Сколько Таала ни бежала по коридору, как ни торопилась, он все не заканчивался. Каждый день она проходила по нему десятки раз, но никогда он не был таким мрачным, таким темным, таким бесконечно длинным. По полу разлилась кровь, а когда-то ровные стены теперь состояли из живых демоноподобных существ. Со стонами и рычанием они болезненно извивались, лица их замерли в крике отчаяния, ручьи густых алых слез стекали по впалым щекам. Монстры тянули к Таале кривые руки, пытаясь поймать ее за полы платья, за рукава, за косу.

Сердце испуганной птицей билось в груди. Таала потеряла богато вышитую туфельку и сбросила вторую, чтобы не мешалась. Ноги скользили в багровой жиже на полу и путались в промокшем подоле тяжелой неудобной юбки.

Он идет за ней. Он поймает ее и убьет, как планировал уже давно.

Таала обернулась. Действительно, он был там, у лестницы на первый этаж. Он надвигался быстро и уверенно. Чудовища в стенах не трогали его. Наоборот, они служили ему и помогали задержать Таалу.

Стоило ей отвлечься, как кривые пальцы сомкнулись вокруг ее запястья. От ледяного склизкого прикосновения по телу побежали мурашки. Таала в испуге вскрикнула и начала вырываться.

Преследовавший ее демон неумолимо приближался. Таалу охватила паника. Отчаянное усилие – и ей наконец удалось освободиться от поймавшего ее монстра. Вот только его рука, по локоть вырванная из стены, осталась висеть у нее на запястье. За ней тянулся след зловонной слизи. Таала заплакала от отвращения и ужаса.

Она побежала дальше, одновременно пытаясь избавиться от прицепившейся конечности, но та оказалась живой и только сильнее сжимала ее руку.

Каким-то чудом Таала добралась до ближайшей комнаты, вбежала туда в надежде выскочить в окно, но поскользнулась около кровати и упала. Только вместо того, чтобы удариться о пол, она с головой погрузилась в багровое озеро.

Она умела плавать, но здесь это умение оказалось бесполезным. Сколько бы ни прилагала усилий, она оставалась на месте, барахтаясь в густой жидкости. Хотя ей не терпелось вдохнуть, пришлось зажать рот и нос, чтобы туда ничего не попало.

«Что это такое? – в отчаянии думала Таала. – Как он смог создать такое наваждение?»

Кто-то схватил ее за косу и выдернул на поверхность. Он.

Таала шумно глотнула воздуха. В носу застрял насыщенный запах железа. Одной рукой она в панике пыталась вытереть лицо, а другой схватилась за голову.

– Зачем ты убегаешь? Разве ты не хочешь быть хорошей девочкой? Хорошие девочки достойно служат своему господину. – Он бросил ее на постель. Вся кровь куда-то исчезла. Это была лишь иллюзия? Однако стоило Таале упасть на матрас, как ее схватили торчащие из него серые руки. Кривые крючковатые пальцы грубо и больно впивались в плоть, полностью лишив жертву возможности двигаться.

Он задрал ее платье.

– Отпусти меня! – в слезах кричала Таала.

– Ну нет, – прошипел он, нависая над ней с кинжалом в руке. – Я же сказал, что сделаю это, когда ты будешь готова. Тебе четырнадцать кварт, уже можно.

Таала вырывалась как могла, но руки держали ее слишком крепко.

Ему не нужно ее согласие. Еще мгновение, и он начнет страшный ритуал, а потом зарежет ее. Оставалась лишь одна надежда – талисман у нее в кармане. Ну конечно, почему она сразу о нем не вспомнила? Фэлл научил ее заклинанию.

Таала направила всю духовную силу на активацию талисмана и закричала:

– Аасут рээна!

Из-под одежды показался алый свет. Бумажный талисман выполз ей на грудь, но вместо защиты из него внезапно вырвался поток крови, затапливающий все вокруг. Таала в страхе закричала. Талисман должен был действовать совсем иначе. К тому же ничего не изменилось: демон все еще нависал над ней, готовый осуществить ужасный план. Он будто не замечал хлынувшего на него алого потока.

– Что это такое? – рыдала Таала. – Помогите!

Тут она услышала мягкий голос, похожий на голос Фэлла:

– Выпей крови, и все пройдет! Выпей скорее, дитя, и он оставит тебя в покое.

Поток изменил направление и начал хлестать Таалу по лицу. Она никак не могла вдохнуть, не наглотавшись крови.

Таала испуганно подскочила. В комнате было темно и тихо, не считая голосов жителей Гротхима с улицы. По щекам текли слезы, а сердце так и рвалось из груди, отбивая беспокойный ритм в ушах и в горле. Ей уже давно не снились кошмары. Она считала, что смогла побороть тяжелые воспоминания сорокалетней давности, что они никогда больше не повлияют на ее жизнь.

Таала тихонько всхлипнула и утерла слезы. Проклятый мост! Если бы не он, она бы не вспомнила тот жуткий день и нормально выспалась.

Глубоко дыша в попытке успокоить непослушное сердце, Таала оглянулась на Лъо. Еще не хватало, чтобы он заметил ее слабость.

Мон спокойно спал, отвернувшись к стене.

Таала выпила успокаивающее снадобье, которое обычно валялось у нее в аптечке невостребованным, и тихонько вышла на улицу, чтобы подышать свежим воздухом.

«Смотри-ка, ей снятся кошмары, прямо как и тебе», – сочувственным тоном прокомментировала Миирна.

Мона разбудил крик Таалы, но он не подал виду.

«Мне ничего такого не снится, пигалица, – ответил он, садясь. – Ты путаешь меня с собой».

«Ничего подобного! С тех пор как я стала камнем, мне вообще не надо спать, так что у меня и снов нет. Мое жалкое существование – и так сплошной кошмар наяву».

Лъо демонстративно зевнул.

«Не смей зевать, когда я жалуюсь на жизнь! – воскликнула племянница, затем добавила: – Как думаешь, что ей снилось?»

«Откуда я знаю? Наверное, долбанный кровавый мост, что еще? Мне тоже снился Миист. Если бы не ее вопль, это точно превратилось бы в кошмар. – Лъо устало потер глаза. – Я хочу спать. Поговорим завтра».

«Ладно, мон Руан. Если у меня будет настроение говорить с тобой».

Лъо усмехнулся, устроился поудобнее и вскоре снова уснул.

* * *

Эвакуация Гротхима продолжалась. С участием представителей Особого ведомства, полиции и военных Аисъо удалось организовать вывоз жителей и выдворить из города большинство несогласных и не верящих в опасность демонов.

Таала помогала с транспортировкой архивов, заодно пытаясь найти среди них полезные данные об Ихио. Она также отправила отчет о происходящем в столицу и успела получить новые инструкции о дальнейших действиях. Ей велели следовать за наместником и наблюдать за тем, кого она приняла за мона Руана.

Лъо, как и раньше, бродил по городу в поисках информации, изучал развалины резиденции градоначальника и, в конце концов, вызвался помочь сотрудникам библиотеки с упаковкой книг, чтобы успеть забрать все издания о кровавой магии, какие сможет найти.

Инъо уже два дня неотступно следовал за Аисъо, во всем помогая ему и безропотно выполняя любые поручения. Раньше они никогда не общались так тесно. И хотя сейчас они обсуждали исключительно рабочие вопросы, веллен начал понимать, насколько сильно Аисъо отличается от того образа, который создало его воображение за эти годы.

К вечеру второго дня веллен помог очередной партии горожан спуститься к подножью Саэ и проследил, чтобы они направились к Еаллю. Вернувшись в Гротхим, он нашел Аисъо у Северных ворот. Тот в очередной раз отчитывал каких-то противников эвакуации и выглядел при этом, как всегда, устрашающе.

Неподалеку солдаты нагружали телегу коробками с документами и мебелью из располагавшейся над воротами смотровой башни. С насмешливым любопытством они украдкой наблюдали очередной спектакль. Возможно, наместник уговорит демонов уйти, но это неинтересно. Солдаты надеялись, что Аисъо изобьет нарушителей или, как уже бывало раньше, просто выбросит их наружу.

Годами подавляемое раздражение наместника все чаще выплескивалось на окружающих приступами гнева. Те, кто подчинялся с первого раза, получали его поддержку. Те же, кто смел перечить, приобретали незабываемый опыт общения с разгневанным Аисъо, что было, мягко говоря, жутковато.

Инъо подоспел к развязке. Шестеро демонов отказывались покидать город и требовали разрешения остаться еще на несколько дней. Такое происходило постоянно. Как правило, просителей уводили силой, но военных на всех не хватало, а эти демоны оказались еще и весьма могущественны. Аисъо не желал рисковать жизнями солдат. Бунтари же считали, что делают ему одолжение, не нападая, а пытаясь договориться. Тем не менее, вооруженные, они окружили его и требовали выполнить их просьбу.

Инъо сразу понял, что они здесь давно и уже порядком вывели наместника из себя. Он встал в стороне, достал из кармана недоеденное печенье – из тех, что когда-то хранились у него под кроватью, – и откусил кусочек, завороженно наблюдая за Аисъо.

– Нет! Вы перестанете тратить мое время и уйдете вместе со всеми. Я бы на вашем месте собирал вещи, а не болтал, – сказал наместник тем ужасающе ровным тоном, который указывал на высшую степень раздражения.

В такие моменты он говорил еще тише и спокойнее, чем обычно. При этом от него веяло столь устрашающей силой, что казалось, будто воздух темнеет вокруг и вот-вот разразится буря. Обычно разозлившие его демоны быстро теряли запал и предпочитали выполнить указания наместника во избежание последствий. Но не эти.

– Ты своими приказами нарушаешь наши права, – злобно прошипел один из спорщиков. – Мы этого не потерпим. Попробуй выгнать нас силой. – Он обнажил меч. Другие демоны последовали его примеру.

– Хорошо, – холодно сказал наместник.

Инъо знал, что это кончится плохо и для демонов, и для Аисъо. Он побыстрее проглотил печенье и на всякий случай заткнул уши. И правильно сделал, ведь в следующий момент Аисъо вдруг громко крикнул:

– Пошли вон!

Пик Саэ и весь город задрожали от звука его голоса, а всех его собеседников подхватило невидимым потоком энергии и вынесло далеко за ворота. Грузившие телегу солдаты подскочили, потом рассмеялись и, весело комментируя, проследили за полетом демонов. Такого наместник еще не вытворял. Под его строгим взглядом они быстро вернулись к работе.

Аисъо сморщился от боли в голове и помассировал виски. Наконец он заметил смотревшего на него веллена.

– Что? – спросил он устало.

Инъо вынул из сумки глиняный сосуд и протянул ему. До этого он постоянно предлагал ему зелья и пилюли, то обезболивающие, то успокоительные. Аисъо не брал – ему редко помогали лекарства.

– Это горячее цветочное итао с медом, – сказал Инъо. – Купил внизу. Владельцы продуктовой лавки разбили там магазинчик. Очень вкусное. Ты такое любишь.

– Откуда ты знаешь? – Аисъо принял сосуд и с удовольствием вдохнул пряный медовый аромат. Голова все еще болела от использования Триаты на тех демонах, но на душе стало чуть теплее. Он и правда любил именно этот напиток.

– Ты как-то говорил учителю при мне, – смущенно пожал плечами Инъо.

Наместник ответил коротким «Хм». Инъо уже приносил ему его любимую еду, а теперь итао. Аисъо и не думал, что веллен столь внимателен и помнит такие мелочи.

Сейчас он порадовался, что его гневные приступы не распространялись на Инъо. Ни разу у него не возникло для этого повода. Поначалу наместник давал ему поручения и воспринимал помощь как должное. Теперь же он вдруг заметил, что постоянное присутствие веллена успокаивает. Это несколько удивило его.

Наместник прислонился к тяжелой створке ворот, сделал глоток и внимательнее пригляделся к Инъо. Он наконец понял, почему Этъо так любил ученика и везде таскал его с собой. Не считая того, что иногда Инъо медленно соображал, он всегда проявлял заботу и был идеальным помощником, особенно если дать ему конкретные инструкции.

И было в исходящей от него духовной силе что-то родное. Возможно, в Аисъо говорила Триата, но ему захотелось лучше узнать Инъо, особенно после тех приятных ощущений от обмена энергией на проклятом мосту.

Веллен исподтишка следил за его реакцией на итао, притворяясь, что наблюдает за солдатами.

– И правда вкусно. Спасибо! – сказал Аисъо.

У Инъо радостно засияли глаза, как бывало всегда, стоило наместнику его похвалить.

– Надеюсь, я не слишком сильно тебя пугаю. – Аисъо чуть нахмурился. – Я… Это дурацкое правило: надо всегда быть спокойным. Что бы ни случалось, сохранять лицо. Я сам боролся против этого, а теперь не могу избавиться от привычки сдерживаться и все время подавляю свои чувства. А потом получается вот это. – Он указал в сторону выброшенных из города демонов.

Самое печальное, что он понимал их, мог поставить себя на их место. Но как позволить им остаться, если здесь им грозила смертельная опасность? Его волновали не столько их жизни, сколько вероятность, что их тела могут использовать для кровавых обрядов. Аисъо не собирался предоставлять врагам топливо для их жутких проклятий.

– Честно говоря, ты совсем не такой, как я думал, – сказал Инъо, приятно изумленный, что наместник интересуется его мнением. – Но я думаю, ты сейчас вообще не совсем такой, как ты.

– В каком смысле? – не понял Аисъо.

– Прости, я плохо говорю. – Инъо потупился. – Я помню тебя более спокойным и… благожелательным, что ли? А сейчас в тебе слишком много силы. Ты не можешь ее выплеснуть наружу, она приносит тебе боль. Неудивительно, что это выражается в вечном раздражении. Ты вовсе не пугаешь меня, – добавил он мягко. – Ты даже ни разу на меня не разозлился. Я, наоборот, рад узнать, какой ты теперь. И я хочу помочь тебе.

Как только выдавалась свободная минута, Инъо размышлял над тем, как избавить Аисъо от Триаты. Увы, пока ничего не приходило в голову.

Наместник молча допил итао, стараясь ни о чем не думать. Последние слова Инъо все еще звенели в ушах. Обычно он сам всем помогал. Было непривычно, но приятно осознавать, что кто-то хочет помочь ему.

Аисъо обещал ткацкой артели подсобить с упаковкой оборудования в специальные бездонные контейнеры. Потом нужно было отыскать транспорт для местной больницы и посодействовать лекарям в спуске пациентов с Саэ. Да, и рабочие на пике Сутт. И еще сотни дел. Времени оставалось все меньше.

Он мог бы поручить что-нибудь из этого веллену, но почему бы не оставить его при себе? Вдвоем они быстрее управятся.

Инъо в это время ушел в свои мысли. Судя по печальному взгляду, он снова вспоминал о постигшей Иолим трагедии.

Аисъо похлопал его по плечу и сказал:

– Я рад, что ты со мной.

Светлая улыбка прогнала с лица веллена грусть, отчего и наместнику будто стало чуть легче. Хотя, возможно, это от цветочного итао. В любом случае его тоже принес Инъо.

– Пойдем, поможешь мне с оборудованием, – позвал наместник.

Вдвоем они отправились к центру города.