Саманта Митчелл

Жизнь до аварии,

Тем же вечером в Париже

Саманта в гостинице,

Кейт тоже вернулась

Когда я вернулась в гостиницу, Кейт уже была там. К счастью. Хотя я думала, что она все еще проводит время со своим другом. Точнее, коллегой по блогерству, как она сама его назвала. Радует, что у моей сестры еще остались крупицы благоразумия в голове. Правда, она выглядела слегка расстроенной… Надо же, и чем она так опечалена…

И хотя я все еще была на нее немного зла за то, что она даже не предупредила никого о том, где будет, а вместо этого спокойно провела время со своим другом, мне все же было интересно узнать, что с ней. Кейт не так уж и часто можно было застать в таком расположении духа. Обычно она бодра и весела. В отличие, как раз, от меня. Что же стряслось с Кейт, что она чуть ли не плачет? Кейт сидела в кресле и смотрела в стену. Я услышала всхлипы… Сначала еле слышные, затем звук стал громче. В руках Кейт был телефон и еще какой-то альбом… Я подошла еще ближе и увидела, что Кейт рассматривала черно-белые снимки, сделанные на полароид. Там была запечатлена она и какой-то парень. Этого парня я точно раньше нигде не видела с ней. Все очень странно: что же случилось с Кейт, что она смотрит фотокарточки и плачет? Кто ее обидел?

Видимо, Кейт услышала мои шаги и, обернувшись, тут же промокнула заслезившиеся глаза. Из-за этого у нее немного потекла тушь, а я мысленно отметила про себя, что, если Кейт все равно, как она сейчас выглядит, значит, ей действительно плохо.

Я подошла еще ближе. Хотела спросить у нее, что же случилось, но она опередила меня, сказав:

– Догадываюсь, о чем ты собираешься меня сейчас спросить. Но, Саманта, это слишком личное. Все нормально, не переживай.

Слишком личное… Раньше у нас друг от друга не было никаких секретов. До того момента, как Кейт стала самой популярной девушкой в школе. Это уже потом начались разногласия, недопонимания, ссоры, общение на повышенных тонах. Хотя, в основном, это Кейт срывалась на меня. Я не любила конфликты. Никогда. А Кейт порой заводилась на малейшие мелочи. То я слишком громко разговаривала с подругой по телефону и мешала ей спать, то еще что-то. Иногда мне очень хотелось вернуться в то время, когда Кейт еще не была так популярна. Но, к сожалению, машины времени не существует.

– А я, между прочим, волновалась, – вдруг произнесла я то, что давно крутилось в мыслях.

Подумать только, какой сумасшедший выдался день. Искать сестру, думая, что она могла попасть в беду, а она просто весело проводила время с парнем.

Кейт нахмурилась.

– Послушай, ну что могло со мной случиться? Зря волновалась. Я просто встретила своего друга, мы просто пообщались, только и всего. А телефон разрядился. Подумаешь, катастрофа.

Для Кейт почти никогда ничего не было катастрофой. Что для меня являлось таковой, для Кейт – никогда. Мы настолько разные с ней, что я порой не перестаю удивляться, насколько разными могут быть люди одной крови. Я вынырнула из пучины собственных тягостных размышлений и ответила на реплику сестры:

– Я, конечно, рада, что с тобой ничего не случилось, но ты ведь могла позвонить мне с номера телефона своего приятеля.

Кейт посмотрела на меня так, словно я только что сказала несусветную глупость, а затем ответила:

– Саманта, не усложняй. Меня не было не так уж и долго. Я даже и подумать не могла, что ты начнешь так переживать и отправишься на мои поиски, словно меня не было целую вечность. Успокойся, я уже вернулась. Разговорились с другом, было не до звонков.

Было не до звонков… Иногда легкомысленность Кейт меня пугает, но такой уж ее характер.

– Все равно могло случиться что угодно, – ответила я, так и не смирившись с легкомысленностью Кейт.

– Например? – с усмешкой спросила она.

Я вздохнула. Мне действительно необходимо перечислять? Неужели Кейт не понимает, что я просто очень сильно беспокоилась? Неужели она этого не понимает? Я чувствовала, что меня захлестывает злость, но Кейт, похоже, было все равно. Она взяла с прикроватного столика журнал и начала демонстративно перелистывать страницу за страницей. Порой Кейт просто невыносима. Мне много что хотелось ей сказать, но я решила этого не делать. Все равно бесполезно, только еще больше поссоримся.

– Ладно, забудь, – как можно доброжелательнее ответила я на едкий вопрос сестры, которая явно ждала от меня продолжение моей тирады про волнения и переживания.

Кейт отвлеклась от журнала и посмотрела на меня как на сумасшедшую.

– Кажется, каких-то пару минут назад ты была готова разорвать меня в клочья, – снова с усмешкой произнесла Кейт.

А ей все смешно: уму непостижимо, насколько Кейт бывает легкомысленна и цинична. Родная кровь, но насколько мы с ней все-таки разные.

– Не хочу ссориться, все равно ты ничего не поймешь.

Кейт нахмурилась.

– Это ты меня сейчас так оскорбила, да? У меня нет мозгов, по-твоему, что я ничего не пойму…

Хотела бы ответить положительно на ее возглас, но, к сожалению, это тогда точно привело бы нас к крупной ссоре. А мне сейчас этого совсем не хотелось. Изначально я ожидала, что Кейт просто извинится и скажет, что в следующий раз обязательно позвонит, если вдруг где-то задержится. Но я снова оказалась наивной…

– Прости, я не это имела в виду, – ответила я, стараясь говорить добродушно, хотя мне казалось, что мой голос прозвучал грубее, чем мне того хотелось.

– Ладно, поверю на слово, – небрежно отозвалась Кейт и снова вернулась к чтению своего журнала.

Мне не хотелось больше говорить с ней и обсуждать ни сегодняшний случай, ни что-то другое. Я понимала, что добродушной и непринужденной беседы не получится. Не сегодня. Нужно лечь спать, завтра встреча с Марком. Я согласилась на рандеву. Сначала обед, потом картинная галерея.

Интересно, как пройдет завтрашний день: оставит он приятные впечатления или же нет…