Со времени смерти Анны Григорьевны Васильчиковой прошло около трех лет. Иван Грозный все это время жил холостяком. Это выглядит непривычно и странно, ведь прежде, теряя одну жену, он фактически сразу же начинал хлопотать о новом браке. А ведь он был еще не стар: когда умерла Васильчикова, ему было сорок семь лет. Правда, здоровье царя к тому моменту пошатнулось. Может, это отчасти сдержало его «любовные порывы».

В 1580 году Иван Васильевич познакомился с Марией Федоровной Нагой, которая стала его шестой женой. Мария родилась 8 февраля 1553 года, стало быть, ей было тогда уже двадцать семь лет. По меркам того времени она была «перестарком», ведь большинство девиц к восемнадцати годам уже были, как минимум, сосватаны. Да и сам Иван Грозный всегда предпочитал девушек помоложе, так что его интерес к Марии Нагой выглядит необычно. Видимо, она была исключительно хороша собой, несмотря на «почтенный» возраст.

Как выглядела новая царица, мы не знаем. Горский в книге «Жены Иоанна Грозного» тоже дает описание внешности царицы:

«Мария Нагая, действительно, была идеалом русской красавицы. Высокая, статная, с большими выразительными глазами и густой косой ниже пояса, она пленяла всех, кому приходилось ее видеть».

Но насколько оно соответствовало действительности – неизвестно.

Отцом Марии был Федор Федорович Нагой по прозвищу Федец. Из древнего дворянского рода Нагих, занимал в разное время должности головы, воеводы. Дослужился до чина окольничего, а позднее и полноправного боярина. Впервые Федор упоминается еще в 1547 году в связи со свадьбой Ивана Грозного и Анастасии Романовны Захарьиной-Юрьевой. В 1562–1563 годах он участвовал в Литовском походе, затем был воеводой в Чернигове, позже – на Оке, сопровождал царя в Серпуховском походе и в путешествии в Калугу.

В 1577 году Федор Нагой был пожалован в окольничие, а через два года ходил вместе с государем в походы на Лифляндию. Так что в целом он был довольно близок к царскому двору, хотя по-настоящему его положение изменилось лишь в связи со свадьбой дочери.

К браку Ивана Грозного и Марии Нагой, по всей видимости, приложил руку другой человек – брат Федора Афанасий Нагой, родной дядя царицы. Он тоже впервые фигурирует в источниках в связи с женитьбой Грозного на Анастасии Романовне. В 1563 году Афанасий был отправлен в Крым с дипломатической миссией: встретиться с ханом Девлет-Гиреем и предложить ему мир с Москвой. Известно, что Афанасий Нагой немало сделал для предотвращения крымской агрессии. В частности, он успел предупредить Ивана Грозного о готовящемся походе крымчан на Астрахань.

В 1571 году Афанасий Федорович Нагой вступил в опричнину, входил в Особый двор при царе. Когда Иван IV женился на Анне Васильчиковой, Афанасий находился в составе свадебного поезда. В последующие годы Нагой продолжал заниматься дипломатической деятельностью, состоял в посольских миссиях и представлял государю иностранных послов.

Очевидно, что такой впечатляющий послужной список позволил Нагому занять прочное положение в свите царя. Так что он очень даже мог способствовать браку Ивана Васильевича со своей красивой племянницей. Достаточно было лишь вовремя «подсунуть» ее под очи любвеобильного государя всея Руси.

Англичанин Джером Горсей, свидетель тех событий, отмечает, что Иван Васильевич женился, чтобы успокоить своего сына царевича Ивана и бояр. Якобы они были обеспокоены тем, что царь может бежать в Англию. И надо заметить, основания для беспокойства у них были, но об этом чуть позже.

В 1580 году состоялась свадьба. Как и в случае с Анной Васильчиковой, этот брак был незаконным с точки зрения церковного права. Разумеется, Грозного эти мелочи уже совершенно не волновали.

Бракосочетание прошло в интимной обстановке в Александровской слободе. На церемонии присутствовали лишь наиболее приближенные к государю лица и родственники его очередной супруги. «В отца место» выступал царевич Федор Иванович, а старший наследник Иван был «тысяцким» (начальником свадебного поезда. То есть возглавлял свадебную процессию и руководил участниками. – Прим. ред.).

Любопытный момент. В тот день за свадебным столом собралось, по сути, сразу четверо человек, которым выпала судьба занимать российский престол: сам Иван Васильевич, его сын Федор Иванович, Борис Годунов и к тому же недолго правивший в годы Смуты князь Василий Иванович Шуйский.

В 1582 году у Ивана Грозного и Марии Нагой родился их единственный сын царевич Дмитрий. О том, как жил Иван со своей очередной женой, практически ничего неизвестно. Но приведем художественный вымысел уже хорошо знакомого читателю Горского – вымысел, который вполне мог соответствовать истине:

«На короткое время в московском дворце жизнь шла мирно. Царица Мария покорилась своей участи и относилась к Иоанну хорошо. Сам царь был доволен своей новой женой. Одно лишь ему в ней не понравилось: она часто, без видимой причины, начинала плакать. Это его раздражало. Однажды, застав ее в слезах, он до того рассердился, что обещал „отдать ее псам“, если она не станет веселой. Конечно, Мария от этого не стала веселее, и между ней и царем установились холодные отношения. Началось повторение старого. Снова ночью Дворец оглашался пьяными песнями, опять в нем воцарился дикий разгул. Но у Иоанна уже не было прежних сил. Случалось, что он среди оргии вдруг засыпал. Он забывал имена своих любимцев, иногда называл Годунова Басмановым, удивлялся, почему за столом нет Вяземского, казненного им много лет назад, и т. д.».