Антоний покачал головой. «Они не придут, Цезарь… поверь мне. Ты продолжаешь советоваться с Венерой, и ты знаешь, что я делаю то же самое с Гераклом. Сам великий носитель дубинки говорит мне, что они не придут».

Цезарь продолжал хмуриться. «Что ты хочешь, чтобы я сделал, Антоний?»

Приск прочистил горло, бросив быстрый взгляд на Антония. «Было бы разумнее выждать время и убедиться наверняка, полководец. Несмотря на всю мудрость богов, я предпочел бы довериться словам наших разведчиков и собственным глазам. Когда ваши гонцы вернутся, мы точно узнаем, отклоняют ли эти племена вызов».

Он затаил дыхание. Отсрочка совета даст Фронтону несколько дополнительных дней и может многое изменить. В комнате повисла гнетущая пауза. Антоний согласился, что они должны сделать всё возможное, чтобы предоставить Фронтону возможность работать, но Приск начал понимать, что новый старший офицер столь же непредсказуем, сколь и хитер. С тех пор, как Приск узнал его поближе, он уже не раз пересматривал свои решения.

— Нет, — Цезарь выпрямился и потянулся. — Карнуты и раньше доставляли неприятности, поэтому в прошлом году мы разместили там легион. А сеноны живут достаточно близко, чтобы уже быть здесь, если бы собирались явиться. Твой полубог прав, Антоний. Эти два племени отказались явиться на мой призыв. Вопрос теперь в том, что с этим делать?

«Я думаю, ответ на этот вопрос достаточно ясен», — ответил Антониус твердым и жестким голосом.

«Отправить легионы?» — спросил Цезарь.

«Пошлите их против этих двух племен. Сделайте с ними то же, что вы сделали с нервиями».

Приск прищурился, взглянув на Антония. Пытался ли этот человек выиграть Фронтону время или просто утолить его жажду битвы? Такое действие, безусловно, затянет совет, но Фронтон вряд ли одобрит такой метод. Полностью уничтожить два племени только ради того, чтобы выиграть время для Фронтона, было вряд ли уместно.

Генерал нахмурился. «Мне не нравится идея переброски всей армии дальше на запад, в то время как моя главная цель находится на востоке».

Приск снова прочистил горло. «И при всём уважении, генерал, у нас пока нет подробностей. Несколько преждевременно отдавать приказ об истреблении племён, не осознавая до конца, почему мы это делаем».

Цезарь кивнул, и Антоний бросил на префекта мимолетный раздраженный взгляд.

«Хорошо…» – сказал генерал, опираясь на стол. «В двух днях пути к югу отсюда, в столице паризиев, Лютеции, есть склад снабжения. Это на границе земель карнутов и сенонов. Я переброшу туда два легиона и снова созову собрание. Ты же, – он указал на Антония, – немедленно поведешь три легиона на юг. Разбери их снаряжение, чтобы они могли быстро передвигаться и выступить против этих двух племён. Поторопись и либо приведи их на собрание, либо выясни, почему они не явились, и накажи как следует. Остальная армия может остаться здесь и ждать нашего возвращения».

Антоний одобрительно кивнул.

«А ты, Приск… я пока передам лагеря в руки моих лейтенантов. Ты пойдёшь с Антонием. Он новичок в Галлии, но ты уже достаточно хорошо знаешь племена и их обычаи. Антоний? Ты склонен бросаться в воду с головой, не попробовав её. Приск знает галлов. Слушай его, и если он что-то тебе посоветует, я настоятельно рекомендую тебе это сделать».

Префект отдал честь. Он пытался замедлить ход событий, но, похоже, Цезарь был полон решимости быстро навести порядок, прежде чем двигаться дальше. По крайней мере, с Приском и предоставленными Цезарю полномочиями он мог бы подтолкнуть Антония и направить его на верный путь. Друг и старший офицер Цезаря бросил на Приска кислый взгляд, и префект вздохнул. То, что Цезарь считал разумным советом, Антоний, вероятно, воспринял как кастрацию.

Цезарь протянул руку и положил на стол свои таблички и стилос, готовый вернуться к работе. Он бросил на них короткий взгляд.

«Ты ещё здесь? Иди. У тебя приказ».

Приск и Антоний отдали честь и, обернувшись, вышли из шатра. Как только полог вернулся на место, и они миновали защитный кордон стражи Ингенууса, младший, но и старший, обернулся, схватил Приска за плечо и резко остановил его.

«Что это было, черт возьми?»

Прискус вздохнул.

'Что?'

«Ты хотел выиграть время для Фронтона. Я купил ему целую кампанию. Теперь мы оттянем время на столько, чтобы выбить всю дурь из карнутов и сенонов. Фронтон будет благодарен. А ты вместо того, чтобы помочь мне, несёшь всю эту чушь о том, что нужно подождать на всякий случай и убедиться, что они заслуживают взбучки. Я думал, ты друг Фронтона?»

Префект напрягся и обернулся, вырвав плечо из крепкой хватки Антония.

«Вся причина, по которой Фронтон это делает, — предотвратить ненужное разорение, порабощение и сожжение целых племён. Нам следует работать над тем, чтобы сделать из них союзников и подданных, а не трупы и рабов. Ты и правда считаешь, что лучший способ помочь Фронтону — это продолжать делать то, что он пытается остановить? Ради всего святого, Антоний! А что, если сеноны и карнуты не приедут, потому что поссорились с другими мятежными племенами? Такое уже случалось!»

«Тогда мы всё и узнаем, пока наши гвоздиковые сапоги будут висеть у них над горлом», — резко бросил Антоний. «Лучше вести переговоры с позиции силы, я бы сказал».

«Ну, теперь всё готово», — вздохнул Приск. «Мы поведём против них три легиона и разберёмся со всем, что найдём. Главная проблема — это время. Фронтону было бы выгодно, если бы мы посвятили этому как можно больше времени, но два обстоятельства говорят против».

«Цезарь приказывает действовать быстро», — согласился Антоний, кивнув.

«И тот факт, что если эти племена планируют восстание, каждый дополнительный день, который мы им даём, даёт им больше времени на подготовку. К сожалению для Фронтона, я думаю, нам нужно выполнить приказ Цезаря и действовать как можно быстрее».

Антоний задумчиво постучал по подбородку. «Мы возьмём самые опытные, тренированные и бывалые легионы. Они будут двигаться быстрее и эффективнее взаимодействовать».

«Я бы сказал, что это Седьмой, Девятый и Десятый», — согласился Приск. «Восьмой существует так же давно, но, несмотря на годы под никчёмным командованием Планка, Седьмой провел зиму на территории Карнута, так что он может оказаться более полезным».

«Тогда я оставлю тебя, чтобы ты передал им новости. Что мы сделаем в первую очередь? Ты знаешь этих людей, как говорит Цезарь».

«Я бы сказал, сеноны», — ответил Приск. «Они ближе, меньше по размеру и до них легко добраться по речной долине. Мы двинемся на юг. Ближайший более-менее крупный оппидум сенонов — Мелодунон, но более крупные — Веллаунодунон и Агединкум — находятся недалеко к югу от него. Мы займём Мелодунон и, надеюсь, решим проблему. Если нам понадобится двигаться дальше, оттуда мы сможем добраться до любого из крупных поселений вдоль реки, поскольку Секвана разветвляется, и каждое из них расположено на одном из рукавов».

«Ты так хорошо знаешь эту землю?» — удивленно спросил Антоний.

«Никогда там не был. Но я изучил карты и поговорил с офицерами, которые там были. Пойдём. Давайте всё подготовим. Чем скорее уйдём, тем быстрее разберёмся с этим бардаком».

* * * * *

Приск осадил коня, а Антоний поднял руку, чтобы остановить наступающую колонну.

'Хорошо?'

Префект глубоко вздохнул и взглянул на двух разведчиков, которые сопровождали его, когда они возвращались на позицию вместе с кавалерийским эскортом. «Думаю, нам повезло».

'Объяснять.'

«Мелодунон будет кошмаром, если у нас не будет поддержки с моря. Посреди реки тянутся три острова, и город находится на большом из них. Он соединён с обоими берегами деревянными мостами. И стены там прочные».

«Мне это не кажется такой уж удачей».

«Повезло, потому что нам не придётся штурмовать . Похоже, это место не защищено. Ворота открыты, и на стенах никого нет. Дым из очага и общий шум говорят о том, что город занят, но не защищён».

«Значит, мы запугаем их численностью? Не нужно драться?»

«Точно так и есть. Пусть три легиона выдвинутся полным строем к берегу реки у моста и будут выглядеть грозно. Потом мы с тобой, а также легаты и трибуны, подъедем к воротам и выясним, что нам нужно».

«Фанфары и всё такое. Хорошо», — Антоний повернулся к группе офицеров, следовавших за ним.

«Планк, Требоний и Красс, пусть ваши старшие центурионы отправят легионы к берегу и построятся лицом к острову, затем выведите своих трибунов, орлов, знаменосцев и музыкантов вперед к мосту».

Три легата отдали честь и вернулись к своим легионам, отдав приказы. Приск и Антоний ждали, когда армия начнёт согласованное движение: Девятый и Десятый легионы развернулись в стороны, чтобы обойти Седьмой, и двинулись тремя легионами в ряд к невысокому холму и лесу, по краю которого проходила дорога на Мелодунон.

К тому времени, как армия достигла опушки леса и приблизилась к излучине реки, все офицеры выехали вперед, чтобы присоединиться к командирам, и под торжественные звуки и фанфары римского командного подразделения они обогнули излучину реки и начали пологий спуск к берегу реки.

Как описывал Приск, Мелодунон был длинным и узким поселением, расположенным на острове длиной около полумили, но шириной всего сто пятьдесят шагов. Его мощные, высокие стены смотрели вниз на прочные деревянные мосты, соединявшие его с обоими берегами, и на небольшие, заросшие тростником острова по обеим сторонам – убежище для птиц и других животных.

На крепостных валах по-прежнему не было воинов, и десятки струек дыма поднимались в бледно-сером воздухе к небу. Мелодунон казался мирным… безмятежным. Никакого очага восстания.

«Не похоже на ценный приз», — заметил Антониус.

«Мы здесь не для завоеваний, — тихо напомнил ему Приск. — Просто для информации, прямо сейчас».

Когда легионы заняли позиции на берегу реки, сверкающей серебряно-красной массой, офицеры вывели коней на мост. По команде Антония музыканты начали напевать повторяющуюся восходящую гамму, которая эхом разносилась по воде и отражалась от стен небольшого оппидума.

«На стенах по-прежнему никого», — отметил Антониус. «Если бы не фоновый шум и дым, я бы сказал, что здесь безлюдно».

Приск кивнул, его любопытство возросло.

Медленно и целеустремлённо, в такт грохоту карниза, лошади офицеров стучали по тяжёлым балкам моста. Ворота всё ещё оставались открытыми. Наконец, когда они прошли примерно две трети моста, из-за стены в центр ворот вышла фигура.

«Вперед!» — скомандовал он старческим, пронзительным голосом, латинский акцент которого был сильно смещен к галльской резкости.

«Неужели это глава города?» — недоверчиво спросил Антоний у Приска.

Двое мужчин посмотрели на воина. Он был немолод – явно старше Антония больше чем на десять лет, но его браслеты свидетельствовали о его воинском прошлом и определённых заслугах. Пока они смотрели, двое более молодых, хотя и менее украшенных воинов вышли к нему и встали по бокам.

«Сеноны, — громко и с раскатистым голосом искусного оратора объявил Антоний, — не отправили депутацию на галльское собрание, созванное Цезарем. К настоящему времени не вернулся ни гонец проконсула, доставивший повестку, ни его эскорт».

«Вперёд!» — повторил старик. Хотя он стоял, не вынимая меч из ножен, молодые люди рядом с ним выхватили клинки и подняли их.

«Почему не была отправлена депутация?» — спросил Антоний.

'Идти!'

«Или ты и твои две дрессированные обезьяны отобьётесь от двадцати тысяч солдат? Не смеши меня, старик. Ответь на мой вопрос».

Старик протянул руку одному из своих спутников, и тот что-то ему передал. Презрительным взмахом руки мужчина бросил предмет вперёд, и тот ударился о деревянную поверхность моста и, отскочив, застыл у передних копыт коня Антония. Это был свиток пергамента в бронзовом кольце, запечатанный красным воском. Бежевый пергамент был испещрён другими багровыми отметинами, явно не воском. Хотя печать с такого расстояния никто не видел, не было никаких сомнений, что это был тот самый документ, который нёс гонец, отправленный к сенонам.

«Ваш ответ принят к сведению», — прорычал Антоний.

«Пошлите центурию и охраняйте ворота», — рявкнул Приск ближайшему трибуну. Он не был уверен, из какого легиона был этот молодой человек, но выглядел он взволнованным.

«Сохрани эту команду», — Антоний поднял руку. «Я с этим разберусь».

Поднявшись через седло, офицер соскользнул со спины коня на мостик, где нагнулся, чтобы подобрать свиток. Кровь давно засохла. Повернув его, чтобы подтвердить печать Тельца Цезаря, он уверенно направился к трём мужчинам у ворот.

«Что, чёрт возьми, он делает?» — пробормотал Приск, обращаясь в основном к самому себе, а затем снова повернулся к Требонию. «В любом случае, приготовьте центурию. На всякий случай».

Требоний кивнул и передал приказ, наблюдая за происходящим. Антоний остановился в полудюжине шагов от старика. Двое спутников галла, угрожающе взмахнув мечами, слегка шагнули вперёд, когда командир поднял свиток и протянул его.

«От имени проконсула Галлии и продолжающегося Pax Romana я еще раз призываю вас повесткой Цезаря прислать вашего посла на народное собрание».

Старик сплюнул, промахнувшись мимо свитка на несколько футов, но тем не менее хорошо донес свою мысль.

Медленно, с нарочитой угрозой, Антоний вытащил меч, и скрежет, с которым он выскользнул из ножен, пронзил фоновый шум пробирающим до костей звуком. Двое молодых людей снова шагнули вперёд.

«Вперед!» — крикнул старший.

Антоний сделал ещё один шаг вперёд, и двое молодых воинов бросились ему наперерез. Римский командир, опустив руку и держа клинок у пояса, выглядел небрежным, словно подходил для непринуждённой беседы.

Воин слева от него первым сделал ход. Его длинный галльский клинок достиг плеча, где он схватил рукоять обеими руками, а затем взмахнул мечом, неудержимо целясь в плечо Антония.