–Знаю! Вам нужны большие объекты, где труд – это деньги; если один человек пропадет, это будет означать потерю бизнеса.

«Ещё лучше, я мог бы потребовать компенсацию за дорогостоящих греческих бухгалтеров, массажистов и музыкантов!» — рассмеялся Попилио.

«Итак, вы изучили возможности?» — спросил я.

«Я просто пошутил», — солгал он. «Моя миссия — оказывать провинции первоклассные юридические услуги. Я хочу посвятить себя оказанию индивидуальной помощи в сфере торговли и морского права».

Я сказал ему, что это похвально. Он, похоже, не привык к иронии.

–Прости меня, Фалько, я не помню, что рассказывала мне твоя жена о твоих действиях.

Иногда я решаю не блефовать.

– Я работаю на правительство. Расследую подозрительную смерть, которая, похоже, связана с какими-то гангстерами.

Попилио поднял слегка накрашенные брови.

«Вы ведь не за этим ко мне пришли, правда?» Если он и выглядел обиженным, то лишь потому, что начал подсчитывать, насколько он собирается пострадать с экономической точки зрения.

«Я за всеми слежу», — мягко заверил я его. «Мне жаль вас разочаровывать, но если я отстраню вас от расследования, вы не сможете получить никаких гонораров за клевету!»

Попилио бросил на меня равнодушный, предостерегающий взгляд.

– Я не против исков о клевете, Фалько.

Это означало, что если бы я действительно побеспокоил его, он избавился бы от меня гораздо более быстрым способом.

Я улыбнулся.

–Как долго вы находитесь в провинции?

«Всего пара дней». Этого времени было бы недостаточно, чтобы заподозрить что-то... если бы это было правдой.

–Вы когда-нибудь оказывались в баре, где подают напитки под названием «Золотой дождь»?

–Никогда. Я предпочитаю развлекаться дома в одиночестве, с амфорой старого вина.

«Очень разумно», — сказал я. «В Италии можно найти множество вин, даже здесь, на севере. Дайте им как следует отстояться. Затем процедите через сито два-три раза… и вылейте в канализацию. Столовые вина из Германии и Галлии, похоже, лучше выдерживают режим выдержки».

– Спасибо за совет, – ответил он.

«Пожалуйста», — ответил я.

Не было смысла оставаться там только для того, чтобы обсуждать его вкусы. Юристы — такие снобы. Я был уверен, что он предпочитает более дорогие вина, чем те, которые, по моему мнению, стоило пить дома с жареной барабулькой. Великие вина Империи вряд ли могли бы попасть в Британию в хорошем состоянии, но я решил, что переубедить его будет сложно.

Я не видел никаких признаков того, что у него там жили соседи по комнате, и если он только что приехал, каких новых друзей он мог завести?

Суть вопроса заключалась в следующем: когда Попилий ночью подавал драгоценный виноградный сок, кто делился им с ним?

Мы ушли, ни лучше, ни хуже информированные, чем приехали. Мы медленно пошли обратно в дом. Мы с Хеленой размышляли о том, каким человеком, по всей видимости, был этот адвокат, и каков его истинный характер. Я не обращал особого внимания на окружающую обстановку, и ещё меньше — на прохожих.

Но вот я здесь, и тут из дверного проема мне прошипел знакомый голос:

– Марко, дорогой, иди сюда! Мне нужно с тобой поговорить.

Клорис!

XXVIII

Она прислонилась к дверному косяку, как будто стояла там уже долгое время, ожидая меня.

– Клянусь богами Олимпа, ты меня до полусмерти напугала, бессердечная женщина! Ты что, за домом адвоката следишь?

– Какой адвокат? Я искал тебя, дорогая.

Клорис проигнорировала Хелену. Взгляд Хелены был прикован ко мне.

–Что происходит, Клорис?

–От британца у колодца.

Я мог бы проигнорировать всё остальное. Но это требовало расследования. Я повернулся к Елене, предоставив ей право решать. Она сердито пожала плечами и предоставила мне самому разобраться. Когда она ушла одна, широким шагом, глупец принял бы её уход за знак доверия. Но не я.

Клорис выглядела довольной собой.

–Это было легко!

– Ты ошибаешься. Поторопись.

–Мы не можем разговаривать посреди улицы.

–Ну что ж, давай найдем бар.

–Мой дом находится недалеко отсюда.

Это было не очень близко.

«Мы пойдем в бар», — лаконично сказал я.

Мы дошли до небольшого, довольно чистого и опрятного ресторанчика под названием «La Cuna en el Árbol» («Колыбель на дереве»). Меня угостили обычными неаппетитными холодными закусками.

Мы сели на скамейку в парке. Мы находились довольно далеко от доков, так что, скорее всего, мы были вне зоны досягаемости вымогателей. Тем не менее, я инстинктивно убедился, что владелец не облокотился на стойку над нами, подслушивая. Он уже ушёл внутрь.

«Ты выглядишь усталой», — прокомментировала Клорис, которая выглядела безупречно.

Артисты на арене были в форме и знали, как себя подать. «Твоя надменная богиня — горячая голова? Всю ночь мнёт простыни, не так ли?»

– Давай уже говори, Клорис.

– Так обращаться к свидетелю нельзя.

–Свидетель чего?

–С места смерти.

–Да ладно ? Слушай, не смейся надо мной из-за этого.

«Ты считаешь, что я ничего не знаю», — пожаловался он. Может быть, я вредил себе, уделяя недостаточно внимания. Да, возможно, именно это я и делал.

«Хорошо». Я собирался сделать это как можно более уместно. «Я расследую смерть бритта по имени Вероволько, приехавшего в Лондиниум из племени с южного побережья. Четыре дня назад его тело было обнаружено с головой в колодце грязной хижины, где варили мед, чуть ниже, у реки. Похоже, его ограбили. Возможно, это ещё не конец. Так что…» Итак, скажи мне, Клорис, знаешь ли ты что-нибудь, что могло бы помочь мне найти их убийц?

–Как ты думаешь: я знаю, кто это сделал?

-ВОЗ?

– Задавайте мне вопросы. Я свидетель.

–Если так пойдет и дальше, вы станете подозреваемым… и допрос будет проводить зловещий пыточный отряд губернатора.

–Я не собираюсь с ними разговаривать.

Я открыл рот, чтобы сказать, что все отвечают на вопросы.

Потом я остановился. Я не хвастался.

«Они могли бы даже убить меня, — презрительно сказала Клорис, — но все, что я им скажу, это: «Идите на хер!»»

«Прелестно. В таком случае, они, без сомнения, тебя убьют... Тогда скажи мне, где ты был той ночью?»

–Очень близко.

–В баре?

«Нет, но я был снаружи и смотрел внутрь». Окна были, хотя я помню, что они были маленькими и с решётками.

–Что привело вас туда?

–Я следовал за мужчиной, который нам мешал.

– Какой храбрый парень! Как его зовут?

– Это как раз то, что я надеялся узнать.

– Елена Юстина рассказала мне, что на вас оказывает давление один бизнесмен.

–Он ничего не добьется.

Я терпеливо вздохнул.

«Я уже знаю это, Клорис. Но я также знаю тебя, хотя он не так хорошо осведомлён. Уверен, ты заставишь его осознать свою ошибку! Он римлянин?»

–Он сукин сын.

– Я уже понял… Либо ты мне помогаешь, либо заткнись. Если ты хочешь только мучить меня, я ухожу.

Он улыбнулся.

– Я тебе помогу. Мучить тебя будем потом.

– Ой, пожалуйста! Давайте продолжим.

Клорис облизала пальцы, чтобы очистить их, и посмотрела на голубое небо.

«Скажу кое-что в пользу твоей жены: она умеет приковать его к супружескому ложу!» Я промолчал. Моя еда осталась нетронутой рядом со мной на скамейке. В такой компании я не собирался притрагиваться к простому хлебу с начинкой… или к чему-либо ещё, если уж на то пошло; аппетит у меня был явно недостаточный. Клорис продолжала говорить с той же сдержанностью, с которой делала всё остальное: «Этот воротила (по крайней мере, он так себя считает) снова был у нас дома, донимал нас, чтобы мы позволили ему взять нас на себя. Мы выгнали его, и я пошёл за ним, так, чтобы он меня не заметил. Я проследил за ним полгорода до того злополучного заведения, «Золотой дождь». На улице у него была не самая приятная встреча с другими мерзавцами, Пиро и Ансамблем».

–Я их видел.

«Свиньи», — без особого энтузиазма заявила Клорис. «Они поболтали, а потом все пошли в тот притон. Я подкрался. Вскоре появился британец. Он проявил интерес…»

–Из-за места?

– Нет, идиот.

– Из-за тебя? Это был Вероволко. Типично для него.

«Так ты его знал, Марко?» — спросила она с удивлением в голосе.

«Я его знал. Поэтому позже и занялся этим делом. Вам удалось от него уйти?»

–У меня не было шансов.

«Почему бы и нет? У него был великолепный крутящий момент». Это напомнило мне, что я должен выяснить, что с ним случилось.

«И великолепное, завышенное мнение о себе. Как я могла влюбиться в него после того, как была с тобой, дорогая?» — Клорис разразилась громким смехом. «Возможно, я и раньше жаловалась на тебя, дорогой Фалько, но, оказывается, ты — нечто по сравнению с этим волосатым типом».

«Brituncle» в тысячу раз лучше.

–Спасибо ни за что.

«Отплатишь мне потом… Он хотел пойти в «Золотой дождь», но я никак не мог пойти с ним. Я не хотел, чтобы эта большая шишка узнала обо мне».

–Но, похоже, у британца были какие-то обязательства.

Она кивнула.

–Он сказал, что его кто-то ждет.

–Что произошло, когда вошел Verovolco?

«Некоторое время, правда. В любом случае, я плохо видел; окно было слишком маленьким. Я уже решил сдаться и уйти. Потом услышал, как они спорят».

–Слушай, а ты хочешь сказать, что они уже были знакомы раньше?

«Похоже, так оно и есть. Я видел, как они все сидят за одним столом. Ваш британец направился прямо к ним; несомненно, это были те люди, с которыми он должен был встретиться».

–О чем они спорили?

– Нет. Но Вероволько пришлось хуже всех. Было много разговоров, а затем всё стало совсем плохо. Казалось, Вероволько пытался быть тираном, но он не справился с этой задачей. Наш могущественный претендент на

Представитель был главным. Он ничего не делал, просто сидел за столом, но я видел, как он одобрительно кивал головой.

-К Piro ya Ensambles?

«Да». Она помолчала. Клорис жила в самом жестоком слое общества; она видела много зависти и злобы в действии. Тем не менее, она содрогалась, говоря об убийстве. «Пиро и Энсамблз схватили британца. Казалось, они это спланировали. Когда их босс дал сигнал, они тут же подняли его, развернули и оттащили назад. Я должна была знать, что этой банде нельзя доверять, но у меня не было ни единого шанса».

– Конечно, вы не видели, что происходило снаружи, во дворе.

«Мне это было не нужно. Они бросили его в колодец и оставили там. На следующий день все уже знали... В общем, я видел, как они смеялись, когда вернулись в бар».

–Кто забирал крутящий момент?

– Пиро, я полагаю. Он отвечает за сбор добычи.

–Но разве вы не уверены?

–Нет, я не очень ясно это видел.

«Ну, не зазнавайся», — предупредил я его. «Просто расскажи мне, что ты видел своими глазами. Что случилось потом?»

«Как думаешь, дорогая, что случилось? Бар опустел, как по волшебству. Все знают репутацию Пиро и Энсамбльса. Я выбежал оттуда первым. Я не собирался позволить им поймать меня на слежке за этими людьми. Если бы я не знал тебя, я бы всё забыл. Я знаю, что для меня лучше!»

Я сидел там, не говоря ни слова.

Клорис усвоила мое душевное состояние.

–Это плохая ситуация.

–Кажется, весь Лондиниум полон плохих дел.

Клорис, мне нужно больше узнать об этом человеке, вашем начинающем адвокате...

–Я знал, что ты спросишь.

– Извините за мою предсказуемость.

«А, ты никогда не меняешься...» Я понятия не имел, что он имел в виду. «Это загадка », — сказал он. Он появляется из ниоткуда, когда хочет противостоять нам. Мы не знаем, где он находится, хотя знаем, откуда он приходит.

Рим. Как будто слово «Рим» было написано на её теле, и я не имею в виду её интимные места. Она даже имени своего не называет. Она требует, чтобы мы подчинились ей, и даёт ясно понять, что будет очень неприятно, если мы продолжим говорить «нет».

–Можете ли вы это описать?

–Он ничтожный человек.

–Это не особо помогает, Клорис.

«Нет... это может быть кто угодно!» — усмехнулась она. «Не спрашивайте меня».

Я смотрю только на тех мужчин, с которыми могла бы переспать, дорогая.

–Пожалуйста, попробуйте.

«Он никто, Фалько. Если бы ты встретил его на Виа Фламиния, ты бы даже не взглянул на него».

– И как же этому скрытному ублюдку удается заставить тебя так волноваться?

– Молчаливая угроза. Но она за это заплатит.

«Будьте осторожны. Доверьте это профессионалам. Я здесь, чтобы выследить этих негодяев... как и мой старый друг Петроний».

«Что ж, я очень рада это слышать», — насмешливо пробормотала Клорис.

–Петру помнишь?

–Я помню, как они оба вели себя как дураки, как пара идиотов.

Я улыбнулся, но спокойно размышлял.

–Клорис, готовы ли вы сделать заявление по поводу убийства?

– Почему бы и нет? Я могу быть твоим свидетелем.

–Предупреждаю вас, если вы дадите нам официальное признание, это будет опасно.

–Ну, ты обо мне позаботишься!

Я бы попробовал.

«Это всё, дорогой?» — пробормотала она. Голос её был похож на голос девушки, которую мужчина разочаровал в постели.

–Если только вы не придумаете что-нибудь еще, что может помочь.

–Нет. Ну что, пойдёшь со мной домой?

–Мы уже об этом говорили.

–И с каких пор разговор стал развлечением?

– Извините. У меня есть другие дела.

Она встала, не форсируя ситуацию.

«Тогда я не буду вмешиваться! В другой раз...»

Видимо, Клорис теперь могла принять отказ. Я помнила, как мне было трудно сказать «нет». Но тогда она знала, что на самом деле я хотела вымотаться.

Она покачивалась по тротуару лёгкой походкой тренированной спортсменки. Я на мгновение замер на месте.

Внезапно появился свидетель. Хотя новости были не совсем хорошими.

Он мог арестовать Пиро и Энсамблеса, когда бы ему ни захотелось, и допросить эту пару...

Это всё, что я мог сделать. Если бы они не признались, я бы ничего не добился.