A потом грянула пандемия. Поначалу это было страшно, пострашнее лос-анджелесских землетрясений, heat waves[15] и пожаров. Всё-таки и те и другие в конце концов заканчивались. Все надеялись, что пандемия закончится через год, но на арену вышла «Дельта», и сезон продлился на неопределённый срок. Как бы парадоксально это ни звучало, но для Алины пандемия была сродни сказочной фее, выполнившей её, казалось бы, невозможные желания. Как по мановению волшебной палочки, на дорогах исчезли машины, и теперь ей удавалось добираться из Долины до квартиры матери в Голливуде не за шестьдесят, а за тридцать минут. Пустая магистраль 101 – как параллельная реальность, как кадры из голливудского фильма про Апокалипсис… Не нужно было вставать в семь утра и собирать Ника в школу. Будить, готовить завтрак, собирать ланч… Потом собираться самой, чтобы отвезти сына в школу, а себя на работу. Офис временно закрылся, Ник занимался на удалёнке, а Алина не спеша варила кофе и улыбалась своему отражению в зеркале.

Но самое главное, в чём Алина никогда и никому бы не призналась, было другое. Пандемия дала карт-бланш Алининому домоседству. Мы, люди, склонны руководствоваться стадным инстинктом. Нам говорят: сегодня праздник, нужно отдыхать – и мы отдыхаем. Когда наступает «чёрная» пятница – мы мчимся за распродажами. Летний отпуск – собирай чемоданы. Теперь же общество не только поощряло – умоляло, упрашивало сидеть дома и не шляться зря (stay home – save the world[16]). И Алина ощутила внутренний покой, перестала грызть себя, сравнивать с другими, а просто занималась домом, рисовала и даже нашла себе новое хобби – стала изучать винтаж. Вечером же они сидели дома и смотрели сериалы вдвоём с Алексом, иногда – втроём с Никитой. Ей было тепло и уютно здесь и сейчас, когда вся её семья была с ней. Но, как оказалось, Алекс чувствовал себя совсем иначе.

Однажды утром он объявил, что у него депрессия, что с этой пандемией можно «мозгами поехать» и что ему нужна отдушина на природе. Каждую зиму он катался на лыжах в Биг-Бэр и теперь предлагал приобрести там недвижимость – «будем вместе выезжать на выходные».

Идея Алине очень понравилась – во-первых, Никита сможет дышать свежим воздухом, во-вторых, она будет писать, а в-третьих, это так близко, что не требует полёта на самолёте.

Они пересмотрели несколько домов в округе и нашли один, без вида на озеро, но зато уютный, относительно новый, с видом на три раскидистые ели. Вся земля была устлана иголками, во дворе стоял ни с чем не сравнимый запах хвои…

Почти всю зиму Алекс проводил выходные в Биг-Бэр и иногда брал с собой сына. Алина честно попыталась пару раз стать на лыжи, но набила кучу синяков и, просидев остаток выходных в доме, «на природу» больше не ездила. Зато Алекс наведывался туда и после того, как закончился лыжный сезон.

– И что ты там делаешь один? – недоумевала она.

– Катаюсь на велике, хайкаю.

– А вечером не скучно? – допытывалась Алина.

– Да нет, у меня сейчас столько работы…

Однажды он даже остался в горах на целую неделю, потому что подхватил ковид и не хотел заражать их с Никитой.

Алекс собирал в сумку спортивные вещи, пристраивал к внедорожнику горный велосипед и уезжал.

Спустя несколько часов «Фейсбук»[17] хвастался на весь мир его достижениями: «I just completed 24 мiles mountain bike in 2,5 hours»[18]. И карта всех его передвижений – даже шпионить не надо. Алина иногда его подкалывала и писала ироничные комменты типа: «Wow! Good for you!»[19] На что Алекс оправдывался: это не он хвастается, а его гаджет.

Она стала замечать, что он изменился – начал покупать брендовую одежду (причём сам, без её помощи!), пользоваться дорогим одеколоном и пристальное внимание уделять своему бритью. «Деловые встречи», – объяснял он эти перемены. Вечером он мог резко уехать на какое-то важное совещание, которое затягивалось до полуночи. Алина уговаривала себя, что так оно и есть – затянувшееся совещание, «полетевший» сервер, именно это и ничего другого, но внутри она ощущала, что все эти перемены имеют скрытую причину. Однако ей казалось, что у неё нет права в это верить, поэтому она продолжала жить, «закрыв глаза, чтобы не видеть надвигающуюся бурю».

Однажды Алина зашла в кабинет Алекса сделать копии документов по работе и не нашла скрепку. Выдвинула ящик, откуда сразу же высыпался бумажный ворох. Её бережливый муж собирал квитанции из ресторанов, куда водил важных клиентов, чтобы предоставить бухгалтеру в конце года для списывания налогов. Взгляд выхватил Nobu, название одного из самых дорогих ресторанов в Малибу. Наверное, муж опять ходил охмурять своих клиентов. Она попыталась вспомнить, когда они в последний раз вместе выходили «в свет», и не смогла.

Один чек был явно не из ресторана. «Санта-Моника: Дайвинг. Октябрь, 11-е». Муж говорил, что решил возобновить уроки дайвинга и обновить лицензию. Однажды, ещё в начале их отношений, Алекс поехал с друзьями ловить раков на острове Санта-Каталина.

Несколько месяцев в году раки вылезают ночью, и их можно ловить чуть ли не голыми руками, что Алекс с друзьями и попытались сделать. В темноте Алекса чуть не унесло сильным течением в океан, и он чудом спасся благодаря другу. Потом, уже дома, они с Алиной сидели на кухне и не знали, что делать с этими странными, ещё живыми существами. Варить в кипящей воде, это ясно. Но не живыми же? Может, прибить их сначала? Тогда она ушла к себе в комнату, предоставив любимому решать этот моральный вопрос самому.

Сейчас Алина была совершенно спокойна. Она уже почти задвинула ящик стола, когда её взгляд выхватил название ещё одного ресторана – Moonshadow. Романтический, их… И тоже «Октябрь, 11-е». Она лихорадочно высыпала все квитанции и снова нашла дайвинг.

«Октябрь, 11, 10 a. m.» Сравнила со вторым – «Мооshadow – Октябрь, 11, 2 p. m.». Она пробежалась по позициям в заказе: стейк, рыба, два дринка и два десерта. Тwo guests.

Так. Значит он с кем-то брал уроки дайвинга, а потом с этим кем-то пошёл в ресторан на обед. Молодцы, «наныряли» хороший аппетит. После обеда, конечно, секс. Отель? Или у неё своя квартира? В общем, насыщенный день, просто даёшь бой депрессии. Алина забыла про работу и стала нервно вышагивать по комнате. «Кто такая? Русская, американка?» Сердце колотилось так, что, казалось, от его ударов дребезжат стёкла. «Надо обязательно показаться доктору… Дайвинг, дайвинг, где весь его дайвинг?»

Алина огляделась, потом приволокла рюкзак мужа и стала выворачивать всё содержимое на пол. Папка, какие-то бумажки, схемы, она в этом всё равно ничего не понимает. «Опа! А вот и он – ленинградский почтальон». Перед ней лежал блокнотик цвета лаванды, обложка которого призывала: «Live your life to the fullest!»[20] «Девушка явно живёт по полной, ни стыда ни совести. Конспектирует уроки дайвинга и трахает чужого мужа. Прилежная, почерк аккуратный… Не английский. Какой? Испанский? Мекса? Вау. Как интересно! – Алина пролистнула несколько страниц подряд. – Cleaning lady number[21] – ну да, похоже не слишком бедная, раз может нанять уборщицу. Какие-то номера, рецептики, распорядок дня. Диета, йога, меню на день – ага, следит за весом – а моему мужу нравятся только худенькие, – злорадно подумала она и тут же замерла. – Fertility doctor[22] – зачем он ей? С кем она собирается делать ребёнка – не с её ли мужем? Так, Аля, возьми себя в руки. – Она перевернула ещё несколько страниц. – Интернет – она что, только переехала и подключила доступ? Имя пользователя – tervargas5@hotmail.com и далее пароль – long one. Значит, какой-то длинный пароль, который будет нереально отгадать. Не думаю, что наша мекса полнейшая идиотка, и это её действительный пароль, но попробовать стоит».

Алина открыла её hotmail и впечатала l-o-n-g o-n-e. Не прошло. Пароль она всё равно не угадает, нереально. Это только в американских блокбастерах герой взламывает суперсекретный компьютер с третьей попытки. Пойдём другим путем. Что мы про неё знаем? Теr – похоже на имя. Vargas – понятно, фамилия, причём испанская. Что такое Теr – от Теrrа? Ок, впечатываем в поиск «Фейсбука»^*: «Т-е-р-р-а-В-а-р-г-а-з?» – ничего. Разумеется! Она же как пить дать моложе меня!

Забыли про ФБ. «Инстаграм»^* – ничего. Let’s not forget TIKTOK. С последним Алина была едва знакома – может, попросить Никиту о помощи? «Дорогой сыночек, установи мамочке “ТикТок”, чтобы найти папочкину любовницу». Плохая идея. Ладно, сама, всё сама. Дрожащими руками летала по Гуглу, «Фейсбуку»^*, «Инстаграму»^*, «ТикТоку» и обратно, словно ведьма на метле.

Чего она добивается, для чего она её ищет? Неужели, если она её увидит, эта боль в сердце уйдёт? Ей казалось жизненно необходимым посмотреть на эту Терру Нову. Она же не любит мужа, что за сила толкает её со скалы? Ревность, зависть, привычка, эгоизм?

В финале фильма «Ребёнок Розмари» режиссёр задумывал всё-таки показать младенца-сатану, но потом отказался от этой идеи, посчитав, что воображение зрителя намного сильнее, чем то, что он способен изобразить на экране. «Может, поэтому мне нужно её увидеть? Я не хочу, чтобы моё воображение терзало меня. Я не люблю абстракцию. Я не могу смотреть криминальные передачи, где в конце так и не ясно, кто убийца. Я должна знать преступника, я должна видеть его лицо…»

«Имя, сестра, имя». Значит, не Терра. Женское имя, начинающееся на Теr. Испанское. Google, не подведи. «Spanish women’s name that starts with T» – и ответ: Tamara, Tara, Teofila, Teresa… Алина впечатала «Тереза Варгас» в поисковую строку «ТикТока» – и сразу попала в яблочко: молоденькая, хорошая кожа, надутые губки, аккуратный носик. «Мами, я твоя беби», – Тереза на видео кривлялась, сидя на горшке. Эдакая женщина-ребёнок, разврат и невинность в одном флаконе. Это было отвратительно, но Алина продолжала разделывать свою добычу, теперь – в «Инстаграме»^*. Скриншот, ещё и ещё. Увеличила. Невысокая, мускулистая, зад довольно крупный и с возрастом будет только расти. Куча красивых инстаграмных картинок с голливудской улыбкой. На берегу океана в бикини, за столиком с бокалом вина, на вершине горы, седлая велосипед. Алина сделала «пинч» последнего снимка и рассмотрела на заднем плане три знакомые раскидистые ели…

Это был не просто АНАЛайз в дешёвом отеле, это были общие интересы: хайкинг, дайвинг, байкинг. Нашёл себе физкультурницу, таскает её весь год в Биг-Бэр, а ты сидишь на карантине и ушами хлопаешь. Всё – 1:0. Сиди и зализывай раны. Он тебя обскакал. Он, застенчивый, неуверенный в себе ботаник, который заикался от страха, когда приглашал тебя на первое свидание, и который боялся выступать на бизнес-конференциях, превращаясь в нервный комок. А ты ходила вместе с ним, сидела в первом ряду, поддерживала, уверяла в его неотразимости… Глянь, какой прыткий! Алина ковыряла собственные раны, наблюдая, как из них сочится тёплая, живая кровь, и почти не чувствовала боли.

Она вернула блокнот на место и застегнула рюкзак. Что ей делать? Устроить ему скандал? Чего она этим добьётся? Развода?

Что ж, вот и свершилось. Мир взрывался на миллионы частиц, которые не складывались в реальность. Можно было продолжать обманывать себя, что Тереза всего лишь любовница, что Алекс перебесится и вернётся в семью, но внутри Алине было ясно как день – их с Алексом больше не было.