Мартин сидел, не шевелясь. Огонь в камине догорал, и становилось всё холодней, но юноша не спешил подкинуть поленьев. Казалось, он заслужил этот холод, что внезапно окутал город ещё с утра. Парень смотрел на мальчика, с вышивкой «213» на серой пижаме – вчера так и не нашли во что его переодеть. Ребёнок мирно спал, но Мартину не терпелось с ним поговорить. Накануне, как они прилетели в поместье Бейкеров, Алекс попытался завести с мальчиком разговор, но тот был так шокирован всем произошедшим, что практически не проронил ни слова. Удастся ли им всем когда-нибудь залечить эти раны?

Стало совсем холодно. Юноша неохотно поднялся и направился к камину.

«Хорошо, что мистер Спарк очнулся, кажется, малой к нему привязался… Ох уж этот старик… Врал мне, с самого начала!»

Мартин с силой бросил полено, но вышло громко.

Мальчик дёрнулся и вскочил, уставившись на юношу двумя испуганными серыми глазами.

– Всё хорошо, извини, что разбудил тебя… – Мартин почувствовал неловкость. – Я настоящий болван…

– Нет, – тихо произнёс мальчик.

– Что?

– Ты не болван, ты спас меня.

Стало ещё более неловко.

– Да нет же… – юноша вспомнил, как увидел этого мальчика, забившегося в угол в темноте подвала, как схватил его за руку. – Это всё мистер Спарк… то есть Бонум. И Октавиус… Это они всё придумали.

Несколько мгновений мальчик молчал. Затем спросил, осторожно подбирая при этом слова:

– А почему… Почему они не спасли 308-го?

– 308-го?

– Мой друг… Мистер Бонум обещал, что с ним всё будет хорошо.

Мартин заметил, как на глаза ребёнка стали наворачиваться слёзы. Что ему на это ответить?

– Они хотели спасти всех вас. Но…

– Знаю… – дрожащим голосом произнёс мальчик. – Это отец помешал.

– Отец? Тот, что всеми там командует?!

Мальчик кивнул.

– Не отец он тебе вовсе! – в комнату вошёл мистер Бонум. Вид у него был разбитый, но в голосе слышалась привычная твёрдость. – Извините, что помешал, просто случайно услышал ваш разговор.

– Случайно значит? – саркастически произнёс Мартин. – А мне вот кажется, что с вами, мистер Спарк, случайностей не бывает. Или мистер Бонум? А? Как вас теперь, чёрт побери, называть! – юноша с трудом сдерживал свой гнев и не знал, что с этим сделать.

– Понимаю, ты злишься на меня… Видишь ли, фамилия Спарк была взята мною просто из предосторожности. Работая в Цитадели и будучи одновременно участником Верума, я вынужден был вести двойную жизнь. А в день нашей операции у меня было особое задание от Октавиуса – выкрасть личные записи Магнуса, что я и сделал. Я сильно рисковал, парень…

– Рисковали значит? – Мартин не унимался. – Но вы могли мне всё рассказать! Я вам доверял! Мы все рисковали, если вы этого ещё не заметили! И у меня к вам уйма вопросов. Уверен, что у этого мальчика тоже!

– Мартин, ты выходишь из себя. Давай не при ребёнке…

– Всё хорошо… – тихо произнёс мальчик.

– А вы присмотритесь к нему повнимательнее, мистер БОНУМ. Он уже не ребёнок… То, что с ним сделали, вам не приснится даже в самом страшном сне! – Мартин покачал головой. – У него не было детства…

За стеной послышались шаги.

– Эй, ты чего шумишь? Всех в доме разбудил… – в комнату вошёл Ник, ещё помятый и непричёсанный после сна.

– Извини, просто… Мистер Бонум явно что-то не договаривает и длится это с самого начала нашего знакомства! Я хочу правды… – Мартин стиснул зубы.

– Эй, что-то случилось? – в комнате появился ещё один человек – Алекс.

Все присутствующие замолчали.

– Да что тут у вас? – не сдавался хозяин дома.

– Всё в порядке, ему можно доверять… – отозвался Ник. – Он очень помог нам.

– Да уж, в отличие от него, – кивнул Мартин в сторону мистера Бонума.

– Эй, если дело в недоверии, – с чувством произнёс Алекс, – то я хочу кое-что прояснить. Ник рассказывал вам, как он заполучил свой значок?

Никто не ответил, однако Ник напрягся.

– Что ж, я так и знал, – усмехнулся парень. – В общем, не будем вдаваться в подробности, но скажем прямо – он его у меня украл.

– Извини… – бросил раздосадованный Ник.

– Ничего, ничего… Идём дальше. Как я уже сказал, Ник принял меня за полнейшего идиота, решив, что я ничего не замечу. – Но, вы наверно уже догадались – я заметил, – Алекс самодовольно ухмыльнулся. – Более того, во мне разыгралось любопытство, и я решил за ним проследить.

– И вышел на Верум… – произнёс мистер Бонум.

– Верно! – кивнул Алекс. – Признаюсь, я подслушал почти все ваши разговоры и понял, что готовится какой-то грандиозный план по спасению…

– Что ж, довольно смело, – улыбнулся мистер Бонум. – Теперь ничего не остаётся, как принять тебя в организацию.

– Рад это слышать, но… – Алекс вздохнул. – Как так вышло, что у вас получился такой никудышный план?! Я был уверен, что как минимум, вас будет больше. И что вы будете наперёд знать действия врага, хотя бы на несколько шагов. Извиняюсь конечно, но в этом плане, Верум меня разочаровал…

– Да что ты несёшь, Алекс? – не выдержал Ник. – Это ведь не шахматы!

– Он прав… – произнёс Мартин. – Если бы я знал, что всё так закончится…

– Вы бы меня не спасли? – неожиданно для всех, подал голос мальчик. Казалось, что все уже забыли о его присутствии.

– Нет, что ты… Я не это хотел сказать…

Тем временем, мистер Бонум воспользовался неловким моментом:

– Мне кажется, Мартин, ты не до конца понимаешь всей ситуации.

– Так объясните! – поддержал друга Ник. – Мартин прав, мы должны знать, что вы с Октавиусом скрывали от нас.

Мистер Бонум кивнул:

– Что ж… Должен признать, вы все это заслужили. Хоть и Октавиус сейчас без сознания, думаю, он был бы не против того, чтобы я всё вам рассказал. Однако, вынужден заметить, что его план, который он вынашивал несколько лет, всё-таки был гениален, хоть и не без недостатков. Сейчас объясню… Для начала, хочу вас спросить, что вы знаете о Магнусе Маллуме?

Услышав это имя, мальчик вздрогнул.

– Выдающийся учёный и автор философских трактатов? – ответил вопросом на вопрос Алекс. – Так кто же его не знает – его лицо, чуть ли не на каждом плакате, в газетах, журналах, да везде – мы даже в Академии его проходим.

Глядя на Алекса, Мартин непроизвольно вздрогнул. Внезапно до него дошло осознание:

«Так вот где я его видел! Это же тот самый парень, что тогда…»

Мистер Бонум тем временем, горько усмехнулся:

– Выдающийся, как же… Но, к сожалению, это действительно так. Вот только его ум сыграл с ним злую шутку. Изначально Цитадель создавалась с благими намерениями, по крайней мере, я сам так думал… Я и представить не мог, что его зверские идеи опорочат стены этого здания…

– Этого здания? – переспросил Мартин.

– Ах, верно, вы ведь, должно быть, не знаете… Раньше это был храм Древних Богов.

– Серьёзно?! – воскликнул Ник.

– Так вот откуда эти узоры в подвале… – заметил Мартин.

– Да, именно. Я вам больше скажу – думаете, откуда Октавиус так хорошо знает тамошние подземные ходы? Когда-то он был в этом храме священнослужителем. Но с приходом нового правительства, было решено упразднить и храм, и много чего ещё… То, что вы видите, поднимаясь по Великой лестнице – лишь малая часть того, что осталось от наследия наших предков… – старик покачал головой.

– Отец постарался… – процедил Алекс.

Мистер Бонум кинул на того недоверчивый взгляд, но затем продолжил:

– Как я уже сказал, Цитадель создавалась с благой целью – изучение возможностей человеческого мозга, научные исследования и области их применения. Этот проект сразу начал приносить свои плоды, поэтому его финансирование с каждым годом увеличивалось. Магнус ввёл систему медицинских антисептиков и обеззараживания, изобрёл новые лекарства… Казалось бы, его интеллект – подарок нам свыше. Никто не знал, чем он занимается в своих лабораториях помимо официальных исследований, чем он увлечён на самом деле… Я и сам не догадывался, хотя он мне и не нравился. Осознание пришло позже. Как раз в то время в городе начали пропадать дети и судьба свела меня с молодым Октавиусом, – мистер Бонум тяжело вздохнул. – Что бы вы все о нём не думали – раньше он не был таким. Увидев бы, вы его лет пять назад и сейчас, уверяю – вы бы подумали, что это два разных человека… Страшная трагедия изменила моего друга до неузнаваемости.

– Что произошло? – спросил Мартин, чувствуя, как подступает комок к горлу.

Старик снова вздохнул, слово ему не хватало воздуха в лёгких, и стал рассказывать дальше:

– Сначала он потерял работу, но вместе с ней и дом. Он вырос в храме, и жил там вместе со своей семьёй, ведя праведную и исполненную служения жизнь. Упразднение ознаменовалось для него тяжким испытанием – к тому же, ему нужно было теперь где-то жить и на что-то кормить семью. Уже в то время он затаил ненависть на новое правительство. Тогда я помог ему, чем сумел – одолжил ему денег и он устроился рабочим в подземные копи Мерида. Представляете, он – в подземные копи?

Мартин кивнул:

– Мне и представлять не нужно…

– И всё бы ничего, – продолжил мистер Бонум, – но внезапно исчезает его жена, вместе с двухгодовалым ребёнком на руках. Октавиус потерял всё, что было ему дорого, практически в одночасье… – старик на какое-то время замолчал.

Молчали с ним и все остальные. Слышен был лишь треск разгоревшихся поленьев в камине, пока слова мистера Бонума вновь не зазвучали. Теперь они тоже походили на треск:

– Я был немного знаком с женой Октавиуса, они как-то вместе заходили ко мне на чай. Чудесная женщина – милая, добрая и невероятно умная. И когда я случайно увидел её там, в Цитадели, сначала никак не мог понять – почему она здесь? Но узнав от Октавиуса о её пропаже, я вдруг всё осознал. Как же я был тогда потрясён! – голос старика дрожал. – Естественно я всё рассказал бедняге… С этого момента и начинается его борьба с Магнусом, и моя роль как шпиона. А позже, зародится Верум…

Все присутствующие были немного потрясены рассказом мистера Бонума, однако Алекс хотел узнать больше:

– Вы так и не рассказали, почему его план был таким гениальным?

– И правда… Видишь ли, этот план Октавиус разрабатывал несколько лет. И естественно, были попытки воплотить его в жизнь, но, как ты можешь догадаться – неудачные. В какой-то момент Верум действительно набрал силу – в организации было много сторонников, не то недоразумение, что сейчас. Но Октавиусу сильно не повезло. Нас предали. Один очень хитрый человек, фактически разрушил всё, что мы так долго строили… Погибла куча людей, а те, что выжили – навсегда покинули Верум. То, что от нас осталось – лишь кучка самоотверженных безумцев, во главе с ещё большим безумцем. Я говорю это не просто так – у моего друга тогда действительно начались проблемы с головой. Больно это вспоминать… Но знаете, даже не смотря на все пережитые потрясения, он всё равно не сдался. Он говорил – если вы уйдёте, я продолжу один. И он продолжал… Вот такой он человек.

Сделав небольшую паузу, старик продолжил:

– Что же касается этого плана, то Октавиус продумал всё до мелочей – он тщательно изучил старые схемы и чертежи здания, написанные ещё на древнем языке Атланов. Для этого нам пришлось попотеть – взлом государственной библиотеки, это вам не шутки. Также он изучил характер и привычки всех стражников и время их дежурства, их рабочие протоколы и протоколы других работников здания – в общем всё, что только могло пригодиться. Наш план должен был сработать… Вот только Октавиус упустил одну важную деталь – самих детей.

– Детей? Как это? – непонимающе спросил Алекс.

– Да, детей… Вы знаете, – мистер Бонум перевёл взгляд на мальчика, – Цитадель готовилась к зачистке…

– Зачистке? – переспросил Мартин.

– Иными словами – перенумерация. Она проходит в другом крыле здания, в специальной комнате, под полным контролем Магнуса. Это когда неугодных детей отсеивают и перераспределяют их номера между оставшимися и новенькими, если есть таковые. Никто не знает, когда будет происходить очередная зачистка, но её приближение чувствуют все. Цитадель к этому готовится заранее…

– Это сделал 308-ой, – неожиданно произнёс мальчик, и все взгляды вновь обратились на него.

– Что? – мистер Бонум в удивлении вскинул брови.

– Это он сделал ту надпись на стене… Я только сейчас это понял. Он всё знал заранее…

– Что знал?

– Перенумерация должна была начаться в тот самый день… Тогда, ваш план бы не сработал. Он всё знал заранее… – мальчик сжал кулаки, – Вот почему он был так спокоен.

– Получается, это твой друг создал весь этот переполох? И из-за этого перенесли зачистку… Но откуда он это знал?

– Он увидел. 308-ой мог видеть разные вещи…

– Всё равно ваш план бы не сработал, – со скепсисом произнёс Алекс. – Я видел их – этих детей. Большинство из них не желало спасения…

– Ты прав, – согласился мистер Бонум. – Октавиус так долго разрабатывал свой план, что напрочь позабыл о том, как поведут себя сами дети и как поведёт себя Магнус… Он создал идеально покорное общество себе подобных, не представляющих для себя иной жизни.

– Получается, всё было зря, – мрачно заметил Алекс. – Столько бессмысленных жертв… И всего пятеро выживших.

– Нет, не зря! – воскликнул мальчик. – Щёки его разрумянились, а глаза заблестели. – Если бы не вы, всех этих детей ждала бы перенумерация! Вы не знаете, какого это… – мальчик заплакал. – Я видел – он заставляет их убивать друг друга… или… или же… – заикаясь продолжал ребёнок. – Ставит свои страшные эксперименты… – Он заставлял и меня… делать… разное…

Мистер Бонум постарался успокоить мальчика:

– Эй, всё хорошо…

– Нет… – сквозь слёзы произнёс тот, качая головой из стороны в сторону. – Но они умерли свободными!..

После, никто больше ни о чём расспрашивать не стал. Взрослые ушли, решать разные насущные дела и проблемы, поочерёдно углубившись в свои мысли. Но слова мальчика надолго отпечатались в памяти у каждого из них.

***

«Большая улица» брала своё начало на восточном краю Среднего Мерида и тянулась вдоль города, словно змея, длинной широкой колеёй. Улица эта разительно отличалась от остальных, и стала, пожалуй, одной из любимых у Курабы. К его удивлению, она и сейчас казалось довольно оживлённой, на фоне других – опустевших и будто бы покинутых.

Величественные гиганты с длинными шеями мерно вышагивали по обледенелой каменной дороге, не ведая ни страха, ни скорби, ни любых других житейских проблем.

– Всё равно, что будет с городом, – улыбаясь одной половиной лица, произнёс Кураба. – Что бы ни случилось – эти ребята будут жить. Если подумать, то конец этого гадюшника – для них лишь новое начало.

– Ка-а-рр! – послышался крик ворона, только что спланировавшего на землю.

– А?

Ворон повторил.

– Что ж, занятно…

Динозавры ушли. Двое непохожих друг на друга людей: один – юноша, второй – постарше, укутавшись в пальто, сидели прямо на крыльце дома №8, и один из них что-то увлечённо рассказывал другому, выглядя при этом очень взволнованным. Мужчина внимательно слушал его – не перебивая и не задавая вопросов, а тот, казалось, всё никак не мог понять – о чём же его собеседник думает?

– Можешь не осторожничать, – сказал старший. – Я знаю об этой организации, и да – ничего против не имею.

– Значит, ты с нами? – с надеждой спросил юноша.

Мужчина рассмеялся. В его хитром прищуре читалась мудрость, но парня раздосадовал этот смех.

– Я понимаю твой интерес… Но пойми – подобные игры не для меня.

– Хочешь сказать, тебе всё равно?!

– Отнюдь… – мужчина склонил голову, – Но отчасти, я бы хотел этого. – И не смотри так на меня, мой добрый друг – я помогу, но с Верумом дел иметь не буду. Можешь даже не просить.

– Спасибо! – ответил юноша и тут же задумался. – Но почему ты им не доверяешь?

Старший собеседник не спешил отвечать, он молча смотрел перед собой: в небе кружил ворон, внимательно высматривая добычу.

– Ты ещё слишком молод, мой добрый друг…

Однако Кураба понял больше, чем юноша.