– Что?

Гилем, Илай и Редлай замерли. Книгописец с недоумением вглядывался в лицо Повелителя Грома, ничего не понимая. Втайне он задействовал костер, чтобы собрать больше информации о ситуации. И у него ничего не вышло. Повелитель Грома в его голове имел абсолютно другую внешность: старого растолстевшего мужчины с лысой головой, невысокого роста. Перед книгописцем же стоял молодой парень с заискивающей улыбкой и искрящимися глазами. По какой-то причине его силы не сработали. Он повернулся к Редлаю. Тот был готов в любую секунду обратиться и броситься в бой. Доспехи Илая то вспыхивали, то затухали. Гилем посмотрел на Азеля. Их разговор со старостой деревни не предвещал ничего хорошо. А если дипломат не срубил голову Повелителю Грома в первые мгновения, значит, на то имелись свои причины. Книгописец прищурился и только открыл рот, как его прервали.

– Некрасиво и против всех правил врываться в чужие владения таким вот образом, – Закариас хмыкнул. – В конце концов, передо мной дипломат короля первого материка и книгописец, – он повернулся к Гилему. – Неужели тебе не известно, как должна проходить официальная аудиенция королевских особ? Где принц Айон Блер?

– Не твое дело, – грубо бросил Азель и сделал шаг вперед. – Где госпожа Марил, Зак? Говори, иначе я за себя не ручаюсь.

– Что так грубо? – Повелитель Грома ухмыльнулся. – Все же считаю, нам необходимо не отступать от наших дипломатических статусов. Перед вами Повелитель Грома, король четвертого материка. Дальше наша аудиенция пройдет в моем тронном зале, Азель.

– Ах ты, подонок! – крикнул дипломат.

Азель на скорости, уже не заметной человеческому глазу, сделал шаг к Закариасу и собирался без предупреждения проткнуть шпагой его череп через правый глаз. Однако Повелитель Грома предвидел такое развитие событий, поэтому убегать начал заранее. Яркая вспышка молнии озарила комнату, и вместе с ней раздался гром. Все, кроме дипломата, схватились за уши. Хуже всего пришлось Редлаю, который и без того имел чуткий слух. Он закачался на месте, и Гилем подхватил его за плечи. Азель зарычал и спрятал шпагу в портупею. Илай с перекошенным лицом сорвал с себя шлем и нагрудник, его левый глаз дергался. Сама броня воинов Грома была ему омерзительна, поэтому он скинул с себя и наручи. Редлай застонал и выдохнул, на его голове распустилась пара бутонов роз терпения. Регенерация оборотня не справлялась с уроном. Он выпрямился и кивнул Гилему, на его руках книгописец заметил кровь.

– Я понятия не имею, что произошло, – жестко заговорил Гилем. – Мой костер меня подвел. Я вообще представлял Повелителя Грома иначе. Его силы не совпадают с моими знаниями. Азель, что произошло?

– Думаю, это все Кармин. Только он обладает силой, способной полностью заблокировать действие твоего пламени, – дипломат повернулся к книгописцу. – Нам нужно действовать без промедления. Выбора нет. Он затягивает с ответом насчет госпожи Марил, а значит, может случиться ужасное.

– Что это сейчас было? Какой-то клон? Почему Азель его проткнул, а он взорвался? – твердым голосом спросил Илай.

– А ты, как вижу, дружище, перестал бояться? – усмехнулся Гилем. – Редлай, ты как, нормально? Используй субстанцию цветков соро, они задержат звук до приемлемой громкости. Не нужен тебе сейчас слух оборотня.

– Со мной все хорошо, спасибо, – Редлай последовал совету Гилема. – Вторая истина. Роза Древа Жизни. Сад вечности, – на его руке появилось два розовых цветка.

– Нет. В данном случае это не клон, – ответил Илаю Азель. – Это его настоящая скорость. Он решил сбежать до того момента, как я успел наколоть его мозги на шпагу. Повелитель Грома вполне оправдывает свое имя. Нам нужно идти. До заката мало времени, и мы должны понять, где находится госпожа Марил. Пойдемте! Гилем.

– Хорошо.

Они переглянулись, и книгописец пошел вперед. По мнению Азеля, только Гилем мог сориентировать их в запутанных коридорах замка и направить точно в тронный зал. Однако Гилем уже не доверял своей силе. Какой-то знак, бесспорно, искажал способность его пламени, и им необходимо понять, какой именно, и обезвредить его. Хоть и снять они без Кармина его не могут, но, уничтожив стену с мертвым языком, ты автоматически рассеиваешь влияние знака. Оставалось надеяться лишь на желание Повелителя Грома поговорить. Вряд ли он будет намеренно путать их, раз сам позвал.

Замок как будто вымер. Сколько бы этажей, коридоров и поворотов они ни миновали – ни одного охранника. Все разбежались. Помещение для официальных аудиенций оказалось на последнем этаже. Парни встали перед дверями и успели лишь выдохнуть, и тут Азель ударом ноги раскрыл двери. Он искренне расстроился, когда нашел Закариаса одного в тронном зале. С некоторых пор ему очень сильно хотелось поговорить с Кармином и заставить его молить о смерти.

– Я повторяю свой вопрос последний раз, Закариас, где госпожа Марил? – Азель не стал церемониться с Повелителем Грома, а достал шпагу, и в его радужке недобро блеснула желтая молния. – Ты нарушил обещание. Я пришел спросить с тебя.

– Госпожа Марил там, где ей самое место, – напускное дружелюбие Повелителя Грома ушло. – На плахе.

– Ты не можешь убить госпожу Марил, это нарушит баланс с точки зрения законов и знаков во всем Виаруме. Она важна для сохранения мира. Я запрещаю… Нет. Я приказываю тебе немедленно остановить казнь госпожи Марил, и делай что хочешь с этим, – тон Азеля напугал в первую очередь Илая, который вообще потерялся в ситуации.

– То есть ты считаешь, я не понимаю, зачем она нужна? – Повелитель Грома хмыкнул. – Для восстановления знака на седьмом материке после гибели Кармина, а именно это ты и собираешься сделать – убить Кармина и Ноа. Вы все собрались убить нас троих, чтобы утвердить свое влияние. Нет, этому не бывать.

– Пока у меня есть госпожа Марил, мир в безопасности, а ты еще не стал настолько сильным, чтобы противостоять нам, – Азель наклонил голову чуть вперед. – Леа вышла из своего вынужденного заточения, Закариас, и по щелчку ее пальцев тут может оказаться твой любимый друг – Саргон.

– Подонок, – процедил сквозь зубы Повелитель Грома. Саргон – самый неудобный для него соперник во всем Виаруме. – Но Леа блокирует Наоми, поэтому часто появляться здесь не сможет. Ей нужно время, – он кивнул. – Для сдерживающего знака на седьмом материке необходимо огромное количество пламени и сильный заклинатель. Ты же прекрасно знаешь, что за артефакт содержит примерно необходимое количество пламени, да?

– Сердце Ора-Ли-Ра, – прошептал Азель и посмотрел в окно.

– Именно. Главная цель казни не госпожа Марил. Ее мы и правда убить не можем… – Повелитель Грома скривил лицо. – А вот без источника пламени вы свою цель не выполните. Посмотрим, хватит ли Лее пыльцы, чтобы продержать этот знак хотя бы сто лун. – Закариас улыбнулся.

– Зря ты ввязался в это дело, – только и сказал Азель.

В следующее мгновение он был уже перед Повелителем Грома, и, судя по выражению его лица, он явно позабыл за столько лун, с какой скоростью был способен двигаться Азель. Новая вспышка молнии, и в это же мгновение гром выбил окна в тронном зале. Закариас очутился позади дипломата, но тот среагировал мгновенно, делая удар локтем точно в область печени Повелителя Грома, даже не поворачиваясь. Тот вновь исчез, понимая, что неожиданных выпадов здесь быть не может.

Азель махнул своим союзникам, призывая пока не вступать в битву.

Тем временем Повелитель Грома попытался ударить его по лицу слева, но дипломат с легкостью увернулся. Закариас отлично знал, что даже удачная атака требовала отступления. Азель все равно продолжит выполнять прием, несмотря на полученный урон. Еще два удара грома, и Закариас появился вместе со вспышкой молнии в десяти метрах правее. Азель развернулся к нему.

– Прошло столько лун, а ты не изменяешь себе. Все так же считаешь, что нельзя недооценивать противника. Я знаю: победа в этой битве мне не светит. Какой бы прием или подлость я ни применил. Но также я прекрасно осведомлен о твоих ограничениях, Азель. Ты не сможешь использовать свое пламя. Даже искра способна сместить равновесие и надколоть пространство. Про костер и пожар говорить нет смысла. И в таком случае я даже попытаюсь убить тебя, – он засмеялся. – Но главное, вы не помешаете мне убить дочь Саргона! Вы заведомо проиграли!

– Я успею отрубить тебе голову и спасти ее, Закариас. Не обольщайся.

И вновь дипломат, не уступая в скорости Повелителю Грома, оказался радом с ним. Сверкнула желтая молния, и Закариас понял, что шутки кончились. Его тело завибрировало, на коже то и дело вспыхивали искры. Азель делал один за одним выпады, но будто специально промахивался. Однако Повелитель Грома довольно быстро раскусил его задумку, так как скоро частота выпадов многократно увеличится, и в желании увернуться от них придется только отступать. Каждый сантиметр в радиусе полутора метров от Азеля превратился в зону поражения. Закариас прыгнул вверх, но дипломат поймал его и там. Их скорость настолько возросла, что лишь Редлай успевал следить за мелькающими в пространстве тенями.

– Гилем, Гилем… Скажи, они что, планируют убить Сину? – Илай схватил друга за плечо и развернул к себе. Его волосы, татуировка и глаза горели перламутровым свечением. – Мы не можем этого допустить. Сина сильна, но одной ей с хранителем и двумя оруженосцами не справиться. Нам необходимо сейчас же разобраться с этим подонком и спасти ее.

– Дружище, я понимаю твои чувства, но ты осознаешь, что говоришь про Повелителя Грома? Он даже имя своей искры не назвал… Ты прости меня, но нам надо позаботиться о своих жизнях. Если умрешь ты, проклятие с Айона тоже не снять… – и тут Гилем замер в неверии, понимая, что случайно разгадал тайну последнего элемента в проклятии Айона.

Сердце Ора-Ли-Ра, или гранат Центрального Оазиса, бьется в груди Сины, кровь солнцеподобного течет в венах Илая, искра Айона им известна – архитектор, где найти снежный цветок – тоже, а вот слеза бессмертного… Единственный человек или, скорее, существо, которое было бессмертным… Это Азель. Он живет с самой Великой Войны. Как и остальные стражи. Однако ему не верилось в возможность выжать из Меладеи скупую слезу. Разгадка последней части головоломки находилась в их команде. Да в целом только их команда и может справиться с его проклятием. Он не удивится, если снежный цветок растет у Рисы дома в горшке на подоконнике. Гилем, как и другие люди, верил в судьбу и искал ее. Вот только он никогда не подозревал, как много у нее власти. Они не просто встретились на корабле, а единственные выжили после нападения кракена. Смерть одного из них привела бы к краху любых надежд.

– Ну же, Азель, напомни, почему тебя считают сильнейшим? – издевался над ним Повелитель Грома, хотя знал, что дипломат будет действовать строго по ситуации, и пока боевая инициатива на его стороне.

Азель сделал выпад, заставляя Закариаса двинуться влево от колющего удара, и следом, словно зная до секунды, когда враг окажется в нужном месте, пнул его ногой с такой силой, что Повелитель Грома покатился кубарем. Без промедления он кинулся за ним и нанес удар навершием шпаги, перекрутил ее в руке и уже собирался проткнуть живот, как раздался взрыв, и молния побежала по полу. Азелю пришлось прыгнуть, чтобы не попасть под удар. Повелитель Грома теперь оказался сзади, ударил по спине и выбил воздух из легких дипломата.

Дипломат быстро взял себя в руки, перекатился и занял боевую стойку. К его сожалению, Закариас был прав: он не мог использовать свое пламя. Оно являлось ключом к снятию знака Кармина. Своими силами он воспользуется в самом крайнем случае – и то скорее выберет смерть для себя, чем для Виарума. А пинок под зад совсем не является причиной для столь радикальных действий.

Азель поднял шпагу, и вокруг нее начала сверкать желтая молния, заставляя Закариаса напрячься.

– Реальность.

Шутки для Повелителя Грома закончились. Удивительно, но после Азеля они соперничали за второе место среди стражей по скорости с Меладеей. Ее силы совсем никак не были связаны с физическими умениями, однако в спаррингах она составляла ему достойную конкуренцию. Но до Азеля им было никогда не дотянуться. Закариас даже не надеялся контратаковать, его главной задачей стало выжить и переждать наиболее острые моменты в битве. Азель то появлялся, то исчезал из его поля зрения, и Повелитель Грома активировал больше сил, чтобы беспорядочно двигаться по арене сражений, которой стал его тронный зал. Единственное, что могло спасти его, – это отсутствие малейшей логики в движениях.

Но и это не помогало.

Азель умудрился сделать ему подножку, пока противник перемещался в своей форме молнии из одной части зала в другую. Его тело, лишенное физической оболочки, споткнулось об обычную ногу. Лезвие проткнуло ему руки, ноги, порезало сухожилие, надрезало паховые и сонные артерии, и все это Азель успел сделать, пока Закариас осознавал происходящее. Его окровавленное и изломанное тело врезалось в стену замка. Свидетели битвы Гилем, Редлай и Илай открыли рты, даже оборотень не смог сдержать удивления. Ведь для них это произошло в течение трех секунд.

Азель смахнул по привычке кровь с лезвия и с равнодушным видом нарочито медленно направился к Повелителю Грома. Тот лежал в луже крови, пытаясь отодвинуться подальше. Такого Азеля команда никогда не видела, лишь нечто похожее Гилем наблюдал недавно в деревне. Ужас до сих пор пробирал его.

– Сотни лун прошли с Великой Войны, а твой взгляд не изменился, Азель. Ты первый выступаешь за сдерживание силы, но обладаешь самой неимоверной. Она сделала все, чтобы ты стал таким. Ты ничего из себя не представляешь. И скоро ты поплатишься за свое высокомерие, – несмотря на множество ран, Повелитель Грома говорил ровно и спокойно.

Кончик шпаги блеснул рядом с его носом. Глаза Азеля равнодушно смотрели на него. В них сверкала желтая молния.

– Потому что нам известно, кого ты искал, – Закариас улыбнулся кровавыми зубами. – И нам известно, что ты нашел.

– Умри, – ледяным тоном бросил Азель.

– Ловец молний.

Хоть лезвие Азеля и успело проткнуть горло Повелителя Грома, это уже не возымело никакого эффекта. Все молнии, что били за последнюю минуту в небе над замком, устремились к Закариасу. Они сконцентрировались в один поток и устремились к нему, пытаясь испепелить Азеля, но тот обогнал даже молнию и увернулся.

Огромный столб огня поднялся над частью замка, где располагался тронный зал. Взрыв уничтожил крышу и почти все стены. Гилем узнал все это только потому, что знак Кармина разлетелся вместе с камнями по всей столице, и поток знаний начал восстанавливаться. Редлай успел лишь вырастить прочные заросли из роз терпения, чтобы защитить их. От зарослей, впрочем, тоже осталась лишь пара ростков. Парни поднялись, пытаясь найти дипломата, но Азель стоял без единой царапины и бесстрашно смотрел в сторону Закариаса. Он поднял шпагу.

– И что мы можем сделать? Он же просто активировал свою искру… – прошептал Илай. – Гилем, что с Синой…

– Внизу тоже начинается бой, – только и ответил ему книгописец, напряженно глядя вперед. – Но не отвлекайся, иначе умрем, заметить не успеешь.

Азель прекрасно осведомлен о силах Повелителя Грома, однако они не встречались в бою уже сотни лун, и, насколько понимал дипломат, тот тренировался лишь с одной целью – уничтожить других стражей, в частности Саргона, с которым у него был давний конфликт. Все полученные навыки он планировал использовать против необычной способности Короля Сорокатысячи Ног. Вот только Закариас не забыл и о других стражах. Азеля он скинул со счетов из-за вынужденных ограничений. Тот же понимал: пусть даже ему удастся справиться с искрой или костром Повелителя Грома, но пожар ему не победить. Его главный план – отрезать голову Закариасу раньше, чем тот применит максимум сил.

Повелитель Грома поднял руку вверх, и две молнии ударили в его ладонь, застывая. Молния стала оружием в руках Закариаса. Гилем старался быстро восполнить провалы в знаниях о его способностях. Искра позволяла Повелителю Грома выполнять сразу несколько приемов, но главной считалась возможность превращать молнию в статическое явление. Будто кто-то заставлял ее зависать в воздухе. Также она восстановила ему тело после полученных ран.

Когда Закариас опустил руку, молнии пошли по всей территории тронного зала и пытались испепелить всех врагов. Редлай и Илай выскочили вперед, чтобы прикрыть книгописца, хотя сами не знали, как им поступить. Но ситуацию спас Азель. Он появился вспышкой перед ними и уничтожил каждую молнию, выпущенную Повелителем Грома. Лезвие его шпаги само искрилось желтой молнией. Все, в том числе и Закариас, смотрели на это с выражением абсолютного шока. Азель покачал головой и, снова вставая в боевую стойку, согнул ноги в коленях, выставляя левую чуть вперед, отвел локоть правой руки, в которой держал шпагу, назад.

– Битва с Саргоном тебе покажется разминкой, – бросил дипломат и чуть наклонился вперед. – Ты посмел угрожать ей, и этого я не прощу, Закариас.

Повелитель Грома призвал к себе еще молнии, но в этот раз решил не сдерживаться. Он отличался огромными запасами пламени, и вокруг него достаточно природного ресурса, чтобы устроить настоящий кошмар. Также он помнил о силах Азеля и умножил все в десять раз. Недооценивать дипломата сейчас равносильно смерти. Поэтому тысячи молний полетели в разные стороны от Повелителя Грома. Их количество позволяло ему не тратить силы и время на концентрацию для прицельных попаданий. Он буквально запускал их куда придется. Над головой грозовые облака начали циркулировать по часовой стрелке, порождая все больше молний.

Гилем хотел хоть как-то помочь дипломату, но тот и без него знал обо всех нюансах силы и слабостях Закариаса. Стоило признать, Азель – это единственная причина, по которой они вообще еще живы. Им же стоило собраться и начать сражаться всерьез.

– Так, парни, давайте покажем этому придурку, что нас взяли сюда не просто так, – Гилем повернулся к Илаю и Редлаю. – Неизвестно, сколько Азель сможет продержаться против Повелителя Грома, и нам надо придумать план отступления и поддержки. Редлай, надо постараться и вырастить много грозовых лилий… Намного больше, чем у прибрежной деревни.

– Ты хочешь, чтобы я потерял сознание? Мне потребуется невероятное количество пламени и много времени, – Редлай побледнел, и его глаза распахнулись. – Я прекрасно понимаю, зачем это все, но после этого пламени у меня останется очень мало. Даже с усилением Рисы это заберет восемь десятых моих сил. После этого надежда только на вас.

– Мы тебя не подведем, – Гилем подошел к Редлаю и положил руки ему на плечи.

Оборотень, как ни странно, даже не стал сопротивляться и скидывать ладони. Сейчас не время для их показательных стычек. Они слишком близки к смерти.

– Но ты должен сейчас сделать все возможное.

Редлай кивнул и сложил руки перед собой.

– Вторая истина. Роза Древа Жизни. Сад вечности.

Только когда книгописец обратился к нему, Редлай понял, что совершил одну большую ошибку. Со всей мудростью Азеля, Рисы и Гилема, но они все же очень сильно просчитались. Им ни в коем случае нельзя было брать с собой в одну команду ринханто и его оборотня. Стоило ситуации пойти хоть немного не по плану, и инстинкты полностью возьмут разум Редлая под контроль. Особенно в семьлунье. Редлай уже чувствовал, как лесное и животное обличия наполнялись силой, хоть небо до сих пор было скрыто за облаками. Гилему и не нужно просить оборотня выложиться по полной. Он и так собирался сражаться с бо́льшим упорством, чем на третьем материке. Полыхающее пламя в груди и ногах начало понемногу утихать, когда задумка оборотня стала воплощаться. Ему потребуется не менее десяти минут, чтобы полностью выполнить атаку. Он смотрел горящими красными глазами куда-то сквозь Гилема, который следил за битвой Азеля.

Губ Редлая коснулась еле заметная улыбка, а в голове всплыло воспоминание.

Этот парень, которого все называли неуклюжим и назойливым, с одним-единственным другом, превратился в воина. Когда-то он не мог нормально зашнуровать ботинки, над ним шутили матросы, подбрасывая тухлую рыбу в вещи, воровали книги. Конечно же, Редлай потом раздавал подзатыльники за насмешки, но всегда… всегда оставался в тени. И теперь он смотрел в спину Гилему, тело которого покрывали сотни вензелей татуировок, Гилему, не осознавшему в полной мере свой пожар. Первый из команды он смог достигнуть таких высот. И сейчас Редлай понял, что для него нет разницы, искать ли по запаху украденную книгу Гилема в бочке в трюме из-за очередной жестокой шутки, или отдавать все пламя на выращивание грозовых лилий. Повелитель Грома еще не знал, с кем связался. Ему повезло, что свет лун не достигал оборотня. Стая. Слово, которое значило для Редлая все. И настало время превзойти себя ради ее защиты.

– Ну и подонок, – выдохнул Азель.

Азель осознавал, насколько неудачно выбрано место для битвы. Он слегка поддался эмоциям, когда увидел, как страдали жители четвертого материка. В прошлом они и правда принесли огромную жертву во имя мира, а Закариас собирался поработить Виарум. Кто заслуживал счастья в нем? Только мысль об этом заставляла кровь закипать от гнева. Однако в реальности Азель столкнулся с совокупностью неудобных факторов. Способность искры Закариаса идеально сочеталась со слезой Вечных Бурь. В конце концов, он не просто так получил свое прозвище – Повелитель Грома. Азелю хватило бы одного удара с помощью костра, чтобы лишить противника жизни, но это будет крайняя мера. И он поклялся себе лишь в одном случае нарушить собственные обещания.

Интенсивность атак молний не снижалась, но дипломат не испытывал особых трудностей с их уничтожением. Единственной и главной проблемой сейчас стало именно его невозможность нанести хотя бы один удар, а желательно отрубить голову Закариасу. Он бросил на Гилема только один взгляд, давая сигнал о помощи. Костер Гилема позволил тому без лишних слов обо всем догадаться.

Тогда дипломат зарычал и плотно сжал зубы, начиная быстрее наносить удары и теснить Повелителя Грома с его молниями. У них был свой предел, и он собирался вынудить Закариаса сменить тактику. Со стороны это выглядело, будто небеса решили уничтожить весь замок до основания. Молнии без остановки били в левую руку Повелителя Грома, застывали и тут же сетью расходились в сторону Азеля и его команды. Дипломат сделал рывок.

– Так, пока Редлай старается изо всех сил, ты должен помочь Азелю, – Гилем посмотрел на Илая и тоже схватил его за плечи, пытаясь мотивировать.

– Ты посмотри, насколько он силен! Как я могу противостоять ему? – боевой дух солнцеподобного заметно упал. – Азель лишь сдерживает его, как нам победить?! Надо бежать.

– Послушай меня, дружище, – Гилем крепче сжал ладони. – Проигрыш равносилен смерти. И даже если мы сбежим, ты как собрался спасать Сину? Одна она против хранителя не выстоит. Она погибнет, даже если выиграем мы. Ничего не будет иметь значения, понимаешь? – слова Гилема ввели Илая в шок. – Я взываю к твоей храбрости и главное… равновесию. Ты должен воспользоваться главным источником силы солнцеподобных, раз солнце зашло, стань им для других.

– Равновесие? – Илай услышал, как тысячи голосов зашептали ему в ухо.

«Зло».

«Ненависть».

«Тщеславие».

– Повелитель Грома собирается убить всех нас и твою любимую, устроить новую войну и поработить всех, кроме избранных. Это против любого равновесия, – Гилем знал, что его слова – банальная провокация. – Ты должен знать одну важную вещь, Илай… – книгописец наклонился к Илаю и прошептал: – Свет быстрее молнии.

– Хорошо, ты прав, – изумленное выражение лица Илая сменилось на равнодушное. Его глаза загорелись белым светом. – Вторая истина. Свет всесжигающей любви. Корона небес.

Татуировка Илая вспыхнула ярким светом. Гилему пришлось отвернуться от него и отойти ближе к Редлаю. В руках солнцеподобного появился меч из чистого света, а за спиной расправились крыльями. Мерцающие перламутровым цветом волосы погасли, и над его головой появился круг из света. В голове Илая звучала последняя фраза Гилема, она придавала ему сил.

Они вовремя сориентировались, потому что выпад Азеля тоже принес свои плоды, на мгновение он вызвал задержку в потоке молний от Повелителя Грома. Противники встретились взглядами, которые источали чистую ненависть друг к другу. Стражей разделяла всего пара метров, и дипломат смотрел на горло Закариаса не моргая. Все, о чем Азель мечтал, – проткнуть его и разобраться с врагом раз и навсегда. Но с неба ровно на Азеля устремилась молния, и точно такая же – в левую руку Повелителя Грома. Дипломату пришлось выбирать между нанесением смертельного удара и собственной смертью.

– Проклятие, – прошипел он.

– Попался, – усмехнулся Закариас.

Азель поднял шпагу вверх, чтоб разрезать молнию, направленную прямо ему в макушку, как Повелитель Грома свободной правой рукой задумал сломать ему кадык точным ударом в горло. И в это мгновение яркая вспышка ослепила сразу всех, потому что рядом с Закариасом появился Илай и точным, быстрым ударом отсек ему руку. Не успела отрубленная конечность коснуться пола тронного зала, как Азель очутился на расстоянии двадцати метров от Повелителя Грома. Илай пылал от энергии света, переполняющей его тело. Дипломат открыл рот и посмотрел уже на Закариаса. К сожалению, чтобы победить, необходимо сразу нанести ему смертельный удар. Вспыхнула молния, и кисть Повелителя Грома восстановилась.

– Невероятно… Я не видел солнцеподобных с самой Великой Войны, – хрипел Закариас. – Неплохая компания у вас собралась. Вас и правда необходимо уничтожить. Оборотень, человек, солнцеподобный и…

– Илай, – прервал Закариаса Азель. – Давай уничтожим его.

– Вторая истина. Свет всесжигающей любви. Ореол.

Азель не знал, как точно выглядит атака Илая, но не собирался терять драгоценное время. Он обрушил на Закариаса интенсивный поток из атак, уничтожая его молнию и нейтрализуя все его старания. Их силы перемешивались и казались сетью из синего и желтого цветов. Однако солнцеподобный подоспел вовремя. Десятки мечей окружили Повелителя Грома, но не атаковали. Они угрожающе зависли, пока рядом с одним из них, по левую сторону, не появился Илай. Даже Азель не успел среагировать. Солнцеподобный же не смотрел в их сторону. Всех поразило то, что любая молния, идущая в его сторону, не достигала цели. Каким-то необъяснимым образом Илай двигался так, что опасные синие лезвия проходили в миллиметре от кожи, волос и одежды, но не касались его. Он взял один из мечей, и дипломат увидел, что по рукоятке потекла кровь. Мгновение спустя Илай уже с равнодушным видом проткнул плечо Повелителя Грома, еще секунда, и точно такой же меч пронзил спину противника.

– Илай недостаточно тренировался, – констатировал факт Гилем. – Его собственная сила до сих пор разрушает его тело. Это не хорошо. Все рукоятки мечей в крови. Однако, не будь у меня костра, я бы не смог уследить за его действиями, – он посмотрел на Редлая, понимая, что тот еще концентрирует атаку.

– Ловец Молнии, – прохрипел за секунду до того, как последний меч Илая проткнул ему шею, Повелитель Грома. Он стал похож на дикобраза из-за световых лезвий. Солнцеподобный и Азель отпрыгнули в разные стороны. Столб чистой энергии молнии ударил в Закариаса, полностью поглощая его. В отличие от предыдущих его атак, эта, казалось, должна была уничтожить его самого.

Однако Повелитель Грома вышел к ним из непрекращающегося потока молний с неба. Даже одежда на нем восстановилась. Все световые мечи Илая исчезли. Столб разорвался и разлетелся на тысячи синих бабочек, которые порхали и исчезали с искрами. Гилем забегал глазами по телу Закариаса, считывая информацию. Он цокнул языком и посмотрел на Редлая, потом на Азеля и покачал головой. Ситуация заметно выходила из-под контроля. Он сделал шаг вперед.

– Азель прав, Илай, отсекай ему голову, как только появится возможность. Он будет восстанавливать свое тело до тех пор, пока есть источник молнии. А я не думаю, что на материке Вечных Бурь с этим возникнут проблемы. Уж не знаю, как Саргон там одолел этого высокомерного индюка, пламя тратить не хочу, но нам нужен хороший план, – Гилем улыбнулся. – Отрубите ему голову.

– Саргон способен выбирать время, – ответил Азель так, чтобы никто, даже Гилем, не понял, о чем речь. – Да, сейчас я отрежу ему голову.

– Ну, попробуй, Азель, – Закариас махнул рукой.

Молния вновь ударила в него, но теперь закружилась вокруг шеи, рук, головы и сжалась на Закариасе в виде своеобразных доспехов, похожих на куст с колючками. Со стороны могло показаться, что они застыли, однако молния не прекращала бить в голову Закариаса, восстанавливая форму его брони. Азель решил проверить все на практике, но не заметил, как Илай поднял руку вперед, около его ладони появилась знакомая окружность из света и тут же выстрелила тысячью световых нитей. В этот раз получилось намного лучше, чем в сражении с хранителем Дэвлином. Как и предполагал дипломат, свет, который попадал по молнии, уничтожал ее, но она тут же восстанавливалась из грозовых туч. Азель остановился, прикидывая, как ему все же победить Закариаса и не разрушить связующий знак на малом солнце.

– Я все равно не дам воплотить задуманное, Закариас. Илай! – скомандовал Азель.

– Вторая истина. Свет всесжигающей любви. Коридор клинка.

Гилем приоткрыл рот, даже Редлай отвлекся от концентрации пламени. Мечи длиной не менее десяти метров начали появляться над головой Илая, кружась лезвиями вверх. Когда их число достигло десяти, они резко развернулись, и скорость их вращения возросла настолько, что они слились в нечто, напоминающее цилиндр. Илай махнул мечом, и туннель направился на удивленного Закариаса. Он знал, что битва с солнцеподобным будет непростой.

Свет обрушился потоком тысяч мечей, которые летели и уничтожали молнию. Главная их задача – ликвидировать защиту Повелителя Грома, чтобы Азель смог подобраться поближе. Поэтому дипломат не стал терять времени и на максимальной скорости кинулся к Закариасу, уворачиваясь от единичных вспышек молний. Он старался не моргать, так как ситуация менялась слишком быстро даже для него. Защита Повелителя Грома то поддавалась мечам, то вновь восстанавливалась. Азель пригнулся и, выкладываясь по максимуму, направил лезвие шпаги, окутанное желтыми искрами, прямо к шее Закариаса. Запас мечей Илая тоже кончился.

Раздался взрыв.

Поднялся смерч, и последнее, что успел сделать Илай, – это выставить щит из белого света для спасения Гилема и Редлая. Выдержке оборотня стоило позавидовать, так как, несмотря на смертельную опасность, он даже глаз не открыл. Смерч закручивался до самых облаков, и в нем вспыхивали молнии. Гилем смотрел по сторонам и удивлялся, как замок еще стоял на месте. Все остатки стен снесло, а пол за спиной Закариаса обвалился. И эти знания он получал лишь с помощью своего костра. Выяснить, что случилось с Повелителем Грома и Азелем, никак не удавалось из-за огромного потока информации.

Когда смерч начал понемногу стихать, книгописец сделал шаг вперед и махнул рукой. От них в паре метров лежал Азель без брони, в одних штанах, которые чудом удержались на нем, злой, с выбитым плечом. Закариас шел к нему с победной ухмылкой. Дипломат встал, но тут же получил удар прямо по лицу.

– Ты растерял свою силу. Тебя боялись все стражи. Ровно до того дня, когда ты взял на себя ответственность. И во что ты превратился? – Закариас смотрел на Азеля как на грязь. – Азель… Азель… Азелин. Всем нам известно, что, связав себя со знаком Кармина, ты просто захотел снять вину за ее смерть, – никто не понимал, что имел в виду Закариас. Даже Гилем. – Но ты просчитался. Мы заполучим контроль и лишим тебя величия. А сейчас, быть может, я лишу тебя и жизни.

Пошел дождь.

– Ваша команда попала в ловушку. Хранители короля уже в ожидании появлении Сины, – Закариас улыбнулся. – Наконец-то я отомщу им… Я отомщу Саргону. Лучшей мести, чем убийство его дочери, нет. И приятным дополнением будет лишение тебя возможности контролировать седьмой материк, если наш план с Айоном не сработает. Но и это еще не все.

– Тебе не стоит недооценивать нас, – прохрипел Азель и сплюнул кровь. Он посмотрел затуманенным взглядом на Закариаса. – Если встанет выбор между сражением с ним и победой над тобой, а уж тем более смертью Сины… Поверь. Я не побоюсь использовать свою силу. И тогда бежать вам будет некуда.

– Знаешь, мне тут известно, что вместе с Синой пошла очень интересная девушка… Имя ее мне сказала Наоми, – Закариас сделал вид, будто вспоминает. – Хм, Риса. Да. Ее зовут Риса. Говорят, это твоя девушка. И насколько мне известно, твоя… Первая девушка за сколько лун? Что же в ней такого особенного?

– Да простит меня Богиня пламени, – прошептал Азель и встал на ослабевших ногах. – Она слишком важна для мира и меня… Я не позволю тебе коснуться Рисы, – он глубоко вздохнул. Рядом с ним вспыхнула желтая молния.

Повелитель Грома побледнел от страха, понимая, что провокация, кажется, будет стоить им всем жизни.

– Вторая истина…

– Стой! – закричал Редлай, прерывая дипломата. – Не надо, Азель.

– Ты… Неужели ты и правда готов на такую жертву? Ради нее… – прорычал Закариас.

– Ради нее, и только ради нее, – прошептал Азель.

– Значит, иди и спаси ее, – сказал ему Редлай. Он опустил руки вниз.

– Ты закончил? – спросил у него Гилем, хотя знал ответ.

– Да, – Редлай смотрел вперед, на Закариаса. – Не знаю, что именно здесь произошло. Но если сила Азеля способна разрушить наш мир или подвергнуть опасности, то использовать ее не стоит. Пока что есть другие варианты…

– Конечно, сейчас мы надерем ему задницу. Будет знать. У нас есть не контролирующий себя Илай, который чудом удержался от убийства Закариаса из-за угроз в сторону Сины, усиленный оборотень и книгописец, а также сундук с тайнами, – Гилем улыбнулся и сделал шаг вперед. – Не с теми связался. Ил…

– Нет, – прервал его Редлай. – У нас ничего этого нет.

Гилем повернулся к нему и распахнул глаза, но оборотень смотрел уже на солнцеподобного.

– Илай, забирай Азеля и Гилема. Битва с хранителем и Синой началась. Если не поспешите, они умрут, – спокойно сказал оборотень.

– Что? – Гилем вцепился руками в плечо Редлая. – Ты что удумал?! Ты, блохастый пень! Я тебя не брошу.

– Азель, ты должен спасти Рису и Сину, я вижу, у тебя есть план, – Редлай полностью игнорировал книгописца. – Поспешите.

– Понял, – кивнул ему Азель.

– Ничего ты не понял! – Гилем с размаху ударил Редлая по лицу кулаком. – Я не могу видеть будущее! Быстро говори, что ты собрался делать!

Он вновь замахнулся, но Редлай схватил его кулак и посмотрел в глаза. Там горело синее пламя.

– Ты не посмеешь, – шепотом сказал Гилем.

– Илай! Живо! – закричал ему Редлай. – Аура Закариаса изменилась!

Илай замерцал ярким светом, схватил за талию побитого Азеля и перекинул лучшего друга через плечо.

– Редлай! Нет! Я сказал: нет! Не смей, – Гилем забился в руках Илая, но тот был в десятки раз сильнее. – Отпусти меня, отпусти! Живо!

Вместо этого лучший друг распахнул свои крылья и начал подниматься в воздух.

– Редлай! – голос книгописца полетел по всей столице вместе с лучом света, за которым не поспела даже молния Повелителя Грома.

А Редлай стоял и просто улыбался.

– Вторая истина. Роза Древа Жизни. Сад вечности.