып, и множество дел и задач, которые мы себе поставили. И стремление успеть еще-еще-еще, не взирая на то, что это «еще» не вписывается в наши реальные возможности. И погоня за образом идеальной мамы, постоянные сравнения с кем-то, на наш взгляд, более успешным и справляющимся. И самонасилие и самопринуждение («Я мама, хорошая мама должна…»). И непростые отношения с близкими, отсутствие поддержки. И сложные состояния (субдепрессия/депрессия и пр.). И мы не выдерживаем, срываемся, виним себя.

Мы также срываемся, когда ребенок говорит или делает что-то недопустимое, то, что для нас представляет важную жизненную ценность (например, украл что-то или подставил друга). И нас затапливает негодование, разочарование и стыд («Боже, я воспитал(а) чудовище!»).

Невозможно также не упомянуть про наши ожидания, нередко нереалистичные. «Ну он же должен понимать (выполнять обещания, делать о том, что договаривались)!» Нередко мы ждем от детей чего-то другого – другого поведения, другого отношения, других качеств, а не тех, которые они демонстрируют. Например, чтобы ребенок с первого раза услышал и сделал то, что мы попросили, без эмоций и сопротивления. Или вошел в положение. Или стал другим. И понял! Очень полезно встречаться со своими ожиданиями, внимательно их рассматривать. Замечайте процесс того, как и когда вы что-то ждете от ребенка, а он этому не соответствует. Ваш главный ориентир – опора на реальность. Если ожидания раз за разом не реализуются, значит, они (пока) неосуществимы. В спокойном состоянии и обстановке попробуйте оценить, на что ребенок действительно способен, а что ложится непосильным грузом на его плечи. Помните? В любой непонятной ситуации думайте не о том, как «исправить» ребенка, а о том, как ему помочь (или как помочь вашим с ним отношениям). И вы, и ваш ребенок заслуживаете того, чтобы быть принятыми реальными, а не выдуманными. Умение видеть себя и других реальными – основа устойчивой самооценки и удовлетворительных отношений.

Что помогает не кричать (или кричать реже)?

• Внимание к своим состояниям, чувствам и потребностям (на все из них вы имеете право, они не бывают плохими или неправильными). Не давите, не душите в себе отрицательные эмоции, а постарайтесь найти им безопасный выход (признайте, назовите их, посочувствуйте себе). «Ульяна, – говорю я младшей дочери, когда силы на исходе, – я безумно устала. Мне сложно повторять одно и то же. Услышь меня, пожалуйста, прямо сейчас». Дети, как правило, очень восприимчивы к таким вещам.

• Стандартное: при приступе гнева, когда крик вот-вот сорвется, задержите дыхание, досчитайте до десяти.

• Попробуйте также словить себя на поднимающейся волне гнева. Вот она поднялась к горлу – выдохните ее. Можно покричать, но шепотом. Необычно, не так пугает, может быть даже весело.

• Обратите внимание на телесные ощущения – где «живет» злость? Как она проявляется? Понаблюдайте за ней. Смените положение тела – встаньте, сядьте, лягте. Что «прикрывает» собой злость? Чувство усталости, бессилия, отчаяния? Признайте их. Просто признайте. Обнимите себя. Вы очень хорошая мама (очень хороший папа), иногда всем людям бывает непросто.

• Разрядить напряжение можно физически – быстрая ходьба, спорт, любая моторная активность. Сожмите-разожмите кулаки, поднимите и резко опустите руки в воздухе. Помойте полы. Сделайте 10–20 приседаний. Порвите газеты.

• Вода. Умойтесь прохладной водой или сделайте несколько глотков.

• Посчитайте или найдите предметы вокруг: 5 вещей, которые можно увидеть, 4 вещи, которые можно потрогать, 3 вещи, которые можно услышать, 2 вещи, которые можно понюхать, 1 вещь, которую можно попробовать на вкус.

• Вспомните или заметьте ситуации, когда вам удалось не закричать. Что помогло там и тогда, как вам это удалось? Как можно было бы повторить или расширить этот опыт?

И главное. Если вы выпали из позиции «большого и сильного взрослого»:

1. Это нормально. Мы живые, а не железные Феликсы. Мы неидеальны. Мы имеем право на сомнения, ошибки и несовершенство.

2. Если вы сорвались, накричали или даже физически воздействовали на ребенка вместо погружения в истощающую вину (родительскую вину ребенок прекрасно чувствует, и она становится еще одним «участником» взаимодействия, влияющем и усложняющем его):

– признайте свои чувства (боль, обиду, усталость, ярость);

– вслух признайте чувства ребенка, не обвиняя его, – вместо: «Это ты меня довел!» – скажите, например: «Тебе было страшно» или «Ты чувствовал(а) себя непонятым(ой)» (в зависимости от ситуации);

– выразите сожаление о том, что случилось («Мне очень жаль, что я не сдержалась», «Я очень сожалею о том, что произошло между нами»). Если с вашей стороны или стороны ребенка было сделано действительно много недопустимого, скажите, что не считаете это нормой, это неправильно, так делать было нельзя,

– посочувствуйте ребенку и себе, восстановите контакт: «Давай обнимемся, я тебя очень люблю, ты хороший/хорошая». Слова «ты хороший/хорошая» могут вам показаться оценочными и/или лишними, но поверьте, они – основа основ нашего самоощущения. Каждый из нас хочет чувствовать себя хорошим, хорошим таким, какой ты есть. Эти слова очень помогают ребенку не терять базовое доброе отношение к себе и ощущать принятие, даже если тобой недовольны или ты сделал(а) что-то «не то». Ребенку, который ощущает себя хорошим, гораздо легче «хорошо себя вести», корректировать свое поведение и не терять связь с родителем.

Также родителям очень помогает общение, в том числе виртуальное, когда можно выговориться, увидеть, что у многих людей такие же переживания, как и у вас, и вас поймут, поддержат и многое объяснят – например, то, что дети вполне адекватно воспринимают мамины вспышки гнева, если они эпизодичны (ну разозлилась мама, с кем не бывает?). Воспитывать ребенка и ни разу не повысить на него голос, не сорваться на крик (в момент опасности, в момент, когда нужно срочно привлечь его внимание к недопустимости его поведения или серьезности происходящего) нереально, и это тоже нужный для него опыт. Возможно, не самый приятный, но вполне выносимый, это часть жизни и часть коммуникации между людьми. Люди, которые в детстве не сталкивались с родительским проявлением гнева, нередко вырастают с уверенностью, что злиться – плохо, неправильно, а потому совершенно не знают – а что им самим делать со своей злостью, которая все равно время от времени возникает (злость – естественная эмоция самозащиты). На них ведь никто не злился, почему тогда они ее ощущают («что со мной не так?»). Считая себя какими-то ущербными, «дефектными», они пытаются подавить ее, осуждают себя, и от этого внутреннего напряжения чувствуют себя очень плохо.

Поэтому единственный выход здесь – и признавать свою злость, и позволять детям злиться, одновременно осваивая способы выражать ее безопасно.