Итак, вторая часть книги моих размышлений о кино практически подходит к завершению. Мы славно потрудились для нашего полюбившегося всем зрителя, что сидит в душной комнате и смотрит в экран, пожевывая макароны. Он заслужил свои эмоции. И надеюсь, мои мысли о том, как создать героя, наделить его интересной целью и уникальными особенностями, помогли наполнить ваш файл. Хочется верить, что у вас получилась уникальная и захватывающая история. Она уже практически сформирована. А значит, самое время привести её в формат сценария и начать записывать диалоги!
«Писать, Алексей, а не записывать!» – торопится сумничать отличник в вязанной жилетке с блокнотом и ручкой в руках. Он спешит показать своё базовое знание русского языка. Он, как это часто бывает у людей, сконцентрированных на собственной роли в истории, вновь не успел подумать.
Я великодушно качаю головой. Увы, мой скромный опыт привёл меня к мысли, что диалоги нужно исключительно записывать. Записывать за героями, которых автор, как Бог собственной киновселенной знает до молекулы. Записывать, стоя у них за спиной.
Одной из самых типичных ошибок начинающего автора является однообразие языка его героев. Читая работы молодых киносоздателей, можно часто поймать себя на ощущении, что все персонажи разговаривают одинаково. И их литературный язык, очевидно, в точности повторяет язык самого сценариста. Я даже несколько раз видел, как авторы фиксируют все необходимые смыслы и «крючки», а потом мучительно упаковывают их в реплики, копируя и вставляя их в разные места диалога. И речь какого-нибудь уличного обывателя неожиданно наполняется деепричастными оборотами, вышедшими из оборота словами, многослойными техническими терминами, жаргоном. Вот эти диалоги именно «писали» – подмигиваю я отличнику, который поправил меня в самом начале главы. Всё-таки диалоги нужно записывать…
Возможно, вам покажется, что эту главу я должен был поместить в первую часть книги, раз уж вновь заговорил об ошибках. Но совсем скоро вы поймете, почему она находится именно здесь. Мне очень важно было дать вам определённую базу размышлений…
Для наглядности предлагаю переместиться в какое-нибудь понятное большинству, узнаваемое людное место. Допустим, на морской пляж типичного российского курорта. Давайте как невидимки походим по хрустящей гальке, между лежаков и расстеленных полотенец.
Вот перед нами появляется чуть располневшая мама двух несносных хулиганов, что брызгаются водой на берегу. На ней пышная панама и закрытый купальник, который всё-таки не может сдержать напора пышного тела. Встанем у нее за спиной. Она смотрит на своих чад. Она злится на них, ведь они брызгаются не только друг на друга. Капли воды летят во всех окружающих, и те ищут то ли спасения, то ли повода поскандалить. Мы с вами стоим за её плечом… Совсем скоро она окрикнет своих любимых бузотеров… Как она это сделает?
– Витя! Женя! Быстро идите сюда! Быстро! Кому я сказала?
Могла ли она сказать по-другому? Могла ли она дополнить свою реплику старомодным аргументом типа: «…ибо окружающие вас граждане недовольны вашим поведением!» Нет. Не могла. Мы с вами откуда-то точно знаем, как разговаривает этот персонаж…
А теперь давайте переместимся по нашему солнечному пляжу чуть дальше. Там, под тенистым зонтиком, лежит пара молодых столичных менеджеров, которые недавно провернули хорошую сделку и вкушают прелести заслуженного отдыха. На их руках золотые часы. Разумеется, реплики настоящих. Они в темных очках, из-под которых они рассматривают проходящих мимо красоток в бикини. Встанем за плечами у них… Кажется, они обсуждают одинокую девушку, которая только что пришла на пляж и неспешными движениями расстилает одеяло прямо на песчаный берег.
– Что думаете, Роман? – зевая, говорит один из клерков. – Стоит ли мне угостить эту нимфу бесплатным коктейлем? Или сразу предложить ей помощь в нанесении крема?
– Я думаю, Петр, – подстраивается под высокопарный слог друга, второй клерк, – что вам стоит подождать и убедиться, что барышня одинока. Возможно, кто-то очень мускулистый прямо сейчас берет коктейли для себя и для неё.
Клерк номер один задумчиво кивает, соглашаясь с мыслью товарища, и переворачивается на живот. Спешить он не будет…
А мы с вами поспешим обсудить, могли ли два этих изнеженных тюленя говорить коротко и резко, как мамаша в панаме? Могли бы эти столичные пижоны произнести свой диалог как-то так:
– Ром! Че я, пойду угощу эту девчонку коктейлем? Или сразу её намажу кремом, а?
– Погоди, Петь. Вдруг с ней хахаль. Посиди.
Думаю, нет. Иначе бы это были совсем другие герои.
Они бы сидели в шортах яркой раскраски, с металлическими перстнями на пальцах и толстых цепочках на шее. Их короткие прически говорили бы сами за себя, а на руках из украшений были бы, скорее, не часы, а синего цвета татуировки.
Отправьтесь в свое прошлое буквально на пару минут. Прямо сейчас. Вернитесь в то время, когда вы были школьником. Включите фантазию и представьте, что вы стоите перед одним из родителей – папа или мама, на ваш выбор – с виноватым видом, ведь вы уронили в лужу новенький портфель. Представили? Согласитесь, и вы, и я вместе с вами точно знаем, что сказали бы наши родители. Мой папа сказал бы: «Ну, поздравляю. Иди стирай». Даже бредя домой и обсуждая предстоящую выволочку с одноклассником, все мы произносили заветную фразу: «Да, я знаю, что батя (мать) скажет…» Потому что мы их знали наизусть. Эти люди понятны и в хорошем смысле предсказуемы.
И именно этот «эффект предсказуемости» я бы очень хотел до вас донести. Если вы полностью понимаете персонажей своей истории, если вы изучили их от и до, если вы знаете все их цели, мотивы и особенности, если они вам как родные… Стоя у них за спиной, вы уже держите в голове мысль: «Да, я знаю, что он скажет». А дальше дело в сюжете. Дальше вы двигаетесь с ними от препятствия к препятствию, от приключения к приключению и просто записываете.
Когда вы знаете своего героя, словно родного отца, вам не придется переписывать диалоги по десять драфтов. Ваш беззубый слесарь, у которого шесть классов образования и которого бил старший брат, не сможет произнести: «Сударыня, не хотите ли отведать утиное бедрышко?» Он скажет: «Жуй. А я спать». И вам останется просто стоять за его спиной и записывать.
Возвращаясь к сказочным аналогиям, богатырь без страха и упрека Илья Муромец всегда будет с уважением говорить даже с врагом. А дурак Емеля будет говорить на «ты» даже с Царем-батюшкой. Вам не нужно высчитывать и подбирать реплики для них. Стоя за их плечами, вы точно знаете, как они говорят. Если только вы полностью понимаете созданных вами же героев.
Моя книга в какой-то степени – скромный пример всему вышесказанному. Созданная мной девушка, что робко тянет руку перед тем, как задать вопрос, всегда будет говорить тихо, почтительно и короткими фразами. Спорщик будет говорить громко, язвительно и вкладывать небольшие шутки-издевки в свои вопросы. Отличник будет нарочито учтив, но чуть-чуть возвышаться надо мной, показывая, что он пришел на лекцию чисто для поддержания формы. Я создал их. И я знаю их как родных.
Размышляя о кино и диалогах в нём, я прихожу к выводу, что написание диалогов – это не искусство составления предложений. Это искусство анализа героя. И, конечно же, искусство создания действия в сцене. Что-то сродни режиссуре. В главе 21 примерно то же самое я говорил о шутках: текстовая реприза – это всего лишь комментарий к ситуации. Так вот и диалоги ваших героев – это всего лишь реакции на происходящее действие. Действие, в котором участвуют полностью проработанные вами персонажи. Винни Пух с опилками в голове, который парит на воздушном шарике, никогда не будет говорить как Красная Шапочка, робко идущая по лесу. И наоборот. Поймите, а лучше ощутите мир своих героев и их самих. Сроднитесь с ним. Но ни в коем случае не навязывайте этому миру свою волю!
Об этом тоже стоит сказать отдельно. Быть Богом в своей киновселенной – это создать, зафиксировать, а после – терпеливо наблюдать. Как и наш создатель смиренно наблюдает за нами и, возможно, записывает. Он не меняет правила. Вы выходите утром из дома на двух ногах и вечером не возвращаетесь на трёх. За пару веков инженерных изысканий вы можете придумать самолет, но за час вы не можете отрастить крылья на спине. Вы созданы единожды, осмыслены, для вас придумали правила и ограничения. Дальше вам просто остаётся жить так, как вы живете. А ваш Создатель стоит у вас за плечом…
УПРАЖНЕНИЕ К ГЛАВЕ:
1. Возьмите сцену, которую хотите перевести в сценарный вид с диалогами для актёров.
2. Детально проанализируйте каждого героя, участвующего в сцене – его мысли, цели, внешность. Проанализируйте место действия. Эпоху. Особенности мира.
3. Мысленно попросите героев начать играть эту сцену в импровизационном режиме. Записывайте за ними.
Вы можете обратить внимание, что в этом упражнении я не привожу примеров, как могли бы выглядеть фразы. Я слишком опасаюсь, что ироничный слог моих сказочных примеров может увести вас от стиля вашего собственного повествования. Я не знаю, в каком жанре и какую историю пишете вы – фантастика это или историческая сага, ситком про времена мезозоя или драма о племенах севера. Но уверен, это упражнение при грамотном его выполнении поможет вам в любом жанре. Главное – вы, как Бог своей вселенной, должны знать ответы на все вопросы. Вы должны знать, чего хочет и как поведёт себя каждый персонаж.
Записывайте органичные и интересные диалоги за созданными вами же героями. А доступных программ для форматирования сейчас более чем достаточно. Моя книга не про оформление, а про мысли…