Я был уверен, что судьба благоволит мне. Звезд с неба хватать не приходилось, но жизнь складывалась плюс-минус удачно.

К двадцати четырем годам у меня появилась вполне хорошая работа. Я был инструктором по теннису. С детства обожал этот вид спорта и теперь мог заниматься им постоянно, обучая других. Да еще и получал за это деньги. Не каждому в жизни повезло заниматься любимым делом, поэтому я дорожил этим местом.

Правда, деньги платили довольно скромные. Мне бы с такой зарплатой никогда не видать своего жилья, но и с этим повезло.

Двоюродная бабушка, у которой не было родных, кроме нашей семьи, оставила мне квартиру в наследство. Просто так, ни с чего. Хотя у меня были подозрения, что об этом попросили родственники. Ее единственный сын стал алкоголиком и умер, не дойдя до квартиры. В пьяном угаре неудачно упал со ступенек, свернув шею. С тех пор бабе Наташе помогали моя мама и бабушка. Я редко ее видел и никак в этом не участвовал. Поэтому удивился, узнав, что квартиру переписали на меня.

Я въехал в тот старый дом на улице Чехова. Переклеил потрепанные обои, заменил старую скрипучую кровать на новую с ортопедическим матрасом. Постепенно обжился, кое-как обустроил холостяцкий быт. По мере финансов делал ремонт и покупал мебель. Затем стал присматриваться к людям и узнал, что в соседнем подъезде живет одна интересная девушка.

Симпатичная. Даже очень. А может быть, просто она была в моем вкусе. Мне сразу понравились ее темно-каштановые волосы, выразительные глаза и постоянно приоткрытые губы. Она одевалась непримечательно. Носила объемные футболки, светлые джинсы и белые кроссовки. Эта девушка казалась тихой и пугливой. В ней была какая-то уютность. И мне это понравилось. Сразу захотелось, чтобы она тоже обратила на меня внимание.

Я неосознанно перед ней красовался: проходил мимо, закинув теннисную ракетку на плечо, напускал на себя серьезный вид, теребил пальцами волосы.

И наконец, мне выпал случай проявить галантность. Она возвращалась домой с большой коробкой из пункта выдачи, а я подбежал и помог ей с дверью.

– Спасибо! – сказала она, поглядев мне в глаза.

Теперь у меня появился повод с ней здороваться.

Казалось, этой девушке и самой было интересно познакомиться. Но мне не хотелось показаться наглым и напугать ее напористостью. Я думал: пусть все развивается само собой. Однажды я возвращался с работы и встретил ее во дворе.

– Привет! – сказал я, улыбаясь.

– Привет, – ответила она и спросила: – У тебя в чехле ракетка?

Хотя вроде бы это было очевидно.

– Нет, это оружие, – ответил я, сделав серьезное лицо. – На самом деле я наемный убийца.

– Ага! А лучший способ соврать – это сказать правду, – девушка усмехнулась, и ее глаза заблестели.

Так мы и разговорились. Оказалось, что ее зовут Кристина. Она была младше меня на полтора года, училась на старшем курсе юридического в нашем городе. Девушка снимала квартиру и жила одна, прямо как я. А еще у нас во многом совпадали интересы. Нам нравились одни и те же сериалы, еда и прочие мелочи.

Кристина говорила, что и теннис ее всегда интересовал, но не было повода попробовать себя в нем. После этих слов мне и придумывать не пришлось, как позвать ее на свидание.

Играла она неважно, постоянно роняла ракетку, промахивалась и не замечала мяч из-за слабого зрения. Но было заметно, что ей весело. Девушка обливалась потом, но не оставляла попыток развить навык игры.

– Если бы у всех было твое упорство, я бы остался без работы, – пошутил я, стараясь ее подбодрить.

– Не подлизывайся! – воскликнула она, отбив мяч куда-то в сторону. – Я знаю, что слишком неуклюжа для тенниса.

– Я и сам когда-то был слишком неуклюж. Но если ты ежедневно занимаешься любимым делом, то просто не можешь ему не научиться.

После пары часов на теннисном корте наши отношения стали стремительно развиваться. Мы проводили вместе каждый вечер. Гуляли или смотрели фильмы. Кристина побывала у меня в гостях, а я у нее. И как-то раз для разнообразия я предложил ей сходить в кинотеатр. Сам давно там не был, но помнил, что раньше мне это нравилось.

Мы встретились у дома, как и договаривались. Кристина взяла меня под руку, и мы пошли, собираясь прогуляться пешком до торгового центра. Но вдруг девушка резко остановилась и потянула меня в другую сторону, хотя там был не самый короткий путь до главной улицы.

– Ты чего? – удивленно спросил я.

– Да просто пойдем по-другому, мы же не опаздываем, – ответила Кристина, крепче вцепившись мне в руку. – Говорят, надо время от времени менять знакомые маршруты.

Я молча согласился и пошел за ней. Но, оглянувшись, понял, что заставило ее свернуть с пути. В той стороне, куда мы направлялись до этого, стоял какой-то странный человек.

Издалека черты его лица казались жуткими, гротескными. Он был совершенно лысым и блестел, как восковая фигура.

Его глаза были огромными, выпуклыми и круглыми, точно у мухи. И рот такой большой, что скорее напоминал пасть животного. Будто ему разорвали щеки от уха до уха.

Пока мы шли, Кристина говорила о чем не попадя. О погоде, о том, что давно не ела попкорн и вспомнила, как однажды простудилась в кинозале из-за кондиционеров. Мне казалось, что она пытается меня отвлечь, чтобы избежать неприятной темы.

Но я все равно спросил:

– А что там за человек стоял? Ты его знаешь?

– Ты про кого? – тихо спросила девушка с видом полного непонимания.

– Мы шли, а на дороге стоял какой-то мужик, и ты потянула меня в другую сторону, – напомнил я. – Кто он такой?

– Не было там никакого мужика, – ее слова прозвучали как бред, потому что я точно помнил, что кого-то видел.

– Ты что, прикалываешься? Ты же в очках! Значит, точно должна была заметить того странного жуткого прохожего.

– Ну, был там кто-то. Лысый и грозный. Я испугалась, не хотела нарваться на неприятности, и мы ушли, – нервничая, ответила Кристина.

– А кто это? Почему такой страшный? – не унимался я.

– Да откуда я знаю?! – Кристина бросила мою руку. – Мужик как мужик. Может просто гопник или бомж. Что ты пристал ко мне с этим мужиком? Догони да узнай, кто он.

– Ладно, извини, – я не хотел конфликтов и сам не понимал, чего так переживал из-за случайного страшилы с улицы. – Давай дружить?

Я протянул ей мизинец и улыбнулся. Хотелось сгладить этот неприятный момент между нами, чтобы оставшийся вечер прошел хорошо. Кристина внимательно на меня посмотрела, а затем, улыбнувшись в ответ, тоже протянула палец.

Мы продолжили путь к торговому центру в неловком молчании, которое пытались сгладить редкими бессмысленными разговорами.

Фильм оказался скучноват. Да и само времяпровождение в кинотеатре показалось мне чем-то пережитым. Цвета на экране блеклые, звук плохой, кресла неудобные, в зале кто-то постоянно кашлял.

Я сделал вывод, что домашний просмотр намного комфортнее.

Кристина была со мной согласна, и всю дорогу назад мы говорили о том, что стриминговые сервисы рано или поздно убьют культуру коллективного просмотра фильмов на большом экране. Любовь к кинематографу построила мостик через пропасть, которая ненадолго отдалила нас.

Я даже забыл о том инциденте в начале вечера, но поведение девушки заставило меня вспомнить.

– Илья, мне завтра рано вставать на учебу, так что я планирую сразу спать, – сказала Кристина, когда мы подошли к дому.

– Без проблем, – ответил я и проводил ее до подъезда.

В ней что-то изменилось. Она была напряженной, нервной и задумчивой. Даже целовать меня не стала, просто обняла и пожелала доброй ночи. Ее что-то беспокоило…

Я пошел к своему подъезду и снова увидел того человека, но теперь уже вблизи. Он стоял на углу нашего дома, освещенный фонарем. Зрение меня не подвело – он в самом деле был уродлив. Блестящая восковая кожа без единого волоска, выпуклые глаза без зрачков и широкая беззубая пасть.

Я присмотрелся: может, на его голове страшная маска? Но возникло ощущение, что это настоящее лицо.

И вдруг этот человек открыл рот шире, и из него хлынула красная вязкая жижа, будто его вырвало кровью! Жидкость текла потоками по подбородку, по шее, пропитала и без того грязную рубашку, что была разорвана в нескольких местах.

– Что за?.. – я кашлянул от тошноты и зашел в подъезд, чтобы не видеть эту мерзость.

Вид этого человека отпечатался в памяти, и весь оставшийся вечер меня одолевала тошнота. Я постоянно думал о том, что увидел, и не мог не поделиться этими переживаниями со своей девушкой.

«Кристина, я сейчас опять встретил того странного мужика. Он стоял и блевал кровью. Серьезно тебе говорю! Ты просто будь осторожна, ладно?», – отправил я голосовое сообщение.

Девушка его прослушала, но не ответила. Странно она все-таки на это реагировала…

У меня было плохое предчувствие, и оно не подвело. Той ночью в нашем доме произошло убийство.

Сам я не видел, но слухи разлетелись мгновенно.

Соседи говорили, что умер мужчина из тридцать шестой квартиры – его нашли с проколотым глазом в луже крови. Судя по всему, его ударили в лицо чем-то острым.

Кто-то из понятых подслушал разговор полицейских. Они говорили, что рана до самого мозга и смерть, скорее всего, была мгновенной.

Под подозрение попали знакомые погибшего. Он был человеком одиноким и часто приглашал гостей, чтобы выпить.

Полицейские полагали, что причиной этого стала обычная пьяная ссора с поножовщиной.

Но я верил, что не все так просто.

Слишком уж явное совпадение: сперва появился тот страшный человек, а затем жуткая смерть одного из соседей. Это могло быть связано.

Вечером, когда мы встретились с Кристиной в моей квартире, я не желал об этом молчать и поделился своими подозрениями.

Она молча меня выслушала, а потом сказала:

– Илья, давай не будем говорить об этом.

– Почему? Ты что-то знаешь! – догадался я и подвинулся ближе к ее лицу.

– Знаю, но говорить об этом нельзя! – напряженно ответила она, глядя в глаза.

– Расскажи мне хоть что-нибудь, – попросил я.

– Да, ты прав, этот… человек убил нашего соседа, – сказала Кристина, опустив взгляд в пол. – Точнее, он не человек. Это… Я не знаю, кто он. Его называют Кровавая Рожа! Он убивает людей, но говорить о нем нельзя! Понимаешь? Нельзя! Надо делать вид, что его нет. А если ты будешь о нем болтать, то будут еще жертвы.

С ресниц девушки упала слезинка и покатилась к губам.

– Кристина, тихо ты… я тебя понял. Все! Больше ничего не скажу и не спрошу, – пообещал я, а сам бормотал себе под нос: – Кровавая Рожа… От парня с таким именем добра не жди… Ты же знаешь, я тут живу недавно и не в курсе местных легенд.

Девушка вытерла слезы и сказала:

– Я знаю, как это безумно звучит, но лучше просто доверься и молчи. Он появляется, и умирают люди. А потом снова исчезает. Это время надо просто переждать. Увидишь его где-то – не замечай и никому о нем не рассказывай.

– Лады… – кивнув, ответил я.

Я пообещал, что больше эту тему не затрону. А если вдруг встречу его, то даже не посмотрю в его сторону.

Собственно, я не горел желанием докопаться до истины. Происходящее казалось мне абсурдом, но ведь не просто так люди верят в подобные вещи. Существует много страшных легенд. И я не из тех, кто желает проверять их правдивость. Мне достаточно один раз услышать предупреждение, чтобы держаться от этого подальше.

Отношения с Кристиной стали какими-то холодными и поверхностными. Она начала избегать меня, и я решил дать ей время, а не навязываться.

Занялся своими делами. Брал побольше рабочих часов, тренировал юных спортсменов и простых любителей, а вечера проводил один за каким-нибудь фильмом или книгой.

Про убитого соседа больше никто не говорил, будто все о нем забыли сразу после похорон. Но такое часто бывает среди людей, которые бесцельно проживают годы. Жил себе алкаш, с кем-то пил, где-то подрабатывал, затем умер. Его упаковали в гроб, на девять дней хлопнули по рюмахе и пошли дальше жить свои будни. И даже имя его настоящее не каждый вспомнит. Для многих он так и останется – Саня Косой из тридцать шестой.

Я надеялся, что тот мужик по имени Кровавая Рожа уже исчез. Но однажды, выйдя утром во двор, вляпался ботинком во что-то вязкое и липкое.

– Вот срань! Ну только же их вымыл, – громко ругнулся я.

Это было похоже на мокроту вперемешку с кровью. На крыльце была целая лужа красной слизи.

Опять он здесь наблевал! Значит, еще ходит где-то поблизости. И чего ему тут надо?

Я спустился с крыльца, вытер ботинок об траву и двинулся в сторону автобусной остановки.

Проходя мимо гаражного кооператива, я вдруг ощутил на себе тяжелый взгляд. Он как будто впился в затылок, тут же заставив меня остановиться и оглянуться. Это был он! Жуткий человек стоял на одном из гаражей.

Его лысая голова блестела, как отполированная. Глаза торчали из орбит, беззубая пасть открылась до предела. И с его подбородка капала красная слизь, выстукивая ритм по жестяной крыше.

До чего жуткая тварь! Дрожь берет!

«Его нельзя замечать. Его нет», – напомнил себе я и пошел дальше, вжав голову в плечи и спрятав руки в карманы, будто пытаясь сделаться менее заметным.

В тот же день мне позвонила Кристина и предложила встретиться. Ее звонок стал неожиданностью.

Она явилась, как для проверки, будто хотела узнать, насколько я тверд в своих обещаниях.

– Что у тебя нового? – спросила она.

– Нового? Да ничего: работа – дом, работа – дом… По тебе вот соскучился, – сказал я, пытаясь скрыть беспокойство. – А у тебя что?

– Тоже все по-старому… Может, сегодня посмотрим что-нибудь? – предложила Кристина.

Я без раздумий принял ее предложение. И мы провели вечер за просмотром юмористического шоу, где комики отвечали на житейские вопросы своих зрителей. И вроде бы это было забавно, однако я не мог просто выкинуть из головы Кровавую Рожу.

Его образ застрял в мозгу и крутился зацикленными кадрами. Я смотрел в монитор ноутбука, но перед глазами была только мерзкая рожа этого урода.

Кристина по-прежнему мне нравилась, но развитие наших отношений застопорилось. Все стало как-то неловко, странно и нестабильно. Я понимал, что, возможно, всему виной появление странного существа, и готов был подождать, когда это все закончится.

Девушка отказалась остаться у меня на ночь, и тогда я, не спрашивая разрешения, пошел ее провожать. Мне хотелось видеть, что она хотя бы благополучно дойдет до дома.

– Доброй ночи, Илья, – Кристина наспех обняла меня и пошла к себе.

А я к себе. Шел и оглядывался по сторонам: нет ли его где-то поблизости? Горели фонари. Двор был пустой. Только чья-то кошка сидела на лавке и внимательно провожала меня взглядом.

«Вот и хорошо», – подумал я, заходя в подъезд.

Поднялся на свой этаж. Звуки собственных шагов слышались неестественно громкими в ночной тишине. Мне казалось, что за мной наблюдают, и это чувство было невыносимым.

Чужой твердый взгляд будто пронзал меня насквозь и сверлил затылок. Во мне теплился страх и горела ненависть.

Я хотел просто войти в квартиру, не поднимая глаз на лестницу выше. Но не удержался.

Монстр стоял там. Стоило мне взглянуть на него, как он разинул мерзкую пасть, и оттуда бесконечным потоком хлынула алая слизь. Она хлестала, как из ведра, журчала по ступенькам и растекалась лужей по полу у моих ног.

Попробуй, сделай вид, что не замечаешь такое!

Но я справился. Подавил страх и отвращение. Открыл дверь и зашел в квартиру. Все ботинки и края джинсов были в алых брызгах.

Ублюдок! Чтоб ты захлебнулся своей кровавой блевотиной!

Я молчал. Не говорил ничего и никому, но это не помогло. В моем подъезде той ночью убили соседку.

Это была добрая одинокая женщина. Полная, румяная и улыбчивая. Она всегда здоровалась со всеми, кто проходил мимо, и никогда ни с кем не ссорилась. К ней не ходили сомнительные гости, она не валялась пьяная у подъезда.

Соседка вела спокойную жизнь пенсионерки, стараясь никому не мешать. Кому бы понадобилось убивать ее?

И обстоятельства смерти были странные: дверь в ее квартиру была открыта, а она лежала у порога с пробитым сердцем. Складывалось впечатление, что женщина открыла кому-то, а ей вонзили в грудь что-то острое.

Капал мелкий дождь. На дырявом асфальте образовались глубокие лужи. Надев легкую толстовку, я накинул капюшон. Вышел из подъезда и встал под козырьком. Тело вынесли и погрузили в машину. Я не знал, как звали эту женщину. Пару раз она просила придержать дверь. А еще на прошлой неделе сажала гиацинты во дворе. Ее никто об этом не просил, просто ей нравилось это делать. Я стоял на улице вместе с другими соседями, наблюдал, как отъезжает машина. Осенний ветер продувал толстовку и морозил ноги. Я так торопился, что выскочил на улицу в домашних шортах и комнатных тапках. Люди вздыхали и бормотали кто о чем.

Один пожилой мужчина в клетчатой шоферской кепке пробубнил:

– И что за выродок мог такое сделать?

– Вы же сами знаете, – сказал я, не выдержав такого лицемерия.

Мужчина удивленно взглянул на меня:

– Я знаю?! Откуда?..

– Кровавая Рожа… – прошептал я, потерев свои руки от холода.

– Кровавая… что?.. – мужчина смотрел на меня, как на недалекого. – Это кто такой? Он из нашего дома? Или дружок Косого?

Я растерялся и замолчал. Дед не притворялся. А я думал, что здесь все в курсе. Просто молчат из-за страха.

Люди вокруг выглядели совершенно растерянными. Казалось, они всерьез не понимали, что происходит. Никто из них не видел Кровавую Рожу? Никто не замечал пятна красной слизи повсюду? Как такое может быть? А что, если Кристина меня обманула?

Задумавшись об этом, я позвонил ей и рассказал о том, что случилось с пожилой соседкой. Попросил объяснить мне все случившееся.

– Не сейчас. Встретимся вечером и поговорим. Я занята, – сказала девушка и сбросила звонок.

Не нравилось мне это… Кристина казалась какой-то странной. Она постоянно меня избегала, и я с каждым днем терял к ней интерес. Мне уже и не хотелось этой встречи, но за полчаса до полуночи ко мне в дверь постучали.

Я посмотрел в глазок и, убедившись, что это Кристина, открыл дверь.

– Можно войти? – спросила она, ее голос звучал встревоженно.

– Да, проходи. Я вообще-то тебя весь вечер жду, – ответил я, отступая в сторону.

– Извини, у меня были дела, – сказала она, расстегивая пальто.

Я не стал интересоваться подробностями. Она вела себя как чужая. Мы прошли в комнату. Девушка опустилась на диван, ее глаза блестели от слез.

– Так что ты хотела мне рассказать? – спросил я, чувствуя, как у меня холодеют руки.

– Правду, – ответила девушка. – Я не хотела тебе рассказывать, что Кровавую Рожу видят только те, кого он выбрал в свои жертвы. Значит, и тебя тоже… Он упокоится, когда убьет троих, а потом исчезнет на какое-то время. Я много раз пыталась скрыться, но Кровавая Рожа всегда меня находит и…

– Подожди… что? Он выбрал меня в свои жертвы, а ты ничего не сказала? – гневно спросил я.

– Не знаю, зачем я ему нужна. Наверное, ему просто нравится видеть, как я страдаю, когда он убивает людей. Это было пыткой, но со временем я привыкла, что ли… зачерствела сердцем, – Кристина спрятала лицо за волосами, низко опустив голову. – Боюсь, что если я откажусь помогать, то он и меня убьет.

– Помогать?! Что это значит? – переспросил я и вдруг услышал шаги в прихожей. – Ты что, не закрыла дверь?!

– Прости меня, Илья! – Кристина все также сидела с опущенной головой, когда на пороге комнаты возник он – Кровавая Рожа.

Его челюсть отвисла, на пол шлепнулся комок красной слизи, и она впитывалась в ковер.

В руке сверкнуло что-то острое. Даже не нож, а какой-то кусок металла, вроде заточки.

«Неужели так закончится моя жизнь?», – мелькнула мысль в голове. А сердце сжалось от подступающего страха.

Кристина обратила ко мне побледневшее лицо. Она больше не плакала. Ее взгляд стал холодным и пустым.

– Лучше ты, чем я, – безразлично произнесла девушка.

Кровавая Рожа сделал шаг, но не в мою, а в ее сторону. Лезвие мелькнуло в руке и вонзилось девушке в шею, а затем монстр быстро отступил.

Наступило молчание. Не понимая, почему это происходит, я прижался к стене. Кровавая Рожа стоял на пороге комнаты, а Кристина сидела на диване. Она была в шоке и, похоже, не осознавала, что случилось.

Из раны на шее хлестала кровь, стекала по коже, пропитывала одежду. Девушка коснулась груди и посмотрела на ладонь. Потом она опять уставила взгляд на меня и захрипела, будто пытаясь что-то сказать.

Я подбежал к ней и прислонил руку к ране:

– Кристина, ты слышишь? Все будет хорошо! Я все улажу! Только продержись! Слышишь?

Девушка не отвечала. Ее глаза вдруг стали туманными, и она грохнулась на пол. Вокруг ее головы начала растекаться багровая лужа.

Мое сердце наполнилось разрывающим чувством боли и тоски. Я встал и, сглотнув ком, взглянул на монстра. Он показывал мне три пальца.

Три пальца… Три жертвы… Это то, чего он ждет теперь от меня?