Кражи стояли во главе списка преступлений, совершаемых в Несеренити, и гвардия давно привыкла расследовать такие инциденты. Тайное хищение имущества, не принадлежавшего лицу, совершающему хищение, не всегда было тайным, а похищенное имущество и вовсе вызывало неудобные вопросы. Регулярно происходили случаи, когда у потерпевшего пропадало чужое имущество.

Особенно сильно капитану Эрну врезался в память случай «Клубок дураков»: несколько лет назад с заявлением о краже, истерически рыдая, прибежал господин Винир, зубных дел мастер. После долгих попыток успокоить почтенного гражданина выяснилось, что остроухий по имени Глазго сорвал с его шеи золотую цепочку с медальоном, на котором был изображен хищный единорог. Эрн, тогда еще сержант, немало удивился заявлению господина Винира и потребовал объяснений, как это украшение попало в руки к законопослушному господину. Зубной лекарь нехотя признался, что накануне выиграл его у указанного им эльфа в кости. Тот, по его мнению, затаил обиду, уличил нужный момент, сорвал с шеи медальон и бросился наутек. Спустя пару часов остроухого поймали в трактире «Суп и закуска», что напротив штаба гвардии. На допросе эльф Глазго признался: украл эту цепочку у гнома на рынке. Имя гнома Эрн уже знал – это был Табун Сверни-Гора, и он отбывал наказание за то, что срезал эту самую цепочку с шеи госпожи Моветон, которая одолжила ее у супруги господина Винира.

Все участники событий, за исключением госпожи Винир [которая ни о чем не подозревала] и эльфа Глазго [который честно проиграл медальон и, в итоге, украл его дважды], обратились в гвардию с заявлениями о краже. Особенно отличился Табун Сверни-Гора, преисполненный абсолютного непонимания, в чем он виноват и почему цепочку с медальоном не вернули ему. Игон Эрн потратил долгие часы на объяснение того, что украденное не становится собственностью укравшего. Даже с «ну пожалуйста, пожалуйста, сержант, пожалуйста».

Господин Винир же в итоге никого не винил, кроме самого себя. А сержант Эрн, распутав клубок дураков и назначив всем наказания в соответствии с законом, с облегчением убрал документы в архив.

Этот случай он нередко вспоминал с улыбкой. Улыбался он и сейчас, осматривая последствия визита грабителей в дом господина Крато.

– Чему Вы улыбаетесь, господин капитан? – обиженно спросил хозяин. – Вам так радостно, что меня ограбили?

– Нисколько, – сказал Эрн и изменился в лице. – Скорее я, скажем так, рад тому, что у гвардии всегда есть работа. Вы осматривали дом до того, как отправились ко мне?

– Я проверил место, где прячу драгоценности и деньги, – сообщил Крато. – Их не тронули.

– В самом деле?

– Господин капитан, я давно живу на свете. Может я и не настолько богат, как сам того желаю, но уже несколько раз становился жертвой воров. К Вашему сведению, это пятая кража с тех пор, как я живу в Несеренити. Юбилейная.

Капитан усмехнулся и спросил:

– Во сколько Вас отпустили лекари?

– Незадолго до полудня. Обедал я в пекарне госпожи Бублик. Потом отправился домой, а как увидел разгром, – по лицу Крато проскочила гримаса боли, но он быстро оправился, – проверил ценности и поспешил к Вам.

– Кто может это подтвердить?

– Официантка, что меня обслуживала, может.

– Хорошо. Вы кого-либо подозреваете?

– Разумеется, подозреваю! Например, виновника этой вот дыры, – эльф кивком указал на руку.

Эрн задумался. Это заявление звучало вполне логично. Он прикинул план преступника: ранить Крато, скрыться и переждать, убедиться, что Крато ночует в лазарете, завалиться к нему в дом и быстро и тихо уйти с награбленным. Из этого следовало, что убийство Драго произошло случайно. Хорошая версия, простая и логичная. И все же…

– Однако, мой вопрос остался без ответа. Кого именно Вы подозреваете? Вы можете назвать конкретные имена? Недавние конфликты, давние обиды? Какой-нибудь эльф, который считает, что Вы сделали для него недостаточно?

Крато шумно выпустил воздух из легких и осторожно опустился в удачно стоящее в прихожей кресло.

– Я подозреваю весь отдел городской ратуши по работе с заявлениями граждан.

Игон Эрн рассмеялся.

«Ну все, пошли по новой, он снова вспомнил про этот чертов несуществующий тайник».

– Вы до сих пор верите в эти россказни? Верите, что кто-то намеренно собирал деньги в какой-то там тайник, а потом потратил их на тех, кто доставил Вам эти… неудобства?

– Смейтесь, сколько хотите, капитан, но Вы же не станете отрицать, что несчастье, – эльф вновь сердито кивнул на руку, – произошло?

– Крато, – Эрн постарался подавить смешок, – я говорил тогда, повторюсь и теперь: нет никакого тайника. И никогда не было.

Короткую паузу господин Крато потратил на то, чтобы сверлить взглядом усмехающегося Эрна.

– Знаете что, Игон? – он с трудом встал с кресла. – Я ведь имею полное право подать на Вас жалобу за пренебрежительное отношение ко мне как к потерпевшему! Более того, я могу обратиться к Ее Светлости и сообщить, что это пренебрежительное отношение является свидетельством того, что Вы все-таки нашли этот тайник, но предпочли об этом умолчать! А это уже, как Вы знаете, соучастие! Может, Вы даже внесли в этот тайник свой вклад?!

К удивлению эльфа, капитан все еще широко улыбался.

– Теперь я Вас узнаю, – сказал Эрн, для которого мир вернулся в привычное русло. – Давайте-ка мы с Вами пройдемся по дому и внимательно все осмотрим. Во-первых, составим список пропавших вещей, а во-вторых, может статься, вспомните, с кем еще у Вас случился разлад и кто мог желать зла.

Крато несколько остыл:

– Не знаю, право. Мне лично угроз не поступало. Обид и конфликтов никаких давно не было, разве что…

Эрн выдержал паузу, пока в глазах Крато бегали мысли.

– Эго, – сказал эльф.

– Ах да, зачинщик вчерашней потасовки в трактире?

Они вошли в следующую комнату, в которой бардака было не в пример меньше.

– Да, который кричал, что ему руку сломали, когда я подошел, – Крато остановился. – Он только вчера прибыл в город, принес письма и посылку мне лично. Посылка пострадала, потому как этот дурак в дороге ухитрился уронить ее в грязь.

– Что-то важное, полагаю?

– Теперь уже нет, – вздохнул Крато. – Однако… я был несдержан по отношению к юноше и выгнал его пинком.

– Странно… – проговорил капитан, обдумав слова эльфа.

– Поясните? – Крато вопросительно взглянул на гвардейца.

– Вы говорите, что пострадала посылка, но ничего не говорите о том, что желаете подать заявление… – Эрн прикинул, что может подойти к ситуации. – О порче имущества?

– Черт возьми, конечно, желаю! – глава общины передвинул стоящий по левую руку от него стул и сел. – Сколько ему полагается за драку? Семь суток, если не ошибаюсь?

– Осталось шесть. Но все может очень усложниться, если состояние господина Аффекта ухудшится. Тогда это будет квалифицировано как причинение большой тяжести вреда здоровью, или, не приведи Алирана, что посерьезнее. Ну и возмещение ущерба трактиру никто не отменял.

– То есть, – Крато покачал головой, – Эго уже в долгах, как в шелках.

– Печальная история, – и тут в голове капитана щелкнуло, – но есть мотив желать Вам зла.

Глава эльфийской общины некоторое время обдумывал фразу Эрна.

– Полагаете, – спросил Крато, – драка была устроена, чтобы выманить меня?

– У вас произошла ссора, Эго затаил обиду. Он устраивает драку, чтобы выманить Вас к трактиру, в Вас стреляют, случайно убивают одного бедного эльфа, но достигают цели – отправляют Вас в лазарет. И в то время, пока с Вами колдуют лекари, его сообщники, вероятно, стрельцы, обчищают Ваш дом, – заключил он. И добавил: – Сложно, но вполне жизнеспособно.

– Слишком сложно. Юный эльф не произвел на меня впечатления того, кто умеет думать на шаг вперед. Мне вообще показалось, что он ничего не умеет, кроме как издавать звуки с помощью этого отвратительного музыкального инструмента.

– Возможно, так и есть, – вновь улыбнулся капитан Эрн. – Он ведь оказался в камере, а грабители могут теперь не поделиться с ним добычей.

– И то верно, – опустил голову Крато. – Но ведь это мог быть и просто жест? Ну, знаете, «мне все равно, что пострадаю я, главное, чтобы пострадал глава общины»?

– Тоже вполне вероятно, – согласился Эрн. – Ровно настолько же, насколько стрельцы или грабители вообще не могли знать ни о Вашей с Эго ссоре, ни об этом Эго в принципе.

– В это я верю больше, господин капитан. Не мог он, как мне кажется, быстро найти здесь сообщников.

– Тогда остается, что Вашим недоброжелателям нужен был только случай, чтобы Вас выманить. И мы вновь вернулись в первому вопросу – необходимо понять, кому именно это было нужно.

– Выманить меня… Нужно было знать наверняка, что я появлюсь у нужного трактира.

Эрн моргнул и сложил руки на груди:

– Крато, Вы – глава общины. Сколько драк ваших соотечественников пропустили?

– Ни одной, – согласно кивнул эльф после некоторой паузы.

– И об этом знают все. Абсолютно все, – подытожил Эрн. – Хотя я и не понимаю до конца, как Вы это делаете. В любом случае, это вполне рабочая версия. Нужно допросить Эго, но он пока не склонен отвечать на вопросы. С остальными, к слову, можете пообщаться.

Крато вновь покачал головой.

– Так что все же вчера произошло в трактире?

– На вид – обычная пьяная драка. Очевидцы утверждают, что ее начал этот Эго, но о причинах мы пока не знаем. Если версия с тем, что он решил Вам отомстить, выстоит, то солнечный свет он увидит нескоро. И вот еще что, насчет убитого, – Эрн взглянул на собеседника. – На допросе участник потасовки сказал, что Драго брал у Вас, Крато, какие-то лекарства.

По лицу Крато на мгновение пробежал испуг, но на его место быстро пришло недопонимание.

– Лекарства? – переспросил эльф и демонстративно оглядел помещение. – Мой дом слабо походит на лавку частного лекаря, не находите?

– Нахожу, однако Вы снова не отвечаете на мой вопрос.

Тот пожал здоровым плечом.

– Лекарства… Драго, как, впрочем, и остальные мои соотечественники, получал посылки из дома, однако я их не вскрываю.

– Насколько часто?

– Не могу сказать точно, – Крато поглядел в потолок. – Упомнить бы всех… Раз в месяц, быть может, два.

«Хорошо…» – подумал про себя капитан.

Они обошли дом несколько раз, но признаков кражи так и не обнаружили. Только бардак.

– Ничего будто бы и не пропало, – Крато открыл дверь в маленькую кухню и пригласил Эрна. – Не добрались до денег и ушли ни с чем. Быть может, чаю, господин капитан?

– Благодарю, но откажусь, – ответил Эрн, оглядел помещение и обратил внимание на одно-единственное, изрядно потрепанное временем, кресло. – Должен заметить, у Вас… уютно.

– Спасибо, – сказал Крато и уселся в то самое кресло у кухонного столика. Кресло скрипнуло. – Прошу извинить, господин капитан. Рука…

– Не нужно извинений, Крато. Все в порядке.

Эльф улыбнулся:

– Знаете, мне кажется, мы впервые с Вами спокойно общаемся.

– И я благодарен Вам за это. До сих пор я считал Вас личностью в высшей степени невыносимой.

– Это взаимно.

Они засмеялись. Игон Эрн с нескрываемым облегчением подумал, что лед тронулся: как оказалось, с господином Крато можно спокойно вести диалог, и у капитана зародилась безумная надежда, что в общении с эльфами наконец наступит некоторое спокойствие.

– Что ж, прошу меня извинить, – сказал капитан. – Раз ничего не украдено, то позвольте откланяться, меня ждут дела, а вас – отдых. Если что-то вспомните – сообщите или сержанту Смогу, или штаб-сержанту Безликинсу.

– Конечно. Благодарю Вас.

Эрн покинул дом главы эльфийской общины в приподнятом настроении. В расследовании намечается прогресс, в отношениях с господином Крато – оттепель. Только бы не сглазить, подумал капитан, но сам же себя укорил за глупость. Предрассудки противоречат логике.

Он принялся обдумывать более интересную вещь: от внимания не ускользнул тот факт, что Крато солгал. Да, эльф пострадал, и да, он переживает стресс, неудобство и боль. Но в вопросах дел своих соотечественников он педантичнее Безликинса, если это вообще возможно. Крато точно знал, сколько посылок получил Драго, но предпочел не сообщать. Какой из этого вывод можно сделать?

– Крато отмахнулся, – размышлял капитан по дороге в штаб гвардии. – Что-то знал и намеренно умолчал. Возникают три вопроса: что именно он знал, почему скрыл и есть ли в этом какой-то смысл в текущем положении дел?

Краем глаза Эрн успел заметить, как справа от него кто-то резко выскочил из-за угла дома и попытался нанести удар сверху.

Он сумел увернуться. Доли секунды отделили капитана от близкой встречи с длинным острым клинком. Эрн отскочил в сторону на два шага и смог разглядеть нападающего – эльф. Лицо было скрыто под маской, но острые уши, торчащие из-под длинных немытых белых волос, и характерная худоба не оставили подозрений.

Преступник не сдался и взмахнул мечом еще несколько раз и все из них – неудачно. Эрн уклонился от очередного взмаха и нанес сопернику прямой удар в челюсть. И, воспользовавшись заминкой – успел выхватить собственный меч.

Эльф скулил, но и не подумал остановиться. Напротив, только рассвирепел и принялся махать железкой еще усерднее.

Они закружились в танце, с каждым ударом металла о металл грозящем стать для одного из них смертельным. Эрн парировал удары, насколько позволяли умение и опыт, но эльф был быстрее. Каждый взмах был все ближе к капитану гвардии. Уличив удачный момент, остроухий сделал ложный замах, вынудив Эрна встать в защиту, а потом – резкий выпад.

И попал в цель.

Капитан разжал руку и выронил меч. Из раны на правой ладони потекла кровь.

– Не лезь в дела с порошком, гвардеец! – выпалил остроухий. Почуяв запах победы, он размахнулся, явно целясь отсечь гвардейцу голову.

Эрн резко выставил блок рукой.

Л-Л-Л-ЛЯЗГ.

Меч остановился в предплечье капитана.

Эльф недоуменно уставился на то место, куда пришелся удар – лезвие уперлось в кованые наручи. Что-то предпринять было уже слишком поздно: он не успел уловить движение капитана, а тот апперкотом отправил его в нокаут.

Эльф рухнул на землю и попятился назад. Меч вылетел из рук и со звоном отскочил в сторону. Капитан встряхнул кисть – кровь полилась с новой силой, а от мощного удара по челюсти рука начала слегка ныть.

– А ну замри на месте, погань остроухая, – проревел Эрн, подбирая с земли оружие. – Ты сполна ответишь мне за эту кровь. Покушение на жизнь и здоровье гвардейца карается тюрьмой на о-очень долгий срок.

Эльф не раздумывая наскреб в руки земли и песка, что было сил швырнул в лицо капитану и бросился наутек по узким улочкам между домами и огородами. Неожиданная подлость не дала Эрну быстро прикрыть глаза и рот: он ругался и кашлял, выплевывая песок.

Спустя несколько секунд капитан Эрн огляделся вокруг. Он сложил свой меч в ножны и подобрал оружие нападавшего, после чего подошел к горожанам, что, замерев, стояли на другой стороне улицы. Рука онемела.

– Вы сможете описать, как он выглядел? – спросил капитан.

– Все произошло так быстро, господин гвардеец, что мы едва ли успели что-то понять, – заговорил мужчина средних лет. – Это, кажется, был эльф?

– Эльф это был, точно вам говорю!

Расспросы свидетелей ничего не дали: ни особых примет, ни цвета глаз, ни хоть какого-то намека на то, что помогло бы установить личность преступника. «Ну, знаете, эльф». Самое печальное, что и Игон Эрн не мог сказать больше. Лица не узнать, да и был бы с этого толк? Все эльфы одинаковые, Алирана их раздери. Одежда – простая, без изысков, такая есть у каждого: специально для работ, чтобы было не жалко испортить. Пусто.

Эрн, уняв наконец колотящееся сердце, вообразил схватку со стороны. Он ответил сопернику двумя мощными ударами, но не смог нанести даже царапины в бою на мечах. Особая примета в виде рассеченной ноги была бы как нельзя кстати. Возможно, челюсть остроухого все же пострадала. Да, это хоть что-то. Все же лучше, чем ничего.

И эта угроза…

«Не лезь в дела с порошком, гвардеец!»

– Какой еще, черт возьми, поро…

В этот самый момент крохотная частичка воспоминаний о минувшем вечере, доселе дремавшая в самом дальнем углу чертогов разума, с громким зевом напомнила о себе.

Глаза Эрна изрядно округлились от шока – он каким-то чудом забыл о порошке. Большую часть суток он ни разу не вспомнил про сверток, который сержант Смог нашел у Драго при обыске. Ведь после этого эльфа убили!

– Порошок, – только и сумел вымолвить он. И вдруг: – Драго принимал лекарство. Порошок – лекарство?

Капитан сорвался с места и поспешил в штаб.

***

В это время господин Крато приступил к уборке, но силы быстро его покинули, и потому сделать он смог не очень много. Он вошел на кухню, налил себе стакан воды и уселся в кресло, которое вновь украсило тишину скрипом. И тут, оглядевшись, он внезапно понял, чего в доме не хватало.

– Идиоты, – сказал он вслух и поставил стакан на стол. – Абсолютно. Непроходимо тупые.

Крато засмеялся. И долго смеялся почти до колик, пока боль в руке окончательно не заставила его успокоиться. Уборкой толком заняться не получится, по крайней мере, до того, как позволят силы, и эльф прилег отдохнуть телом и поработать головой. Голова, едва коснувшись подушки, услужливо предложила на выбор несколько вариантов для обдумывания. Тщательно их изучив, Крато принялся выстраивать план действий относительно одного недалекого остроухого соотечественника-менестреля.