– Да где это тут?

Мы с Яном, который привычно негодовал, обошли все кафешки в ТЦ, но нужной так и не нашли. Встреча важная, опаздывать не хотелось. Нам предстояло увидеться с Анной Бледор и Викторией Китас.

После того случая на наших вебинарах прошло уже чуть больше трёх месяцев. Осень отобрала у города тепло. Дни стояли ясные, но прохладные. Поэтому встретиться решили не просто на нейтральной территории, а ещё и в торговом центре. Пришли заранее, но чёртово место никак не находилось. Наконец родилась идея – спросить у девушки-сотрудника, что сидела внутри круглого стола на входе. Оказалось, что нужное нам заведение находится в ресторанном дворике. Ян даже переспросил – но да, всё именно так.

Мы поднялись на четвёртый этаж. Действительно, среди прочих бургерных и блинных заведений оказалось и наше. Зал был обставлен традиционно: простенькие столики и пластиковые стулья вокруг. Нам пришлось потратить время, чтобы найти наших визави (почти все места были заняты). Девушки уже были на месте. Скромно одетые, без модных драгоценностей и ярких причёсок – они что-то активно обсуждали и не сразу нас заметили. Мы поздоровались и разместились рядом.

– Ну, какие новости? – Ян держался добродушно.

– Переехала в однушку. В центре, конечно, – Анна запрокинула глаза, что-то высчитывая, – но ещё три, ну, может, четыре таких месяца, и надо будет рулить на окраину.

– Продажи упали?

– Упали?! – Китас хмыкнула. – Да они встали! Просто остановились, и всё тут. Мы отменили всё. И медитации, и новые продукты… Даже «Дик-Скок», а уж сколько людей изначально хотело вписаться…

– «Хотеть ещё не значит жениться», вот мой главный инсайт, – Анна глубоко вздохнула. – Такие были авансы, такие ожидания. А в итоге пустота, ни-че-го… Ну ладно, это и так известно всё. У вас-то как дела? Всё пашете на Осокина?

Повисла небольшая пауза. Чувствовалось, что Ян подбирает слова. Даже проиграв, нужно оставаться дипломатичным.

– Ну-у… Я бы не сказал, что мы прямо «пашем». Запуск отменили, чтобы не позориться. А потом работы как таковой было не много. Макс отошёл от дел, команд не отдавал. Люди говорят, что ему тяжело дался… эм… переход Натали.

– Переход? Да она изначально с нами и была! Я вообще не знаю, чего она полезла к вам, сама захотела, – Анна огляделась по сторонам. – И вообще… где мой кофе? Жду-жду.

В этот момент мне показалось, что я могу эффектно поддержать разговор.

– Кофе хотите? Может, взять? Мне не лень, давайте сгоняю. Какой вам?

Анна мягко улыбнулась.

– С такими охватами, как у вас, юноша, это уже мне скоро нужно будет вам за кофе бегать…

Я подумал о том, как странно всё происходит. По совету Яна я просто начал выкладывать какие-то видео о своей жизни. Удивительно, но кому-то это казалось интересным. И я ещё мог понять, когда в кадре появлялись Осокин или Ян – они хотя бы известны. Но то, что миллион с лишним просмотров наберёт видео, где мой батя смотрит футбол и ругается трёхэтажным матом на плохую игру, – это стало реальным сюрпризом.

Происходили фантастические вещи. Все вокруг мне говорили, что я стал мемом. Что бы я ни опубликовал, это вызывало реакцию. Люди пересылали мои видео, активно комментировали, просили запостить что-то ещё. Мне даже начали приходить запросы на рекламу и участие в подкастах. По совету Яна всё это я отклонил.

Продюсер объяснил мне, как всё работает. Он сказал, что страшная ошибка новичков – продавать рекламу, как только найдётся кто-то, кто готов купить. Получается, что аккаунт ещё не встал на ноги, а ты сразу начинаешь топить аудиторию в платном продвижении чьих-то товаров и услуг. Людям это не понравится. Второй минус состоял в том, что поначалу всё равно много не заплатят. И ты размениваешься за копейки!

Он вспомнил историю какого-то проводника, работавшего на железной дороге. Тот виртуозно разносил чай – мог держать в руках по восемь кружек одновременно. С ловкостью и пластикой олимпийских гимнастов этот мускулистый мужчина подавал напитки, сопровождая сервировку простенькими рифмами в духе «пейте чая чашек пять – пить, чтоб в дороге чтобы не скучать». Как-то раз его засняла на телефон девушка, просто пассажир, ехавшая в одном из купе. У неё даже особо не было подписчиков. Но благодаря алгоритмам соцсетей ролик, который она выложила у себя в аккаунте, завирусился и стал хитом.

Подкачанный проводник («Вася Рэмбо», как его уважительно прозвали в интернете) проснулся звездой на следующий день. И вот он-то и попал в капкан ранней монетизации. Продавая за недорого рекламу всем желающим, человек очень быстро испортил себе репутацию. Какие-то кремы для рук, рэп-музыка сомнительного качества, мягкие игрушки и разливное пиво. Чего только не было. Аудитория отвернулась. Насколько быстро Вася взлетел в топ, настолько же стремительно он рухнул с вершины. Те же самые люди, которые ещё вчера пели ему дифирамбы, сегодня кляли Рэмбо последними словами, обвиняя во всех смертных грехах. На свою беду, он ещё умудрился в одном из интервью (да, эта ошибка тоже была допущена – человек стал участвовать во всех подкастах, в которые звали) ляпнул что-то про настоящую мужскую красоту. Никто уже и не помнил контекста высказывания, но фразу о том, что «красивее настоящего мужчины ничего быть не может», восприняли неоднозначно. И неважно даже, что у него жена была и ребёнок, – в Сети распространилось мнение о странных наклонностях Васи («ну не будет нормальный мужик столько говорить о своей красоте»). В итоге закончилось всё: и любовь аудитории, и предложения о рекламе, и приглашения на интервью. «Фальстарт» – так это называл Ян. Мне он строго-настрого запретил брать от кого-либо деньги первое время. Я его слушал и просто постил дальше видосы.

К моменту нашей встречи я, конечно, не был в одной лиге с Осокиным, но если всё будет продолжаться такими же темпами, то спустя годок, может, и окажусь где-то рядом. Кто знает? Слушая Анну Бледор, я как раз думал о том, что бы дальше опубликовать, и в один момент застыл как вкопанный. Почувствовал, что моё сердце начало биться настолько быстро, насколько могло. К столику подошла Генеральша с подносом. На нём было четыре одноразовых стаканчика с кофе.

– Вам обеим капучино, а этим… – она равнодушно посмотрела на нас с Яном, – этим взяла американо. Сахар, мешалки – всё тут. Если что ещё надо будет – я на связи.

С этим словами она поставила поднос на стол и удалилась. Я проводил её взглядом. Анна посмотрела на меня.

– Да расслабься ты. Она у нас мухи не обидит. Так… напугать разве что…

Ян сразу придвинул к себе американо и начал засыпать сахар.

– Погоди… То есть тебе ещё хватает ей платить?

– Да не плачу я ей! Ну, точнее, плачу, но там немного. Я ж говорю, она мой кейс. Нашла второго мужа на моих медитациях. С тех пор благодарна.

– А Дебресси? Тварь эта…

– А что она? – Анна пожала плечами, а Виктория продолжила:

– Носилась там со своими знаками Дизака. Её так все и стебали. Да и что вы пристали с ней…

Бледор хихикнула:

– Ага, знаки Шизака… Короче, когда мы запуск отменили, она и отвалила.

– Мне тоже надо было, – Виктория держала в руке капучино, но как будто бы не решалась его отведать, – вела бы сейчас ченеллинг у Мягкой Лапки…

– Да нужна ты ей больно! Там семейные ценности, одна любовь навсегда, забыла? И тут ты со своим дикджампингом.

Ян поднял руку, останавливая женские склоки.

– Кстати, про Лапку. Пробовали с ней связаться? Может, мосты навести какие.

– А то! – Анна махнула капучино и поморщилась, как будто там был не кофе, а нечто горячительное. Впрочем, быть может, просто её напиток горчил. – Я сразу же ей начала писать и звонить…

– И что? – продюсер оживился.

– И ничего… – она горько вздохнула. – Давай хоть с тобой что-то замутим. Коллабу какую или что.

Последние слова были обращены ко мне. Но Ян не дал ответить.

– Погодите-ка вы. Налетели уже! – он поднял руки. – Это мой проект вообще-то. Со мной общайтесь.

– А проекту твоему сколько годочков-то? Может, уже сам за себя говорить будет?

Ян сказал в ответ что-то грубоватое. Ему тоже прилетело нечто подобное, причём сразу от обеих девушек. Я же буркнул какие-то слова про туалет и удалился. Кажется, никто и не заметил моего отсутствия.