– Вторая истина. Роза Древа Жизни. Сад вечности.

Редлай остался один. Он бесстрашно улыбался и смотрел на хвост от светового следа Илая, направляющегося к городу. Ровно с той секунды, как оборотень начал концентрировать пламя, он почувствовал изменение в потоках энергии в столице. Это работало лишь с членами его персональной небольшой стаи. А единственный человек, который имел достаточно пламени для таких колебаний, – Сина. Желание Закариаса отомстить Саргону прозрачно, как родниковая вода в солнечный день. А тот факт, что они не встретили ни одного хранителя или оруженосца короля, лишь подтверждает предположения Редлая. Он совсем не возмутился из-за тайн, которыми окутал себя Азель. Всю свою жизнь он сам верил, что его мама – оборотень, а оказалось – человек. И не просто человек, а страж. Тайны Азеля уже не так сильно его шокировали, и по реакции Гилема Редлай понял, что тот тоже знает о них. Он не мог точно предположить, почему дипломат не воспользовался силой, но доверял его решению.

– Кажется, за столько лун Азелин сошел с ума, – Повелитель Грома развернулся к Редлаю. – Оставить меня сражаться с одним-единственным оборотнем… Это даже больше, чем сумасшествие. Да они не успеют разобраться, что происходит на площади, как я появлюсь перед ними.

– Закариас, твоя ложь не осталась незамеченной, – ровным голосом, без капли уважения заговорил Редлай, привлекая внимание местного правителя. – Когда Гилем сказал, что не может узнать точную информацию про тебя и замок, все сразу поняли причастность того заклинателя – Кармина. Только Гилем может разгадать, наложен ли знак.

– Тот паренек, ваш книгописец… Он достиг пожара, но еще не осознал его мощь, – подозрительно прищурившись, ответил ему Закариас. – Увеличение пламени всегда проходит с какими-то изменениями. Иногда их нельзя обнаружить десятки лун. Он тоже умрет. Его сила опасна.

– Зато я прекрасно могу почуять влияние другого стража – Ноа, – Редлай еле подавил животный рык из-за угрозы в сторону ринханто. – Вы тоже не можете действовать везде чисто. Когда храм Ранди развалился, я почувствовал странный запах. Гилем сказал, это проклятие Ноа. Помимо всего прочего, оно имело свою ауру, видимо, для поддержания действия эффекта. Точно такую же ауру имеешь и ты.

– Меладея со своими оборотнями тоже пожалеет, – прорычал Повелитель Грома.

– Скорее всего, ты прекрасно понимал, что Азель способен уничтожить тебя. Да, как я догадываюсь, любого в этом мире. Самоотверженно использовать собственное тело для проклятия, подобного тому, что наложил Ноа на храм Ранди. Однако я не позволю тебе никого убить. У тебя нет и шанса, что мир, о котором ты мечтаешь, когда-то станет реальностью.

– Сколько самоуверенности, – Повелитель Грома покачал головой и высокомерно улыбнулся. – Ладно, как говорит Азелин, достали трепаться. Давай уже покончу с тобой и…

Закариас сделал шаг вперед. Он способен превращать молнию в собственное тело, но это работало в обе стороны. По этой причине Повелитель Грома и имел высокую скорость, силу и, главное, возможность регенерировать. Любое повреждение, кроме тех, что приносили мгновенную смерть, исчезало. И сейчас он собирался сжечь Редлая одним ударом, вот только ничего не произошло. Он сделал еще один шаг, но вновь ничего. Закариас оглянулся по сторонам, не понимая, что происходит. Редлай же усмехнулся.

– Уходя, Илай напомнил о том, кто он… – радужки оборотня продолжали гореть синим цветом. – Подарок тебе от солнцеподобных.

Закариас поднял голову вверх и начал бледнеть от страха. Грозовые облака, которые висели над четвертым материком с самого появления слезы, расступались, и, хоть стояла ночь, свет падал с лун. Илай, вероятно, потратил огромное количество пламени для выполнения этого приема.

Теперь Повелитель Грома остался без помощи природы. Молния, к которой он взывал раз за разом, рождалась только из его собственных запасов пламени. Он опустил взгляд и посмотрел на Редлая. Повелитель Грома сделал огромную ошибку, недооценив всех, кроме Азеля и Айона. Силы каждого из команды находились за пределами сил обычного человека. Подобное Закариас не видел даже во времена Великой Войны. Из-за исчезнувшей грозы над всей столицей наконец-то наступила тишина.

– Я – Редлай Галуа, сын Меладеи Галуа, Королевы Оборотней, семя Древа Жизни, – Редлай говорил уверенно, а улыбка не сходила с его губ. – Растениям для жизни нужен свет. Оборотню для пика возможностей – семьлунье. А мне… – он оскалился. – А мне для максимума силы нужна лишь одна угроза моему ринханто. Тебе конец.

Со всех сторон замка начали расти огромные лианы розы терпения. Их диаметр был не меньше двух метров, а количество невозможно сосчитать. Все это время Редлай готовил свой козырь, и способности Илая помогут ему сохранить как можно больше сил и выиграть больше времени команде. Пока он попытается справиться своими силами. Заросли роз терпения окутывали весь замок. Теперь, куда бы ни повернулся Повелитель Грома, в его сторону тянулись ветви и корни. Одна лишь фраза, что Редлай является семенем Древа Жизни, все поставила на свои места. И если раньше Закариас планировал разобраться с ним по-быстрому и броситься на перехват Айона, то сейчас понимал: с этой проблемой придется разбираться хранителям.

Повелитель Грома слишком долго готовился к предстоящему сражению, чтобы открывать пожар перед Редлаем.

– Ты пожалеешь… – прошептал Закариас и поднял правую руку. – Вторая истина. Полюса бога Ранди. Север.

* * *

Сина почувствовала, как ее переполняет пламя. Она побаивалась, что ее могло разорвать на части. Она посмотрела на свои руки, ожидая увидеть там вздувшиеся вены. Но внешне ничего не изменилось, даже кожа не покраснела. Она вновь подняла глаза на госпожу Марил и потом перевела на Рису, кивая. Сина выдохнула, понимая, что взрыв в замке – явно дело рук их компании лазутчиков. Все кинулись с площади врассыпную, и этот хаос она планировала использовать в своих целях. Вряд ли ей удастся выкрасть госпожу Марил из-под носа хранителя и его оруженосцев, но хотя бы прервать запланированную казнь получится.

Чуть пригнувшись, чтобы затеряться среди разбегающихся горожан, она начала подходить к эшафоту с левой стороны. Хранитель Динарутарион демонстрировал безмятежность. Госпожа Марил стояла перед ним на коленях в кандалах и со связанными руками. Только резкая, неожиданная атака могла изменить ход событий.

– Вторая истина. Месть бога Ора-Ли-Ра. Кулак правосудия.

Конечно же, главным врагом она видела в первую очередь Динарутариона, поэтому именно его за считанные мгновения и снес удар огромной руки, появившейся за спиной Сины. По ее мнению, тяжеловесные доспехи и их размер не позволили бы ему увернуться и вовремя среагировать. Хранитель ядром полетел с эшафота и врезался в каменный дом с оглушающим взрывом, поднимая столб пыли. Еще большая паника накрыла главную площадь, и именно в ней вытянутая рука прообраза бога схватила извивающуюся от страха госпожу Марил и сразу отправила ее к Рисе. Сина размахнулась и ударила по эшафоту, разнося его в щепки и рассеивая руку в виде тысячи светящихся огней. Она развернулась и не оглядываясь побежала на максимальной скорости к Рисе. Та успела помочь госпоже Марил подняться, а Сина ловким и быстрым ударом разнесла ее кандалы, разрезала все веревки и развернулась к врагам.

– Сина, проклятие, это же ловушка! Как ты могла повестись?! – зарычала госпожа Марил, растирая ноги. – Они никогда не убьют меня, иначе все знаки спадут, и они станут в сто тысяч раз слабее.

– А то мы не знали, что эта ловушка, – Сина фыркнула. – Мы, вообще-то, приплыли в столицу за вами. Нам не было никакой разницы, тут вы сидели или в темнице замка. Наши парни отправились в Прасат.

– И это тоже ловушка! – госпожа Марил пошатнулась, и Риса подхватила ее. – Эти кандалы сдерживали мое пламя все время, пока я была в заключении, и не давали восстановиться. Я без сил. Хватит лишь на два знака. Да и, скорее всего, максимум, что я могу, шнурки завязать. У вас есть план отступления?! Сина, предполагаю по татуировке, ты пока без пожара. Как же хочется курить…

– Госпожа Марил, прошу, мы можем…

– Марил! – взревел Сандерс. – Куда ты собралась? – он дико улыбнулся, по его лбу текла кровь. – Нам не разрешали тебя отпускать. Вторая истина. Меч порядка. Танец клинков, – над его головой начали появляться мечи. – Твоя маленькая глупая протеже тоже попалась в наши руки. Покрошим на салат, вместе с этой несчастной, – он указал на Рису, но мечи полетели в Сину.

– Месть.

А дальше Сандерсу оставалось только хлопать ртом и глазами, потому что все его мечи разлетелись в разные стороны. Даже искра Сины, усиленная Рисой, представляла угрозу для костра оруженосца. При этом Сандерс даже не заметил, как она двигалась и что делала.

Госпожа Марил ухмыльнулась, когда увидела невероятное удивление, написанное на лице противника. Она давно ждала, когда сила граната Центрального Оазиса высвободится.

И все же у них большие проблемы. Сандерс и Лорин не представляли для них угрозы, так как сейчас Сина превосходила их в силе в несколько раз. А вот Динарутарион мог убить их, даже не вспотев. Люди, которые им мешали, разбежались кто куда, пыль осела, Лорин подошел к брату уже с активированным костром и положил руку ему на плечо.

– Сандерс, прекрати вести себя так с принцессой Синой и госпожой Марил. Ее отец – сам Саргон, – в ответ на слова брата Сандерс лишь скинул его руку.

– Мне плевать, кто они и кто их родители, всего лишь какие-то незначительные препятствия. Марил без пламени нам не угроза, Сина затачивает предметы, хотя, кажется, обрела костер, а та девчонка лишь незначительно усилила ее, – Сандерс закатил глаза. – Они не проблема. Пока хранитель Динарутарион собирается, давай разберемся с ними и принесем ему голову Сины?

– Как же меня достал этот ублюдок, – выругалась госпожа Марил.

– Заткнись, дура, – не остался в долгу Сандерс.

– Что? – Риса посмотрела на госпожу Марил и ее руки. На них осталось всего несколько завитков татуировки у самых пальцев да черная точка. – Как они смеют так разговаривать с госпожой Марил, разве это…

– Он знает, что я не могу сейчас ничего сделать ему, вот и выделывается. Мелкая шавка, – рыкнула она.

– Это пока, – сказал Риса и положила руку на плечо госпожи Марил. – Вторая истина. Искры Великой кузницы. Пламя первых.

– Какого…

Это все, что успела произнести Марил. Тот факт, что за ее спиной стоял человек со способностью самой Великой кузницы, поражал. Она думала, только Сина – монстр в отряде принца, а получается, что таков каждый из них.

Госпожа Марил смотрела на свои руки и то, как на них восстанавливается татуировка. По мере того, как к госпоже Марил возвращались ее силы, лицо Сандерса бледнело, и он уже не выглядел столь уверенным. Лорин посмотрел на брата многозначительно и все свое внимание перенес на Сину.

– Госпожа Марил, позвольте… – начала Сина, но ее прервали.

– Нет, – строго ответила та. – Ни за что. Вторая истина. Печати краской Богини пламени. Снятие, – лоб госпожи Марил загорелся черным пламенем и тут же потух. – Хорошо. Я сняла все сдерживающие знаки. Боялась, что Повелитель Грома начнет меня пытать, – она посмотрела на Сандерса.

– Вторая истина… – хором начали братья, но не успели.

– Вторая истина. Печати краской Богини пламени. Знак оков миллиона рук. Печать сорока шести кругов, – и братья застыли. Они не могли пошевелиться. Вокруг них на земле, в воздухе и небе появлялись красные круги, исписанные мертвым языком. – Что такое, Сандерс? Ты уже не такой смелый? Как же я этого ждала… – Марил прорычала. – Знак памяти боли богов.

Все вращающиеся вокруг братьев круги из мертвого языка превратились в цепи и связали их в кокон. Воины не успели даже моргнуть или осознать происходящее, как их тела пронзила немыслимая боль. Знак госпожи Марил заставлял молить о смерти. Сандерсу казалось, что кто-то взял раскаленные щипцы и отдирал от его тела куски, в глаза натыкали иголок, ногти вырвали, зубы раскрошили, выкачали весь воздух из легких. Пытка продолжалась ровно полминуты, и единственное, что могло спасти оруженосцев, – потеря сознания. Поэтому в скором времени они свесили головы, и госпожа Марил легким движением руки отбросила их цепями куда-то в сторону, чтобы не мешались. Риса и Сина стояли с открытыми ртами и смотрели на ее руки. Ее татуировка ничуть не исчерпалась.

– Госпожа Марил, я вас боюсь больше, чем Повелителя Грома, – сказала Риса откровенно. – Мы должны бежать. В замке происходит что-то чудовищное.

– И правильно. В отличие от него, я слишком принципиальна, – она усмехнулась. – Зак, по-вашему – Закариас, попытается убить ваших друзей. Здесь еще несколько хранителей. Про оруженосцев не знаю. И боюсь, одного отправили за Айоном. Где он, кстати?

– Они с Кайлом вернулись на корабль… – прошептала побледневшая Риса. – Нам срочно нужно бежать.

– Вперед.

Они развернулись и только собрались бежать, как дорогу, ведущую к причалу, перекрыл огромный меч шириной не меньше тридцати метров. Сина задрала голову вверх и среди грозовых облаков и темноты не смогла разглядеть рукоять. Лезвие исписано непонятными горящими символами. Не осталось даже сантиметра зазора, чтобы протиснуться и убежать. Сине придется потратить все пламя и, как следствие, потерять сознание, чтобы сдвинуть эту махину. Одним из ее главных преимуществ до этого момента были размеры. Посоперничать с прообразом самого бога Ора-Ли-Ра мог не каждый. Однако, если хранитель использовал даже не свой пожар для воссоздания такой громадины, у них серьезные проблемы. Троица развернулась к зданию, куда Сина отправила в полет врага, и обомлела.

– Это заслуживает уважения, – проговорил низкий голос. – Мало кто может сдвинуть меня с места. Ваша команда действительно крайне опасна, – хранитель подошел ближе и воткнул своей меч в землю. – Цель обнаружена.

– Динарутарион, давай не усложнять конфликт. С нами тремя ты не справишься, – госпожа Марил попыталась зайти со стороны логики. – Отпусти нас.

– Моя цель – сохранить жизнь вам, госпожа Марил, и убить всех остальных, кроме принца Айона. Также Повелитель Грома в скором времени прибудет к месту сражения, – ответил ей низкий голос. – Для вашей безопасности отойдите в сторону, госпожа Марил.

– Да я тебя сейчас наизнанку выверну, как тряпичную куклу, – фыркнула госпожа Марил. – Так, девчонки, будьте на подхвате, все же это хранитель, и, как бы мне ни хотелось разрушать город, просто так нас не отпустят. Тем более нужно успеть до появления Зинарда…

– Тщетно.

В следующее мгновение он очутился перед ними. Сина распахнула глаза и выставила рунку, чтобы заблокировать рубящий удар. Волна от соприкосновения с лезвием чуть не выбила оружие из ее рук. Ее и древковую часть спасло наличие знака госпожи Марил. Риса бросилась бежать к укрытию. Она со своими способностями сделала все возможное. Сейчас ей не стоило мешаться под ногами у Сины.

Огромная рука прообраза бога попыталась раздавить хранителя, но он отступил ровно на три шага, необходимых, чтобы уклониться. Легкость, с которой двигался человек в таких огромных доспехах, не могла не вызывать восхищения. Сина еле успела среагировать на очередной выпад. Огромный меч так и не исчез, а стараться сбежать по двум свободным дорогам пока невозможно. Им необходимо здесь и сейчас одолеть или обездвижить Динарутариона. Госпожа Марил сделала шаг вперед, сложила ладони перед собой, и с ее рук начала исчезать татуировка.

– Знак тяжести. Знак цепей. Знак извечной темноты космоса, – она выдохнула. – И на сдачу… Знак бога Фламадея. Пылающая суть.

Динарутарион сделал шаг по направлению к ним, но его нога с трудом опустилась на землю. К его доспехам поползли знаки мертвого языка. Они горели темно-зеленым светом и, касаясь его, превращались в некое подобие цепей со звеньями идеально круглой формы. Хранитель уже не мог пошевелиться. Знаки тяжести и цепей создавали вместе неподъемный для любого человека вес, а знак извечной темноты космоса наложен, чтобы лишить противника ориентации в пространстве и в первую очередь зрения. Однако самым сильным и жестоким стал знак бога Фламадея, заставляющий доспехи нагреваться докрасна. От Динарутариона уже, вероятно, мало что осталось. При всем этом он не издал ни звука, просто свесил голову. Риса с Синой покачали головой, благодаря судьбу за то, что госпожа Марил – их союзник.

– Мы победили? – с надеждой спросила Риса.

– Нет, – ответила ей быстро госпожа Марил. – Оглянись. Меч еще на месте, а значит, Динарутарион жив. Не представляю, как можно выжить в этой нагретой консервной банке! Пар идет, но он не умер.

– Неважно. Наша главная задача – сбежать на пристань. У меня очень нехорошее предчувствие, что Айона и Кайла уже схватили, – Сина посмотрела в переулок по левую руку, прикидывая, каким образом им лучше добраться до нужного места. – Вперед.

– Ну-ну, девочки, куда же вы?

Ровно из того переулка, куда собиралась сбежать Сина, вышел парень не старше тридцати лун на вид. Выглядел он как придворный шут. Синие штаны-шаровары с золотыми узорами из птиц, желтые ботинки. Несмотря на идущий легкий дождь и ветер, на нем не было рубашки, а на голове – шляпа цилиндрической формы, однако верх у нее был будто откушен. На нем висело бессчетное количество золотых цепей, на руках – браслеты, кольца. Риса не могла оторвать взгляд от золотого кольца в его носу и ярко светящихся серебром глаз. Он напоминал жителя второго материка своей темной кожей.

– Госпожа Марил, что вы сделали с Динарутарионом? Вам не кажется, что даже с врагами нельзя так поступать? – он подошел к хранителю и хотел постучать по доспехам, но вовремя отдернул руку. – Ой, кошмар, рядом стоять невозможно.

– Могу предположить, у нас проблемы, – Сина выставила рунку вперед.

– Знакомьтесь: это хранитель Зинард, – прорычала госпожа Марил. – И да, Сина, вот теперь у нас проблемы…

– А разве… – произнесла было Риса, но застыла.

– Вторая истина. Почерк Широ. Ошибка на ошибке, – с широкой улыбкой произнес Зинард.

Дальше оставалось только смотреть и сыпать в него проклятиями. Чем и занималась госпожа Марил. Его не просто так направили сюда. Он ее худший враг во всем Виаруме. Хранитель подошел к цепи из мертвого языка и начал бессовестно вписывать в него ошибки. Нет, Зинард не заклинатель и понятия не имел, что творил, однако его исправления нарушали целостность гениальных знаков госпожи Марил. Согласно правилу, никто не мог просто снять знак, наложенный заклинателем. Вот только Зинард подделывал их так, будто создатель и сам ошибся. Оттого все переставало действовать, и знак снимался. Цепи вокруг Динарутариона рвались, как тонкие нити, а его доспехи остывали. Он наконец-то смог расправить плечи. Госпожа Марил прищурилась, пытаясь придумать, как им поступить. Она не боялась снова попасть в плен, но она во что бы то ни стало должна защитить Сину.

– Если вы не отпустите Сину, я разрушу свою искру, и тогда одна Богиня пламени знает, что случится с вами, – ровным уверенным голосом сказала Марил. – Я дала обещание защищать ее, несмотря ни на что, и мое исчезновение из Великого пламени – сущий пустяк. Я дала ей жизнь и не позволю забрать.

– Госпожа Марил, не нужно крайностей, мы продержимся до необходимого момента. Скоро вернутся парни, и перевес сил будет на нашей стороне, – Сина говорила спокойно, но в ее сердце поселился страх за дорогого человека.

Риса положила ей руку на плечо.

– Они собираются убить тебя, так как в тебе сердце бога Ора-Ли-Ра, они это знают, – ледяным голосом произнесла она. – Нельзя позволить им осуществить задуманное сразу по двум причинам.

– Не позволим.

И Сина кинулась в бой. Главной ее идеей стало убийство Зинарда. Он блокировал силы госпожи Марил, и после его смерти или даже ранения у них получится сбежать. Динарутарион имел очевидные минусы против заклинательницы. Но Зинард сразу начал отступать. Насколько могла определить Сина по его телу – в ближнем бою у него в лучшем случае средние показатели.

Госпожа Марил отошла назад, чтобы не мешаться. Динарутарион провел машущий удар с поразительной скоростью. Сина уже сделала вывод, что его искра напрямую связана с изменением тяжести предметов. Такие доспехи ни одна лошадь не поднимает, а у человека и шансов не было. Однако хранитель наносил удар за ударом без каких-либо трудностей. Главное преимущество в скорости и ловкости ее уже не спасало. Действовать необходимо рискованно и неординарно.

– Месть.

Сина пригнулась от очередного замаха мечом и начала наносить тысячи ударов по сочленениям доспехов. Она уже давно заметила: при использовании искры время вокруг будто замедлялось. Скорее всего, это необходимое условие для высокой точности ударов. Так она пыталась обездвижить хранителя. На стальной поверхности появлялась засечка за засечкой. В итоге ее рунка разрушила все сочленения доспехов, и так как Динарутарион не имел ни малейшей возможности среагировать и поставить блок, она нырнула под его руку и воткнула острие оружия прямо под шлем. Сина отпрыгнула назад. Хранитель отшатнулся и припал на одно колено. Сина выставила рунку вперед и посмотрела на госпожу Марил, но не сдержала удивленного выдоха, когда Динарутарион начал подниматься. На его доспехах она не обнаружила ни единой царапины.

– Не может быть. Я нанесла столько ударов… а они как новые, – Сина говорила ровно. – Мне удалось забраться под шлем и проткнуть ему голову.

– Меч.

Динарутарион сделал рывок и с такой мощью обрушил удар своего меча на Сину, что ее левое колено согнулось от напора. Заклинательница выругалась. Она никак не могла помочь Сине в сражении. Любой ее знак будет уничтожен.

Тем временем Динарутарион наносил удар за ударом по древку рунки, заставляя Сину кататься по полю боя, чтобы избежать хотя бы части атак. Количество ее пламени зашкаливало, однако использовать и потратить все без остатка – смертельный риск. Она не позволяла себе отвлечься ни на мгновение, но даже так, отбивая очередной выпад, не успела увернуться от удара ногой. Показалось, что ей переломали все кости разом. Она влетела в стену дома и упала на колени. Сина начала плеваться кровью. Отсутствие Гилема ощущалось как никогда остро. Она просто не знала, почему Динарутарион не умер от ее прошлого приема.

– Ваше правосудие близко.

– Пошел ты знаешь куда, – она встала, но рунку в руки не взяла. – Вторая истина. Месть Бога Ора-Ли-Ра. Кровавый тотем.

Риса открыла рот от удивления, когда за спиной Сины появилась какая-то тень. Она была похожа на то, что они видели в пустыне, отличалась лишь цветом – ярко-красным – и размерами – чуть выше двух метров. Прообраз мертвого бога накрыл Сину как плащ. Выглядела она зловеще, словно это совсем другой человек. Она открыла глаза, которые горели алым цветом, из них побежали дорожки кровавых слез. Сина наклонилась и взяла свою рунку, которая также под действием прообраза бога превратилась в трезубец. Татуировка на ее спине вновь кровоточила, и ее необычный плащ принялся впитывать эту кровь.

– Поверить не могу. Только что Сина примерила на себя одежду самого бога Ора-Ли-Ра, – прошептала госпожа Марил. – Саргон, какой же силой ты ее наделил?

– Сейчас и посмотрим, – ответила ей Риса.

Сина сделала рывок к хранителю и попыталась нанести ему удар в грудь, но тот успел выставить перед собой меч и полностью заблокировать выпад. Не дожидаясь контратаки, она напала на него с левой стороны и дважды кулаком смяла его доспехи, деформируя их. Ее удары скорее плавили сталь, чем сминали. Риса присмотрелась и заметила на месте, где секунду назад стояла подруга, черные следы из пепла, а около нее – мерцающую ауру, как от костра.

Тем временем Сина наносила один удар за другим, ее скорость значительно возросла, и теперь уже Динарутарион не успевал за ней. Его доспехи ветшали все больше с каждой минутой их схватки. Вот только ни одно прямое попадание не сломало меч. Хранитель использовал его сразу и как оружие, и как щит. Сина решила не задумываться сейчас над этим и сосредоточиться на сражении.

– Невероятно, – прошептала Риса. – Его доспехи…

От ранее величественных и, казалось, крепчайших доспехов осталась лишь груда металла. Сейчас же каждый их элемент погнулся и оплавился. Двигаться в такой броне было физически невозможно, поэтому хранитель замер. Сина собрала в кулак всю алую ауру бога Ора-Ли-Ра. Новая форма позволяла ей при столкновении с объектом, не оказывая на него термического эффекта, плавить его. Хотя по ее же ощущениям, доспехи Динарутариона почти полностью нейтрализовали удары. Будь на его месте рядовой воин, он бы давно умер.

Ее правая рука загорелась красным пламенем, и, закричав, она изо всех сил ударила в грудь хранителя, пробивая ее насквозь. Пламя цвета крови лучом устремилось в небо. В броне образовалась дыра диаметром в полметра. Динарутарион завалился назад, и его шлем отлетел прямо к ногам Зинарда. На Сине не было ни единой царапины. Ее рунка даже после исчезновения прообраза бога не вернула прежнюю форму.

– А теперь осталось наколоть этого шута, и можно двигаться в сторону корабля, – низким голосом прохрипела Сина и сделала шаг в сторону Зинарда.

– Не стоит недооценивать королевских хранителей, – Зинард улыбнулся. – Наш состав – сильнейший из когда-либо существовавших хранителей, – он посмотрел куда-то Сине за плечо. – Меч Динарутариона еще на месте. Совпадение?

И ровно в эту секунду доспехи, а точнее то, что от них осталось, зашевелились. Сина отпрыгнула и выставила трезубец вперед. На ее глазах они восстанавливали прежнюю форму, и стоило моргнуть, как огромная дыра в них исчезла. Ей казалось, она была готова к проявлению любой искры Динарутариона, однако на деле замерла от шока. Любой человек, находящийся в доспехах, после стольких ударов уже бы скончался. Но в дыре, оставленной после последнего удара, она не увидела ничего: ни крови, ни тела Динарутариона. Она коротко взглянула в сторону замка Повелителя Грома, где сверкали молнии. Им требовалась помощь Гилема. Хотя Сина уже и без него понимала: никого в броне нет. Оставалось лишь выполнить такой прием, чтобы от доспехов не осталось и следа.

– Вторая истина. Месть бога Ора-Ли-Ра. Песня тысячи цикад.

Все, даже хранитель Зинард, закрыли уши от оглушающего звука. Характерный стрекот цикад наполнил всю столицу. Динарутарион воткнул меч на полметра в землю и принял боевую стойку. Он успел сделать только один выпад, который не имел и шанса достичь цели. На поле боя вокруг доспехов стали появляться полупрозрачные копии Сины. Атака позволяла ей двигаться со скоростью, за которой не поспевал человеческий взгляд.

Динарутарион выставил руки вперед, когда бессчетное количество ударов обрушилось на него. С учетом того, что знак госпожи Марил, оставленный на рунке, сохранился и Зинард его не заметил, Динарутарион оказался в эпицентре смерча из ударов.

Что именно произошло, заметить никто не успел, но, когда звук цикад стих, от хранителя не осталось и следа. Сина изничтожила его своими ударами в пыль, потратив на это основание своей татуировки. Прием отнял у нее много сил.

– Невероятно, просто чудесно, – Зинард похлопал в ладоши и почесал ухо. – Только давай в следующий раз как-то… Тише? Что-то вы, ребята, какие-то очень громкие. Не люблю суету и беготню.

– Она буквально ничего не оставила от врага, а он ведет себя как сумасшедший, – Риса, вся бледная, вытерла пот с лица.

– Зинард не так прост. Если его костер позволяет вносить изменения в чужие знаки, то боюсь представить силу его пожара, – госпожа Марил вышла вперед. – Сина, нужно разделаться с ним быстро.

– Знаю, – она махнула трезубцем. – Сейчас.

– А вам не занимать самоуверенности, да? – Зинард зевнул. – Вы еще даже искру Динарутариона не одолели, а таких планов настроили.

По главной площади полетел скрежет и стук. Сина развернулась на звук, в сторону правого выхода, и обомлела. Оттуда вышел живой и невредимый Динарутарион. Точнее, его доспехи. Когда броня разлетелась на миллион мелких осколков, человека внутри не оказалось. Стало очевидно: физическим воздействием им хранителя не победить, а силы госпожи Марил блокировал Зинард. Сина уже прикидывала, каким образом ей обойти Динарутариона, который двигался чуть ли не быстрее нее, и наколоть Зинарда. Без Илая она не сможет двигаться так же легко и быстро в форме прообраза бога Ора-Ли-Ра и в сложившейся ситуации, скорее всего, лишь раз сможет его воссоздать. Она зарычала от сложного выбора. Сина выставила трезубец вперед, когда Риса положила руку ей на плечо.

– На самом деле Динарутарион не человек, – сказала она ровным голосом, заставляя Зинарда и госпожу Марил открыть рот от удивления. – Я, конечно, не Гилем с костром, который получает знания со всего мира, но глаза у меня есть, – она показала вперед, на меч Динарутариона. – Когда ты уничтожила его броню, один из завитков на лезвии его меча исчез. Это не что иное, как татуировка. Динарутарион – меч.

– Какая похвальная наблюдательность, – Зинард усмехнулся. – Эй, Динарутарион. Что будешь делать? Кажется, они разгадали, кто ты есть.

– Миссия осталась без изменений, – у основания меча распахнулся глаз с красной радужкой и уставился на девушек. – Убить всех в команде принца.

– Значит, выбора у нас нет… – госпожа Марил сделала шаг. – Сина и Риса, готовьтесь бежать, – она вдохнула, но сказать ничего не успела. Риса закрыла ей рот.

– Нет. Никаких смертей, мы еще можем…

И тут из левого выхода выбежали Кайл с Айоном. Все настолько не ожидали их увидеть, что даже хранители замерли. Парни между тем бежали, не оглядываясь. Причина их панического поведения, впрочем, стала ясна сразу. Огромный солнечный луч вскопал дорогу и поджег ближайшие дома. Начался пожар.

Кайл и Айон забежали за спину Сины. Непотопляемый никак не мог отдышаться. Из левого выхода показался высокий парень в форме хранителей короля. Бледная кожа, розовые губы и сверкающие ненавистью синие глаза. Он шел к ним и смотрел прямо перед собой, не моргая. На груди у него кровоточила рана, и выглядел он несколько потрепанным. Риса уже видела его раньше, она поняла это по белоснежным светящимся волосам до самого пояса. Он подошел к Зинарду и дал ему подзатыльник, затем, не дожидаясь реакции, двинулся к Динарутариону.

– Проклятие, пока вы тут загоняли этих мышей в ловушку, я за своими бегал по всему городу! Посмотрите, что со мной сделал их обсидиановый феникс. Если бы не этот цыпленок, уже бы давно схватил принца, – злой скрипучий голос пустил мурашки по коже девушек. – Динарутарион, делай что хочешь, но эти двое – за мной.

– Я тебе говорил, что надо было повернуть налево? А ты решил возомнить себя навигатором? Дебил ты, а не навигатор, ясно? Архитектор – это другое слово, – Кайл вцепился в порванный плащ Айона и потянул на себя.

– Вот только именно моей головой ты решил сократить путь! Кто теперь восстановит дома тем людям?! Отпусти меня, пока я не убил тебя раньше Гелиоса, – Айон не стал терпеть и сам схватил Кайла за ворот рубашки. – Придурок!

– Вы можете заткнуться? Сейчас не время для разборок! Перед нами три – три! – хранителя, а вы устроили здесь какое-то представление! – Сина уже сама хотела насадить парней на трезубец. – Нам точно конец.

– Я так понимаю, это достопочтенный принц в рваном капюшоне? – госпожа Марил вырвалась из хватки Рисы и посмотрела на нее осуждающе. – Приятно познакомиться, меня зову госпожа Марил.

– Невероятно рад знакомству с такой знаменитой и прекрасной женщиной, – Айон поклонился ей, за что получил подзатыльник от Сины.

– Я вас сама сейчас убью, – ее глаза налились кровью, и совсем не в фигуральном смысле. – Быстро назад.

Воспользовавшись моментом неразберихи, очередной выпад сделал Динарутарион, замахнувшись мечом и планируя убить почему-то Кайла. Сина оттолкнула его в сторону, вкладывая в удар немного больше силы, чем следовало. Госпожа Марил и Айон отпрыгнули в сторону, чуть не попав под удар. Гелиос, который выловил их уже около корабля и заставил бежать обратно, отступил на два шага назад. Его кожа вновь замерцала, готовясь к очередной атаке, и принц застонал от безысходности.

Госпожа Марил выиграла немного времени, наложив на Гелиоса знак абсолютной тьмы, но тут подоспел Зинард и освободил напарника. Тогда, в пустыне, они не могли справиться с двумя оруженосцами и одним хранителем. Сейчас же против них сразу трое.

Сина бросила взгляд на Кайла, который держался за голову, и крайне злого Айона, но ей пришлось обратить внимание на Динарутариона, который обрушил на нее свой меч и, как они уже выяснили, самого себя. Сина зарычала, и из ее глаз хлынула кровь. Однако мгновение спустя она услышала слово, вгоняющее всех в абсолютный шок:

– Архитектор.

Рядом с Синой пронесся Айон и ударом кулака заставил доспехи Динарутариона вновь раскрошиться на мелкие кусочки. Он не стал выжидать, отправляя пинком его меч вслед за хозяином, пуская по лезвию сеть трещин. То, с каким ужасом Зинард смотрел на треснувшее оружие, навело на мысль, что ситуация феноменальная. Кайл кое-как поднялся и на негнущихся ногах подошел к Рисе. Она схватила его за плечо, осматривая. Ему хорошо досталось. И на суше он был совершенно бесполезен. Но при прикосновении к его коже ее передернуло.

– Кайл…

– Это та самая сила архитектора? – Зинард поднял бровь. – Надо быть осторожным. Мой пожар на нем не сработает.

– Даже твой пожар… – прошептал Гелиос. – Тогда… Вторая Истина. Чистейший свет. Луч.

Кожа Гелиоса заблестела, и в его руках загорелся шар, который стремительно увеличивался в размерах и будто притягивал к себе. Сина воткнула трезубец в землю, чтобы ее не засосало, но на Айона это совсем не действовало.

Над хранителем загорелись еще шесть шаров, и госпожа Марил только успела сложить руки вместе, как всю центральную площадь залил свет. Вспышка оказалась настолько сильной, что к Сине даже спустя полминуты не возвращалось зрение. Она ожидала, что сила Гелиоса уничтожит их, однако этого не произошло. Когда способность видеть все же частично стала к ней возвращаться, Сина заметила знакомую спину, знакомые световые мечи. Этот свет обещал когда-то защищать ее до последнего, он обещал…

– Сжечь всех, – проговорил вновь свою зловещую фразу Илай.