– Ты не выглядишь счастливой, Тинс.

– Сейчас я счастлива. – Я уперлась лбом Китону в грудь и обняла его широкие плечи. – Я по тебе скучала.

– Давай поговорим об этом. – Брат взял меня за руку и отвел подальше от главного корпуса.

С тех пор как Магнус вернул мне телефон, прошло пять дней. Я тут же написала Китону, чтобы узнать, как у него дела и объяснить, почему так долго не отвечала на его звонки и сообщения.

Теперь, когда он окончил старшую школу, он разрывался между Англией и Францией и был безумно занят тем, что строил совместную жизнь со своей новой подружкой. Он был слишком занят, чтобы вникать в мои не особенно значимые проблемы. Так что я не просила его приехать ко мне в Мэн.

И тем не менее он явился в следующие же выходные.

Ветер касался моей щеки. Я села рядом с ним на скамейку, подальше от посторонних глаз. И все равно все девчонки таращились на моего брата. Ну естественно. Китон излучал присущий членам семьи Константин лоск.

Он был младшим из моих братьев, и в девятнадцать лет у него были накачанные мышцы, атлетическая фигура, высокомерие и самоуверенность, которыми должен обладать любой альфа-самец.

Вот девочки и пялились на него. Все, кроме Невады Хильдебрант. Я не видела ее с тех пор, как ее отстранили от занятий, но ходили слухи, что она должна была вернуться на этих выходных.

– Когда ты перестала отвечать на звонки, я поговорил с матерью. – Китон приобнял меня и немного согрел.

– Дай угадаю. Она сказала, что со мной все в порядке и тебе незачем меня беспокоить.

– Все так. – В его взгляде читалась вина. – Не надо было ее слушать.

– Со мной все в порядке, Китон, – я положила голову ему на плечо. – Я просто пытаюсь приспособиться, только и всего.

– Пожалуйста, скажи, что это не один из твоих учителей.

Я посмотрела туда же, куда и он, и увидела стальной взгляд голубых глаз моего заклятого врага.

– Ага. – Я прижала средний палец к губам и мило улыбнулась хмурому священнику. – Это отец Магнус Фальк. Мой единственный учитель.

Не успела я остановить брата, как он уже вскочил со скамейки.

– Стой! – Я побежала за ним и потянула его за куртку. – Ты что делаешь?

– Мне не нравится, как он на тебя смотрит. – Он вырвался из моих цепкой хватки. – Я с ним просто немного поболтаю.

Это была ужасная идея. Мой брат был дерзким, гиперопекающим и еще более хамоватым, чем я.

– Просто помни, – я шла рядом быстрым шагом, – когда ты уедешь, я останусь, и мне придется иметь дело с последствиями. Он плохо реагирует на угрозы и неуважение, так что, пожалуйста, просто… будь милым.

Он не успел ответить. Мы уже подошли к отцу Магнусу.

– Китон Константин. – Брат подошел слишком близко к священнику и схватил меня за руку, чтобы я стояла рядом с ним. – Я брат Тинсли.

– Улавливаю ваше сходство. – Магнус даже не пошевелился. Ни намека на удивление или раздражение.

Она стояли лицом к лицу, одного роста, похоже сложены, одинаково пристально глядя друг на друга.

– Мы можем выглядеть похоже. – Китон стиснул мои пальцы, чтобы я не отошла. – Но глядя на нее, вы видите нечто большее. Красивое юное создание в униформе католической школы. Могу предположить, что вы ни разу не встречали настолько красивых девушек.

– Китон, – прорычала я, пытаясь выдернуть руку. – Достаточно.

Но он лишь усилил хватку.

– Просто помните о том, какая у нее семья и кто ее братья. Если тронете ее хоть пальцем…

– Не угрожай, Китон. – Я оттолкнула его и повернулась к Магнусу. – Я просила его вам не угрожать.

– Все в порядке. Возможно, его предупреждения будут более креативными, чем у вашей матери. – Магнус слегка наклонил голову и с жутким хладнокровием оглядел моего брата. – Так что вы там говорили?

Китон явно на секунду задумался. Я видела, что он слегка удивлен тем, что моя мать встала на мою защиту. Но потом я заметила, что он осознал ее истинные мотивы.

«Мне не нужен скандал. Все очень просто».

– У Кэролайн свои причины угрожать вам. – Он убрал руку с моего запястья, и мы переплели пальцы. – Но я здесь ради одного. Ради сестры. Она весь мой мир, и я всегда буду на ее стороне.

Мое сердце гулко забилось, и чтобы скрыть дрожащую улыбку, я опустила подбородок к груди. Боже, как сильно я его люблю.

Он наклонился к уху отца Магнуса. Я не видела выражения его лица, но слышала злобу в его шепоте.

– Вы можете дурачить кого угодно своим воротничком священника, но я видел, как вы на нее смотрите, и мне это не понравилось. Обидите ее – и я приду по вашу душу.

Черт. Он дернул меня за руку, и у меня перехватило дыхание. Он внезапно развернулся, и чтобы он не вырвал мне руку из плеча, я быстро пошла за ним.

Типичный Константин. Сказал все, что хотел, и, оставив за собой последнее слово, ушел. Только я хотела его отчитать, как мы услышали голос отца Магнуса.

– Вы ее недооцениваете.

Китон притормозил и развернулся, снова потащив меня за собой.

– Если кто-то ее обидит, – сказал Магнус, холодно глядя на моего брата, – это не вам придется встать на ее защиту.

– Тогда кому… – Он стиснул челюсти, догадавшись, что Магнус имеет в виду.

Поняв, что Магнус говорил обо мне, способной защитить себя самостоятельно, он немного смягчился.

– Ей нужно, чтобы вы были на ее стороне. – Магнус держал руки за спиной, а на его великолепном лице не было ни тени эмоций. – Но ей не нужно, чтобы вы бились в предназначенных ей битвах. В ней самой больше ярости, чем в нас двоих вместе взятых.

В моей груди что-то затрепетало, а живот скрутило тем странным ощущением, которое напоминает бабочек.

– По крайней мере он не идиот, – пробормотал Китон. И повысив голос, он обратился к Магнусу: – В ней есть не только ярость. У нее IQ гения. И если это вас не пугает, то вы уже лучше всех ее прежних учителей. – Он мотнул головой в ту сторону, куда собирался меня отвести. – Пошли.

– Это его не пугает. – Я медленно шла рядом с ним, радуясь его задумчивому выражению лица. – Даже мама не смогла его напугать. Он бесстрашен.

– Он тебе нравится?

Наверное, сейчас был не самый подходящий момент, чтобы рассказывать, как Магнус срезал ножницами подаренный Китоном бриллиантовый браслет.

– Не очень. Он прямолинейный, требовательный и безэмоциональный, как чурбан. Но порой он бывает прав. И сейчас тоже. Я действительно классная и могу за себя постоять.

– Знаю, Тинс. Но мне не нравится мысль о том, что ты здесь, в самом сердце чертового штата Мэн, будешь справляться со всем в одиночку.

– Не в одиночку. Я всегда могу позвонить и позвать тебя.

– Всегда.

Между тем, чтобы быть одной и быть одинокой, огромная разница. Но впервые в жизни я решила не нагружать брата своими размышлениями.

Я хотела сказать, как ненавижу это место, как хочу, чтобы меня исключили. Он бы стал волноваться и вмешался бы. Но, как сказал Магнус, я должна была постоять за себя.

– Расскажи про Праздник зимы. – Он подмигнул группке фланирующих девочек, и те, захихикав, зарделись. – Ты идешь туда с мальчиком?

– «Мальчик» всего на пару лет младше тебя.

– Я уже его ненавижу.

– Он из семьи Кенсингтонов.

Брат остановился и стиснул челюсти.

– Такер Кенсингтон?

– Ага. Пару недель назад после церковной службы он попросил меня с ним пойти. Я дала ему свой номер, и с тех пор он шлет мне дикпики. Наверняка в день праздника мы с ним переспим.

– Я его прикончу. – Лицо брата убийственно покраснело.

– Ничего подобного.

– Тинсли. – Сверкая взглядом, он оглядывался вокруг так, словно хотел, чтобы Такер появился из ниоткуда и он смог бы его удавить.

– Ты хочешь, чтобы я всю жизнь оставалась девственницей?

– Я хочу, чтобы ты перестала об этом думать.

– Если ты собираешься совершить убийство во имя моей девственной плевы, то мне надо с тобой серьезно поговорить.

Я посмотрела на стоящего вдали, приветствующего членов семей Магнуса. Одна из матерей, довольно престарелая женщина, подала ему руку и кокетливо улыбнулась. Он сжал ее пальцы и посмотрел на нее так, что у той наверняка намокли трусики.

Словно почувствовав мой взгляд, он посмотрел на меня. Его глаза – глубокие и холодные, наполненные секретами и тайнами – пронзили меня насквозь.

– Когда ты снова увидишься с Такером? – привлек мое внимание Китон.

– Все встречи запрещены. Ты же не убьешь его потому, что я пошутила насчет дикпиков? К тому же он не то чтобы будет со мной танцевать. Мы встретимся тут, и если его рука окажется ниже моих плеч, меня вырвут из его объятий, и скорее всего, это сделает вот тот самый священник, который сейчас пронзает нас взглядом.

– Хорошо.

– Хорошо? Ты этого для меня хочешь? Чтобы меня изолировали, как монахиню, на целый год?

– Нет. – Он прикрыл глаза и опустил голову. Несколько раз медленно выдохнув, он посмотрел на меня с такой любовью, что у меня зашлось сердце. – Я не хочу, чтобы тебе сделали больно.

– Поверь в меня хоть немного. Дай мне самой выбрать, что правильно и чего я хочу.

– Даю.

– Так докажи это. Прими тот факт, что я собираюсь заняться сексом и, возможно, мне разобьют сердце. Я переживу. Знаешь почему? Потому что я Константин.

– Это уж точно, – он лукаво усмехнулся. – Мне жаль тех ублюдков, жизнь которых ты оставишь лежать в руинах. – Изучая меня взглядом, он кивнул головой. – Я кое-что тебе привез.

– Умоляю, скажи, что это шелковая наволочка.

– Возможно, – его глаза загорелись. – Вообще-то, у меня вся машина набита барахлом. Как я понял, ты особо ничего не взяла с собой, так что мы с Айрис прошлись по магазинам. Это она выбрала для тебя всю одежду, включая платье для праздника. И да, привез я твою наволочку.

– Китон… – мои глаза наполнились слезами, и его лицо стало размытым. – Тебе не стоило…

– Хотел бы я сделать больше.

– То, что ты здесь… Я даже не надеялась. А где Айрис? Я хочу ее поблагодарить.

– Она поехала к своим родителям в Пемброк. Вы с ней увидитесь в Рождество.

Это могло произойти лишь в двух случаях: если отец Магнус подаст благоприятный рапорт моей матери или если меня исключат. Но я удивительно бодро игнорировала обе эти возможности.

– Слушай! – Я пихнула его плечом в плечо и улыбнулась. – Хочешь познакомиться с Джейден и Уиллоу?

– Опоссумами?

– Ну конечно с ними.

Китон в тот день провел со мной целых десять часов, пока его не выставили вон с наступлением комендантского часа. Это был лучший мой день за очень долгое время.

Ему на следующее утро надо было улетать в Англию, так что увидеться нам предстояло лишь в Рождество. По крайней мере я на это надеялась.

Мне нужно было использовать всю силу своего обольщения, но я словно уперлась в бетонную стену. Магнуса невозможно было сломить, а его решимость была словно выкована из стали. Если где-то в нем и прятались сексуальные позывы, то они были похоронены слишком глубоко.

Но в каждой броне обязательно есть бреши. И мне было и страшно, и любопытно узнать, где они находятся.

Поздно вечером, когда я развешивала одежду, в дверь постучали. Я открыла: на пороге стояла Невада.

– Я слышала, сегодня к тебе приезжал брат. – Она вошла без приглашения. – Все только о нем и говорят.

Мне было плевать на девичьи пересуды.

– Я занята, Невада. Чего тебе?

– Не хочешь для начала поздороваться? Это самое малое, что ты можешь сделать после того, как меня отстранили от занятий.

– Э… – я поморщилась. – Ты обвиняешь не того человека.

– Я знаю, что это ты рассказала отцу Магнусу о нашей утренней «молитве».

– Ты снова ошиблась. – Я взяла майку, лежащую на постели, и повесила ее на вешалку.

– Он бегал этой тропой несколько лет подряд. А потом появилась ты. И в то утро застукала нас за нашим занятием – тогда он бегал в последний раз. Потому что ты, мать твою, ему рассказала!

Я могла бы сказать ей правду о том, что это сделала Кэрри, но…

– Я не стукачка. – Я взяла следующую майку. – Такер говорит, отец Магнус теперь бегает вместе с футбольной командой. Может, он просто решил изменить свои привычки.

– Вот только не начинай про Такера. До того, как ты появилась и все испортила, он встречался с Элис.

– Мне не нравится, когда со мной говорят таким тоном. Я никому не говорила про то, что вы подглядываете, и я не отбивала парня у Элис. Я даже не знала, что они встречаются…

– Ты сказала отцу Магнусу, что у меня таблетки лежат на ночном столике.

– Что?

– Не строй из себя дуру. Я знаю, что ты их видела, когда шарила в наших комнатах в поисках печенья, – она ткнула пальцем мне в лицо. – Из-за тебя меня отстранили на две недели!

– Ты настолько сильно ошибаешься, что это просто полная жопа. Прекрати.

– Ты проводишь все время с отцом Магнусом.

– Ну да. Он мой учитель.

– Ты знаешь, что бывает с учителями и студентами, у которых что-то намечается?

– Полагаю, ты знаешь ответ на свой вопрос с тех пор, как поделилась своими планами на этого святошу, когда останешься с ним наедине.

– Он сядет, а тебя всю жизнь будут звать шлюшкой священнослужителя. Как тебе такие заголовки в таблоидах?

– Интересная история. – Я подошла к двери и махнула в сторону коридора. – Спокойной ночи, Невада. Иди уже.

– Я этого не забуду, сестра Китона. – Она промаршировала в коридор и бросила через плечо: – Карма тебя настигнет.