Изначально у меня также не было никакой инфраструктуры и необходимых средств. Служебный транспорт СБУ был либо вывезен, либо разграблен. Оружие разобрано по подразделениям ополчения. Здания заняты Стрелковым и «Востоком», не желающими их оставлять. Оперативные учеты, служебные материалы СБУ и личные дела сотрудников вывезены или спрятаны. Спецтехника тоже отсутствовала. Не было даже никакой нормативной базы. Все необходимое пришлось воссоздавать заново.

По ночам я писал приказы, первую минимальную нормативку, а днем работал с людьми. В дальнейшем подключу к написанию установочных документов нескольких местных ветеранов.

С собой у меня была флешка с материалами, которые остались от крымских событий до присоединения к России и которые я же в основном там готовил. Вот тут они и пригодились.

За основу штата МГБ ДНР я первоначально взял расписание, которое мы разработали для Службы безопасности Крыма. Первый макет удостоверения был оттуда же.

– Олег Николаевич! Удостоверения должны быть готовы завтра! И никаких пластиковых ламинированных карточек. Удостоверения должны быть книжкой!

– Андрей Юрьевич, завтра не получится! Типография, в которой мы планировали их напечатать… В общем, она возле железнодорожного вокзала… Вчера, когда была попытка прорыва укроповских танков, снаряд попал в типографию, хозяйка сегодня уехала из города…

– Ладно, ищите новую типографию.

Начальником отдела кадров я назначил местного педантичного руководителя среднего уровня из гражданского сектора Олега Николаевича Козака. Больше никого нет вообще. В дальнейшем я сделаю его своим заместителем по кадрам. Его убьют во дворе своего дома после того, как я сложу свои полномочия.

Удостоверение министра госбезопасности ДНР

А пока я пытаюсь из ничего создать МГБ. Устанавливаем и ловим бывший служебный транспорт СБУ. Выявляем места хранения документов и спецтехники, которую сотрудники не успели вывезти в Мариуполь. Ищем, изымаем и ставим на учет оружие. Постепенно МГБ формируется и наполняется содержанием. К концу сентября 2014-го я смогу провести первую аттестацию в помещениях, которые отныне станут донецкой спецслужбой.

Изначально первые кабинеты МГБ были в здании областного УВД, ставшего центральным аппаратом МВД. Позже я отожму с этой целью отдельное здание апелляционного областного суда.

Перековка

Со временем на связь стали выходить действующие сотрудники СБУ и других украинских спецслужб. Это был очень тонкий и деликатный процесс. С одной стороны, мы постоянно опасались подстав и провокаций. С другой, украинская спецслужба была до такой степени дезориентирована, что понять потенциальных беглецов было можно.

Основная их часть была дончанами, киевлянами, жителями других русскоговорящих регионов и новыми начальниками из западных областей воспринималась как потенциальные предатели. Отношение к ним было подозрительное и унижающее. В итоге кто-то доказывал лояльность новой украинской власти садистской ретивостью, но многие рвались обратно в родной Донецк.

Тогда был разработан комплекс мер, выполнив которые, сотрудник уже не имел дороги назад. Каждый переход на нашу сторону давал тройной эффект. Во-первых, мы обзаводились профессиональными кадрами. Во-вторых, перебежчик приносил весь массив служебной информации. И в-третьих, каждый раз по таким переходам в СБУ проводились служебные проверки, иногда возбуждались уголовные дела, от исполнения обязанностей отстранялись руководители и коллективы, что парализовало работу целых секторов украинских спецслужб.

Такой подход давал очевидный позитивный результат. При этом за перешедшими сотрудниками устанавливался куратор и испытательный срок. Проводились постоянные проверочные действия. Люди делом доказывали свою преданность.

Есть такая старая китайская притча… Давным-давно император рассматривал кандидатов на важную государственную должность. В итоге осталось двое претендентов. Совет мудрецов обсуждал каждого, взвесив их личные качества. И тут встал один и сказал:

– Этого назначать нельзя!

– Почему?

– Он вор! Пять лет назад он украл и был уличен! После этого был с позором низложен со всех должностей!

– Да! – вскричали мудрецы хором. – Это так! Нельзя назначать вора!

Император задумался и изрек свое решение:

– Назначить этого! – сказал он, указывая на проворовавшегося ранее.

– О великий! – взмолились советники. – Озари нас светом своей мудрости! Поведай нам, ничтожным, почему ты назначил преступника?

– Хорошо, – смилостивился император. – Дело в том, что этот вор, будучи изобличенным, действительно был низвергнут. И за ним в эти годы наблюдали все, помня о его плохой репутации. Присмотр за ним был особым. Несмотря на это, он шаг за шагом вновь рос в карьере и смог даже претендовать на нынешнее назначение. Если бы он еще раз попытался украсть, то тем более был бы пойман. Но он не пытался. Значит, смог сделать выводы из своего проступка. То есть мы знаем пределы его падения, знаем, что он из этого может делать выводы и не повторять ошибки. Мы увидели его упорство и лучшие качества, которые он продемонстрировал, чтобы подняться вновь.

А о другом кандидате мы знаем только хорошее и ничего плохого, несмотря на то что плохое у него, как и у любого другого, есть. Значит, мы не знаем о нем ничего. Поэтому, конечно, я назначаю первого!