Сразу отправиться на заслуженный отдых мне не позволила капеллан Висс.

Она отослала девушек прямиком в местную обитель Ордена, дождалась, пока уйдут Элькас и Харр с орденцами, спровадила Роэна сотоварищи и только тогда, кивнув на глухую стену одного из домов, решительно направила меня к ней.

— У тебя накопилось множество вопросов, Даррик. — Не спросила, а утвердила блондинка. — Я на них отвечу. Но перед этим… ты помнишь, что я говорила по поводу смирения?

— Да, капеллан Висс. — Я склонил голову. — Я не сдержал эмоций. Всё было слишком… неожиданно, и отлично от того, что я знал о способах проверки на заражение.

Висс вздохнула:

— Именно, Даррик. Ты знал, как Орден обычно проверяет людей. И что можно сделать, чтобы свести эффект от проверки к нулю. — Мои глаза приоткрылись, а в голове яркой звездой вспыхнуло понимание. — Понял теперь?

«Я явно ещё не до конца отошёл от боя, раз не дошёл до этой мысли самостоятельно».

— Понял. — И снова кивок. — Это… логично.

— Роэн — не враг. Надеюсь, ты это хорошо понимаешь, потому что внутренние конфликты в Ордене нам не нужны. — Висс скрестила руки под грудью, направив взгляд на снующих по улицам людей. — Он исполнял свой долг.

Уже смеркалось, но город всё ещё дышал, даже не думая засыпать. Гигантский по местным меркам, Визегельд не шёл ни в какое сравнение со всем тем, что мне приходилось видеть раньше.

Рядом с нашей обителью находился городишко на семь тысяч человек, но он и рядом не стоял с военным оплотом северной границы.

Тут одних только солдат было около десяти тысяч, и это в условно-мирное время.

— Я понимаю и не таю обиды, капеллан. Все мы преследуем одну цель — служить надёжной опорой Трону и человечеству.

От меня Долг потребовал принести в жертву ребёнка, от Роэна — изобразить из себя невесть что, старательно втирая соль в свежие раны и провоцируя меня на эмоции.

«Главное отличие в том, что моя жертва была не напрасна, а вот его спектакль — да».

— Хорошо. Тогда… — На лице Висс всплыла ехидная ухмылка. Та самая, которую все мы привыкли видеть во время тренировок. — … что у тебя с Вейрой Куорн?

Я не смог сдержать разочарованного вздоха, обратив на Висс полный усталости и укора взгляд.

— Мне правда нужно повторяться?

Женщина качнула головой:

— Нет. Но помни о том, что привязанности погубили многих капелланов. И смерть в этом контексте — не самое худшее. — Она отстранилась от стены дома, сделав шаг вперёд. — Не повторяй чужих ошибок.

— И не думал, капеллан Висс.

— Очень на это надеюсь. — Висс кивнула удовлетворённо. — День и место сбора тебе известны. Если что-то потребуется — ищи меня в местной обители Ордена.

— Благодарю за беспокойство…

Последняя фраза была сказана вслед удаляющейся женщине, созерцать которую со спины было так же приятно, как и раньше. И я, поймав себя на этой мысли, с усилием отвёл взгляд, растерев лицо обеими руками:

— Отставить, Даррик! — Собственный шёпот прозвучал отрезвляюще. — Сейчас не время. Совсем не время…

Минута ушла на то, чтобы очистить разум и вернуть себе привычную прозрачность мыслей и стремлений. Потом я застыл, осматриваясь и прикидывая, куда лучше всего направиться: за Харром, раз пошла такая пьянка, или в торговый район?..

Только тогда нахлынуло осознание того неприятного факта, что города-то я не знаю.

И за полчаса из края в край его не пересечь, настолько большим он был…

Взгляд скользнул по окрестностям, остановившись на стражниках, сбившихся в кучку и что-то обсуждавших. Один из них заметил мой взгляд, но почти сразу отвернулся.

Боится.

«Хуже было бы, только начни меня проверять при всём честном народе» — промелькнула недовольная мысль.

Близкое столкновение с чуждыми само по себе было значимым событием даже в масштабах Визегельда. А уж тщательная проверка целого каравана с перекрытием южных ворот — и подавно.

И пусть никто не трубил на каждом углу о моей роли в битве, но у людей есть глаза, рты и уши. Не заметить особого внимания к моей персоне они не могли, а это значит, что скоро поползут слухи…

— Хорошо, что мы тут надолго не задержимся. — Я цокнул языком перед тем, как накинуть на голову капюшон, поправить меч на поясе и двинуться в центр города.

Без конкретной цели я брёл вдоль основной улицы, лавируя среди людей и присматриваясь ко всему, что попадалось на глаза.

Идущие по своим делам горожане. Торопящиеся покинуть Визегельд крестьяне с пустыми мешками и повозками. Стражники, хохочущие и снисходительно поглядывающие на местных оборванцев.

Увидел даже незнакомого брата по ордену, но тот так спешил по своим делам, что меня не заметил. А жаль: вот у кого можно было бы спросить о приличном месте для постоя…

Мои мысли в то же самое время бесновались в голове, мечась от темы к теме. Харр и Элькас. Саэри, Айдра и Элиса. Висс. И… Вейра, образ которой слишком часто вставал перед глазами из-за того, что сегодня каждый счёл своим святым долгом заподозрить меня в привязанности к ней.

Бесспорно, магесса была красива и умна, а её область интересов лежала там, где я чувствовал себя словно рыба в воде. Вот только это ничего не меняло. Я был капелланом, а она — магом. Меня могли отправить когда и куда угодно, а она подчинялась себе самой.

Даже если бы Вейра нравилась мне как девушка, я тем более не стал бы вредить и себе, и ей попытками создать такую связь…

Когда вокруг зашелестело, я дёрнулся было, но спустя секунду понял: дождь. Всего лишь дождь, вынуждающий людей ускоряться или искать укрытие под сводами торговых лавок, питейных заведений и таверн.

Я не стал суетиться, произнеся формулу заклинания, опустившегося на плечи невидимой вуалью. Капли, только что грозящие промочить меня до нитки, бессильно застучали, разбиваясь об эту преграду. Идеальное исполнение.

— О! — Рядом остановился мужчина в годах, окинув меня нетрезвым взглядом. Покачнулся, едва не упав. — О-о-о! Колдун, Трон тебя ети!..

Я обернулся. Смерил наглеца взглядом, постаравшись выглядеть как можно более сурово… и, знаете, помогло. Мужичок резво подобрался и скрылся за дверьми таверны, избавив меня от лишних беспокойств.

Сразу же оттуда раздалась ругань, но я уже стремительно уходил прочь, наслаждаясь тем, что на улицах почти никого не осталось. Редкость даже в небольшом городишке, не говоря уже об оплоте севера.

«Нужно было идти с Харром» — подумал я, выйдя на одну из городских площадей.

Просторная, к ночи избавившаяся от торговых палаток и толп людей, она могла похвастать лишь массивным мраморным монументом, изображающим опустившегося на одно колено истинного мага.

И стоял он на постаменте, поверхность которого покрывали вереницы имён и дат.

Монолит Памяти, рядом с которым я, прищурившись, безо всякого труда разглядел укрывшуюся от дождя теми же чарами фигуру.

Вейра. Стоит, задумчиво глядя на монолит и не замечая ничего вокруг себя.

«Хорошо, что так».

Я сжал кулаки, развернулся и двинулся в противоположном направлении, завернув в третью попавшуюся мне на пути таверну. Прошёл, минуя пьянчужек, прямиком к стойке, за которой стояла дородная женщина-хозяйка и возвышалась целая стена из бочек.

— Вина. И горячего, если осталось что-то нормальное. — Я достал три таллера, водрузив их перед собой. — Комната на ночь есть?

— Почто не быть? Есть. И вино, и рагу. — Женщина покивала деловито. — Пять таллеров, стало быть, за всё…

Я прищурился, глядя в эти наичестнейшие глаза. Сбросил капюшон, открыв приметный капелланский ворот. Женщина вздрогнула, а спустя секунду затараторила:

— Три, три таллера-то, обсчиталась, господин капеллан! Как раз последняя комната осталась, как вас ждала, чесслово!..

— Меня устраивает. — Я позволил ей стянуть со стола монеты. Отошёл от стойки, окинул зал взглядом и занял место подальше от камина и основной массы людей, сев спиной к стене.

Спустя пять минут передо мной уже водрузили литровый кувшин разбавленного вина, кружку, чашку с исходящим паром рагу, ржаной хлеб и кусок сыра.

И так как за день я оголодал о-го-го как, к поглощению съестного я приступил незамедлительно и с полной самоотдачей. Как вдруг…

— … нет комнат? Совсем?

— Только общая, вашмилость! — Женщина-хозяйка раскинула руками. — И та вам в три таллера обойдётся…

Я тихо выдохнул. Зажмурил глаза. Голоса никуда не пропали, и Вейра исчезать тоже не торопилась. Она так же растерянно выспрашивала, где ещё поблизости есть постой, когда я допил вино и поднялся со своего места, направившись к стойке.

И немного опередил вояку в подпитии, который целенаправленно двигался к Вейре, явно собираясь рискнуть здоровьем. Спустя секунду, впрочем, его перехватили его же собутыльники, принявшись оттаскивать и отговаривать от сомнительной идеи «познакомиться с барышней».

«А ведь я хотел как лучше. Но, видно, на всё воля Трона…».

— Вейра. — Наградив хозяйку таверны суровым взглядом, я улыбнулся магессе. — Не ожидал тебя здесь встретить.

— Даррик? — Девушка удивилась совершенно искренне. Значит, у монолита она меня и правда не заметила. И всё равно пришла сюда… — Разве ты не должен быть с остальными, ну… своими?

— Нас насильно в обитель не загоняют, если ты об этом. — Я повернулся к хозяйке таверны. — Комнат и правда нет?

— Никак нет, господин капеллан! Токмо общие койки остались, по пол-таллера… кхм!

— Эй! — Вейра ожидаемо вскинулась на такую несправедливость, но я не дал ей продолжить. Отсчитал шесть грошей, положив монеты на стойку.

— Девушка заночует в моей комнате. И оставьте для меня одну койку. — Хозяйка, сначала запунцовевшая, резко поскучнела и кивнула, а я обернулся к Вейре. — Не ужинала?

— Нет! И я не… — Она приготовилась было возмущаться, но её запал иссяк на полуслове. С недовольно-удивлённого, лицо магессы приняло задумчиво-надутое выражение, с которым она обратилась к пытавшейся сурово её облапошить женщине: — Сколько за ужин?

Та ответила тихо:

— Таллер, госпожа…

Вейра покосилась на меня, дождалась кивка и расплатилась за обещанную еду.

— На будущее, советую уточнять, за что ты платишь. Под едой могут подразумевать и корку хлеба с водой. — Усмехнулся я, вместе с девушкой вернувшись за «свою» часть одного из общих столов.

— Ты же здесь ел. И тебя она… — Вейра кивнула на хозяйку сего заведения. — … обманывать не хочет, почему-то. И во сколько тебе обошлась комната? Я заплачу!

Сопротивляться и отказываться от такого «обмена» она не стала. И то хлеб.

— Два таллера. Ты раньше никуда не ездила?

— Меня сопровождал Олаф, организатор каравана. Но он погиб… там. А сама я… — Она мотнула головой, пододвинув ко мне пару серебряных монет. — … нет, не ездила.

«И вот эта девочка, не понимающая даже, что и сколько стоит, дралась насмерть с чуждыми. Троном клянусь, это не нормально».

— Полагаю, спрашивать, почему ты решила остановиться здесь, а не в местах поприличнее, смысла нет никакого?

— Я не успела дойти до этих «мест поприличнее». Увлеклась прогулкой…

Я хмыкнул, глядя на лицо Вейры. Она совершенно не умела врать.

— Что ж, такое случается. Но в следующий раз лучше заранее ищи место для ночлега, а уже потом «гуляй», сколько вздумается. — Я опёрся об стену.

Спинок у лавок, естественно, не было.

Хозяйка принесла Вейре ужин, вдобавок водрузив передо мной кружку вина. Всем своим видом она демонстрировала крайнюю степень раскаяния, а это была попытка удостовериться в том, что я не начну вот-вот причинять справедливость.

— Ты сильно меня выручил. Не знаю, где бы я искала комнату посреди ночи. — Установившуюся тишину Вейра прервала, лишь покончив с едой. — Спасибо.

— Пустое. — Я отмахнулся, улыбнувшись. — Я, в отличие от тебя, могу заночевать и в общей комнате, и под открытым небом, если придётся.

Правда, мне хотелось оказаться в нормальной постели, но ведь впереди всё равно будет ещё одна спокойная ночь. Тогда и отосплюсь.

— А тебя точно обучали в Ордене? — С улыбкой и безо всякого намёка на серьёзность спросила Вейра. — Ты совсем не похож на своих товарищей…

— Просто ты пока не видела других капелланов, которые предпочитали проводить свободное время за книгами…

Мы проболтали ни о чём ещё с полчаса, перебрасываясь шутками и ненавязчивыми взаимными комплиментами.

А после Вейра начала отчаянно зевать, и я спровадил её спать. Не забыл при этом повесить на ручку двери её комнаты простейший одноразовый сигнальный оберег, коих у меня в запасе было аж два десятка.

Просто на всякий случай.

Только после этого, удовлетворённый своей предусмотрительностью, я добрался до общей комнаты, найдя «свой» сундук-лежанку. Снял броню, меч и вещмешок, спрятав всё ценное под грубо сколоченной крышкой.

Проковырявшись пару минут, я и тут смог приспособить ещё один оберег, после чего, наконец, принял горизонтальное положение, закрыл глаза и попытался обособиться от дыхания, хрипов, сипов и скрипов, издаваемых «соседями».

Но сон не шёл. На периферии сознания засела надоедливая, не прекращающая жужжать мошка, отгоняющая сон прочь и навевающая смутное чувство тревоги.

Я ворочался, пытаясь найти источник этого ощущения, но откуда бы тому было взяться в комнате, полной дрыхнущих пьяных крестьян?

«Перенапрягся, что ли?..» — я тихонько встал со своего места, повёл плечами и так же тихо двинулся ко второму, не запертому на ночь и ведущему во внутренний дворик выходу из тонущей в тишине таверны.

Никого не встретив по пути, я выбрался на свежий воздух и вдохнул полной грудью: здесь мне стало получше.

Минуты потянулись одна за другой, а я, подперев спиной початый тюк сена, начал откровенно клевать носом. Сон, который не шёл там, в комнате, снаружи навалился на меня с новой силой.

А когда я окончательно расслабился, пригревшись на новом месте, в голове раздался мощный колокольный перезвон.

Я вскочил, бешено озираясь. Секунда, другая — и сон окончательно отступил…

«Звон. Звон! Обереги!..» — я пулей бросился ко входу в таверну, едва не вышибив дверь и влетев в коридор второго этажа. Дверь, ведущая в комнату Вейры, стояла нетронутой, а сам оберег не выглядел активированным.

«Ничего? Значит, мой сундук…».

Чувство тревоги взвыло с новой силой, и я кубарем бросился вперёд.

Раздался грохот, по полу застучала щепа. Я развернулся, вскинул левую руку, сложил нужный жест — и второй удар пришёлся на магический щит. Отступая, я одновременно и усилил зрение, и выбросил вперёд пару светлячков, вырвавших из полумрака силуэт пьяницы-наёмника, который сжимал в руках спинку переломившегося стула.

— Именем Ордена, стоять! — Но здоровяк оказался глух к моим словам, бросившись вперёд так, словно от этого зависела его жизнь.

Я шагнул назад, скрутив ладонь левой руки и послав вперёд значительно ослабленный воздушный снаряд. Свист ветра, удар, грохот — и горе-нападавший сполз по стеночке, потеряв сознание.

Я замер, прислушиваясь к своим ощущениям и слуху.

Таверна просыпалась. На лестнице показались первые разбуженные шумом люди. Дверь, ведущая в комнату Вейры, приоткрылась, и заспанная, но готовая использовать магию девушка осторожно выглянула наружу:

— Что тут… Даррик?

Я дёрнулся, беззвучно отключив второй зазвеневший оберег.

— Не спрашивай. Я и сам не знаю, какого Трона сейчас произошло. Хозяйка! — Дородная женщина объявилась тут несколько секунд назад, но пока не торопилась что-либо говорить. — Отправь кого-нибудь за стражей. У нас тут попытка кражи и нападение.

Очевидно, что в мой сундук влез именно этот перепивший крепыш. И, похоже, я сильно его задел тем, что «отодвинул» от Вейры, раз он решился на такое.

События дальнейшей ночи не дали мне ни единого шанса на то, чтобы по-человечески выспаться. Прибывшая стража опросила меня и всех свидетелей, убедилась, что ничего из сундука не пропало, после чего уволокла буяна в местные казематы.

На словах ещё ничего, но на деле тянулось это так долго, что заснул я лишь под утро.

И то — беспокойным, тревожным сном, дёргаясь от каждого шороха, по-всякому прокручивая в голове одну-единственную мысль:

«Вот так и делай людям добро. Буйные северяне, что б их!..».