– Да чтоб ей жилось хорошо! Я уже околела. Где ее носит?.. Не звонила?

– Пробки, наверное.

Благана обиженно на меня уставилась:

– Хватит ее защищать, какие пробки в воскресенье? Селфи выбрать не может. Или малюется опять! Может, мы на автобусе доедем?

– Да ну брось, она уже вот-вот. – Я посмотрела на сообщение «выезжаю», отправленное полчаса назад.

Договорились мы ровно на три, сами пришли в половине четвертого, чтоб с допуском на опоздание, а в итоге все равно мнемся на морозе уж полчаса. В следующий раз будем договариваться на полтора часа раньше положенного! Ей-то в машине наверняка приятнее ждать. Пока всю ленту промониторит, Вадику на сториз огоньков наставит, там и мы подойдем. Надоело уже, каждый раз одно и то же…

Я перехватила пакеты в другую руку. Ну хоть шопинг удался. Новая джинсовая юбка отлично впишется в гардероб, а отсутствие на ней признаков шитья маму только обрадует. Это же такой простор для творчества! Джинсу не испортишь, а я кардинально пересмотрела свои взгляды на обережную одежду. Даже Благана свой лабораторный халат принесла на обшив, а то все билеты на экзаменах попадаются какие-то слишком заковыристые.

– Да быть того не может! – громогласно приветствовала подруга с визгом залетевшую на парковку торгового центра красную «Волгу».

Мы подобрались и шустро запрыгнули в машину практически на ходу.

– Ольга, ну целый час! Ты ч-ч-ч…

Я раскрыла рот и онемела.

– Я тебя сейчас придушу, – прошептала Благана, высовываясь вперед. – Ты куда намалевалась?! Мы к Миле едем или на дискотеку?

Княжна смущенно глянула в зеркало заднего вида и потупилась:

– Тут, короче, такое дело…

– Какое?! – рявкнули мы в один голос.

Мы ее ждем на морозе, а она небось шпильки выбирала полдня!

– Надо кое-куда заехать, – шепнула Ольга, аккуратно выруливая на дорогу.

– Куда?!

– Да ладно вам! Я п-пирожное хочу. Не пойдем же мы в гости с пустыми руками?! Дедушка в прошлый раз даже поговорить не дал спокойно, мне вот это больше не надо – про себя потом в блогах читать. Тьфу-тьфу-тьфу!

– Это что за кондитерская такая, где без красных губ вход воспрещен?

– Ну там не кондитерская… Кафе! Хорошее кафе, очень хвалят. Заодно перекусим, вы же наверняка голодные!

– Ладно, Ольга. Но чет ты темнишь, – оценивающе посмотрела на княжну знахарка.

– Мне тоже так кажется, – прищурилась я на новые серебряные браслеты и кольца на ее наманикюренных пальчиках.

Ольга придавила педаль газа, глянула на часы, и, проехав буквально пару домов, мы припарковались напротив «Овсянки». На наши удивленные глаза княжна старательно не обращала внимания.

– Что-то я вас не узнаю, ваше сиятельство. «Овсянка». Серьезно? – причитала Благана, пока мы шли ко входу.

Обычно Ольгины ресторанные порывы начинались на четырех звездах и заканчивались пятью, мы уже побывали во всех гламурных местах центра ее волей, а теперь усаживались на деревянные резные стулья в самом популярном заведении города, где обед на троих обходился как ее второй завтрак.

– Ну а что, – хмыкнула княжна, листая меню. – Для разнообразия.

– Очень интересно, неужели этот месяц я доживу до стипендии без долгов? Я угощаю, Мила. За халат.

– Отлично, – облизнулась я.

Мы с семьей иногда выбирались сюда по праздникам. Приятная атмосфера, цветные ковры на стенах, ароматы свежеиспеченного хлеба, просторные залы на двух этажах и главное – детская комната, где всегда работал аниматор.

– Ладно, идея не такая и плохая, – Блага отхлебнула чай с чабрецом и заметно подобрела. – Давненько никуда не ходили.

– Вот-вот, я о том же!

– О пирожных, – сказала я, кося на княжну.

– Чего?..

– Пирожные. Мы же за ними здесь?

– А! Ну да. Во! Лучше пирог возьмем, Дедушке часа на два хв…

Ольга на мгновение зависла, глядя куда-то в сторону входа, после чего споро перекинула завитые волосы на грудь, отвернулась к окну и вытянула шею, будто ее сейчас будут фотографировать на обложку журнала. Колокольчик на двери зазвенел.

– Кажется, я знаю, что мы тут делаем, – шепнула Блага.

Шелест молний и звонкий смех быстро заполнили весь зал. Я подавилась соком и чуть не выронила стакан, когда распознала знакомые интонации. Она шпионит за ним, что ли?!

– …о. Глянь! Ольга! Доброго здоровьица!

Княжна «нехотя» отвела взгляд от окна и даже нахмурилась, делая вид, что не понимает, кто ее окликнул, после чего задрала бровки, робко улыбнулась и помахала. Вот актриса погорелого театра, получит сейчас!

К столу подскочил Вадим.

Я прикрыла лицо салфеткой, откашлялась и кивнула.

– Милослава, привет! Здрасте, – кивнул чернобровый Благане, которая смотрела на него, посверкивая очками, как на объект для препарирования.

– Привет, Вадик, какая встреча!

Парень кому-то махнул. Блага выпрямилась, и по ее виду стало понятно, что сейчас к нам движется некто выдающийся, а не какой-то сморчок.

– О, и группа поддержки здесь! Привет, девчонки! Вот эт совпадение.

– Привет, Белогор, – сказала я и выглянула в проход. Вся команда в сборе.

Ну, конечно, совпадение!

– А вы тут чего? Перекусить? – поинтересовалась княжна, потягивая свой коктейль.

– Так у нас же сегодня простава перед «Молотами», за проигрыш. Не попишешь, уговор есть уговор.

Я окаменела. Ольга выпустила трубочку из губ и нервно хихикнула.

Убью!

Белогор отступил, пропуская к нашему столику официанта, но тут же спохватился и забрал у него мою тарелку с блинами.

– Погодь-погодь, так давайте к нам, – он указал вглубь зала на пару составленных вместе столов. – Одна ж команда!

– Ну я даже не знаю, – княжна пожала плечами, жалобно поглядывая на меня. – Мужские посиделки, не бабских носов дело. Как-то неудобно.

– Да брось! У нас с подругами половина. Чего неудобного, – подхватил Вадик вторую тарелку. – И красотку вашу берем, погнали.

Белогор кивнул официанту и уверенно зашагал к своему столу с нашим заказом. Вадик обвел нас взглядом, подмигнул Благане и пошел за капитаном, прихватив мой стакан.

Мы уставились на княжну.

– Милослава, я клянусь, – приложила она ладонь к груди, – я понятия не имела, что это «простава». Вот на чем хочешь могу, на зубах своих! Я думала, они, ну… Просто посидеть, отдохнуть, все такое. Если бы я знала, что «Молоты» будут, разве я бы тебя в этом сюда пустила?! Хорошо хоть накрашена!

– Да ты издеваешься, – прорычала я, боясь припомнить, что на мне сейчас надето.

Ботинки и простецкое, почти что домашнее, серое платье до колен, чтобы в примерочной зря время не тратить. Замечтательно. И это сразу после сарафана и валенок!

– Очень интересно, – посмеиваясь, сказала Благана. – Ну пошли, коли нас все равно без еды оставили, – кивнула она на стол, с которого на нас вовсю таращились.

Я замялась.

– Может, мы скажем, что у меня, не знаю… Пожар, потоп, вынуждены откланяться? Ольгу оставим! Пусть развлекается.

– Ну уж нет, – отрезала подруга. – Чтобы мы потом еще неделю слушали это «если бы»? Даже не думай. Я так понимаю, этот мелкий и есть наш «супергерой»?

– Ага-а. Скажи, хорош? Видишь, коммуникабельный, уверенный в себе мужик.

– Я б сказала «полмужика», но да. Вроде ничего.

Конечно, «пол». Он ей в плечо дышит! Ольга хихикнула и встала вслед за Благаной. А вырядилась-то! В красную клетчатую юбку с цепочкой серебряных оберегов и белую блузу, а подчеркивали все эту красоту бархатные алые шпильки.

В машине остались пакеты. Там новая юбка и свитер со снежинками; идея сходить переодеться мигнула спасительным огнем и погасла. Вряд ли это останется незамеченным.

Мы подошли к столу, Ольга сразу присела рядом с Вадимом и будто бы не заметила, как Борис пристраивал на спинку свой рюкзак.

– Понял, – тихо сказал он и усмехнулся. – Привет, Мила.

– Привет, Борислав. Привет всем, – махнула я и указала на подругу: – Знакомьтесь, Благана.

– Очень приятно, – кивнула знахарка.

– Куда бы нам вас усадить…

Двое парней пришли с подругами, Колояр с женой, поэтому Белогор принял капитанское решение нас троих рассадить, чтобы окончательно «разбавить» коллектив, и в итоге я сидела между Борисом и Вадимом, а во главе стола расположились Белогор и Благана, что сразу же вызвало ком сопливых шуточек от одного придурка.

Но смотрелись они и правда впечатляюще. Я уже и не вспомню, когда подруга казалась такой кроткой, почти что дюймовочкой рядом с парнем. Наверное, так обычно и выглядит «идеальная пара».

Ожидаемо, Благана вообще не испытывала дискомфорта в новой, преимущественно мужской компании. Они с Вадимом постоянно обменивались колкостями, хохотали с Белогором и даже нашли общих знакомых с меда с женой Колояра. Как и Ольга, внимание она на себе собирала с класса пятого, сначала из-за милого румяного лица и золотых кудрей, потом из-за габаритов.

Благана – добрый и открытый человек, и неудивительно, что люди к ней тянутся; еще в детском саду даже я вцепилась в нее, как в спасательный круг. Никогда не подведет, надежнее любого оберега, строгая и ворчливая, но никогда без повода, и всегда с душой. Если меня наряжали как пугало, знахарка мне об этом всегда орала еще на подходе, да так громко, что потом ни у кого больше не находилось шуток на эту тему, однако обижаться на нее за это не выходило.

Стол заставили едой, и на первый взгляд, сейчас на нем красовалось все меню.

Я быстро уплетала блины и старалась не смотреть по сторонам, ведь велика вероятность, что потом кусок в горло не влезет… И куда у меня, интересно, эта проклятая «коммуникабельность» запропастилась? Над Благаной начиная с десятого класса тоже посмеивались, да и Ольга натерпелась: то-то счастья у девчонок было, когда она явилась на первое сентября жирная и полулысая, – и все хоть бы хрен с холодцом, вообще не отразилось на жизни.

– Мила, ты не стесняйся, – толкнул меня локтем Борис. – Если что хочешь, говори, я подам.

– Хорошо. Спасибо…

Вадим отвлекся от пересказа очередной истории какого-то своего «убер-эпического» гола и уставился на Благану:

– Я не понял. А это у нас там что за морковь?

Все обернулись. Княжна присвистнула. Уже номерами обмениваются?!

Благана спокойно приняла на подставленную ладонь свой смартфон и прищурилась.

– Я вот что думаю, – сказала она Белогору. – Наверное, на свадьбу мы его не позовем.

– В смысле? – захохотал капитан. – Какая ж свадьба без скомороха!

Все засмеялись. Вадим скривил губы и пародийно замотал головой. Я прикусила язык. Да как они это делают?.. Первый раз друг друга видят – и так спокойно о свадьбе шутят! В нашем доме подобные события обсуждаются только с крайне серьезными лицами и шепотом, ведь это что-то архиважное, суперсекретное и вообще никто будто не женится, но как-то женаты, а эти вообще сглаза не боятся?!

Я нахмурилась и глянула на подругу. Благана закатила глаза и стукнула себя по груди, где у нее всегда висел Лельник.

– Я смотрю, вечеринка в разгаре! Как-то траура не видно?!

Я схватилась за вилку.

– Привет, Даник. А че нам грустить, слезы тратить. Будем ваше поражение в финале оплакивать! – ответил капитану «Молотов» Белогор.

Скрежет отодвигаемых стульев дрожью прошелся по телу.

– Ну да, ну да!

«Молоты», подставив еще два стола, пожимали руки всем, до кого была возможность дотянуться. Рядом с Данияром села точеная брюнетка со сверкающими, точно гематит, волосами. На ней была ярко-оранжевая блуза, которая даже не пыталась скрыть «достоинств», а будто наоборот, своим окаймленным вышивкой декольте их подчеркивала. Остальные подруги в самовыражении тоже не стеснялись… Сверкающие, как новогодние елки! Это они так за безликую форму отыгрываются?

Черно-белые быстро распределялись по местам, и я увидела Тихомира, который все это время стоял чуть в стороне, обводил взглядом собравшихся и кивал на каждый занятый стул. Синяя льняная рубашка с шитой стойкой на нем свободно висела, небрежно заправленная под ремень одним концом, а серые на сей раз глаза почти сливались с белком. Я прикрыла рот и улыбнулась. Неужели места считает, чтобы тринадцатым не сесть?

– Но-но! – крикнул Вадик. – А ты куда?! Мы тебе миску заказали, щас принесут!

Ребята засмеялись. Тихомир посмотрел в нашу сторону и улыбнулся:

– Я тебя в следующий раз в лунку запихаю вместе с мячом. Придурок!

Я собрала в кулак, кажется, всю свою решимость и замерла, готовая кивнуть в ответ, или помахать, или сделать хоть что-нибудь, но он просто скользнул по мне взглядом и даже не дрогнул.

Плечи повело. И все?.. Недели не прошло, как он отвешивал мне поклон при заполненных трибунах, а теперь делает вид, что впервые видит?!

Тихомир перешучивался с друзьями, без устали нагребал себе в тарелку еды и раз десять глянул в нашу сторону, потому что Вадика было не заткнуть, но на мне не застопорился и на секунду. Может, он обиделся, что я тогда даже не махнула на прощание?..

И почему сразу понадобилось сарафан свадебный примерять?! Все эти «семейные ценности» виноваты, о которых мне с детства талдычат. Если мужик внимание уделил – значит, точно кандидат в мужья, тут же застеснялась и сбежала. Эти два богатыря во главе стола вон уже обручаться собрались, кольцами лука обмениваются и бровью не ведут. И почему я так заморачиваюсь?

Белогор взял слово, поблагодарил соперников за игру и пригрозил им расправой в финале, кто-то после тоста пошутил про «горький чай», а у меня в голове все слилось в протяжный гул. Нос защекотало, я опустила глаза и отодвинула тарелку, намереваясь незаметно выйти из-за стола, чтобы привести себя в чувства. Головой надо было думать – вот если бы не струсила, может, и по-другому бы сейчас все складывалось, а теперь нечего.

Борис положил руку мне на плечо и усадил обратно, после чего передал Вадиму свой смартфон и указал на Данияра, который посмеивался, глядя на нас, и прикладывал палец к губам.

Вадим вернул смартфон и радостно оскалился.

– Тихомир! – тут же позвал он. – Ну ты хоть расскажи нам, где сирень победную нашел, а то как-то нечестно получается.

Тихомир поднял нож, предлагая Вадиму заткнуться и подождать, пока он дожует.

– У Милославы на сарафане и нашел, – подхватил Белогор. – Это вообще-то наша сирень была, Тиша. Где-то твои приметы дали сбой…

Я стиснула зубы и обернулась на капитана. Сдурел?! Благана рядом с ним едва сдерживала смех, а остальные за столом надулись и начали на меня коситься.

Тихомир оторвался от тарелки.

– С какого перепугу «ваша»? Я ее первый нашел, – спокойно сказал он.

– Еще чего! Мы ж ее привезли, ты че думаешь, мы слепые, что ли?

– Ну, видимо, да, Вадя! Раз она мне удачу принесла, значит, слепые.

Вадим не выдержал и захохотал:

– Ой ладно! Пошутили и хватит. Я ей так и сказал, что этому серому кроме удачи не надо ниче по жизни. Зря только заморачивалась девчонка.

Я вытаращилась на Вадима. Жить надоело?!

Тихомир остановил вилку на полпути к лицу:

– Чего?..

– Ничего! Бесстыжий. Скажи, Бел?

– Точно. Поматросил и бросил, так, выходит?

Я, замерев, блуждала взглядом по столу. Почему они разговаривают, будто меня здесь нет?!

– Н-да, – промычала подружка Данияра. – Я от тебя не ожидала, Тихомир.

Парень откинулся на спинку и сложил руки на груди:

– Вы обалдели, что ли?.. Это когда я такое сказал?

– А тут и слова не нужны. Матч прошел, и сирень завяла, как я погляжу, – произнесла она.

– Ничего не завяло, хорош тут! Просто она смоталась, так что я слова сказать не успел. Автобус прям из-под носа ушел!

– Ну вот, – пожал плечами Вадим. – Была ваша, стала наша. Мы бегаем быстрее. И не только за автобусами!

– Ты свои тяпки при себе оставь, – рыкнул на него Тихомир и обернулся на Белогора. – Она же пойдет с вами на «Синьку»?

– Вообще-то не собиралась, насколько я знаю.

– В смысле?! Я же попросил, – уставился Тихомир на Данияра.

Я чувствовала себя участницей спланированного розыгрыша. Руки уже тряслись от напряжения, но все через одного показывали мне «молчать» и успокоиться.

Борис дернул меня за рукав и подсунул экран своего смартфона, где в заметках было напечатано: «Он тебя не видит».

Серьезно?..

Да этот волк слепой, как крот! И почему линзы не надел?! Или хотя бы очки! Так же нельзя, можно и в люк провалиться – и приметы не помогут. Неужели он это специально, чтобы черных кошек на дороге лишний раз не видеть?!

Тихомир так и пялился на своего капитана в ожидании ответа. Неудивительно, что он своих узнает – по голосу или одежде, а я слова не сказала, да и такая серая, что для него с этого расстояния вообще могу сливаться со стеной!

– Тихомир, – строго проговорил Даник, – а я Белогора и не просил. Вот зачем?

– Ты прикалываешься? А где мне ее еще искать, если мы в ближайшие полгода только по аренам мотаться будем?!

Я захлопнула рот рукой. Сейчас умру.

– Ну я даже не знаю, Тиша, – протянул Данияр и нахмурился. – Может, если ты наконец-то глаза разуешь и заведешь себе телефон, и жить как-то попроще станет?!

Тихомир вздернул брови и опустил взгляд на стол:

– Она здесь, да?..

Застолье взорвалось. Я закрыла лицо руками, плача от смеха. Жестоко они с ним, конечно, но зато теперь никаких «если бы»!