В ПТОЗе царила паника. Бледор сильно оторвалась по предзаписи за несколько дней. Счёт составлял 22 450 против 14 880 в её пользу. Самое ужасное было в том, что никто не понимал, откуда Анна набирает людей. Соцсети крупных блогеров молчали, а сама она собственными силами такой рывок сделать не могла. Также стало известно название конкурирующего с нами онлайн-курса. Имя ему «Денежки 2.0 Pro». Узнав, что Анна просто переставила наши слова местами и презентовала это как свою наработку, Ян пришёл в бешенство. Часа два он ходил по ПТОЗу, повторяя, как заколдованный: «Нет, ну вот же тварь!»

В итоге нашу команду и Натали Дебресси вызвали к Максимилиану. По случаю чудовищного отставания, которое с каждым днём всё увеличивалось, запланировали внеочередное совещание.

Лифт поднялся на самый высокий этаж с большой скоростью, и у меня заложило ухо. Мы стояли у входа в кабинет Осокина. Дебресси смотрела на часы.

– Нам крышка, такими темпами она сегодня выпрыгнет за двадцать пять тысяч регистраций. А мы даже не можем сказать, в чём, собственно, дело.

– Да, – Ян почесал затылок, – ни один источник так и не сообщил ничего. Может, накрутка?

– Может, конечно. Как проверить, сколько там у неё заявок? Но если нет, тогда что?

– Аудитория аудитории рознь. Мало ли, кто там желание изъявил. Может, ещё там никто ничего не купит.

– Ох, чувствую, что скоро мы это узнаем.

Дверь открылась. Плавно и бесшумно, как в дорогих гостиницах, она распахнулась, приглашая пройти внутрь для не самого приятного разговора. Мы все синхронно поправили галстуки. Внутри, в полутёмном помещении, Максимилиан был один. Он сидел на троне, что возвышался на полметра, и мрачно смотрел на гостей. Ян и Натали сделали два шага вперёд. Мы с Тимом и Ребеккой остались стоять чуть сзади. Полминуты все ждали, что, может быть, Осокин что-то скажет, но он лишь сверлил нас глазами. Стало ясно, что речь должен произнести кто-то из вошедших. Сомнительную честь на себя взял Ян.

– Босс, мы видим, что происходит, – он сделал ещё шаг вперёд. – И понятно, что надо реагировать. Сейчас выясняем, откуда такой трафик. Наши агенты прочёсывают всё, что можно прочесать. Вот серьёзно… Также мы прорабатываем ответные…

Он не договорил. Максимилиан остановил его жестом руки. В помещении снова воцарилась тишина. Спустя минуту напряжённого ожидания Осокин сделал ещё один жест. Он указал на угол комнаты, расположенный справа сзади от нас. Все разом обернулись. Я увидел, что там стоит большая, в человеческий рост, шахматная фигура. Кажется, это был король. Натали присвистнула. Ребекка прошептала: «Не может быть». Тим щёлкнул лопнувшим пузырём жевательной резинки. Ян повернулся к Осокину: «Босс, вы уверены?» И только я остался, в какой уже раз, в растерянности. Максимилиан утвердительно кивнул и отвернулся в сторону окна. Это значило, что аудиенция закончена.

Спустя двадцать минут и две чашки кофе я узнал, в чём было дело. Оказывается, что у Максимилиана есть наставник. Этот человек ведёт отшельнический образ жизни, обитает где-то за городом. Его и видели-то всего несколько раз. Осокин как-то вроде как говорил, что обязан ему чуть ли не всем, чего добился. Имени тоже не сообщалось. Сказали только, что сам Макс называет его Патриархом. Вероятно, из-за колоссальной занятости Осокин не может покинуть ПТОЗ и поэтому намёком дал понять, что отправиться должен кто-то из нас. Кто-то один, потому что Патриарх группами не принимает. Всё это я выяснил из разговора Яна и Натали, который проходил на повышенных тонах. Разумеется, каждый из них хотел быть тем человеком, что пообщается с наставником успешного блогера, которого очень многие самого считают наставником. Затяжные дебаты ни к чему не привели, уступать никто не хотел. И в момент, когда я уже подумывал под шумок свалить, оба вдруг посмотрели на меня.

– А что? – процедила Дебресси. – В целом это компромиссная фигура.

Ян ещё несколько секунд смотрел на меня, как бы оценивая, достоин ли его ассистент увидеться с Патриархом. Но потом, как будто окончательно поняв, что выбор стоит между мной и Натали, кивнул головой.

– Ну ладно. Пусть едет – мы предупредим Патриарха. Выбора другого у нас, похоже, нет.

– А что делать-то надо? – я вдруг понял, что меня подписали под какую-то очередную затею.

– Ничего, – Ян рухнул в кресло, он явно вымотался. – В этот раз ничего. Просто запомни, что тебе скажут.

Я ехал в такси по тёмным проулкам мимо дачных частных домиков. Водитель всё время спрашивал, куда дальше, – навигатор не справлялся с задачей точно вывести нас по нужному адресу. Я при всём желании не мог помочь, и поэтому шофёр через каждые двести метров останавливался, видя прохожего, и задавал вопросы. Худо-бедно, но мы продвигались в нужном направлении.

Время в дороге я потратил на то, чтобы накопать информацию про Патриарха. Выяснилось, что это был довольно успешный человек в своё время. Писатель, философ и тренер личностного роста. Но однажды ни с того ни с сего он, находясь чуть ли не на пике своей карьеры, отошёл от дел. С тех пор Патриарха в блогерских кругах стали именовать именно так. Он стал редким гостем на различных мероприятиях. Понятное дело, что соцсети философ тоже не вёл. Я на всякий случай пробил его по поиску – пустое дело, такого аккаунта нет. Привычным движением пальца я перешёл на свою страницу и обратил внимание, что у меня уже 19 000 подписчиков. Видео, которое снял Ян, тоже завирусилось – люди пересылали его, писали одобрительные послания в комментариях, призывали постить ещё. Думая о том, что бы выдать дальше, я подъехал к забору с табличкой «СНТ «Речные Васильки». Участок 31». Водитель с чувством выполненного долга слегка поклонился и попросил поставить пять звёзд.

Дверь была открыта. За ней меня ждала узкая тропинка, освещённая по обоим краям слабыми огоньками. Идя по ней, я поймал себя на мысли, что воздух здесь намного чище, чем в городе, хотя я ехал всего часа два – вроде не так уж далеко и забрался. Через пару минут ходьбы я упёрся в небольшой домик. Постучал. Почти сразу послышались шаги, и ещё через пару мгновений дверь открылась. Передо мной стоял мужчина лет шестидесяти пяти, почти лысый и с седой бородой. Он был довольно крепко сложен и, если бы не выдающийся вперёд живот, можно, наверное, было бы сказать «спортивного телосложения». Но живот был заметен, даже с учётом того, что прикрывался он безразмерной серой толстовкой. Вместо того чтобы пригласить внутрь, Патриарх, наоборот, вышел ко мне.

– Давай-ка чуть-чуть пройдёмся, – он пожал протянутую руку, – сегодня душа просит разжечь костёр. Не против?

– Конечно, нет! Очень рад познакомиться с вами, Патриарх. Спасибо, что приняли в столь поздний час.

Мужчина немного покривился.

– Только давай без этого «патриарх», хорошо? Называй меня просто Михаил. Лады?

– Договорились.

– А тебя как звать?

– Бр… – я замялся и после секунды колебаний всё же решил назвать реальное имя, – Борис. Можно Боря.

– Ну, пойдём, Боря. Расскажешь, как там дела идут, в мегаполисе.

Мой новый знакомый подошёл к процессу организации костра с чувством. Он аккуратно раскладывал дрова по разным уровням: вниз – ветки, сверху – бруски, а между ними – свёрнутые газетные страницы. Поджигал спичкой, успевая одной-единственной запалить бумагу в четырёх разных местах. Погода стояла безветренная, и огонь быстро схватывался.

– Взялось! – он удовлетворённо хмыкнул. – Теперь ещё чайку, и можно поговорить.

С этими словами он ушёл обратно в дом, и вскоре появился с подносом, на котором красовались две чашки и заварочный чайник. Разлив напиток, мужчина взял свою чашку и уставился на огонь. Тот в ответ приветственно потрескивал сухой берёзой. Минут пятнадцать мы молча пили чай, смотря на огонь.

– Ну, – мужчина наконец прервал молчание, – чем могу быть полезен?

Я выдал речь, которую уже отрепетировал в своей голове.

– У Максимилиана запуск. Анна Бледор ставит палки в колёса. Делает продажи в те же даты. Есть статистика по предзаказам. Осокин уступает, разрыв растёт. Мы не знаем, откуда у неё трафик. Непонятно также, как навёрстывать упущенное. Есть идея создать партнёрскую программу для микроблогеров. Ну, в общем, чтобы те давали рекламу Максимилиану, а взамен получали процент с продаж. И да, доступ на курс у них тоже будет. Это одна идея. Есть ещё несколько.

Далее я выдал «Патриарху» Михаилу все более-менее стоящие наработки, которые придумал Ян. В их числе был визит в Дубай к Спейсмену – единственному из пятёрки больших блогеров, с которым мы ещё не выходили на связь предметно. Там же офлайн-выступление Яна с ответами на вопросы, футбольный матч вновь образованной команды «ПТОЗ Юнайтед», капитаном которой будет Осокин, и просто большая лотерея с призами для тех, кто участвует в конкурсе. С последним пунктом, правда, была проблема. Даже две. Во-первых, на такого рода активности требовался дополнительный бюджет, и немалый, а его не было. И второе, наиболее значительное, – это акция от компании «Благо-Дарь», которая только набирала обороты (желающих участвовать было хоть отбавляй). Устраивать ещё один розыгрыш призов прямо посреди другого, который ты сам ещё и отрекламировал, выглядело нелогичным.

Михаил внимательно слушал всё, что я говорил. Он не задавал уточняющих вопросов, не менял позы тела и даже не кивал. В целом не совсем понятно было, что у него на уме. Когда же я замолчал, мужчина отхлебнул большой глоток травяного чая и, не отрывая взгляда от огня, сказал:

– М-да… не думал, что всё у вас там настолько плохо.

Я поджал губы.

– Да, разрыв в предзаказе и правда велик…

– Не-не, я не про это.

– Прошу прощения?

– У вас проблемы. И проблемы не на тактическом уровне. И даже не на стратегическом. Над этим есть ещё один уровень – концептуальный. Вот здесь-то и затык.

Сразу стало ясно, дальше мне нужно просто заткнуться, слушать и запоминать. На долю секунды я дёрнулся, чтобы достать телефон и включить диктофон, но тут же осёкся. Это выглядело бы пошло. Вся надежда – на память. Михаил тем временем распаковал идею.

– Тактический уровень – это уровень «КАК?». Ты выбираешь, скажем, как конкретно собирать заявки на предзаказ курса. Выше идёт стратегия. Этот уровень отвечает на вопрос «ЧТО?». Ну вот что продавать, что запускать? Другими словами, что за продукт предлагается людям. Но есть уровень ещё выше – концептуальный, как я уже сказал. Тут нужно ответить на вопрос «ЗАЧЕМ?». Вот скажи, зачем вы делаете то, что делаете?

На секунду я задумался. Не хотелось сморозить банальность, но в голову решительно ничего не лезло.

– Ну как… У Осокина давно не было запуска. Надо что-то продать.

– То есть вы решили что-то продать потому, что надо что-то продать?

Я улыбнулся – это звучало не совсем логично, забавно даже. Тем не менее у меня был козырь для защиты.

– Люди же сами просили. Мы в директе каждый день видели, как народ пишет. «Дайте нам уже что-нибудь», говорят. Надо дать.

– Люди просили, и вы решили, что надо им дать. Так?

– Ну да, логично же. Есть спрос, даём предложение. Найди, что нужно людям, и дай им это.

– Логично. Да только не настолько всё просто, друг мой.

Он улыбнулся чему-то только ему одному известному, долил нам обоим чай и продолжил.

– Вот смотри. Есть фильмы, снятые непонятно кем, с малым бюджетом и без великих актёров. А смотришь, и в душу западает. Да так, что потом ещё и ещё пересматривать хочется. Наоборот тоже бывает, верно? Фильм вроде снят на именитой студии, маститым режиссёром. И миллионы вложили, и актёров великих наняли, и спецэффекты завезли. А кино – бац! – и проваливается. Не принял зритель, и всё тут. Почему так получается? Ведь делали, как ты говоришь. Держали запрос людей в голове, старались смастерить так, чтобы всем понравилось. Даже учли опыт прошлых хитов, сотворили по аналогии. Почему пошло не так?

– Хм… и почему?

– Потому что есть такое правило: аудитория – в последнюю очередь.

– Это как?

– Единственный способ понравиться людям – это не пытаться им понравиться. Мне не очень близко словосочетание «быть собой», но тут его ничем не заменишь.

– Получается… Пат… Михаил, простите. Получается, вы хотите сказать, что Максимилиан пытается понравиться людям?

– Я хочу сказать, что он не думал о вопросе «ЗАЧЕМ?». А вопрос этот, между нами говоря, самый важный. Потому что ответить на него может только сам человек, и лично для себя.

– Зачем… что? Зачем делать запуск?

– Ну да. Если единственное «ЗАЧЕМ?» – это денег заработать, потому что надо что-то продать, то это будет слабый проект. Он уже хромает, как я понимаю, а будет ещё больше.

– И что делать? В смысле я понимаю, что нужно ответить на вопрос «ЗАЧЕМ?». Имеется в виду, как конкретно это сделать?

Михаил подбросил дров в огонь, прежде чем продолжить.

– Интерес.

– Интерес… что?

– Не «что?», а «где?». Надо найти интерес, это единственный путь.

Я задумался.

– Вы могли бы дать эту мысль подробнее?

– Могу. Суть в том, чтобы найти то, от чего горят глаза, и заниматься этим. Не думая о деньгах, не думая о людях. Ты ищешь то, что даёт подлинное удовольствие, и наслаждаешься процессом, создаёшь из ничего нечто. Большинство идёт прямо противоположным способом. Люди пытаются найти что-то, что уже сработало у других, и сделать примерно так же. Это выглядит умным решением, как будто позволяет подстелить себе соломки. По факту же это величайшая ловушка для всех творческих людей. Человек не даёт себе право ошибиться в мелочи и выбирает путь вторичности, тем самым допуская ещё большую ошибку. Все шедевры созданы кем-то впервые. Эти «кто-то» могли обеспечить два фактора в своей работе. И ты их уже знаешь. Первое – стремление с горящими глазами делать своё дело. Ты не создашь вау-продукт, будучи унылым, уставшим от самого себя и своей работы. И второе – отсутствие страха ошибки. Множество гениев добились своего только после огромного количества повторений. Они не опустили руки, хотя могли. Почему продолжили?

– Верили в себя?

– Это следствие. А причина веры в себя лежит в плоскости интереса от того, что делаешь. Потому это и работает. Интерес, помноженный на попытки создать нечто новое, приводит, рано или поздно, к результату. Проще говоря, им было интересно.

– Что же делать Максимилиану?

– Вот ты сам, вместе с коллегами своими, и подумай. Ещё чаю?