Они вернулись в шаттл и направились в сторону ближайших руин. Равнина оборвалась скалой, и перед ними раскрылось дно бывшего океана. Почти всё оно было застроено разрушенными и обтёсанными ветром с песком зданиями. В большинстве это были пятиугольные невысокие постройки с вырытыми вглубь поверхности ходами. На фотографиях спутника было видно, что подобия городов у цивилизации не было. Дома устилали дно плотным ковром, поэтому отделить наиболее значимые руины было нелегко. В конце концов, Виктория указала на самый широкий пятиугольник, и шаттл опустился внутри периметра.

Когда они вышли наружу, Вика сразу устремилась к центральному камню правильной, хоть и выветренной формы. Он был несколько метров в высоту, хотя было очевидно, что раньше, когда дно покрывали океаны, постамент был ещё выше. Она обошла его вокруг, делая снимки для будущих голограмм и останавливаясь у интересных участков.

– Здесь раньше были символы, – она провела рукой по сухому твёрдому камню. – Надеюсь, под землёй они сохранились лучше.

– Зачем им стены, если нет потолков и дверей? – спросил Рудольф, осматривающий руины неподалёку.

– Это нам ещё предстоит узнать, – весело ответила Вика.

Её захватило созерцание останков древней, незнакомой цивилизации. Она, словно ребёнок, получивший лучший подарок на день рождения, совершенно забыла обо всех своих тревогах.

– Нужно спуститься в пещеры, – сказала Вика, найдя один из ходов.

– Хм, – Рудольф подошёл ближе. – Разве что на верёвках. Шаттл сюда не зайдёт.

– Может, мы найдём более широкий вход?

– Я задам поиск по снимкам с орбиты.

Пока Абель ждал ответа нейросети, Виктория продолжила разглядывать руины. Несмотря на огромное количество кратеров, изрывших земли спутника, сохранность многих строений поражала. Конечно, символы на стенах были давно нечитаемы, но архитектурная мысль была очевидна до сих пор. Вика ходила по внутреннему пространству пятиугольника и пыталась представить, какой была здесь жизнь когда-то. Была ли эта постройка храмом или школой. Были ли вообще у этой цивилизации подобные термины. На первый взгляд, понять было невозможно. Ей, как и её коллегам, предстояли десятки лет исследований, прежде чем человечество подойдёт к пониманию уклада жизни этих собратьев по разуму. Со спутника они не видели строений, похожих на стартовые площадки для запуска межпланетных кораблей. Не было здесь и космических лифтов. С другой стороны, гравитация этой планеты была в разы ниже земной, так что и преодолеть её было проще. Может быть, эти разумные осьминоги вовсе не стремились в космос? Ведь из-под воды не так просто дотянуться до небес. Вероятно, они ещё не достигли этапа космической эры. Так что же случилось с ними? Отчего огонь их цивилизации погас? Её размышления прервал Рудольф, сообщивший по передатчику в шлеме, что нейросеть обнаружила подходящую для габаритов шаттла пещеру.

Они добрались до точки назначения за час. Опускаясь, корабль подсвечивал стены хода ярким лучом. Чем глубже погружался борт, тем ровнее выглядела облицовка. Когда он достиг дна, Виктория поняла, что они оказались в огромном подземном районе. Здесь было плоское дно, явно выровненное искусственно. Пол местами потрескался, но сохранил гладкую поверхность. Пятиугольники зданий здесь прилегали друг к другу вплотную, образуя орнамент, подобный пчелиным сотам. Все постройки были одинаковых размеров в отличие от тех, что супруги видели на поверхности. Внутри них было пусто, однако на низких, не выше метра, стенах сохранились рельефы. Шаттл опустился в один из пятиугольников, и они вышли наружу.

Виктория присела, чтобы рассмотреть канавки символов.

– Здесь было какое-то вещество, – Вика потрогала выемку неуклюжим в перчатке скафандра пальцем. – Нужно взять образцы, похоже, это органика.

– Как она сохранилась здесь?

– Субстанция давно мертва, но всё ещё может многое рассказать, – она достала из кармана небольшой контейнер и собрала несколько граммов сухой материи.

Рудольф внимательно следил за её действиями, осматривая постройки вокруг.

Вика закончила сбор образцов, поднялась и легко перемахнула через стену, оказавшись в соседнем помещении.

– Здесь всё в точности такое же, как в предыдущей комнате, – удивлённо сказала она мужу.

– Да, я вижу, – он подошёл к другой стене. – Они все идентичны. Что это за место?

– Похоже на аналог наших многоэтажных спальных домов.

– Дешёвое жильё?

Вика улыбнулась и развела руками:

– Кто знает. Пока всё это, как ты говоришь, домыслы.

Они обследовали несколько других пятиугольников, но все были похожи между собой. Кое-где форма канавок-символов слегка отличалась, в остальном это была пещера подобий. Когда Виктория добралась до высокой стены, ограничивавшей подземелье, Рудольф резко крикнул ей:

– Возвращайся.

– Что? – удивлённо обернулась она.

– Сейчас! – прогремел его голос внутри её шлема.

Вика не стала спорить. Лёгкими прыгающими шагами она довольно быстро вернулась к шаттлу. Рудольф уже ждал её у входа.

– Что случилось? – запыхавшись, спросила она, заходя внутрь.

– Борт зафиксировал крупную вспышку на Кеплере-47 A.

– На большой звезде? Это опасно?

– Да.

Они забрались в свои кресла и пристегнулись. Вика обернулась к Рудольфу и обеспокоенно спросила:

– Может, нам лучше остаться здесь?

Он метнул в неё неприязненный взгляд и терпеливо ответил:

– Эта вспышка небольшая, в сравнении с тем, что будет дальше.

Вика ждала более подробного объяснения. Рудольф задал шаттлу команду возвращения на борт миссии и вновь обернулся к ней.

– На звёздах подобного типа иногда бывают супервспышки. Здесь это обусловлено наличием звезды-компонента. Именно поэтому системы двойных звёзд долго считались нестабильными. Мы подробно изучили их поведение и создали модель, предсказывающую серии опасных вспышек. На Кеплере-47 за всю историю наблюдений не было зафиксировано таких явлений. Однако их вероятность не исключена.

– Чем это опасно?

– Как минимум выйдет из строя вся электроника. Как ты понимаешь, нам лучше избежать подобного сценария.

– Но вспышка уже произошла. Разве мы успеем добраться до корабля? – у Виктории участился пульс, она почувствовала такую знакомую и привычную за последнее время тревогу.

Рудольф вздохнул, наблюдая за тем, как шаттл аккуратно выбирается из пещеры.

– Это первая. Дальше последует серия по нарастающей. У нас достаточно времени, чтобы успеть убраться отсюда.

– С орбиты?

– Из системы Кеплера-47.

Вика в ужасе посмотрела на него.

– Но мы только начали наши исследования!

– Ничто не мешает нам вернуться, когда звезда успокоится. Теперь не мешает.

– Значит, мы всё же летим домой? – её голос дрогнул.

Рудольф кивнул, и они замолчали. Виктория провожала взглядом изрытую кратерами и усыпанную руинами луну Кеплера-47 c. Ей хотелось задержаться, хотелось остаться на орбите навсегда, чтобы не возвращаться в новую пугающую реальность. Она уцепилась за развалины цивилизации, как за последнюю возможность отгородиться от надвигающейся неизвестности. Ей так хотелось вырваться из капкана предопределённости, теперь же она жалела об этом. Вика готова была отдать что угодно, чтобы вновь ощутить знакомые объятия сковывавшей её прежней действительности. Спустя час они вернулись на борт корабля миссии. Рудольф произвёл необходимую подготовку, и супруги взошли на мостик, чтобы отправиться в незнакомую Солнечную систему.

Мостик корабля миссии был ещё просторнее, чем на полевой лаборатории. В центральном круге перед экранами-иллюминаторами располагалось три кресла. Позади в ряд стояло ещё несколько, по периметру тянулась длинная стойка с дисплеями управления. Как только борт вышел с орбиты, нейросеть оповестила команду о входящем сообщении. Они переглянулись, адресат был неизвестен обоим. Рудольф кивнул, и Ии вывела голограмму на мостик.

Перед ними появилась девочка-подросток. Ей было не больше тринадцати лет. Худенькая и высокая с тёмными волосами и яркими зелёными глазами. Она мрачно, как Рудольф, смотрела в камеру. После небольшой паузы девочка начала:

«Эти дети уже задолбали. Можно я полечу к бабушке с дедушкой на Землю? Вы, блин, издеваетесь, оставлять меня здесь. Это не научный лагерь, а гетто для слабоумных. На Земле хотя бы не такая жара. Вы же сами ненавидите Роса! Чем я-то провинилась? Надеюсь, вы хотя бы сможете подписать это дурацкое согласие на вылет несовершеннолетнего».

Девушка недовольно скрестила руки на груди.

«Тоже мне, родители. Короче, хочу на Землю!»

Она капризно наморщила нос на манер Виктории и махнула рукой, отчего голограмма погасла.

Вику колотило, она сидела, больно кусая губы. Ещё недавно она сама была этим изнеженным подростком, пусть и намного старше. Теперь перед ней было существо, которое когда-то вышло из неё. А она этого даже не помнила. Виктория сжалась на диване. Рудольф сидел прямо, уставившись в пространство перед собой, его когда-то голубой глаз дёргался.

– Я, – начала Виктория, но тут же замолчала.

– Я полагаю, нужно подписать согласие, – сглотнув, закончил за неё Абель.

Они разобрались с необходимыми процедурами и записали сообщение родителям Виктории. Ни он, ни она не были готовы обсуждать невероятное обстоятельство, что у них был общий взрослый ребёнок. Вместо этого они переключились на приближавшуюся сферу Солнечной системы.

– Мы точно сможем пройти? – спросила Вика, схватив мужа за руку.

– Стопроцентной уверенности нет, но я бы поставил на успех, – он нервно улыбнулся ей.

Она судорожно подняла ладонь и решила изучить свою новую реальность, потому что мерцавший предупреждениями экран отнюдь не способствовал её спокойствию.

Вика узнала, что мода отмены старости так и не изобрели, были только продевающие жизнь наноботы. Она никогда не бывала в миссиях Наследия Земли, не была знакома ни с Искандером, ни с Алиной, ни с Даном, она не выходила в плаванье по рукавам Нила. Значит, никогда не умирала и не была воскрешена.

В новостях были упоминания об успешном старте миссии Абеля. Судя по сообщениям, борт с ними и Мартеном действительно вылетел с Трапписта-1 e. В остальном, на первый взгляд, реальность мало отличалась от той, которую они покинули. Восстание экстремистов удалось подавить, саботажа тоннелей не произошло. Большой дорогой корабль, который так долго готовил Абель, вылетел даже раньше срока.

– Как же Ван? Думаешь, он жив?

– Почему нет, мы просто не встретили его на Универсариуме, – не отвлекаясь от экрана, ответил Рудольф.

– Думаешь? – с надеждой спросила Вика.

– Проверь, – он кивнул на её ладонь.

Она вернулась к исследованиям и нашла Вана. Тот был доктором биологии и вместе с Сафией занимался изучением жизни колоний. Он никогда не состоял в экспедициях Наследия Земли. Оказалось, здесь не было и миссии в Египте, в которой участвовала в своей реальности Вика. Она открыла базу раскопок. В обширном каталоге не нашлось никаких данных о её находках: не было деревянной лошадки, не было и сведений об открытии скромной гробницы Нафрит. Значит, её никогда не обнаруживали и не воскрешали. Девушка продолжила свой путь в загробный мир, не тронутая любопытными исследователями. Может быть, Рудольф был прав, и Нафрит была лишь результатом сжатия, собирательным образом всех вероятных нубиек тех времён. Обретало смысл место её захоронения. В свете доказанной детерминации такие аномалии больше не казались странными. У Вики по спине пробежал мороз.

Виктория узнала, что Сафия и Ларри были женаты и в этой реальности и сделали карьеру в колониях, изучая флору и фауну бурлящей жизни шахт. Облегчённо вздохнув, она проверила судьбу бывшего мужа. Искандер и здесь был верен своему призванию и в команде с Даном и Алиной трудился над воскрешением прошлого родной планеты.

Узнав всё самое важное о друзьях и коллегах, Вика решила поинтересоваться собственными делами.

После окончания университета она не стала заниматься археологией древних народов Земли. Виктория из этой реальности воплотила свою мечту и отправилась покорять колонии. Она побывала во всех открытых мирах, исследовав пустынные земли Первой Колонии и раскапывая диковинные скелеты доисторических пращуров других планет. Работая на Роса, Виктория и встретила Абеля, его судьба тоже сложилась иначе. Это было давно, почти двадцать лет назад. Она прочитала интервью, где супруги рассказывали о своём знакомстве, и да, они встретились в баре, как и пожелал совсем недавно Рудольф.

Внезапно нейросеть вновь подала голос, и Абель вывел перед ними второе сообщение из их новой родной системы.