С XIV века Норвегия и Дания состояли в персональной унии. Изначально королевства были относительно независимы друг от друга, но в 1536 году была заключена Датско-норвежская уния, и Норвегия, по сути, превратилась в вассальное государство. Правили ею датские короли, высшие должности занимали датчане; официальными языками считались датский и немецкий. После Реформации на смену норвежским католическим священникам пришли датские протестантские, получавшие образование не только в Копенгагене, но и в немецких университетах.

Новые назначенцы стремились во всем угодить датскому королю, и когда в Дании начались колдовские процессы, в Норвегии не захотели отставать.

В 1575 году Анне Педерсдоттер из Бергена (Bergen) обвинили в том, что она колдовством пыталась избавиться от епископа, чтобы на его место назначили ее мужа. Супруг ее был видным представителем духовенства и потому смог заручиться письмом датского короля, освобождавшим Анне от всех обвинений.

После смерти мужа Анне получила новое послание из Копенгагена. Ее освобождали от уплаты налогов и разрешали ей поселиться в любом месте страны. Но слухи о том, что она колдунья, преследовали ее повсюду. Озлобившись, она начала отвечать на обвинения ругательствами и проклятиями. Теперь ее и без того не лучшие отношения с соседями испортились окончательно.

В 1590 году сплетни сменились серьезными обвинениями. Главным недовольным был цирюльник Адриан фон Бускскотт, чей сын надумал свататься к дочери Анне. Семья же Адриана совсем не хотела связываться с людьми, о которых ходили дурные слухи.

На суд Анне не смогла явиться из-за болезни, и ее интересы представлял сын. Он предоставил письмо короля от 1575 года, официально снимавшее с нее все подозрения в колдовстве. Суд, однако, не принял его во внимание, сославшись на то, что составлено оно слишком давно, а рассматривавшиеся обвинения – совсем новые. Анне отправили в тюрьму.

Свидетелями выступали друзья, соседи и нанятые работники Анне. Служанка, трудившаяся у нее 20 лет, заявила, будто Анне не раз летала на шабаши и в качестве транспортного средства использовала ее саму. На встречах с дьяволом решалась судьба Бергена: «природные катастрофы, пожары и прочая чертовщина», которые ведьмы должны были наслать на город. Завершению переговоров помешал белый ангел.

Несмотря на протесты и поддержку видных жителей города, Анне приговорили к смертной казни и сожгли в 1590 году. Ее потомки несколько раз обращались в суд с просьбой восстановить репутацию женщины, но и в Норвегии, и в Дании просьбы остались неуслышанными.

В 1584 году диоцез Ставангера принял закон, запрещавший любые формы колдовства. Позже его поддержали в других провинциях.

Кого обвиняли?

Норвегия XVII столетия переживала глубокий структурный кризис. В стране царили нищета и различия между социальными слоями ощущались сильнее прежнего. В результате конфликтов рождались сплетни, высказывались угрозы, а затем появлялись и обвинения. Большинство подозреваемых были нищими, бродягами, попрошайками или народными целителями; 80 % из них были женщинами, почти все – замужем или вдовы.

Зачастую обвинения касались причинения смерти или вызова болезни. Часто все начиналось с выкрикивания проклятия нищими. Таких людей побаивались: ради достижения результата – получения денег – они готовы были выругаться или чем-то пригрозить, из-за чего навлекали на себя славу колдунов.

Полеты на Лысую гору и шабаш мало интересовали простых крестьян. В Норвегии встречаются обвинения только в причинении конкретного ущерба: неурожае, море скота, неудачных попытках лечить. Речи о пакте с дьяволом или шабаше изначально не шло, но во время пыток признания направляли «в нужное русло». Священники истолковывали полученные сведения в соответствии с признанными доктринами видных европейских теологов: колдовство – это результат действий дьявола, с которым ведьма вступила в сговор.

Норвежской «специализацией» было преследование саамов по личной инициативе короля Кристиана IV. Уже в 1609 году он написал своим губернаторам на севере: «Из опыта ясно, что финны и лопари по природе своей склонны к проведениям ритуалов и творению колдовства». Саамы не были христианами – соответственно, в глазах священников они выглядели дьявольским отродьем.

Была и другая причина настороженно относиться к северянам, какой бы национальности они ни были. Мужское население на севере промышляло в основном рыболовством. В море рыбаки уходили на несколько дней, недель, а то и месяцев. Оставшихся в деревнях женщин легко было заподозрить в изменах и неправедных поступках. Некоторые обвиненные признавались: когда мужья «ведьм» были в море, их жены (по слухам) вступали в сексуальную связь с демонами и дьяволами. К тому же вынужденное одиночество сделало северных женщин более независимыми, что шло вразрез с царившей в Европе христианской моралью и представлениями о месте женщины в обществе.

Процессы в Финнмарке

Более всего в северной Норвегии пострадала провинция Финнмарк. Ее часто называют одним из тех европейских регионов, где в процентном отношении было сожжено больше всего ведьм. В правовом плане эта часть страны оказалась совершенно незащищенной: у местных властей были полностью развязаны руки. Чиновниками здесь становились в основном выходцы из Шотландии, Германии и Дании – тех стран, где с ведьмами особенно не церемонились. К тому же в Европе заверяли: нечисть обитает на севере, в том полушарии, где царствуют финны. Оттуда северный ветер разносит чертовщину по всей Европе, и задача духовенства – очистить души людей и направить их на путь истинный.

Провинцию Финнмарк сотрясли три крупных ведовских процесса; все они происходили на острове Вардё (Vardø). Началось все 24 декабря 1617 года, когда в восточной части региона разыгралась жуткая непогода, и «море слилось с небом в единое целое». Произошло все очень быстро, непогоду «словно выпустили из мешка», как говорили местные жители. Многие мужчины находились в море; 10 лодок затонуло, погибло 40 человек. Для малонаселенной Северной Норвегии это были катастрофические потери. Люди хотели понять, что стало причиной такого несчастья. В тот же год в силу вступил общий для Дании и Норвегии закон о колдовстве. Когда его действие распространилось и на Финнмарк (а случилось это в 1620 году), события в памяти людей были все еще свежи, и всем стало очевидно: непогоду вызвали ведьмы.

Зимой и весной 1621 года перед судом предстала Мари Йёргенсдаттер. Она рассказала, что на Рождество 1620 года к ней явился мохнатый и рогатый Сатана. Он предложил заключить договор и, когда та согласилась, оставил метку, укусив ее между пальцами левой руки. Затем они посетили Кирсти Сёренсдаттер – ее многие опрошенные считали главной ведьмой. Вместе они поспешили на рождественский пир в Южной Норвегии. Чтобы их никто не узнал, они набросили на себя звериные шкуры – ведьмы часто представали здесь в образе лисиц, котов, собак, птиц и морских чудищ.

Чтобы ведьм никто не узнал, они набрасывали на себя звериные шкуры

По пути они встретили множество знакомых женщин и даже двух мужчин, которые тоже были колдунами. На пире гости много пили и долго танцевали. После встречи все, кроме Кирсти, отправились домой в Финнмарк – та же ненадолго осталась в Бергене и вернулась на остров Вардё на корабле. Мари не отрицала: в несчастье, постигшем регион в 1617 году, были виновны именно ведьмы. Причиной стали постоянные склоки между соседями.

Еще одной обвиняемой стала Эльсе Кнутсдаттер. Она подтвердила слова Кристи и рассказала, как в тот злосчастный Сочельник ведьмы завязали на леске три узелка, поплевали на них и развязали, после чего «затлело море, словно зола, и погибли люди».

Поскольку почти все подозреваемые указали на Кирсти Сёренсдаттер, ее арестовали, дождавшись ее возвращения на торговом судне – в точности как «предсказали» другие ведьмы. Кирсти была родом из датского Хельсингёра, где она якобы и научилась колдовству. В отличие от многих обвиненных, Кирсти была замужем за богатым бюргером, но суд это не смутило. Ее подвергли пыткам, и она подтвердила все выдвинутые против нее обвинения, назвав к тому же новых соратников, среди которых оказался даже фогт. Правда, никого из тех, на кого она указала, не доставили на допрос.

Результатом первого процесса в Финммарке стали десять сожженных ведьм, включая Кирсти Сёренсдаттер.

Следующий крупный процесс на Вардё вспыхнул в 1651 году. К тому времени в Северной Норвегии успели казнить 33 человека, и регион прославился как ведьмино гнездо.

Весной 1651 года новым главой Финнмарка стал Йёрген Фрис. Вместе с женой он пробыл здесь до 1654 года, и на время его правления пришелся второй крупный колдовской процесс на Вардё. Уже в декабре 1651 года на допрос вызвали Гунхильд Омундсдаттер, которую подозревали в колдовстве. Она рассказала, что несколько женщин решили заколдовать корабль, но не сказала, какой именно. Вскоре несчастное судно удалось идентифицировать: оно принадлежало торговцу Йону Йонссону, и будучи нагружено товаром, село на мель по пути в Берген. Выяснилось, что ведьмы обратились птицами и в таком виде «забрали у корабля удачу». В том же облике обвиняемые затопили еще одно судно, заведя его в самое сердце шторма.

Гунхильд признала свою вину, остальные названные все отрицали до тех пор, пока их не подвергли пыткам.

В Сочельник 1652 года еще одна женщина внезапно заявила, что она ведьма и была среди тех, кто в свое время заколдовал корабль Йона Йонссона. Она заверила, что осенью вызвала бурю, обрушившуюся на остров Вардё, когда вместе с другими колдуньями «выпустила ветер из развязанного ими мешка». Тем самым они хотели уничтожить стоявший у моря сарай главы Финнмарка Йергена Фриса.

Схваченные новые колдуньи признались во множестве преступлений. Одна из них якобы мешала рыбе попадаться в сети. Другая заколдовала очередной корабль, а также вызвала смерть недруга мужа, предложив тому выпить заговоренного самогона. В итоге с 24 января 1652 года по 23 апреля 1653 года к сожжению на костре приговорили 13 человек.

В мае 1653 года с проверкой на Вардё приехал верховный судья Финнмарка Мандеруп Шённебёль. На тот момент в тюрьме оставались две обвиненные в колдовстве женщины. Он вызвал их на допрос, отказавшись от применения пыток, и счел, что для подозрений нет никаких оснований. «Ведьм» отпустили, местные судьи получили выговор за плохое обращение с подозреваемыми. Кроме того, Шённебёль обязал судей строже относиться к свидетелям и предупреждать их, что за ложные показания они тоже могут быть привлечены к суду. Второй этап процессов на Вардё завершился.

Проверки работы суда в Финнмарке проводились раз в три года. Как только Шённебёль уехал, на допрос снова стали вызывать потенциальных ведьм, хотя уже и не в таком количестве, как прежде. Из 18 человек, приговоренных к смерти в 1651–1661 годах, пять осудили и лишили жизни после отъезда Шённебёля.

Третий процесс на Вардё начался в 1662 году. Фигурантом стала Дорте Лауритсдаттер, которую прежде уже обвиняли в колдовстве, но отпустили за недоказанностью. Теперь же ей вменяли смерть двух батраков, которые незадолго до кончины заявили, будто она наслала на них порчу. Было и еще одно обвинение: четыре ведьмы, возглавляемые Дорте, обернулись птицами (голубем, орлом, вороной и лебедем) и в таком обличии развязали над морем узелки с ветром. Они хотели затопить корабль, но их попытка не увенчалась успехом, поскольку находившиеся на борту принялись молиться Богу. Дорте и ее соратницы закончили свои дни на костре.

Вскоре в колдовстве обвинили и первых детей – родственников сожженных ведьм. Их бросили в темницу, где они провели почти месяц. На допросе одна из девочек заявила: Сочельник они праздновали с другими заключенными-ведьмами, хотя все были уверены, что те сидят под замком. На самом деле они якобы превратились в кошек, выбрались из места заточения и прокрались в подвал, где их ждал Сатана. Все допьяна напились пива. Две женщины повздорили, а одна выпила так много, что дьявол едва смог довести ее обратно до камеры. Обвинения оказались небеспочвенны. Охрана подтвердила: из винного погреба действительно пропал алкоголь.

Другие показания обвиняемых были не менее примечательны: так, в Сочельник 1661 года в Южной Норвегии проходил огромный пир, куда ведьмы летели, обернувшись собаками и кошками. Там они танцевали с черным псом – это был сам дьявол. Во время танцев одна из ведьм потеряла башмак, но Сатана тут же подарил ей новый.

12-летняя Марен Ульсдаттер, чью мать казнили за колдовство, предстала перед судом после того, как заботившуюся о ней тетку тоже лишили жизни за то, что та обучила девочку черной магии. Марен рассказала, что была в аду, который ей показывал сам Сатана. Он отвел ее в черную долину, где находилось огромное озеро, закипавшее, когда дьявол выдувал из железного рожка огонь. В воде варились люди, кричавшие от боли, словно кошки. Сатана бросил в озеро окорок, который мгновенно приготовился, и заверил девочку, что и она сможет варить здесь все, что угодно, если согласится служить ему.

Позже Марен побывала и на шабаше. Там Сатана играл на красной скрипке, угощал гостей пивом, а затем каждого лично проводил до дома.

Обвиненных в колдовстве сожгли. Детей отпустили «в силу возраста», Марен отправили в исправительное учреждение в Бергене.

Как проходили процессы?

Немало процессов в Норвегии начинались по инициативе властей со ссылкой на «угрозу безопасности», если беспокойство выражали как минимум три домохозяйства. Подозреваемого забирали на допрос, где нередко подвергали пыткам. В одном из документов указано, что заключенная рассказала своей сокамернице следующее: «Если сразу не признаться, тебя бросят в воду и положат на дыбу. Когда растянут твое тело, усилят боль при помощи раскаленных щипцов, которыми будут сильно мучить».

Дыба в виде ложа была одним из наиболее распространенных методов пыток; иногда на грудь жертвы клали еще и горящую серу. Порой применялось испытание водой, особенно на севере страны, в провинции Финнмарк[51], где температура воды очень низкая. При этом пытки до вынесения смертного приговора в Норвегии, равно как и в Дании, были запрещены, но встречались повсеместно.

После вынесения приговора осужденного снова допрашивали, на сей раз с целью выявить соучастников преступления. Большинство приговоренных в Норвегии – именно те, кого назвали осужденные. Многие умирали от пыток или замерзали насмерть в тюрьме.

В 1650–1660-х годах высшие инстанции стали уделять больше внимания колдовским процессам. Выяснилось, что зачастую судьи пренебрегали законами. Новые колдовские процессы прерывались из-за выявленных нарушений; обвиненных освобождали и отпускали, выплачивая им компенсации. Когда пытки запретили, на допросы перестали допускать священников, а сожжение на костре заменили отрубанием головы, истерия затихла.

В законах 1687 года смертная казнь в параграфе о колдовстве предусматривалась только за пакт с дьяволом. В 1695 году за это перед судом предстала Юханне Нильсдаттер, ставшая последней известной в истории Норвегии ведьмой, заживо сожженной за колдовство. Она признала, что отреклась от истинной веры и перешла на сторону Сатаны, за что получила от него в помощники маленького дьяволенка Кнута и способности колдовать. Она не отрицала, что не раз прибегала к магии, чтобы навредить людям, а также потопила корабль, а вместе с ним – и четырех человек, находившихся на борту.

Обвинения в колдовстве продолжались и в следующем столетии. В 1715 году судили Биргиту Хальдорсдаттер, которая подложила в брачное ложе некоего Ханса Стенбаха кожаный мешочек с золой, волосами и ногтями. Это была месть: он разорвал помолвку с Биргитой и женился на другой, за что брошенная невеста решила наслать на него порчу. Биргиту признали виновной и осудили на пожизненное тюремное заключение. Она стала последней в Норвегии, кому вынесли приговор за колдовство.

В 1730 году последнее из сохранившихся обвинений в колдовстве выдвинули Сири Йёргенсдаттер. В доверительной беседе она призналась пастору, что ее недавно умершая бабушка была ведьмой и возила девочку на Лысую гору. Священник доложил об этом епископу и губернатору, и Сири вызвали на допрос.

Она рассказала, что ее бабушка однажды намазала свинью особой мазью и вместе с внучкой отправилась на ней к Сатане. Там, как и полагалось, девочку угостили отменной едой, затем дьявол порезал ей палец и надкусил ухо, которое с тех самых пор не чувствовало боли.

Бабушка имела обыкновение заниматься тайной дойкой, втыкая в стену ножи, а на смертном одре отдала Сири деревянную кружку с волшебным эликсиром, но ее то ли случайно, то ли намеренно уничтожила тетка девочки. Тогда Сири и решила рассказать обо всем пастору. Власти постановили: на девочку явно оказали влияние старые истории о колдовских процессах в шведской Муре. Ее отпустили без возбуждения дела.

В 1842 году из норвежского законодательства исчез параграф о колдовстве. На практике же за колдовство не казнили уже полтора столетия.