Разрешение на бракосочетание было выдано Ивану Васильевичу Грозному 29 апреля 1572 года. В следующем месяце (точная дата не сохранилась) уже состоялась его свадьба с Анной Алексеевной Колтовской. Информации о ходе церемонии тоже, к сожалению, не осталось до наших дней.

Летом Иван Грозный вместе с молодой женой переехал в Новгород, где пожелал основать себе новую резиденцию. Да, в том самом Новгороде, который он ранее так жестоко разорил. Вместе с ним в город приехали его сыновья и весь двор. Как пишет новгородский летописец,

«того же лета царь православный многих своих детей боярских метал в Волхову-реку, с камением топил».

Видимо, новый брак не улучшил его нрава, и он продолжал разбираться со своим окружением, подозревая бояр в крамоле и заговорах. В Новгороде Иван Грозный находился примерно до конца лета, там же составил духовную грамоту (завещание), в которой отписал новоиспеченной супруге город Ростов со всеми его волостями, селами и пошлинами.

В случае смерти Ивана Анна получила бы 14 сел и деревень в разных уездах: Московском, Ярославском, Юрьев-Польском. Также в духовной грамоте царь оставил распоряжения на случай рождения у него от Анны сына или дочери. Однако среди историков встречается предположение, что это завещание было написано для другой жены, тоже Анны, но Васильчиковой, а к Колтовской отношения не имеет.

А все же брак был вроде как удачным, несмотря на его непродолжительность. Анна обладала, как сказывали, веселым и живым нравом, умела подстраиваться под настроения царя, так что он проводил на женской половине дворца много времени. В народе царицу успели полюбить.

16 августа, согласно второй Новгородской летописи, царица Анна совершила молебен в церкви Премудрости Божией Софии и посетила мощи святых. На следующий день она уехала из Новгорода в Москву.

В общем-то, это стало началом конца недолгой семейной жизни. Уже в сентябре 1572 года она была сослана в монастырь и пострижена в монахини. Что произошло? Почему брак, ради которого Грозному пришлось (возможно) хитрить и изворачиваться, продлился менее полугода?

Современники царя и историки предлагают разные версии событий. Например, уже упомянутый как-то посол Священной Римской империи Даниил Принтц фон Бухау указывал, что царица оказалась в опале из-за бегства князя Курбского. Этого быть никак не может, ведь Курбский сбежал в 1564 году, за восемь лет до описываемых событий.

Версия, что царь избавился от жены по причине ее бесплодия, тоже никак не выдерживает критики. Пяти месяцев брака явно мало, чтобы обвинить супругу в неспособности произвести потомство.

Но есть еще две версии, не противоречащие друг другу. Во-первых, Анна Колтовская могла просто очень быстро разонравиться царю. К сожалению, мы не знаем, чем именно она могла ему не угодить.

Во-вторых, к опале Колтовских мог приложить руку хорошо нам знакомый Малюта Скуратов. Напомним, что его попытка породниться с царем потерпела крах, когда его дальняя родственница Марфа Собакина скоропостижно скончалась.

Раздосадованный Малюта был, вне сомнений, недоволен тем, как быстро царь нашел себе новую жену. И по традиции, Колтовские могли обрести заметное влияние на царя через свою родственницу Анну – ведь такое уже происходило в каждом из трех предыдущих браков.

Руслан Скрынников приводит возможное объяснение мотивов Малюты Скуратова. По его мнению, главу опричников тревожило быстрое возвышение временщика Бориса Тулупова. Князь Тулупов тоже был опричником, а также воеводой, окольничим и фаворитом царя. В тот период он выдал свою сестру замуж за Григория Колтовского – брата царицы Анны. Таким образом он породнился с самим государем.

Властолюбивому Скуратову возвышение Бориса Тулупова было совсем не на руку, он предпочитал оставаться «первой скрипкой» в придворном «оркестре». Да и родство Тулупова с царской семьей наверняка было для Малюты солью на незажившую рану.

Так что он вполне мог оговорить Колтовских, обвинить их в готовящемся покушении, предательстве и так далее. Конечно, доказательств у него не было. Но Грозному они уже и не требовались: одного слова, слуха было достаточно для него в том душевном состоянии, в котором он находился в те годы.

Судьба Тулупова оказалась типичной для эпохи царствования Грозного. Читаем у Бориса Флори:

«В 1573 году он уже упоминается как „дворянин ближней думы“, а в следующем 1574 году был пожалован в окольничие. Тогда же он стал принимать участие в важных переговорах с иностранными послами. Для человека, принадлежавшего к второстепенной отрасли знатного рода, это была блестящая и быстрая карьера. Современник – англичанин Горсей – называет его „большим фаворитом“ царя. Однако летом следующего, 1575 года он был „уличен в заговоре против царя“ и по приказу Ивана IV посажен на кол».

Итак, Анна Алексеевна Колтовская – очередная жертва придворных интриг, борьбы за сферы влияния и царского непостоянства – отправилась в монастырь, получив новое имя Дарья после пострига. А ее брата Григория со всем его семейством убили, как сообщает фон Бухау.

Но ее судьба все же сложилась лучше, чем у ее несчастных предшественниц. Она не только осталась жива (и на много лет пережила своего супруга), но и добилась успехов на новом месте. К этому мы еще вернемся, но пока остановимся на одном очень важном событии, произошедшем сразу после расставания Ивана Грозного с четвертой женой.