Когда умер Ултор Де Лейси, его дочь Элис нашла среди вещей покойного маленькую шкатулку, в которой находился портрет, соответствующий описанному мною выше. Взглянув на него, она в страхе отпрянула. На миниатюре, со всеми ее зловещими и странными особенностями, была точно изображена наружность призрака, чей страшный образ жил в памяти Элис. Сложенный листок, также найденный в шкатулке, содержал короткое повествование, в котором говорилось, что «в году 1601 от P. X., в декабре месяце, Уолтер Де Лейси из Капперкуллена захватил у брода вблизи Оунхея, или Абингтона, множество пленных из числа ирландских и испанских солдат, которые бежали после разгрома мятежников при Кинсейле, среди коих оказался некто Родерик О’Доннелл, отъявленный изменник, близкий родственник другого О’Доннелла, предводителя мятежа. Указанный Родерик, ссылаясь на родство с Де Лейси по материнской линии, слезно и неотступно молил сохранить ему жизнь и предлагал большой выкуп, однако Де Лейси по причине, как считали некоторые, своей ревностной приверженности королеве безжалостно предал его смерти. Когда О’Доннелл взошел на вершину башни, где была устроена виселица, то он, перейдя грань отчаяния и не надеясь на милость, произнес клятву: он-де, будучи неспособен повредить роду Де Лейси при своей жизни, станет за гробом делать все, чтобы лишить их могущества и величия, и не успокоится, пока этого не добьется. Он появлялся с тех пор неоднократно, и всякий раз к пагубе тех, кто носил имя Де Лейси, вследствие чего вошло в обычай показывать малолетним отпрыскам рода миниатюрный портрет указанного О’Доннелла (который имелся при нем в числе немногих прочих ценностей), дабы они по незнанию не поддались обману и не восторжествовала воля врага, неуклонно стремящегося дьявольскими уловками и адскими плутнями ввергнуть в погибель это древнее семейство, в особенности же лишить его родословное древо отростков, в которых продолжили бы существование чистая кровь и почитаемое имя Де Лейси».

Старая мисс Кроукер, из Росс-Хаус, которой в 1821 году, когда она рассказывала мне эту историю, сравнялось почти уже семьдесят, встречалась и беседовала с Элис Де Лейси (она звалась в ту пору сестрой Агнесой и обреталась в монастыре на Кинг-стрит в Дублине, основанном знаменитой герцогиней Тирконнелл) и слышала все вышеизложенное из ее собственных уст. Я счел повествование достойным того, чтобы его сохранить, – и добавить к этому мне больше нечего.