История про святого Стилиана

Это были роды коллеги. Я – ответственный дежурный врач, значит, они и мои тоже, отвечать поровну. Роды непростые, к утру экстренно подаемся в операционную. Переводя на русский язык – бежим.

Срочность, конечно, бывает разная, но здесь максимальная, и четко отлаженный механизм подачи в операционную с родов включается на режим турбо. Мгновенно, пока анестезиолог добавляет анестезию, устанавливается катетер мочевой, бинтуются ноги, подписываются документы, снимаются датчики КТГ.

У прекрасного акушера Цепова, чьей легендарной книгой мы восхищались еще со студенчества, есть чудесный рассказ о том, как он любит, когда падает сердце малыша, как точны становятся движения всех. Как секунды растягиваются, и измерение будто немножко не то, а самое главное – все теперь зависит от тебя и не только, об этом и рассказ.

Ситуация непростая, изрядно нервничаем, но это внутри. Никогда нервозность не выдается в движениях, еще этого не хватало. Что же тогда делать пациенту, если врач не в себе. Внутри все может ходуном ходить, во рту кисло от страха, а движения четкие.

У меня на время операции проходят самые чудовищные приступы мигрени, хотя там сплошные триггеры – свет невозможно яркий и звуков много, резких, внезапных. Ни разу не было, чтобы не прошло. Как только зашиваю кожу, осматриваю, рассказываю про то, как дальше и выхожу из операционной, раздеваясь, боль вонзается иглами с новой силой до крика, но пока у стола – адреналин хранит.

Пациентку мчат на каталке, у нас это рядом, пара дверей. Мы на ходу разделись, скинув в груду тряпки, туда же полетел чей-то телефон, мгновенно облачились в хирургическое, моемся[31].

В головах у всех, что скорее всего малыш пострадал, с чего-то же так упало сердце: может пуповина, плацента, что угодно. Пока моемся, каждый в собственной молитве причитает в душе и просит ребенку пощады, а себе сил и разумения.

В операционной все полным ходом: положили, зафиксировали, обработали, накрыли, крик, шум, грохот инструментов. Уже пронеслись на свое место, как молния, детский реаниматолог, неонатолог, лаборант. Согревают детские пеленочки на столике, готовят отсос, кислород, соединяют, треск вскрываемой стерильной упаковки, продувают.

Подключаются к коагулятору операционная медсестра и санитарочка. Учитывая, что ты должен достичь максимума стерильности, начиная от мытья рук, ты можешь делать только определенные действия и то в операционном поле. Тебя одевают, завязывают. А нас трое, санитарочка скачет белкой.

Встаем к столу. Простынь приклеить, повернуть. Можно ли начать? В какой-то момент автоматически спросили мужа, пойдет ли он в операционную. Человек просидел все роды, сейчас явно испугался невероятно. Такой экшен кого угодно взбодрит, а тут увидит, услышит малыша, что с женой все в порядке и успокоится. Но его нет, – был в боксе и пропал, ну мало ли, испугался человек, или не желает идти.

Поворачиваем, шумим, переговариваемся. Объясняем детским докторам, почему мы здесь, и анамнез. И в этот момент открывается одна из шлюзовых дверей, просто отъезжает в стену, и появляется муж с огромной, я бы сказала алтарной иконой некоего святого, который держит несколько младенцев. Потом выяснилось, что это святой Стилиан – покровитель детей, его по-разному рисуют, с одним или несколькими малышами, у нашего были в ладошке.

Размер иконы таков, что муж пациентки держит ее внизу двумя руками и она, практически перекрывает его лицо. Оббежав операционный стол по кругу, мимо детских докторов, анестезиолога с анестезисткой, он добежал до следующей шлюзовой двери и, выставив Стилиана, как щит, перед собой, еще чуть подняв, скомандовал: «Можно, начинайте».

Нашу общую немую сцену, а мы претендовали на второе место по качеству удержания паузы, могли обойти только легендарные артисты БДТ в пьесе «Ревизор» в постановке Товстоногова. Прервала, проглотив громко комок, доктор, которая вела роды, как эхо повторив: «Начинаем». И мы грянули.

Малыш был здоровым и прекрасным, успели, ко всеобщему облегченному выдоху примешался детский громкий уверенный плач, самая большая услада для душей и истерзанного врачебного сердца. Реаниматологи ушли, им не было здесь работы. Неонатолог осмотрела, села писать историю. Малыш остался с мамой и акушеркой, мы заканчивали операцию, святой Стилиан возвышался незыблемо. А внизу у него виднелись ноги в хирургических брюках и на ступнях бахилы, те, которые выдаем отцам на роды.

Все было хорошо, я бы даже сказала – чудесно. И если вы меня спросите о лучших партнерских родах, невольно вспомню эти и улыбнусь. Причем партнер одинаково помог и жене, и врачам. Если и приходить на роды, то максимально готовым ко всему. Он ведь разделся, сбегал в машину, как только увидел суету около жены, взял икону, снова оделся и прибежал в операционную. Хорошим врачом был бы – скорость реакции, умение собраться, на высоте.

Ну и с каким чудесным святым познакомились, если встречаю в храме, обязательно склоню голову, мол, спасибо, помню, люблю, не оставляй, приходи почаще.

«Да не волнуйтесь вы так, у меня все в порядке, я сейчас рожу!»

Палата домашних родов, этап с водой прошел мимо, не понадобилась ванна, начинаются потуги. Обратились к классике, поэтому кровать трансформируется в кресло, оно еще называется рахмановским, или рахмановкой, много поколений женщин на нем рожали будут рожать. То самое из фильмов, многим легко визуализировать в памяти. А чтобы превратить брюки в элегантные шорты, нужны спецы.

Акушерка и врач хлопочут у рожающей и вечно чем-то заняты, плюс еще же идет разговор или объяснение, а также расстановка мужа под нужный угол. Происходит вызов детского врача на роды, иногда и лаборанта, и реаниматолога, анестезиолога, операционной сестры.

Кипит работа, начинается такая невероятно любимая сердцу суета, движение. И тут, надо сказать, изящества не меньше, чем в балете или операционной. Строго все по номерам своим, партии определенные, финиш. Несколько самых важных минут – и человек появится. И плацдарм для всего этого готовят санитарочки.

Думаю, что не только у нас, во всех заведениях санитарочки – это совершенно незаменимые сотрудники, они – товар штучный, многие так просто живые легенды. Одним-двумя словами сбивают спесь с кого угодно или поднимают на пьедестал, неподкупные же они, а все видят и цену каждому из нас знают. Есть те, кто своим появлением могут переломить настроение и внимание всего бокса со всеми нами такими важными за пару минут.

У нас удачно завершилась репетиция потуг, снимается перчатка, вполголоса, тут можно не кричать четкое: «Собираем кресло!» И в коридор несется: «Девочки, санитарочки!»

Входит. Нам досталась милейшая и тишайшая Оля. Она мастерски достает что-то причудливо смотанное не хуже лебедя в отеле из полотенец. Оказывается, это все слои пеленочек для родов, идеально скрученных под конкретную женщину. Вынимают единым духом все мокрое, испачканное из-под спины. Тут же простилают все новое, чистое, кипенно-белое, для этого и был рулончик, а ведь большинство обезболены, попа и ноги недвижимы. Но наши кудесницы умеют все, причем строго же в перерывах между потугами, чтобы аккурат к следующей уже не мельтешить под ногами. Выходя из бокса еще и весь мусор одним взмахом за все 20 часов родов и нашего пребывания выносят.

Впереди еще манипуляции с последом, осмотр, тут они тоже волшебной дымкой пробегают. Несколько раз перестилают, также не беспокоя никого, обрабатывают дезинфицирующими растворами кожу. Кладут перчатки, наборы, четко зная, кому и на какой край, и размеры: бахилы, чулки – все готово к приходу операционной сестры. Красота их движений в отточенности, невесомости, легкости, как коршуны они кидаются на каждую каплю крови, протирая тряпочкой из кармашка. Ждут и готовы открыть нужную ниточку и отвести отца помыть руки перед пересечением пуповины.

И мы настолько нагло привыкли к такой заботе и комфорту, что не замечаем их совсем, а уж что говорить про роженицу, кто бы кого различал. Но у нас меж тем вставлены ручки в кровать, подогнаны ножки, фиксация, лоток прикручен. Кровать подогнана по высоте идеально под акушерку, заветный рулончик с пеленками. И вот, меняя пеленки, Оля ласково касается моей рожающей девочки и сжимает ручки в кулаки, показывая: «Давай, не дрейфь».

И моя чувствительная нежная девочка, которая уже рожала в этой палате, считывает эту какую-то особую любовь. Не все родственники могут вот так искренне одарить. И, перегнувшись через кресло, она громко говорит: «Да не волнуйтесь вы так, у меня все в порядке, я сейчас рожу!» И дальше с хохотом родила.

Они долго потом помнили друг друга и передавали взаимные приветы, я хаживала на интервью, девочка ныне не только замечательная мама, но и прекрасный журналист. Удивительно, как светлые люди способные жестом обогреть и показать любовь.

«Пусть кричат мартышки!»

Она в воде, в полутьме, шумно дышит на схватку, мечется, не расслабляется, но хочет продолжить. Мы сидим с акушеркой тихо у края ванны, внимательно вперив взгляд через водную гладь. Понимаем, что потуги могут быть непростыми, плохо когда не расслаблена, вскакивает, перебегает по воде, но терпеливо ждем.

Из телефона льется трек, что-то типа кайдан кампура. Затем снова перемещение по ванной, требует взять за руку, муж послушно протягивает. Она взвывает от боли, рука на излом, садится с нами рядом. Музыка, видимо, заканчивается, там такие треки минут на 40–50, и возникают звуки дикой природы – причем обезьяны и, по всей видимости, что-то типа нас, тоже в стае, только гомонятся, и вот это их «у-у-уу-уу» и клекот, как назло очень громко и на весь бокс.

Схватка отпускает, девочка расслабляется, телом мягко погружается в воду, и в этом момент муж, нежно касаясь второй рукой плеча: «Я переключу на классику?» – «Не-ет! – возглас из воды стреноженный схваткой. – Пусть кричат мартышки». И родили замечательно, минут через пятнадцать уж различали мартышек и даже дали им имена, одна точно была с белым пятном и рваным ухом, слух не подводит.

Легкие роды

Прием, барышня прямо с порога томно бежит к кушетке и ложится в обморок. «Ой, нет, ничего медицинского мне не говорите, не показывайте, ужас, все ужас, я сейчас закричу, уберите ленту и тазомер. Я этого не вынесу. И так каждый раз». «О-о-о, – пронеслось в голове, – что-то будет».

День родов. Еду с интересом, ну там как бы все медицинское, да еще какое, громкое, нарочитое, болезненное, как моя хрустальная крошечка справится. Не буду томить, она прибыла с пустой бутылкой шампанского, с порога влетела в ванну, включила Адама Ламберта и, сидя в воде, подпевала ему и совершенно залихватски подсвистывала в горлышко, ритмично поводя плечиками.

Великолепно, максимально внезапно легкие роды в копилку и в сердце навсегда. Женщины – это лучшее, что сотворил Господь, не спорьте, я видела их в деле. И Адама Ламберта с той поры уважаю, хороший исполнитель, как помог-то.

Айболит и ножки

Рассвет, позади много часов напряженного, впереди столько же. Дежурю, коллега родила, причем роды за родами и упала в ординаторской в темноте просто прикрыть глаза на пару часов. Впереди рабочий день со своими заботами, я же законно фланирую между боксами и профессионально волнуюсь о всех, дохожу до края родблока и слышу протяжное, но тихое: «Дру-у-у-уг! Дру-у-уг!»

Это мы так друг друга зовем еще с ординатуры, даже в телефоне написано просто «Друг». Бегу рысью, влетаю в ординаторскую: что? что?

Она, лежа на диване, только глаза сверкают чуть в лунном свете:

– А где он брал новые ножки?

– Кто брал, какие ножки?

– Ну Айболит, помнишь? Он же пришивал им новые ножки, а брал-то он их где? А коза куда ходила за молоком для козлят, если она сама коза? А куда?

– Понятия не имею, спи давай.

Но спать мы, конечно, не могли, целебный и душеспасительный смех, называемый в народе гогот, уже обуял нас. А про ножки по сей день загадка для любой бессонной ночи, ловите лайфхак. Про козу-то понятно все, у каждой матери было.

Утро

Раннее утро! Еще петухи не орали. Вскакиваете с сердцебиением, впрыгиваете во что-то свободное, мягкое для ног, широкое для тела. Хватаетесь за руль, внушительно открываете глаза, сосредоточиваетесь. Через 15 минут паркуетесь у госпиталя, добегаете, переодеваетесь, наливаете ванну, и продолжаем утреннюю гимнастику.

Наклон, поворот, массаж крестца, ладонь в ладонь, на излом, водой окатились. Смена рук, малыш в воде, быстрый кувырок, пуповинка с шейки снята. Малыш на груди, мама блаженно в неге наконец-то выдыхает со всеми нами и вот теперь: ура-а-а! Можно поздравить всех и друг друга с рождением прекрасной русалки!

С чудесным утром нового дня нового человека, с мягким приходом на этот свет! Кофе покрепче, впереди рабочий день и лучшая примета удачи и счастья на свете: громкий детский крик и пытливый взгляд всегда серых при рождении глаз!

История про улыбку

А какую культурную девочку сегодня встречали! Ну какую культурную! Знатоки поймут. А эти ямочки на щечках, которые она щедро демонстрировала мне, акушеркам, санитарочкам, неонатологу, не позволили уйти с работы в обозначенный час. Мы все так и стояли завороженно, ожидая улыбки, а она, умница, не скупилась на радость. И мы, взрослые тети, видавшие виды, таяли и хором кричали: «Видели! Видели?! Вот они!»

Сколько лет работаю, страшно считать, а не вспомню двух одинаковых младенцев. Ну кроме однояйцевых близнецов, но тут в запасе смешной случай, начинаю хохотать, но, кстати, близнецы истинные тоже разные, мимика иная.

Ни один малыш не прошел мимо сердца, все невероятные, и пока вот так стоим у пеленальника, жадно разглядываем. Заходим в бокс к коллегам, чтобы полюбоваться, искренне ликуем и разговариваем – ничего не страшно в этой профессии, никакие ночи, переходящие в дни, а дни в дежурства. Страх за них сменяется счастьем, такое у нас странное топливо для выживания. Про веру тоже сомнений не может быть, вы рассмотрите внимательно: такую тонкую работу кто еще мог создать?!

И вот сегодня в яркий, солнечный морозный день с невероятно голубым небом, пришла к нам удивительная девочка со вздернутым носиком! Свекрови, припрячьте сыновей и готовьте им бальзам на разбитые сердца. Но если и сейчас еще картина неполная, то вот вам козырный туз из рукава: в боксе была мама и бабушка, и когда все трое улыбнулись, три поколения девочек с ямочками на щечках, уверена, птицы с неба упали! Круг замкнулся, абсолютное счастье случилось! Дай Бог такого всем!

Привет, малышка! Хотя по отношению к девочке весом 4 300 – это не совсем то обращение, но! Мы тебе безумно рады, ангел сердца моего. Будь самой счастливой на свете, как и мы все сегодня! Неси свой свет и никогда не прекращай улыбаться!

Однояйцевые близнецы

P. S. А случай про близнецов и смешной и немного грустный. Девочка вышла с УЗИ и позвонила мужу, сообщить, что у них близнецы. «Представляешь, двое! – Она ошарашенно возбужденно выкрикивала. – Однояйцевые!» (Здесь имеется в виду, что одна яйцеклетка разделилась и дети идентичны, абсолютно одинаковые.) И муж въехал в отбойник на МКАДе, потом уже перезвонил и сдавленно уточнил: «А это точно? ну… что у обоих по одному яйцу».

История про неудавшееся принятие ванны

Дважды за день пыталась принять ванну, горячую, душистую, наполненную пеной. И дважды, еще не коснувшись дна, получала звонок и понимала, что пора ехать.

Абсолютный рекорд принадлежит марафону длиной в четверо суток, где я также безуспешно пыталась расслабиться в воде, и мне это не удалось ни разу. Зато малышей получилась целая ватага. К концу четвертых суток коллеги искренне посоветовали бросить мыться в принципе на пару дней, дабы не провоцировать.

Год дракона

Но сегодня поистине чудесная ночь, я открываю этот год, свой год малюсеньких дракончиков, у меня добрые и уж точно улыбчивые. Я открываю его, барабанная дробь… Ярополком! Ой-вей! Что-то будет!

Поговорила с братом Ярославом по телефону, и спустя два часа, пожалуйста, Ярополк. А он, между прочим, прибыл из другого города! Прямо собрался, долго, деликатно имитируя тошноту и боль в животе от оливье, но нас на мякине не проведешь – оливье отдельно, роды отдельно.

Поездка с третьими родами издалека – дело хлопотное. Папа гнал так, что отобрали права, – вот тоже история в назидание. Остановили несколько постов: первые забрали права несмотря на схватки, все остальные спросили, не надо ли помочь и сопроводить. Но! Сейчас тем, кто осудил первых, станет стыдно – во время родов права вернули, позвонили и сказали: забирайте. Подумываю, не написать ли такое в своем резюме. Есть же вопрос во всяких видеовизитках: почему пациенты должны выбрать именно вас? И тут я наклоняюсь к камере и интимно сообщаю: возвращаю права, удачу, веру в себя, толщину рубца и блудного мужа, пробую работать с криптой, но там пока глухо.

Страх

Посвящается тем, кто при виде нас восклицает: «Ой, я тоже хотел быть врачом, поступать в медицинский. У меня же мама/мама/бабушка были врачами, но теперь-то уж поздно». Это будет история не про ремесло как таковое. Не про то, как вас научат анатомии, физиологии, пяти видам химии, этике/деонтологии. И даже история не о том, что придете в ординатуру и «забудьте все, чему учили в институте».

Это рассказ о том, что вы раз и навсегда впустите в свою жизнь СТРАХ, и кем бы вы ни были по вероисповеданию, увлечениям, стремлениям, страх будет вашим вечным спутником навсегда. Не за себя, это уйдет на 43-е место в рейтинге и будет волновать вас, как говорил Жванецкий, меньше, чем новость о возобновлении балета «Корсар». Не за близких, это тоже есть, но не в первых строках, может быть, конечно, с годами нарастет панцирь и будете хотя бы рядом ставить.

Но приготовьтесь к тому, что вечный ваш спутник с момента вручения диплома и навсегда – это липкий, сильный, не оставляющий ни на минуту страх за пациента! Акушерам этого показалось мало, и они взяли красную дорожку из «Умников и умниц» – без подсказок и отвечать за 2–3 жизни сразу, причем 1–2 из них невидимы.

Эти волшебные ощущения

Есть в акушерстве то, ради чего все сюда пришли и остались! Мы вошли студентами и, конечно, ни о каком благородстве профессии, счастье материнства, высшей цели никто не помышлял и сейчас не ощущает. Но мы все кожей, кончиками пальцев и волос, животно, хищно почуяли эту атмосферу, непередаваемую непревзойденную.

Здесь дичайшая смесь страха, напряжения, надежды и радости, и все это не за себя – высший класс эмоций. Это в воздухе, в стенах, в людях, оно впиталось в нас и не выветривается с годами. Невероятное чувство счастья и переживания за коллег и пациентов своих коллег – нет различий, эти вымученные решения или мгновенно принятые решения. Эти дыши, давай-давай, выдохи-выкрики счастья, заглушающие крик новорожденных и их мам. Этот бег на упавшее сердце, с разорванной по пути одеждой и мгновенное мытье рук «по Ероян».

Это ощущение головки на тазовом дне, тонкая грань между туда и здесь в пару сантиметров. Ощущения плодного пузыря, спазмированной шейки. Боль за другого. Счастье от его счастья. Братание на уровне панибратства, главврач, директор, ординатор, акушерка, санитарка – все равны перед родами, перед их всегда внезапным виражом. Перед разломом мира на до и после. Эти ощущения. «Так и знал».

Любой может ранить и поддержать, словом, взглядом – ты без кожи, вне времени. Ты даже ночью слышишь сердце, этот стук в унисон с твоим. Но рядом те, кто понимает, кто придет, отведет беду, просто вслух проговорит и замыленный взгляд, и рука прояснятся и встанут в колею.

Ты переживаешь и останавливаешь всех и делишься болью, страхом и потом эти все позвонят из дома и спросят: «Ты родила?!» И ты придя домой будешь написывать оставшимся, несмотря на то, что домашние ждали тебя три дня, ты пришла с работы, но не ушла с нее и никогда не уйдешь.

За двое суток трое родов. Все! Все! Не по плану! Все такие, что надо закусить удила и терпеть, просто терпеть, нужно время и силы, и вот третьи подарочные! Ты ловишь шанс 1 из 100, говоришь: «Только чудо». И оно происходит! Вы даже не представляете, сколько в этот момент счастья и любви, сколько ее вообще может быть, хватит сил выдержать, выстоять, обогреть и не упасть! И спать не хочется совсем, и есть ты забыл, и отходняк! Как мы хохотали! Такая легкость сразу на душе. Как мы вспоминали обо всем и всех, сколько всего есть вспомнить, как все мы готовы были обнять весь мир и обняли! И так до следующих родов!

Атмосфера! Густая, плотная, ни с чем не сравнимая. Да, мы все, прямо скажем, не здоровы, и давно уж адреналиновые наркоманы, но, если на небесах захотят наказать, заберут возможность так чувствовать и так жить! А пока да будет день, ночь, здоровые мальчишки, девчонки, их матери и отцы! Да будет великое чудо рождения и иже с ним, то есть мы!

Необычайный зоопарк

Будучи на родах с рассвета, а ситуация медицинская таковая, что из бокса не выйти, решила выключить будильник. А точнее, все свои будильники, ну чтобы не затренькали в самый неподходящий, и тут поняла, что не заводила. А еще днем вдруг час поспала, впрок, как говорится, как чувствовала. Вот это «чувствовала» – коварная штука, кстати, у акушеров часто случается. Но! Когда плохое чувствуешь – не очень, сделать ничего не можешь, ибо пока не случилось не понимаешь, а после уж дважды страдаешь. Но это, по счастью, редко, а вот хорошее – прямо супер!

Так вот, в ночи бодро подскочила и мчу, дорога пуста! Но из-за угла вдруг дорогу решили перейти вороны, что-то раздобыли и несли прямо в пакете с ручками, растянули его на троих и с гомоном идут. На меня чихать хотели, подожду, типа, я и подождала, а потом вообще пакет бросили и смотрят, прямо так, через стекло. Им и крикнула: «Убирать не буду, несите где взяли!»

А на платной еще не легче – собака переходила медленно так, через все полосы, сомневаясь, я затормозила. Она осмотрела и вдоль машины пробежаться решила, проводить вроде как!

Приезжаю, рассказываю пациентке в боксе про свой странный зоосад, она в ответ: «Это что! Меня вообще кот разбудил! Орал под дверью, царапал, ворвался в комнату, проснулась. О! Точно схватки же!» Ну родили мы, для справки, через 5 часов от пробуждения котом и 4 часа с момента проводов воронами и собаками. Дорогие представители флоры и фауны! Спасибо! Все прошло успешно!

Лея, не в пример братьям, толстушечка под 4 кило и такая же невероятная улыбайка и умница! А потом уж ближе к вечеру и Виктор подъехал, ну он по определению победитель, и я на утреннем кураже справились! Сейчас поеду домой, не провожайте! Готовиться, мало ли ночь впереди, а малышей много еще жду!

Это я еще промолчала про то, что в соседнем боксе роды вели с фотографией Григория Распутина в пол-окна, ну это уж пусть тамошний доктор и рассказывает, как только креститься закончит и горячим чаем отопьется с валериановым корнем.

«И льется музыка, музыка, музыка…»

Вчерашние роды и музыкальное сопровождение в виде группы «Тараканы». А почему бы и нет?! Пополняйте свои родовые плейлисты действенной музыкой. При всей моей любви к классике в момент эмоционально-физического пика не всегда можно растворить страхи и волнения интеллигентным Рахманиновым. Бывает, что прямо басы нужны.

Будьте готовы рожать именно со своим почерком, поверьте – это лучшее, что случилось в акушерстве, когда при полном оснащении, мы расслабились и услышали, и увидели друг друга, и поэтому так интересно.

Кстати, частенько включаю «Шазам», дабы распознать музыку и беру ее в свой обиход. Был даже забавный случай, когда на протяжении двух с половиной часов определяла одну и ту же композицию. Думала, приложение сломалось, а потом выяснилась, что все правильно, эдакая долгая песня с кайдан-кампуром.

Хорошо идет мелодия забойная, мощная или, напротив, та, под которую познакомились, например, «Море, море!» Магомаева. До сих пор слышу, по силе исполнения и «Рамштайн» не всегда так пробирает. Лирического Адама Ламберта открыла от плавающей в ванной пациентки, она подпевала ему и так стала матерью.

Любая музыка уместна, если она мотивирует и вдохновляет. Поэтому не забывайте прихватить колоночку и исправить любое настроение. Не всем нужны пресловутые три Т, дабы встретиться с самим собой в важный и интересный момент жизни. Самые крутые и правильные роды – индивидуальные, праздник по спецсценарию.

А родился у нас милейший мальчишечка, такой красивенький и радостный. И мама его, к слову, вместе с папой тишайшие, интеллигентные, очень скромные ребята, что вдвойне удивляет и восхищает. Принимала роды с не менее горячей и под все музЫки уместной, акушеркой Зориной, ангелом моего сердца. Эдакая невероятная красотка с рыжей гривой, суперпрофессионал. Та самая, что заведующий родблоком именует исключительно доктор Зорина. Вот так мы и проводили март, по-моему, достойно!

Лучшие роды

Счастье – это что-то такое зыбкое, такое эфемерное, такое невероятное и самое главное – у каждого свое! И кто бы что ни назвал всегда правильное. Но это чувство, в котором обязательно есть радость и любовь, особенно влюбленность и что-то очень светлое, что весь мир вокруг преображается, пусть на миг! Но помнишь об этом долго! Счастье порой приходит, как стихи у Ахматовой, из «такого сора». Помните «О чем говорят мужчины», когда чай в поезде ложечкой перемешивал и счастье пришло. Вот как его объяснить, только испытать!

Но! У меня для вас есть очень четкий ответ, я имею на него право, ибо занимаюсь своей профессией большую часть жизни: Прекрасные роды, где здоровый малыш и мама! Да, попутно может так совпасть и мы выполним все условия из списка мечты будущей мамы, и прозвучит нужная музыка, и она пройдет свой путь джедая, какой наметила в беременность.

Но в целом, в момент, когда жизнь и брак разделятся на до и после, и перестанет принадлежать только им самим, а сердце матери, в идеале и отца, раз и навсегда вместит в себя все тревоги за ребенка, на этом старте, он должен быть жив и здоров! Особенно, если ему нужна помощь!

И вы не представляете, какое это счастье, провести роды мечты для женщины, которую по каким-то причинам обидели или даже унизили до этого! Но самое большущее счастье – это то, что дети стали нашими пациентами и роды перестали быть пробными! И что почти нет патологии, с которой бы советовали прервать беременность, и очень многое можно исправить до или после родов.

Дети всегда, запомните, всегда очень хотят понравиться родителям и очень хотят, чтобы их любили! Жить в этом прекрасном мире, где любой малыш имеет право на жизнь – невероятное счастье!

Врач и пациент

Жил-был врач и жил-был пациент. Каждый шел своей дорогой, преображая, теряя, меняя свои же суждения на новые свои мысли и чувства, разочаровываясь и очаровываясь. Наступила беременность. Здесь, конечно же, считаю необходимым уточнить, что факт беременности зафиксируем на пациентке. Про беременность врачей следует выделить отдельную главу и встречу, на которую придут только всклокоченные и прошедший этот особый путь врачи.

Беременность – благословение с небес, притом, что совершенно неважно как она наступила и какие мысли пришли вместе с ней: правильные или не очень. И с этого самого момента врач и пациентка вышли навстречу друг другу, из точек А и Б, да простят мне слушатели сию избитую фразу, и центростремительно ищут друг друга. Для тех, кто взволнован, скажу сразу: они найдут и все закончится хорошо. ЗдОрово, если беременность не первая, тогда есть некая точка опоры и хочется повторить, либо НЕ повторять предыдущего опыта.

Но даже если беременность не первая, мы обязаны поставить в знаменатель вечное женское любопытство, поиск нового и желание лучшего. Надо отметить, что и врачом движет примерно то же, притом, что большинство акушеров такие же женщины. К моменту встречи пациентка может не иметь никакого образования, а может иметь несколько очень разнообразных высших и даже ученую степень. О-о-о-о!

Роды у пациенток с учеными степенями также можно выделить отдельной главой и собраться в соседнем зале с беременными врачами, но я беру, все же среднестатистические данные. Естественно, в беременность будущая мама много прочла, либо много посоветовалась, либо серьезно подготовилась и посетила все курсы у дома и в других районах. Но вопросов от этого не стало меньше, и что характерно иногда и тревог прибавилось, ибо разнообразие громадное.

Родовый процесс ныне пестрит поистине царским изобилием. Полная свобода начинается от выбора роддома и системы, я имею в виду контракт на конкретного врача либо на дежурную бригаду и практически роддом, либо поступление по территориальному признаку.

Родовый сертификат дает возможность выбора без дополнительных трат, а почти все роддома открыты для посещений, экскурсий и уж точно есть возможность задать вопросы. Кто-то сразу уходит в частную медицину, очень четко понимая, что официальная оплата – гарант ответственности и более широкие возможности для реализации своих идей. А идеи, надо сказать, вот как раз от того набора курсов, книг, разговоров и возникнут всякие, сразу скажу, это нормально.

Если вам посчастливилось посетить только одни занятия, то в зависимости от адепта, вы захотите только вертикальные или только горизонтальные. Ну повезет, если поселят мысль о разных позах. Безусловно, много будет разговоров о вреде и пользе от анестезии, о необходимости или категорическом отказе от помощи, прививок и так далее. Это одни и те же круги все годы, только траектория очень разная в зависимости от моды. Да, акушерство, как и медицина в целом, подвержены такому влиянию, и это очень здорово, чуть позже поймем почему. Но!

Обратите внимание, никто не сможет точно сказать, как лучше именно вам, потому что узнаем мы об этом только в процессе родов и выводы сделаем там же, основываясь исключительно на ваших чувствах! То есть ради личного, а не того как в целом бывает, вы и будете искать своего врача. Про безопасность не говорю, само собой разумеется.

Кстати, мы совсем забыли о враче, что же с ним?! Тут все попроще, постандартнее: это строго обязательно классическое врачебное образование! Наработанный опыт и вот тут, что называется факультатив, для души!

Врачу, имеющему хороший фундамент, обязательно захочется участвовать в этой общей гонке на опережение, и здесь здорово пригодится и любопытство, и способность меняться. Чтобы не быть голословной, без хвастовства, как факт: я дважды проходила обучение у Мишеля Одена – в Лондоне и Амстердаме. О чем имею соответствующий сертификат, самые теплые воспоминания и красивые фото, потому что учит Мишель, как и рожает – легко и красиво. И такой симбиоз необходим каждому акушеру.

Но если нет возможности поехать и поучиться лично, давайте сбавим градус моего пафоса, то всегда можно прочесть и понаблюдать, и вот это уже обязан сделать каждый врач. Наработать свой собственный опыт, выстроить свои отношения с тем чудесным миром, из которого придет новая жизнь. И тут выясняется очень простой постулат: чем меньше собственным «я» ты вторгнешься в данный процесс, чем меньше вторгаетесь в чужую судьбу, тем оно лучше.

Я сказала «вторгаетесь» нарочно, ибо с того момента, как врач и пациент встретились, они вместе пишут общую для них историю. Мы оставляем за скобкой, как найти своего врача, это не цель сегодняшнего разговора. Обмолвлюсь лишь, что здесь поможет откровенный разговор на приеме и репутация, на которую мы все очень тщательно работаем. Но в целом вас не подведет чутье при личном общении.

Мы встретились: врач и пациент, поговорили и вместе отважились на самый радостный день. Много раз рассказывала и не устану повторять, что не может работать в акушерстве человек, для которого рождение ребенка не чудо.

Счастье

Оно вообще очень странно приходит, счастье. Казалось бы, обычный рабочий день: прием с операциями, обходами. Приехали, роды, первые. Преждевременное излитие вод на незрелой шейке, крупный плод. Вечер, ночь, возможно, еще день впереди. Перспективы туманны, мы заняли выжидательную позицию.

Но ребята такие красивые, открытые, с таким доверием в глазах, с таким ощущением будущего праздника, что наши внутренние дети мгновенно сдружились, и уже ватагой, не так страшно, рванули вперед, расслабились и стали кайфовать от всего.

Вот вернувшиеся отпускники, включая главного врача, загорелые, белозубые, родные, объятия их теплые и такие необходимые. Дежурная бригада шикарная, акушерка, с которой работали в ЦПС, будучи сами детьми, и ее замечательные золотые руки и имя с фамилией, легко меняющиеся местами.

И вот уже начались схватки, робкие и вот уже шикарные, и уже не помог душ, призван анестезиолог. Анестезиологи все удивительные, но разные, этот самый-самый. Вот уже на весь родблок летит наш общий гогот вместе с пациентами. Мы вспоминаем шикарных санитаров со скорой – Габрон Габроновича и Занзибарского охотника.

Неприлично похрюкиваем от рассказа о логопеде, к которому повезли четырехлетнюю неговорящую внучку и на обратном пути на первом же лежачем полицейском великий немой заговорил. Причем четко, отборно и трехэтажным. Мать рассасывала валидол и в ужасе, и счастье обзванивала родственников, передавая первые слова сквозь свои слезы. Кстати, и недорого, всего 1200 за сиянс. Вроде ерунда и нелепица, но в умение зажечь друг друга с пол-оборота, в этой легкости и смехе до колик при дичайшем напряжении и страхе, причем не за себя, вся моя жизнь, и то, что не решаюсь назвать профессией.

И крутизна в том, чтобы чувствовать, отдавать и держать неисчерпаемый запас витальности и любви при непоколебимом чувстве плеча! У нас родился прекрасный и совершенно невероятный Федор, который как Лембит у Довлатова обречен на счастье, в такой-то атмосфере! Неожиданно быстро, думаю очень хотел посмотреть на нас, можете не верить, но он улыбался. Это был чудесный день, счастливого человека. Не знаю, как передать, не умею, поэтому давайте просто обнимемся прямо сейчас и зафиксируем «счастье». Ну кайф же!

Спор с подругой

Мы поспорили! Подруга, страшный интеллектуал, считает, что О. Е. Меньшиков совершенно гениально воплотит абсолютное зло. А я настаиваю на том, что искрометные лучики в углах глаз или губ выдадут его поцелованность небесами, абсолютное не сможет.

Это она за Иванова мстит, я ее туда привела и еле увезла после. Рыдала всю обратную дорогу и пила валокордин из пузырька в Театре наций. Он лучший, Иванов, конечно. Валокордин обычный, в аптеке купили.

Ну вот поспорили, в азарте и правды ради я покинула уютное кресло-качалку на балконе дачи с видом на сад, нацепила шелковое в пол, каблуки и отправилась в «Ермолову» на «Макбет». Ии-и… как только убили короля, по телу пошли вибрации и не просто от страха и звуков тревоги. Телефон неистовствовал: Аллочка, третьи роды, излила воды, а в прошлые свои роды Аллочка тоже рожала интересно и залихватски, такое не забывается. Поэтому подпрыгнула и, пока они не искренне рыдали, что король почил, я уже металась в портьерах на выходе.

Ну что могу сказать: в шелковом приятно бежать под начинающийся дождик и соответствующую музыку, душевно ехать, перезваниваясь и успокаивая всех на ходу.

Я так и не увидела спятившего Меньшикова, и он не будет для меня душегубом никогда, шотландская пьеса теперь с открытым финалом, а подружке скажу, что она не права, уж больно хочется выиграть. Хотя все эти ложные страсти, к чему они, лучше объявлю, как есть, что я стала на одну девочку счастливее. Как мы порадуемся, прямо на Троицу! Ух, какие покровители, не дадут шанса злу!

Счастье всегда пробьется, и дай Бог, так и не узнаю, как именно происходит механизм поглощения невероятной жаждой власти и крови. Тут лаборанты и трансфузиологи нервно хмыкнули.

И, конечно же, все-все поймут, особенно несчастные работники театра, которые решили, что я вылетела пробкой и покатилась по лестнице от невозможности увиденного. Вернулась, запыхавшись, и все объяснила. Такой вечер роскошный, пусть все-все будут счастливы, как и я. Постановка шикарная, новаторская, «Макбет» не скучный уж точно, я так хотела их энергию, но вы видели эти пяточки, глазоньки, эти складочки на ляшечках… не, судьба – лучший сценарист!

Зимняя сказка

Ты почему-то срываешься из загорода. Упорно выезжая из зимней хвойной сказки, мчишь в метель, приезжаешь к полуночи, хотя можно и с утра. Предпочитаешь душ любимой ванне, зачем-то вдруг отрываешь с самого дна полки пуэр и завариваешь, подумав: ночь на дворе, в голове услужливо выскакивает – а дальнобойщики от него три дня не спят.

Но уже пьешь, и тут тишину нарушает звук телефона, всегда перед таким звонком чувствуешь один удар своего сердца, а дальше легкая аритмия обязательно. Звонок от любимой коллеги, друга и наставника! Ну-у-у! Тут уж достаточно быть доктором Ватсоном, Шерлок лишний и там в трубке: «Ты приехала?!» – «Да!» – «Приехать можешь?» – «Да! – И чтобы снять напряжение, со смехом: – Как дальнобойщик, на три дня». – «Отлично, думаю раньше управимся. Подадим, наберу».

Теперь перевод! Живу рядом, когда не бываю у родителей в живописном уголке вдоль реки, то ехать мне 10 минут. До того как появилась машина, жила еще ближе и бегала со свечкой через лес. Надо проассистировать, ибо предстоит сложная экстренная операция. И как только пациентка войдет в операционную, я выйду из дома.

А дальше будет, как свидетельствуют многие мои коллеги в подобных случаях: на переезде тебе вдруг открывают вручную шлагбаум со словами: «Езжайте! Вам надо!» Милиционер остановит всех, кроме тебя, козырнув, светофоры будут только зеленые.

И не будет ни сна, ни усталости, ни мигрени, она вдруг пройдет, потому что на время дают крылья. Не хочу, чтобы текст выглядел, будто я копирайтер с «Битвы экстрасенсов», кстати, предпочла бы канал «Спас». Но если Создатель захочет нас наказать или отправить на покой, то не даст больше слышать и чувствовать это и уберет крылья. А пока все отлично!

Встретили рассвет, как любим, с новым человеком в руках! Кстати, это тот самый свет, который малыши видят в самый первый раз. Называя его «этим», мы с вами тоже видели, и если вдруг в жизни темновато, вспомните на что мы все пришли. Ой! Самое главное забыла: всем чудесного дня. Обнимаю! Ура! Я в душ и в холодные чистые простыни, еще одна ночь «длинных ножей» позади, засну с улыбкой.

День рождения роженицы

Ой! Ну и как вам это небо?! Это почти весеннее, невозможное. Прекрасный свод небесный сегодня даровал мне день рождение мамы-кнопочки и новорожденного.

Нет, ну изначально все было чинно и благородно: даже взяла выходной. И была выходная ровно час, ну а потом, как обычно: воды, схватки, дальняя дорога, казенный дом. Кстати, о дороге, штрафы теперь приходят практически онлайн. А еще остановил инспектор и спросил, нет ли у меня в машине детей, ответила, что в машине нет, но через несколько часов обязательно буду держать в руках.

Он очень обрадовался и сквозь рокот, дождь и грязь пожелал новорожденному всех благ. Володька подрастет передам. Но! Счастлива я абсолютно, а потому что чутье. Поздравились мы в полночь, сюрпризы, шарады, подарки, а утром праздничный обед и ужин прекрасно поместились в завтрак, и свечи задуты, и торт съеден – лично принимала участие! Да и на работу мчала с баночкой оливье и осетриком, заботливо нарезанным.

Конечно, данная атмосфера не могла не коснуться процесса, мы единственные, кто сегодня родил. Да, так совпало. Но это первые роды в 40 лет. Плановая операция на 03.03. Но! Я на секунду включила в себе Спиридонову и почувствовала: родит!

Ну кто, как не она, и команда из акушерки и любимейшего неонатолога есть! Да! Эта большая, сильная руководительница целого департамента, к слову, никому не сказавшая, что беременна и даже сегодня презентовала проект. Сейчас всю эту мощь переключит, и кто как не она! Бинго!

Если ты идешь на роды, как на праздник, доверяешь, хоть тебе это совсем не просто. Готова трудиться, и вот эта гениальная фраза: «А как сделать так, чтобы ему легче?!» – у тебя всегда все будет хорошо. И да, я готова обнять весь мир, этот чудесный, потрясающий полуковидный, но все еще очень нуждающийся в любви, мир!

А теперь я готова спорить, что она будет лучшей матерью, как эта мощь на глазах перешла в нежность! Ну! И не такой дальней дороги стоило. А мамочка слава богу есть, и она все-все понимает, как обычно! Да и за малыша тост поднять – святое дело, человеку уже несколько часов!

Отпуск

Та-а-акс! Или даже вернее тэ-э-экс! Отпуск! Не! Ооотпуууск! Волшебное время, тихое и спокойное! Если сегодня ночью мимо ваших открытых окон промчит автомобиль на большой скорости, а оттуда будет очень громко что-то доноситься, может быть, даже монологи из «Дяди Вани», не спорьте, я умею праздновать изящно, знайте – это я! Это я в отпуску!

Не то чтобы уставала от чуда, конечно, нет. Но любое чудо, это вам в любой профессии подтвердят, всегда тщательно готовится, предшествуют долгие бессонные ночи, беспокойные дни. Ты вслушиваешься, всматриваешься и пытаешься предугадать.

Переживаешь ли ты за себя?! Нет, уже миллион лет ты равнодушен к себе. И вот один раз в год можно позволить себе выключить телефон и остановить бег по вертикали. Можно как «простой инженер» стоять в очереди, толкаться на рынке и в ЖЭКе, пойти к врачу, там тоже потолкаться, съездить посмотреть на бывший карьер, где теперь вода лазоревая. Или обои выбрать без риска схватить первые попавшиеся с краю, как бывало, на любое «поехали…», ответить: «Поехали!». И петь, и плясать до рассвета, потому что потом ложишься в прохладные простыни, когда уже рассвело, и точно спишь! И нет в твоих ответах «если», и ты обычный человек с четким распорядком дня. Возможно ли так жить долго, конечно нет! Даже треть жизни нельзя, но раз в год в качестве экзотики очень даже!

Ковидное

Мой флеш-рояль! В ковиде. Ну о том, что в условиях ковида стало известно только в последнюю неделю, до этого милейшие моему сердцу девчонки и ежевечерняя тревога, о том, как пройдут роды: первая в головном, вторая в поперечном.

Сможет ли в схватку повернуться головой или попой, она вторая, останется после рождения сестры в огромной квартире – перерастянутой матке, или так и будет поперек, что ей, в принципе удобно. И тогда либо поворот на ножку – казуистика в акушерстве, уж очень редко бывает. Или все-таки бежать в операционную, именно бежать. И тут вдруг стало понятно, что я в принципе опасалась не того, пришел положительный ковид.

И любимые мои Александр и Александра покорно приняли новую данность и робко спросили, как можно сразу соединиться с детьми и кто теперь врач. Последний вопрос возмутил до глубины души: как кто? Я! Чего бы стоил кто-то из нас, если бы бросил хоть одну в тяжелых условиях, да мы как раз для этого существуем. Чтобы принять любой бой и не бежать, а поддержать особенно в тяжелую годину.

Не буду томить. 22-го мая, аккурат в день «летнего Николы», как бабушка говорила, стоя в храме, я увидела СМС, что воды излились, и поняла – все будет хорошо, уж больно хорош наш покровитель.

Это оказалось правдой. Мы стали счастливее на две прекрасные великолепные девчули! Подрастая, они долго будут рассматривать фото со своих родов и думать, что папа был с ними на Луне! Да! Отрицать не станем. Эпичности нам не занимать!

И не надо писать, что я герой, умоляю, герой Мама. Вы бы видели, как это было прекрасно, и безумно переживающий Папа. Девчоночки – герои, не обеспокоили никого. Красивейшие роды, все разыграно как по нотам. А я лишь проводник, причем в СИЗе, еще и не отличимый ни от кого в данном месте. И все мои коллеги, которые так переживали, молились, дистанционно следили, поздравляли и радовались так, как и рождению своих детей!

Я отписывалась, успокаивая всех еще минут сорок после родов. Как раз пережидала несколько часов другую страдную опасность: потенциальное кровотечение. Мы на том стоим! На этой бесконечной любви и счастье от того, что в мир приходят ангелы, а мы у портала.

Если небеса захотят наказать, отнимут любовь к людям. А пока этого не произошло, обнимаю весь мир и кричу от счастья! Любимые мои, совершенно особенные и невероятные, будьте самыми счастливыми, не зря же дан такой крутой старт! Ваш ликующий акушер в белом СИЗе, с горящими глазами размером с очки!

Акушеркам на 5 мая

Ну что! Дорогие мои, ненаглядные повитухи, акушерки, пупорезки, повивальные бабки, приемницы, пуповязницы, бабицы! Не надо теперь носить сумку с охолонь-травой и нехитрым инструментарием.

Не надо просить вскипятить воду в родах и принести чистые простыни. Не надо творить заговоров, водить рожениц в баню, где почище, выпроваживать нервных мужей. Не жить никакой жизнью кроме этой, не изменять мужу, чтобы дети не были с желтушкой, не менструировать, чтобы принятые девочки плодовиты были.

Не быть вдовицами и не бояться, что если мало детей принял, на том свете зайцев заставят пасти. Наступил век электроники, космоса и интернета. А ваша профессия не перестает быть окутанной туманом и волшебством, чуток колдовской она не перестает быть. Стоите вы красивенькие, чистенькие, невероятные, спокойные, готовые в момент быстрого открытия портала с того света на этот, бережно схватить малыша и передать маме.

А уж ежели чего: там малыш толстенький или какой затейливый, то и ухо востро, повернуть как следует и подправить чего, или в операционной бережно принять, чтобы не испугался. Они другие, эти самые малышики, смышленые, востроглазые, любопытные, разглядывают нас, а мы и рады, улыбаемся, приветствуем, любим.

По-прежнему хорошая акушерка – залог всего хорошего в будущей жизни. Это неизменно. По-прежнему хороший человек равно хорошая Акушерка.

Повторюсь, Софью Андреевну Толстую очень любили приглашать в роды в помощь к акушеркам. Говорили счастливая она, барыня. И когда у одной деревенской бабы случилось кровотечение, в какой-то момент закончились и лед, и вата (единственные способы спасти) кто-то заголосил: «Открылись смертные ключи, поздно», а Толстая невозмутимо продолжала останавливать. Все удалось, баба жива, ее еще долго колотил по праздникам муж, ребенок жив.

А посему, любимые мои, обнимаю вас разом, целую звонко и поздравляю с профессиональным праздником, вместе с Софьей Андреевной и покровительницей вашей повитухой, Соломеей, той что младенца Христа принимала. Храни нас всех уж давно не младенец Иисус, даруй всем рожающим здоровье и сил, а мне, пожалуйста, когда видите, что глаза в кучу от страха и напряжения, грызу краешек халата, не забывайте, как обычно, класть руку на плечо и говорить: «Да все будет хорошо». Это заклятие я голосом каждой из вас слышу и всегда верю, и тем спасаюсь. Низкий поклон и неземная любовь!

История о сломанном телефоне

Теперь знаю о дзэне все! Невольно, но без сожаления. 5 утра. Звуки природы, мы с акушеркой пучим глаза в темную воду, ждем приплод. Все буквально, ни одного переносного понятия.

На телефоне выскакивает надпись, не глядя, жму и… перезагружаю. Делаю это особенно удачно – пропадает все что было: контакты, связи, 12 тысяч фотографий! Расстроилась?! Рада бы, да не склалось!

Попробовала вспомнить, что незаменимого было, и маховик закрутился в своем режиме. Вот 56-летний итальянец на приеме с женой, впервые слышит стук сердца сына сквозь старенький скрипучий аппарат «Малыш», и не сдерживаясь рыдает.

Вот под кабинетом сидит она, звонившая несколько недель назад, плачущая. Будет прерывать, не может оставить, обстоятельства, важные, убеждает, поджимаю губы, бубню: «Нельзя, нельзя, НЕЛЬЗЯ!» Кладет трубку. И вот пришла на прием, не смогла. Я знала, что она святая, стою под кофеавтоматом и ноги не идут, счастлива.

Вот кромешная тьма и холод хуже могильного, мы не выедем никогда из этого гребаного мыса Ломоносова. Мы погибнем, плакать нельзя, глаза лопнут, ничего не шевелится. В голове только псалмы, умираю, резкий свет и солнце, тишина, голубые льды. На горе – медведь, под ногами – нерка, в раю что ли?! А нет, песец вот сидит, симпатишный.

Вот крестится реаниматолог в углу, секунда звенящей тишины, самой глубокой – и крик! Детский плач и та-а-акой выдох, взрослые, мудрые люди, кладут голову на сложенные руки и кто-то с чувством: «Твою мать!» Эти роды – настоящий женский шабаш, мы хохотали так, что заряжалось соседнее отделение, а не только родовые палаты.

Мы любили всех, вся, и так встречали новую жизнь, это из моего сердца, не стереть! А про те, что визуальные, так я включаю соцсети, и оп… Коленька пополз, Светочка пошла, Славочка выиграл олимпиаду, Марк поступил, у Лидочки феррари, чего?! Чего?! А шоколадный!

Девочка моя! Я верю в тебя и тогда, когда смахивала какашку с головы, верила, все еще будет… не плачь! А для всех моих любимых, хоть раз близких людей, с извинениями хочу отметить, что если на вашей аватарке стоит репка или фото Анджелины, то придется представляться. А по поводу фото: что я новые, что ли, 12 тысяч не нарожаю! Грянем, девочки с Божьей помощью.

Про роды в машине

Самая крутая фотография с родов, какую доводилось видеть, причем продали нам фото спустя месяц. Официально. Как и все штрафы.

Это один из мощнейших страхов всех пациенток, а особенно их мужей – роды в машине! Итак, история одного дежурства. Промозглый осенний вечерок, мы на улице у приемного, вглядываемся в темноту, ждем, потому как знаем, что роды произошли.

Спокойный такой звонок, без истерик, ну а чего уж, роды можно и по телефону принять. Пару советов, прижимаете ребенка к груди, укутываете и продолжаете путь. Чудо произошло там, где смогло. Остальное наше, для того и стоим на ветру. Ведь с рождением малыша роды не прекращаются, начинается последовый период.

Кровотечения случаются именно после родов, поэтому с теплыми пеленочками встречала не только Мишеньку, но и его маму, ослабленную и нуждающуюся в заботе.

Отдельный поклон отцу, который не только не спятил, а очень даже бодро продолжал рулить. Единственное что, превысил скорость, не без этого, зато за 500 рублей выкупили первое фото.

Присмотритесь, Миша там, в пальто, у груди, полноправный член семьи и герой всех домашних анекдотов на долгие годы. Мы подружились, просто потрясающие ребята, очень спокойные. Они, как в путешествие в прошлые века, когда из Египта в Китай шли пять лет, выходили из дома одним составом, а возвращались совсем другим. Я их люблю!

Были приключения потом, поэтому мы и наговорились, и навстречались – это уже как у всех. Примечательно, что первые роды были со стимуляцией, долго, нудно, мало естественно. А здесь мама, папа, мать-природа, и мы на подхвате. Это не призыв! Боже сохрани! Это констатация!

Мать-природа в роддоме давно прописана. Просто раз уж так, то не бояться, всегда есть телефон врача, включаете громкую связь и выполняете нехитрые инструкции. Главное – без паники, природа сильнее и мудрее, а что уж до казусов, подправим.

Всем пристегивать ремни во время движения, чаще улыбаться и меньше переживать. А еще, если просят на дороге, не вредничайте, пропускайте, в машинах бывает действительно срочно. Такие роды редкость, за мою карьеру второй случай.

Скажу больше, все женщины таковы. Никакого сексизма, Боже сохрани. Если бы рожали мужчины, то это было бы, безусловно, тяжело, но очень четко как по учебнику, как выучили в институте, отпрактиковалась и совершенствуй.

С женщинами же все сильно интереснее, благодаря их неуемному характеру в акушерстве существует мода вокруг процесса данного природой, тысячелетиями. Я навскидку вспомню несколько глобальных веяний, одно обезболивание чего стоит, страдали, метались, кричали: «Я больше не могууууу!!!» Придумали спасение, а вот не хочу, хочу испытать по максимуму, хочу как было. И в этом прелесть нашей работы.

Женщины все без исключения великие, любой день и час готова положить руку в огонь за каждую! Невероятнейшие, красивейшие, утонченнейшие, неповторимые!

Помню всех: худеньких, полненьких, веселых и грустных, пугливых и новаторски-деловых. Помню, как замечательно менялись от родов к родам, как шли вам ваши малыши, много малышей каждую же и люблю! Знайте, мои родные, зерно жизни в вас! И мир вертится только поэтому вот! Это главное – остальное шелуха, да простят меня феминистки всея Руси и за пределами.

Между прочим, не просто так, с подарком я! С прекрасным новорожденным Вакулой! Да! Если возьмет от отца, стать, рост и спокойствие, а от мамы красоту, интеллигентность и совестливость, то всем рожденным только и впоследствии девчонкам рекомендую запастись сердечными каплями! Я уже еле держусь, так хорош! Всех с весной! А нас с Яной и Сергеем, с двойным праздником! Православным пламенный привет, с постом вас, с молитвой! С тишиной и радостью сердца! Ну и, как говорят греки в пост: хорошего забега! Всех люблю, целую, обнимаю скопом, простите отвечать некогда при деле я, хвала небесам, при самом лучшем деле на свете! Ваш весенний счастливый акушер!

Елене Игоревне

Есть ли в вашей жизни человек, не родственник, который бы стоял в иерархической лестнице сильно выше, проще говоря начальник, в данном случае начальница, но при этом весь совместный долгий трудовой путь никогда не подрезал крылья, а даже наоборот. Распрямлял, выравнивал, продувал вам перышки и говорил неизменное: «Ты сможешь!», без вопросительной формы.

Удивительный случайный кадр, пойманный в долгом ожидании операции, отображает как нельзя точнее все 15 лет совместного творчества. Если вы, мои дорогие, думаете, что я эдакая хохотушка-зажигалочка, знайте правду, сегодня нельзя лгать, в этом тандеме я Ох. Тот самый, из мультика, с длинными рукавами, криво посаженной шапкой, нерадивый флегматик. У нас один знак зодиака. Я – вечный экзистенциальный кризис, борец с собой, просто нудьга. Она – вечный праздник! Летящая, легкая, неизменно красивая, веселая, по-женски мудрая, озорная, безумно чувствительная к несправедливости, великолепная женщина, редкий руководитель.

Никогда не видела ее спящей, даже в путешествиях. В Питере, взмолившись о том, что осталось спать четыре часа, упала навзничь в свои 20 с небольшим, а она прокричала: «Чего уж ложиться, будем танцевать!» – и загарцевала между кроватями.

Я спала под вальсирующую начальницу, а когда разлепила очи и со стоном, раскачиваясь и бухтя умылась, оказалось, что она так и приплясывала, только переоделась и сменила прическу, готовая к дневным приключениям. И уже тогда поняла: никогда не сравняться! Ни в работе, ни в жизни.

Она – высокая планка человечности, профессионализма, терпения, умения, любви к людям и жизни, и никогда к себе. Недостижимая. Я верю в силу любви, потому что ее душа не имеет размеров, и там мы все. Знаете, что она отвечала на поздравления с днем рождения? «Я-то что! Марку Аркадьевичу вчера вручили орден, какое счастье и гордость для коллектива» и это правда! Двойной праздник для нее в первую очередь.

Ну а дальше, представляю площадку тем, кто хоть раз в жизни был обласкан светом и теплом этой невероятной женщины – врача, моей, нашей любимейшей Елены Игоревны. Безумно люблю этот свой счастливый лотерейный билетик – встреча с вами, любимая и непревзойденная.

Стихия

Полночь, великолепный диск луны низко и красиво. Телефон звонит, пора. Поднимаюсь, беру лейку и выхожу на балкон, сосед слева курит, на минуту замирает. Потом неодобрительно кивает – здоровается, значит, видимо, он решил, что это ритуал такой.

Поливать бросилась потому как предстоят первые роды, значит, до утра точно не закончатся, с утра начинается рабочий день, который переходит в дежурство, дежурство снова переходит в рабочий день и прием, то есть ухожу на двое суток минимум, а помидорам и огурцам будет несладко.

Смеюсь, чтобы отогнать его и свой мистический ужас, на мне как назло рубашка белая, и свет я не включала, луна же светит. И тут вспомнилось, как много лет назад моя коллега по скорой рожала в местном роддоме. А роддом в составе городского стационара, когда закрывали на мойку, то переезжали в резервный – одноэтажное здание на перекрестке. Окна выходят на пешеходно-проезжую часть, без комментариев.

Лето, духота перед дождем, открыты окна. Наша Олеська на кресле, второй период родов то бишь. Небо озаряется молнией, слышен гром, начинается дождь, мимо люди бегут, пригибаясь от криков и дождя. Снова и снова раскаты грома, врачи, перекрикивая стихию: «Тужься, тужься сильнее!»

Он крупный был, а Олеська, в ужасе на весь роздал: «Господи!!! Да что же он рождается, как колдун какой-то», – смеялись даже прохожие. Парень вырос у нее чудесным, уж за 20 ему. А у меня под утро родился Митрич – маленький и сладкий, а днем не менее замечательная Любовь – ну-у-у это вообще подарок судьбы! Куда же в жизни да без любви.

Фотографии

Мы встретились Кадрией Крик. Она автор проекта «#Первый крик», первый официальный фотограф родов. Она по сути моду на фотографирование родов и ввела. Когда она много лет назад зашла на роды с фотоаппаратом, мы все акушеры ее чуть не съели. С ума, что ли, сошла, роды фотографировать, письки? А она сделала из этого искусство.

Так вот, мы встретились с Кадрией до того, как крик первой ее малышки ворвался в просторы интернета, провозгласив красоту и милоту в массы. Мы не поцапались, ну, скажем так, были холодны. Надеюсь, от сосредоточенности. Фотограф на роды?! Что снимать?! Зачем?!

Потом были совместные тяжелые роды, такие, после которых долго всем надо приходить в себя и, подойдя, вдруг увидела, что она очень и очень переживает. Это зацепило, не скрою.

Я потом пойму, что переживает всегда, и долго спрашивает после, не все духовные акушерки из припудренных центров это делают, поэтому удивляло. А потом выяснилось, что это очень связанные вещи. Вот как мы не можем быть сволочами, надеюсь, чтобы стоять в проводниках, так и художник должен очень остро чувствовать все и плохое, и хорошее, чтобы выцепить бесподобные кадры и запечатлеть мгновения.

Далее на стол каждому из нас легли фото, рабочие. Не преувеличиваю, все подсели на них! Ёксель! Да мы красивые! Мы реально разные со всеми и одинаково светлые, кто мог это предположить. Кто мог знать, что в рамочку на стену у родных повешу фото с работы. Потому как они лучшие. Не буду о личном, о том, что этот человек значит для меня. Насколько проросла корнями, как завишу от мнения и умею распознавать интонацию в СМС обычном: «Привет, Мась», про то, сколько скреативили и исполнили безумного на щелчок.

Я про то, что все недоумеваю: как? как она это делает?! Редко кто не сплагиатил пяточки, попочки, поцелуйчики, счастливого врача, не назвал булочку булочкой. И это истинное признание и успех. Фото имеют терапевтический эффект: многие, в том числе и отцы, перестали бояться родов, не скрывают эмоций! И призываю всех запечатлевать самые прекрасные моменты жизни. Поверьте, это так эмоционально напитано, что спустя годы, по щелчку возвращаешься в невероятные ощущения. И еще, не бывает некрасивых матерей и малышей – всегда прекрасны. Да будут в вашей жизни прекрасные фото без ретуши и вторых подбородков.

Все мы дети, даже когда рожаем своих детей

Удивительно пластичный материал – роды, именно сама история, поэтому, когда пытаетесь повторить чью-то, это как минимум странно, это как прожить жизнь не по своим лекалам. Свою историю пишите, она же будет неповторимая.

А еще же удивительно, как вплетается наша судьба. Я вышла из театра, премьера, «Тартюф», а моя девочка как раз поехала в приемное отделение, излив воды. Далее все очень долго, схватки на незрелой шейке матки, они долгие, но важные и радостные, потому что бывает и несколько дней их ждем.

Хорошо держится, переносит достойно, но это вся ночь. К утру, наболев несколько сантиметров открытия, принимаем решение о том, что нужно поспать, обезболиваемся, через еще несколько часов, понимаю, что полное открытие, отлично опускается головка, не больно, не страшно. Делюсь гигиенической помадой, наливаю чашку крепкого сладкого чая, выпивает, взбадривается, отставляем чашку, рожаем крупную девочку первенца. А почему бы, собственно, и нет!

Кто из женщин не заслужил такие роды? Великолепная дочка: с очень цепким, осознанным взглядом, они теперь все такие, умные очень. Изящно, красиво, был бы эрл грей, чай с молоком, было бы по-английски. У ее сестры пять детей, здесь, надеюсь, будет не меньше.

Еще на ней вывела формулу. В роддом привезла мама, но из деликатности не пошла, волновалась в стороне. Спросила, как мама ее называет, и все роды звали этим милым домашним прозвищем. И, поверьте, на глазах расслаблялась, щебетала, хотела говорить, рассказывать, озвучивала страхи, ну и что прочла – а как без этого, все-таки все мы дети, даже когда рожаем своих детей. Простите за избитую кем-то, и ей досталось, философию. Как же мы все-таки зависим от этого симбиоза. Если получается, то черпаю энергии и любви, всегда больше чем отдаю.

Колыбельная

Казалось бы, чем можно удивить, видела все, к счастью или сожалению, ощущение чуда незыблемо. Но! Рожаем, врезывается головка, разобрано кресло, спрашиваем хочет ли потрогать головку. Многим это придает сил, мышление разное, кому-то фантазия дороже, а кто-то с радостью ощутит голову.

Пробивается счастьем, как током и уже не остановить, результат многочасового труда. Поэтому всегда этот вопрос, вот и здесь, а что уже рядом! Да!

И тут вдруг без двух минут мама запела колыбельную, так нежно, пронзительно прямо в тишине безсхваточного периода. Мы все оцепенели и прямо аккуратно, плавно родилась малышка и легла в мамины руки. Мало что бывает так интимно и прекрасно.

Важность комплиментов

Операция, достали ребенка. Тоже девочку. Отпульсировали, показали и, пока смотрел педиатр, мама, не переставая, лежа, разговаривала с дочкой. И мы ассистенты, тем более главного врача, великолепного хирурга, быстрого ловкого, поди поспей. Плюс у хирургов такого плана всегда операция четко отточена до мелочей. Высокий класс. Не расслабиться. И тут она, хирург и оператор, в отличие от нас зашоренных, контролирующая все, включая звуки, опускает инструменты и говорит: «Ну какая же она умница, дочка только родилась, ведь не видела толком, а уже столько комплиментов сделала, такой любовью окружила». И только тут мы все прислушались. А ведь и правда, пациенты по-прежнему наши учителя.

Вот такие роды по телефону

Она болтала по телефону не отрываясь, пока мы мерили давление на правой руке, брала телефон в левую, практически как великолепная Раневская чистила зубы, перекладывая папиросу. И вот потуги, разобрали кресло, не отрываясь от телефона прямо туда и произнесла: «Да говорю тебе рожаю, ну-у-у, ну прикинь, ну прям щас». И дальше: «Ха-ха, ха-ха». И мы положили ребенка на грудь. Нет, разговор не прервался, а перешел в видеосвязь. Их стало трое.

К чему это я, все что вылетает из вас в потуги: рвота, кашель, смех – о-о-очень помогает малышу опуститься и даже родиться, не сдерживайтесь! Продумайте заранее шутки, пантомимы, шарады и конкурсы, приходите в роды, подготовленные всесторонне.

Терпение и труд все перетрут

И не забывайте, пожалуйста, одну простую вещь, ту с которой не только в роды придете, но и по жизни шагаете.

Любой праздник, грандиозное событие, встреча, что угодно значимое, как правило, требуют тщательной подготовки и большого терпения, и старания.

Любой человек, организовывающий праздник, это подтвердит. За любым красивым фасадом всегда есть конструкция, вот вам ее и создавать. То есть прийти, полежать, красиво приставить ручку ко лбу, изогнуться и прижать малыша к груди, может, и получается, но у одной из миллиона, и то там проявлено колоссальное терпение. Будьте готовы поработать, если роды вашей мечты были максимально натуральные, безо всяких вмешательств с нашей стороны в виде анестезии.

Ни в коем случае не пугаю, это получится у всех, равно как и материнство, если с любовью к ребенку, то точно удастся, но и роды и растить, воспитывать – это большой осознанный труд. Единомышленники, соучастники и одновременно ваши фанаты – это мы, причем готовы, бодры и веселы всегда. Удачи всем нам и с БОГОМ!