Меня окружает темнота, и я делаю глоток скотча, позволяя ему обжечь горло. Спортзал наконец-то опустел, и теперь у меня есть время подумать.

Две гребаные недели.

С громким стуком я ставлю стакан на деревянный стол в своем кабинете.

Солнце, где ты?

С каждой минутой, проведенной без нее, я все глубже погружаюсь во тьму.

Когда я смотрю в белый потолок, на моих глазах наворачиваются слезы. Я не смог обнаружить никаких следов Мэдди, она словно растаяла в воздухе. Никогда в жизни я еще не чувствовал себя таким беспомощным и потерянным. Кажется, я не покидал боксерский зал с тех пор, как Лука заставил врачей выписать меня. Возможно, я еще не полностью восстановил физическую форму, но это не мешает мне превращать моих бойцов в настоящих кровожадных воинов. Каждый день сюда обязательно приходит Келлер, и вместе мы создаем для Луки армию, с которой будут считаться.

Энцо подключился ко всем доступным системам безопасности, но не обнаружил никаких следов того, что кто-то использовал ее паспорт или банковские карты. Он также не смог найти медицинские записи, хотя она уже должна была обратиться к врачу. Фрэнки взял на себя ответственность за поиски Фальконе. Каждый день он приходит в боксерский зал, чтобы рассказать мне последние новости и убедиться, что я следую указаниям Луки. Жду не дождусь, когда смогу погрузиться в хаос и стереть этот город с лица земли, но Фрэнки и Лука правы: я пока не должен рисковать собой. Мне нужно восстановить силы, иначе я не смогу найти Мэдди и защитить ее.

Записи с камер видеонаблюдения из больницы были уничтожены, и даже Энцо и его команде не на что было опереться в поисках. Потерять Мэдди – все равно что потерять умение дышать. Я задыхаюсь, и прямо сейчас готов отдать все, даже свою жизнь, лишь бы убедиться, что она в безопасности. О нашем ребенке я даже не могу думать, потому что если я хотя бы на мгновение сосредоточусь на этих мыслях, то боюсь потерять контроль над собой и совершить необдуманные поступки.

Мы с Фрэнки планируем нападение на Фальконе, просматривая видеозаписи из больницы. Однако, чем больше мы изучаем этот материал, тем больше меня охватывает беспокойство. Я понимаю, здесь что-то не так. Люди не исчезают просто так, а Фальконе не настолько умны, чтобы провернуть подобное. Я просто не могу понять, что именно меня настораживает.

Проведя рукой по волосам, я поднимаю бокал и с силой швыряю его в стену. В этот момент на моем столе звенит телефон, и, разблокировав экран, я обнаруживаю сообщение от Луки.

ЛУКА:

Сделка с Капри уже согласована. Они начали поиски в Лондоне, и я завтра улетаю. Пожалуйста, не делай глупостей, пока меня не будет.

Почти каждый день я слышу от него и няньки-Фрэнки одни и те же предупреждения. Капри, как известно, является крупнейшей мафиозной организацией в Европе. Они почти неуязвимы и слаженно действуют как единая команда, что делает их важными союзниками. Интересно, какую цену Лука заплатил им за помощь?

Вдруг дверь в мой кабинет с грохотом распахивается, и на пороге появляется Фрэнки. Его белая рубашка расстегнута и испачкана красными пятнами, и он растерянно смотрит вниз, на осколки стекла, которые хрустят у него под ногами.

– Не стоит вымещать зло на хрустале, давай лучше избавим мир от нескольких ублюдков Фальконе. – Он приподнимает бровь, глядя на меня, и, вытащив из кобуры глок, поворачивает пистолет рукоятью в мою сторону.

Да, черт возьми.

– Куда мы отправимся в первую очередь?

– На следующей неделе у Марко открывается новая пиццерия. Будет очень жаль, если на кухне случится пожар.

– Если кто-то из его людей в это время будет занят приготовлением пиццы на этой кухне, то я готов, – заявляю я, сжимая в руке оружие.

– Рад, что ты вернулся, – говорит Фрэнки, похлопывая меня по плечу, и я отвечаю ему сердитым взглядом.

Черт, почему я все еще чувствую себя так, будто меня переехало автобусом?

– Я сам рад вернуться, но, если ты сделаешь так снова, я тебя вырублю. Это понятно?

– Прошу прощения, босс. Я совсем забыл, что вы раненый солдат.

Ублюдок!

Когда мы приближаемся к стеклянным дверям «Королей», в моих венах бурлит адреналин.

Пришло время вернуть мою жизнь.

Время вернуть мое солнце.