Две лягушки лежали на шезлонгах. Вокруг песок и море. От палящего солнца их защищал огромный зонт и холодная пина-колада. Одна жадно тянула коктейль из трубочки и ворчала:

– Жарища-то какая! Несусветная! Ква-квак тут кто-то вообще живёт?

Вторая, казалось, отдалась неге и говорила еле слышно.

– Дура ты… не понимаешь ничего…

– Чё это я не понимаю?

– Ноешь всё, жалуешься. Ква-квак ты вообще до своих лет-то дожила?

– Не, ну а если мне и правда жарко? Что, молчать надо было, что ли?

– Ты квакунья бестолковая, дальше носа своего не видишь. Тебе мир показывают, а ты по болоту скучаешь. Вместо того, чтобы грустить о прошлом, смотри в будущее. Там ква-квак всегда будут новые возможности.

Всё было готово к главному эфиру запуска. У команды отлегло – Максимилиан появился в ПТОЗе бодрый и заряженный. Оставались сомнения, будет ли блогер в нужной кондиции перед вебинаром, но они развеялись его уверенной походкой. Даже вальяжно сидевший на нём неизменный серый пиджак сегодня смотрелся как будто бы свежее. Осокин приветливо улыбнулся всем нам, помахал рукой на манер Брежнева и направился прямиком в студию.

До старта трансляции оставалось пятнадцать минут. Мой напарник Тим сидел за режиссёрским пультом и переключал камеры в тестовом режиме. Я проверял кликер – тот работал исправно. Ян что-то объяснял операторам. И только Ребекка всё так же сидела, уткнувшись в свой телефон.

За десять минут до начала разослали всем зарегистрированным ссылку на вход – она ушла во все чаты, на все мейлы, по всем ботам. Стандартная конверсия в присутствие – треть. То есть, имея около 30 000 человек в листе ожидания, можно было рассчитывать на 10 000 людей в прямом эфире. Иногда цифры варьировались, причём в обе стороны. Так что в худшем случае будет тысяч семь, а в лучшем – в районе пятнашки.

Ян смотрел за счётчиком онлайна. Странно – ссылка ушла уже больше пяти минут назад, но ещё никто не зашёл. Уже надо начинать, а в онлайн-комнате – всего 24 человека.

– Где все? – он обернулся к нам всем и заговорил сразу на повышенных тонах. – Я спрашиваю, где люди на вебе?!

Мы переглянулись и посмотрели на технаря, сидящего в углу за ноутом. Тот пожал плечами.

– Сообщения ушли успешно, всё в штатном режиме.

– Ссылку! – продюсер заорал. – Ссылку грёбаную проверьте!

Трясущимися руками технарь начал что-то печатать на компьютере. Через какое-то время он, наконец, оттуда вынырнул.

– Всё… Всё в порядке. В смысле ссылка рабочая и она ушла по всем адресам.

Ян, красный от гнева, ещё раз бросил глаза на счётчик – пятьдесят восемь человек. Пришло время запускать вебинар, минута до старта. Продюсер бросился к Максимилиану, что-то сказал ему на ухо. Тот в ответ утвердительно кивнул головой.

– Значит так, – Ян вернулся к нам, – трансляцию не начинаем! Мы имеем дело с саботажем! Это чьи-то злые козни! Такой подлян…

Зазвонивший телефон не дал договорить. Ребекка передала трубку. Продюсер посмотрел на экран и показал его всем нам – мол, смотрите-ка кто объявился. Там было чётко написано: «Анна Бледор».

– ЧТО НАДО? – он заорал в трубку. – ТВОИХ РУК ДЕЛО, ДА?

Дальше последовал странный диалог, из которого ничего особо не было понятно. Необычно было лишь то, что Ян чем дольше говорил, тем больше успокаивался. Через пару минут он вежливо попрощался со злейшим врагом. В эфирной воцарилась полная тишина – все ждали, что он скажет. Продюсер посмотрел на ассистента:

– Что ещё за Мягкая Лапка? Это кто вообще?

Ребекка пожала плечами:

– Ну как… Это новая звезда. Вы что, не в курсе?

– Я ГОВОРЮ, ЧТО ЭТО ЗА ЛАПКА ИЛИ КАК ЕЁ ТАМ?

Ребекка заплакала:

– Почему ты на меня опять орёшь?

Ян плюнул.

– Кто-нибудь может нормально объяснить, нет?

Технарь еле заметно поднял руку. Ему дали слово. Выяснилось, что в считанные недели популярность набрала новая звезда – блогер с никнеймом «Мягкая Лапка». Девушка носила простые русские платья и писала длинные посты о том, что такое счастье, как важно помогать близким и следовать своей мечте.

– Фишка! Фишка в чём? – Ян, кажется, уже был не способен взять себя в руки.

В этот момент выяснилось, что про Мягкую Лапку слышали все, кроме меня и, собственно, продюсера. Люди наперебой рассказывали, как следили за разными сериалами в её аккаунте. Один – рассказ про многодетную семью, из которой она вышла. Второй – про вселенскую любовь, которую встретила. Третий – про лучший в мире продукт о деньгах, который… запускается прямо сейчас.

Ян рухнул в кресло.

– Да вы что?! Хотите сказать, что все наши люди на её эфире сейчас?

Технарь всё понял без слов, он снова уткнулся в компьютер и через минуту вывел на экран эфир Мягкой Лапки. Её продукт назывался «День Денег». Девушка оказалась явно не модельной внешности. Но при этом красивая какой-то своей собственной красотой. Она вела вебинар мягко и с улыбкой, называя всех своих подписчиков «лапочками». Мы включились на моменте, где она показывала свою детскую фотографию и говорила, как обещала самой себе жить лучшей жизнью.

– Так и у вас у всех, – она лепетала приятным тонким тенором, – внутри живёт ребёнок. Маленький вы. И этот ребёнок ждёт, когда вы обратите на него внимание. Когда вы последний раз сами себе признавались в любви? Всё лезете к себе с ножом к горлу? А ведь у вас нет никого дороже вас самих, понимаете?

Вместе с нами за Мягкой Лапкой наблюдали более 50 000 человек – такие цифры не снились ни Максимилиану Осокину, ни Анне Бледор. Чат эфира взорвался шквалом сообщений. Зрители делились воспоминаниями из детства, кто-то просто писал о том, что ревёт и не может остановиться. Сообщения шли так быстро, что читать их было практически невозможно.

Ян смотрел открыв рот, еле слышно шепча:

– Какого чёрта… Что они все в ней нашли?

Ребекка, с потекшей от слёз тушью, завопила:

– Да не «что», а «как»! Послушайте, КАК она говорит. Оторваться же нельзя.

Продюсер знаком показал, чтобы выключили эфир Лапки. Он помолчал какое-то время. Все ждали его слов. Наконец, он заговорил.

– К Бледор тоже никто не пришёл, она думала, что это мы…

Через несколько минут комната опустела. Команда разошлась по своим кабинетам – кто плакать, кто пить спиртное, а кто просто спать. И лишь Максимилиан Осокин собственной персоной остался в кресле ведущего вебинара, который так и не начался. Я покидал помещение последним и обратил внимание на то, что он улыбался – чему-то, известному одному лишь ему…