Капля пота стекает по напряженной спине, прохладный воздух из кондиционера разгоняет волну мурашек по телу. Оно собрано, каждая мышца налита свинцом. Я пытаюсь сегодня выжать по максимуму.
Завтра, возможно, будет тяжело даже подняться с дивана, но ничего, не в первый раз. Обожаю чувствовать результат после тренировки. А если ничего не ощущаю, словно и не занимался.
– Джей, отдохни.
Майкл ставит на место гантели и подходит ко мне. Страхует, чтобы меня ненароком не придавило штангой.
– Ты что, сегодня налегке решил отработать? – усмехаюсь я и смотрю в сторону беговых дорожек, на одной из которых бегает Сандра.
Раньше зал всегда был для нас святая святых. Здесь мы отключали голову и работали на износ. Каково же было мое удивление, когда сегодня перед раздевалками встретил эту парочку. Видимо, не только мы с Эви вчера перешли на новый уровень, но и друг неслабо продвигается, я бы даже сказал, хорошо так меня обгоняет.
– Красиво бежит. – Я перевожу взгляд на Майкла и вижу, как он пялится на Сандру, поднимаюсь и хлопаю его по плечу. – Пойдем спину еще проработаем, и дуй к своей красотке.
Майкл соглашается, но продолжает следить за подругой Эви. Кстати, о ней. Хоть я и высмеиваю друга, сам не могу понять, что творится в мыслях. Вчерашние откровения, поцелуй, сегодняшняя встреча. Все слишком активно закручивается. Боюсь, для меня это чересчур. Не хочу терять голову и слепо идти на поводу у эмоций.
Мне необходимо лучше узнать ее, чтобы довериться полностью. А сейчас я ощущаю себя подростком в пубертатный период, который думает не головой, а совершенно другим местом. Нет, не могу так, слишком много уроков мне подкидывала жизнь. Хочу, чтобы Эвелин оказалась не очередным испытанием, а той самой гаванью, в которой мне будет хорошо и спокойно. Хотя слово «спокойно» явно не про нее.
– Ты завтра можешь помочь мне с машиной? На низких оборотах что-то странно себя ведет. – Друг увеличивает нагрузку и садится за соседний тренажер.
– Да без проблем.
Опускаю к груди перекладину и ощущаю, как мышцы спины жжет. Хорошо. Потом бы окунуться в прохладный бассейн и посидеть в сауне. Не прерываясь на отдых, совершаю десять повторений и плавно отпускаю железную перекладину. После звука ударяющегося металла слышу за спиной голос Сандры. Оборачиваюсь и замечаю, что она снимает нас на телефон и комментирует.
По-любому для Эви репортаж, поэтому я смотрю в камеру, подмигиваю и иду ва-банк: стягиваю влажную от пота майку. Кидаю ее перед собой и делаю еще один подход. Пусть Лисичка посмотрит. Мысленно усмехаюсь и одновременно даю себе подзатыльник. Только же обещал постараться более серьезно подойти к нашему общению, а сам снова поддаюсь эмоциям.
– Хочу поплавать. – Сандра садится перед Майклом и с интересом наблюдает за ним.
Даже можно не гадать, что он с радостью составит ей компанию.
– Кстати, почему не позвал Эвелин? – спрашивает Сандра, переведя взгляд на меня. Удивительно, что этот вопрос появляется в ее голове только сейчас. – Она, конечно, железо не любит, но от бассейна точно бы не отказалась.
Пожимаю плечами, приступаю к последнему подходу и, завершив его, отвечаю:
– Она у отца в гостях. Думаю, ей не до зала.
Вытираю каплю пота со лба и беру бутылку с водой.
– О, классно, значит, наконец-то увидит Сэма, – говорит Сандра и тут же прикусывает губу, понимая, что сболтнула лишнее.
Я точно услышал мужское имя – и теперь очень любопытно, кто это такой. В памяти всплывает сообщение Эви, что она сегодня будет уделять время мужчине. Хочется не раздумывая встать и отправиться к ней. И нет, я не ревную! Наверное.
– Да это друг. – Сандра улыбается и отмахивается, видя негодование на моем лице. – Мы его с детства знаем, они с Эвелин как два сиамских близнеца.
Встаю со скамьи, забираю футболку и делаю шаг к раздевалкам. Майкл читает мои мысли и озвучивает:
– Езжай к ней.
– Возьми только фисташковое мороженое. Она за него душу дьяволу продаст, – улыбается Сандра и подмигивает.
Прощаюсь и иду принимать душ, а дальше еду проведать неугомонную Коллинз. За совет я Сандре благодарен, а то пока знаю только, что Эви любит мохито и танцы. Но мы же не можем вечно пить и танцевать. Неправильно это – нужно устроить неожиданный сюрприз. И очень надеюсь, что мне будут рады. Хотя когда меня останавливали трудности?
Сегодня впервые за долгое время я поехал не на мотоцикле, а на машине. Она уже давно пылилась в гараже. Сперва, когда сел за руль, показалось очень непривычно, но на обратном пути я уже перестроился. Правда, нет привычного шума и ветра, ласкающего кожу, но именно сейчас мне хочется немного тишины.
Решаю позвонить Эвелин: вдруг ее нет дома. А у самого на душе какое-то волнение. Сам обычно не люблю сюрпризы, но в то же время решаю сделать его Лисичке. Поэтому не знаю, как она отреагирует.
Набираю номер через блютуз в машине. Музыка прекращается, из динамиков доносятся длинные гудки. Допускаю даже вариант, что Эви может не ответить. Останавливаюсь на светофоре за мини купером и заношу руку, чтобы сбросить, но в следующую секунду слышу тихий голос Эвелин. Ощущение, что она только что проснулась.
– Уже соскучился? – мурлычет она в трубку, и мне хочется прижать Лисичку к себе.
– Конечно. Что делаешь?
– Отдыхаю дома.
Хочется узнать про друга, о котором говорила Сандра, но это подождет.
– А я теперь, кстати, знаю, у кого разведывать информацию про тебя. – Только после того, как сболтнул, я понимаю, что не стоило этого говорить. – Ладно, чуть позже еще позвоню, целую, Лисичка.
Очень хочется поскорее увидеть ее выражение лица, когда я подъеду. А случится это буквально через каких-то полчаса. Заезжаю в супермаркет, выбираю фисташковое мороженое. Надеюсь, сегодня удастся узнать о ней что-нибудь еще: тайны, мечты, цели.
Вчера на смотровой площадке для меня оказалось необычайно ценно, что Эвелин приоткрыла душу и позволила ее коснуться. Не хочу на этом останавливаться, благодаря ей я ощущаю давно забытую потребность. Мне хочется заботиться о ком-то. Черт! Это оказывается очень приятно.
По дороге я понимаю, что ехать остается совсем недолго, поэтому снимаю с держателя смартфон и набираю Эвелин сообщение:
Подъезжаю к твоему дому, выходи.
Миную шлагбаум, ведущий на улицу, где живет отец Эви, и останавливаюсь за несколько домов. Не хочу создавать неудобную для Лисички ситуацию. Прекрасно помню ее лицо, когда мистер Коллинз предложил пройти выпить чая. Она из кожи вон лезла, давая мне знаки, что соглашаться не стоит. Я готов был рассмеяться в тот момент, да и сейчас вспоминаю и чувствую, как уголки губ ползут вверх, растягиваясь в легкой улыбке. Ничего, в следующий раз проверю, что же это за испытание такое – чаепитие в семье Коллинз. Сомневаюсь, что меня можно напугать расспросами.
Да, она определенно действует на меня положительно: не помню уже, когда испытывал столько позитивных эмоций.
Смотрю вперед, на дом Эви. Свет в окнах горит только на втором этаже, первый уже полностью погружен в темноту. Лишь потом я вижу возле крыльца два силуэта: один мужской, второй женский. Эвелин узнаю моментально, и от осознания того, что рядом с ней, видимо, тот самый Сэм, улыбка молниеносно пропадает с моего лица. Сам не замечаю, как завожусь с пол-оборота. Раньше я никогда не страдал ревностью и считал, что эта прерогатива слабых подкаблучников, но теперь она огненным потоком растекается по венам и ускоряет движение крови.
Черт, это так неправильно! И как выбить дурь, зародившуюся в голове?
Больное подсознание нашептывает, что вдарить этому отчаянному типу хочется все больше. Нахожу оставшиеся крупицы самообладания. Цепляюсь за них и тяну на себя, как невидимое одеяло, желая укутаться и не позволить себе сказать что-то не то. Эви не моя! Это раз. Мы друг другу ничего не обещали! Это два. Но я пиздец как хочу это исправить. И меня уже ничто и никто не остановит.
Переключаю несколько раз свет с ближнего на дальний, давая Эви понять, что это я. Открываю дверь, выхожу и, обойдя машину, опираюсь о капот бедром.
Наблюдаю за ними издалека и удивляюсь, когда оба силуэта направляются в мою сторону. Что-что, а знакомиться с ее «другом» желания нет. В идеале хотелось провести время с Эвелин наедине.
Чтобы отвлечься, я перевожу взгляд на дорогу. Она ровной стрелой стремится вдаль и кажется бесконечной. В конце улице не горят фонари, от этого все оттенки черного смешиваются, поглощая силуэты.
Лисичка с другом подходят, и он протягивает мне руку:
– Сэм. Доброй ночи.
Он доброжелательно улыбается и, видя мое замешательство, кивает на ладонь.
– Джейсон, – произношу я в ответ и пожимаю ее. – Доброй. – Потом перевожу взгляд на Эвелин и, прищурившись, спрашиваю: – Ты, значит, маленькая врушка? Говорила, что отдыхаешь.
Она округляет глаза то ли от возмущения, то ли от удивления; тихий смех Сэма заставляет меня переключить внимание на него.
– Она спала, а я разбудил, – пожимает он плечами и обнимает Эви. – Если предложение в силе, я как-нибудь к вам заскочу. А пока доброй ночи.
Он целует ее в щеку, от этого кулаки сжимаются сами собой. Да блядь, что за реакция? Мысленно повторяю, что это всего лишь друг, но в следующую секунду в голове проносится совершенно противоположная гипотеза – дружбы между женщиной и мужчиной не существует.
– Конечно, в силе. Доброй ночи, Сэм.
Он наконец-то сваливает в темноту и оставляет нас наедине. Смотрю в зеленые глаза Эви, которые сейчас особенно яркие, и пытаюсь понять, о чем она думает. Не выходит: слишком красивая, и на этом сходятся все мои мысли, стоит ей оказаться близко. Да, будь она на расстоянии нескольких ярдов, я все равно думал бы лишь о вкусе ее губ.
– Классное видео мне Сандра прислала. – Эви делает шаг навстречу и становится вплотную, запускает ладони под мою футболку, обнимает меня.
Каждое прикосновение обжигает кожу – не знаю, как правильно реагировать, чтобы не сорваться в пропасть страсти и не напугать ее своим напором. Но что-то подсказывает, что она не из трусливых.
Нет, удержаться на плаву не получается. Перевожу взгляд на ее соблазнительные губы и провожу по нижней большим пальцем. Эвелин выжидающе наблюдает за мной, но сама не спешит целовать. Изучает, играет и испытывает мое терпение, которого нет, ведь оно закончилось еще тогда, когда я решил приехать сюда.
Кладу ладонь ей на затылок, зарываюсь в огненно-рыжие волосы, ощущая их мягкость. И одним рывком стираю оставшееся расстояние. Впечатываюсь в губы жадным и требовательным поцелуем, словно пытаюсь таким образом назвать ее своей и никуда не отпускать. Не знаю, согласится она, позволит ли. А быть может, скажет, что слишком тороплюсь. Но разговоры потом, а пока я отталкиваюсь от капота, слегка сжимаю ее волосы у корней и тяну назад. Второй рукой глажу лицо Эвелин и толкаюсь языком в рот. Страстно. Дерзко. Она моментально поддается и отвечает с таким же напором, будто только этого и ждала. Теряю контроль. Скольжу руками вниз, очерчивая идеальное тело. Все происходит как в тумане. Подхватываю ее под ягодицы, разворачиваюсь и усаживаю на капот автомобиля, оказываясь между стройных ног.
Вспоминаю, что мы на улице и ее отец в любую минуту может выглянуть в окно и застукать нас. Сомневаюсь, что он будет рад увидеть такую картину: какой-то непонятный тип изучает тело его дочери. Я бы убил себя, если бы оказался на его месте.
Эвелин, как назло, стонет в мой рот и обвивает ногами мои бедра. Да она издевается! Мысленно торможу себя, но тело упорно сопротивляется: кусаю ее нижнюю губу, всасываю, а после поцелуями прохожусь к уху и слегка прикусываю мочку.
– У меня в машине мороженое тает, – шепчу я Лисичке, а у самого появляется желание облиться холодной водой, чтобы остудить пыл и заглушить дикое возбуждение, которое недвусмысленно выпирает из-под брюк.
– М-м-м, то, что нужно. – Она украдкой целует меня припухшими губами, трется о член, провоцируя, а после спускается на асфальт. – Надеюсь, что за нами никто не подглядывал. – Эви смеется и убирает ладони из-под моей футболки.
Контроль! Джейсон, вспомни, что означает слово контроль!