Утро понедельника. Только что открывшийся универмаг еще пуст. На просторном прилавке перед магазином одежды аккуратно сложены и выстроены в ряды вещи разных цветов и рисунков. Две женщины средних лет на мгновение остановились перед ними и затем ушли, а наведенный в одежде порядок исчез. Молодой длинноволосый ассистент, стоявший поодаль, подошел ко мне и с ловкостью и мастерством, будто человек из роликов в интернете, сложил одежду. Движения его рук были непринужденными, но очень ловкими, как в тайцзицюань[23]. На прилавке был снова наведен первоначальный порядок.

Наблюдая за этой сценой и ожидая, пока мои спутники вернутся из уборной комнаты на углу, я внезапно вспомнил комнату, где жила одна женщина. Единственная комната из моей практики, в которой было настолько идеально чисто, что это пугало. Закончив уборку в комнате в последний раз в жизни, та женщина повесилась.

Единственная комната из моей практики, в которой было настолько идеально чисто, что это пугало.

Старик с крепким, несмотря на его седину, телосложением ждал нас, скрестив руки, перед зданием. Мы сразу же выехали к нему, так как он попросил «прийти прямо сейчас», но пока мы добрались, в переулке уже стемнело. После долгих речей о том, как больно и стыдно было ему справляться с возмущением других жильцов из-за умершей женщины, владелец дома с большим облегчением вручил нам ключи. В отличие от всего тела, его пальцы были длинные и тонкие, а его руки покрывали белые волосы, и казалось, что они в муке.

В комнате в конце подвального коридора нас встретил жуткий запах. Как только мы открыли входную дверь и вошли внутрь, над головой тут же с громким звуком автоматически включилась лампочка, как будто она долгое время ждала нас. Нам не пришлось даже искать выключатель на одной из стен, вся суть произошедшей здесь трагедии предстала перед нами во всей полноте. По краю квадратного потолка комнаты проходила газовая труба, с которой свисала оранжевая бельевая веревка длиной около метра, конец веревки распустился, и из него торчали нити. Это жившая в квартире женщина привязала веревку к трубе. Затем она сделала петлю и повесилась. Это подтверждали обои рядом с бельевой веревкой, окрашенные темно-красными пятнами крови в форме гигантского вопросительного знака, перевернутого вверх ногами. Что же заставило ее покончить жизнь самоубийством?

Это жившая в квартире женщина привязала веревку к трубе. Затем она сделала петлю и повесилась.

Встав на стремянку, мы развязали все узлы, которыми бельевая веревка была привязана к газовой трубе. Но ослабление узлов веревки не избавит от печали, которая, должно быть, глубоко закралась в сердце усопшей. Оторвав пропитанные кровью обои, мы собрали мокрое постельное белье с пола и запечатали все это в гигиенический пакет. Избавившись от нескольких ужасных следов, я наконец почувствовал некое облегчение, и в глаза бросилась особенность комнаты.

Ослабление узлов веревки не избавит от печали, которая, должно быть, глубоко закралась в сердце усопшей.

Она была очень чистой, если не брать во внимание, что там кто-то умер. Сначала мое внимание привлекла напольная вешалка для одежды. На ней ровным рядом висели брюки, а джемперы и пальто были убраны в чехлы и располагались на одинаковом расстоянии друг от друга. Они были развешаны по форме: от самой длинной вещи к короткой. Носки и нижнее белье были рассортированы по цветам в пластиковом ящике и компактно сложены. Это был действительно идеальный порядок. Каждый носик шампуня или очищающего средства для тела смотрел только в одно место, как компас, точно указывающий на север. Внезапно я заметил, что в чашке перед зеркалом в ванной стоят две зубные щетки… Жил ли тут еще кто-то? Второй бритвы обнаружено не было, но набор мужских картриджей с лезвиями был убран в пластиковый шкафчик, висящий на стене в ванной, два его ящика были пусты.

Убирая на кухне, мы обнаружили, что тут жил еще один человек. Должны ли мы были сообщить об этом полиции? Ложки, палочки для еды, миски для риса и суповые тарелки в шкафу и в ящике над раковиной – всего этого было по паре. Две упаковки лапши быстрого приготовления каждого вкуса, два набора карри, которое можно разогреть и сразу съесть. Есть закуски, две чайные чашки и две подставки для чашек. Бутылка алкоголя была одна, но рюмок и пивных стаканов было по паре.

Одинокая женщина, которая даже умерла в одиночестве, имеет все вещи не в одном экземпляре, а в двух. Даже если она держала все вещи в идеальном порядке, разве она могла выбросить те вещи, которые она раньше использовала с кем-то? Зарабатывать себе на хлеб, возможно, самая глубоко укоренившаяся и важная вещь в нашей жизни, от которой мы никогда не сможем уйти. Жизнь может показаться очень сложной и запутанной штукой, но на самом деле в ее основе лежит желание жить с кем-то вместе. И тот, кто добивается верховной власти незаконными путями, и тот, кто стащил буханку хлеба, – все в конце концов начинали с того, что пытались прокормить себя и свою семью. Но в ходе жизни эта начальная точка, в которой оказывается человек, обязательно будет забыта, а пункт назначения этого забега под названием жизнь будет находиться максимально далеко от старта.

Жизнь может показаться очень сложной и запутанной штукой, но на самом деле в ее основе лежит желание жить с кем-то вместе.

Выгрузив продукты из холодильника, я открыл верхнюю морозильную камеру. В прохладном пустом центре осталось одно необычное эскимо с двумя палочками: такое мороженое можно разделить между двумя людьми. Меня посетило душераздирающее чувство из-за того, что вместо двух отдельных десертов они купили общий на двоих. Люди моей профессии всегда стараются подавлять эмоции во время работы, но это мороженое отчетливо врезалось мне в память. Я не мог отвести от него взгляд. Когда я мысленно возвращаюсь к этому случаю, я понимаю, что больше всего в этой квартире меня потрясли маленькие и незначительные вещи.

Человек, который вместе с ней ел и пил, оставил яркие напоминания о своем существовании именно из-за пар упаковок еды, из-за мороженого, которое делят пополам и едят вместе. Возможно, после того как он исчез, потерялся не просто смысл ее жизни… Может быть, его отсутствие потрясло все ее существование?

Человек, который вместе с ней ел и пил, оставил яркие напоминания о своем существовании именно из-за пар упаковок еды, из-за мороженого, которое делят пополам и едят вместе.

Ожидая свою группу спутников в универмаге, я не могу не думать о женщине, которую никогда раньше не видел и имени которой даже не знаю, о ее последних делах: она подмела и вымыла пол в своей комнате и молчаливо развесила одежду. Вы когда-нибудь могли бы себе представить столь одинокую сцену?