«Фалько», — вежливо напомнил я ему. Я знал, что, в отличие от отца и тёти, мальчик понимал и говорил по-латыни; следующее поколение, дети Идибала, вероятно, уже жили в Риме. Ну, или жили, если только их отец не получил смертный приговор, как…

Вследствие того, о чём мы собирались поговорить, я видел вашего отца пару раз с тех пор, как мы познакомились в Риме. И вашу тётю тоже.

Итак, мы притворились двумя беззаботными знакомыми, случайно встретившимися. Я предложил ему выпить, всего один; я был полностью погружен в свою роль информатора. Мы сидели на улице и любовались видом синего моря. Идибал, должно быть, почувствовал, что попал в беду; он не притронулся к своему кувшину и лишь нервно повернул его на столе. Он удержался от того, чтобы спросить меня, чего я от него хочу, и я надолго оставил его в недоумении.

«Мы можем решить это полюбовно, — внезапно сказал я, — или я могу приказать вас арестовать».

Молодой человек подумал о том, чтобы вскочить и попытаться убежать.

Я оставался неподвижен. Идибал поступил бы благоразумно. Ему некуда было идти. Его отец был в отъезде, ему пришлось остаться в Лептисе. Сомневаюсь, что молодой человек хорошо знал город. Где он мог спрятаться? К тому же, я понятия не имел, в чём заключалось обвинение. Насколько я мог судить, всё это было какой-то непонятной ошибкой, и мне пришлось принять это за шутку.

«По какому обвинению?» — решил проворчать он.

–Румекс был убит за ночь до того, как вы сбежали с любезной помощью вашей тети.

Идибал мгновенно отреагировал сдержанным смешком, словно про себя. Он выглядел облегчённым.

–Румекс? Да, я много о нём слышал, он был знаменит. Лично я с ним никогда не встречался.

–Вы оба работали в цирке.

– Для разных ланистов… и разных специальностей. Охотники венатионов и гладиаторы не общаются друг с другом.

Он посмотрел на меня. Я ответил ему спокойным взглядом, желая показать, что я очень открыт.

– Каллиоп приезжает в Лептис, ты знал?

Это было новостью для Идибала.

– Кто такой Романо? – спросил я.

«Я о нём не слышал». Он казался искренним. Если этот Романо работал на его отца, Ганнону следовало держать свои планы при себе.

«В этом городе ты не в безопасности», – предупредил я его. Как бы ни был искусен Идибал в обращении с охотничьим копьём, он серьёзно рисковал оказаться в окружении врагов на своей собственной земле. По-видимому, у Сатурнина были такие же веские причины, как и у Каллиопа, выступить против него. «Идибал, – сказал я, – я знаю, что ты был в Риме, чтобы сеять раздор среди соперников твоего отца».

Думаю, никто из них не понимал, что ты делаешь. Держу пари, они даже не знают, что ты сын Ганнона, и что он молча уничтожает их, пока они ссорятся между собой.

– Ты собираешься сообщить им? – с вызывающим жестом спросил Идибал.

«Я просто хочу выяснить, что произошло. У меня есть клиент, кровно заинтересованный в этом деле, хотя, возможно, и не так сильно в том, что вы сделали. Так что расскажите мне о степени вашего участия».

–Нигде; я ничего не знаю.

«Глупец», — я грубо допил свой напиток и стукнул кувшином по столу.

Резкость моего поведения расстроила его.

-Что вы хотите знать?

Молодой человек был в чём-то жёстким, но неопытным в допросах. Парни из известных и очень богатых семей не терпели, когда их останавливала и обыскивала местная охрана. На Авентинском холме он бы и часа не продержался. Он не научился блефовать, не говоря уже о лжи.

«Ты спровоцировал Каллиопа на совершение нескольких актов саботажа? Полагаю, Сатурнину не нужна была идеологическая обработка; он просто реагировал на глупость другого. Когда всё началось?»

– Как только я подписал контракт. Примерно за полгода до нашей встречи.

-Как вы это сделали?

Когда Каллиоп ворчал на Сатурнина, что он делал часто, я предлагал способы отомстить. Например, спаивать его людей перед боем, посылать гладиаторам подарки, якобы доставленные женщинами… а потом сообщать, что эти подарки украдены. Стражники обыскивали помещения Сатурнина; после этого мы отступали, и некому было поддерживать обвинения. Этот манёвр не наносил реального ущерба, а лишь создавал неудобства.

–Особенно сторожа!

Ах, это! И кого волнуют эти мстители?

–Если ты честный человек, тебе должно быть не все равно.

Мой комментарий был чрезмерно благочестивым, но он вызвал беспокойство у Идибала.

«Что еще?» — надавил я на него.

–Когда ситуация обострилась, однажды группа из нас отправилась к клеткам Сатурнино и выпустила леопарда...

«И в ответ они отравили страуса, после чего Румекс был убит. Один удар Сатурнину, другой Каллиопу… А если учесть все остальные инциденты, — продолжил я, — подозрение падает на вас, как на виновника смерти Румекса. Но настоящая проблема началась со смертью льва. Вы были причастны к тому, что случилось с Леонидом?»

-Нет.

–Каллиопос всегда говорил «да».

-Нет.

– Лучше расскажи мне, что случилось.

Буксо рассказал Каллиопу, что Сатурнин пытался одолжить льва. Каллиоп, в свою очередь, подумывал о том, чтобы подменить его у него. Нам всем было велено рано ложиться спать и не выходить из своих келий.

– Вы все наверняка смотрели! Что же именно произошло той ночью?

Идибал с улыбкой признался:

Буксо пришлось притвориться, что ничего не слышал. Подкупленный Сатурнином, он должен был оставаться в постели. Согласно легенде, Буксо и Каллиоп разделили деньги. Сатурнин, в свою очередь, послал своих людей, которые знали, где найти ключ от зверинца.

–Под шляпой Меркьюри?

Идибал поднял брови.

–Откуда ты это знаешь?

«Неважно. Те, кто пришёл забрать льва, думали, что берут Драко, дикого зверя, но в его клетке нашли Леонида. Всё пошло не так, и лев погиб. Вы проверяли это позже, когда вернули тело зверя?»

«Вовсе нет. Я услышал, как они это делают, несколько часов спустя, когда уже лежал в постели. Они меня даже разбудили. Люди Сатурнино были неуклюжи и слишком шумели. Если бы мы не знали заранее, что происходит, подняли бы тревогу. На следующий день, узнав, что лев мёртв, а эти люди поддались панике, мы поняли их неловкость. В тот момент мы все втайне посмеялись над их неловкостью, перевернулись на другой бок и снова заснули».

–Я полагаю, Сатурнино и его люди не смогли бы много отдохнуть –

Я прокомментировал.

– Каллиоп думал, что Сатурнин намеренно убил Леонида, не так ли? – спросил Идибал.

«Почти наверняка нет… Хотя, полагаю, его не слишком волновало, что всё обернётся именно так. Его больше всего беспокоило, что с ним будет, если станет известно, что он устроил частное представление. Ему нужно было сохранить это в тайне, тем более что претор был ранен. А Помпоний был тяжело ранен. Фактически, он мёртв».

– Значит, вы здесь, чтобы официально расследовать это дело?

— с тревогой спросил Идибал. Он, конечно же, понимал, что смерть бывшего претора не останется незамеченной.

«Люди, близкие к претору, обратились к императору. Они требуют компенсации. Виновному грозит серьёзный финансовый штраф». Это заставило Идибала поморщиться. «Почему Каллиоп продолжал обвинять тебя позже?» — добавил я.

«Это был заговор», — ответил он, пожав плечами.

-Как?

–Отчасти, чтобы создать впечатление, что это внутреннее дело, когда вы продолжали упорно совать свой нос в эту проблему.

Попробуйте другое оправдание... и сделайте его более удачным.

–И еще, чтобы объяснить другим, почему я позволил тете освободить меня.

–И почему вы на это согласились?

Идибал разволновался, разозлился. Либо он был выдающимся актёром, либо реакция была искренней.

– Моя тётя заплатила огромную сумму. Иначе зачем бы я согласился?

Я подал знак официанту принести нам ещё вина. Идибал согласился сделать первый глоток; было ясно, что он считал это необходимым.

Когда официант исчез, я тихо спросил:

«Почему бы тебе не сказать мне правду раз и навсегда? Что Каллиоп хотел разжечь войну с Сатурнином и попросил тебя убить Румекса».

–Да, он попросил меня об этом.

Я был удивлен, что он это узнал.

-Продолжать.

– Я отказался. Я не сумасшедший.

Я был склонен ему поверить. Если бы я согласился на это задание и убил гладиатора, Идибал даже не признался бы мне, что ему это предлагали.

–Кто-то это сделал…

-Я не.

– Тебе придется это доказать, Идибал.

«Что? Я понятия не имел о смерти Румекса, пока ты мне только что не сказал. Ты говоришь, это было накануне моего отъезда из Рима? Я пробыл в заведении весь день, пока не приехала тётя с бумагами об освобождении; я сразу же поспешил в Остию с Миррой. В спешке, — настойчиво объяснял он, — на случай, если у Каллиопа возникнут какие-нибудь возражения. До приезда тёти я занимался там обычными делами, ничем не примечательным. Другие могли меня там видеть, но все они работали на Каллиопа. Если ты сейчас начнёшь мутить воду, и мой бывший хозяин узнает, что я работал на отца, он придёт в ярость; поэтому никто из его сотрудников не предоставит мне алиби».

Его охватила паника, но, будучи умным, Идибал тут же начал разрабатывать линию защиты.

«Вы можете доказать, что это был я?» «Конечно, нет. Никто не мог меня видеть, потому что я его не убивал. Есть ли другие доказательства? Какое оружие было использовано?»

–Кинжал.

–Охотничий нож?

–Я должен сказать, что нет, правда.

–У тебя его нет?

«Когда я увидел тело, кинжал исчез». Возможно, Сатурнино сделал так, чтобы он исчез, хотя очевидной причины для этого не было.

Мы это сделали. Мы с Анакритом допросили его, и Сатурнин заверил нас, что оружие никогда не обнаружится. Мы не видели причин ему не верить. Общее мнение таково, что убийца забрал кинжал.

–Ещё доказательства? – Идибал оживился ещё больше.

-Нет.

–Тогда я свободен от подозрений.

«Нет. Вы всё ещё подозреваемый. Вы работали под прикрытием и признаёте, что сделали это с намерением создать проблемы. Вы спешно покинули Рим после убийства. Вы только что сказали мне, что Каллиоп действительно просил вас убить Румекса. Этого более чем достаточно, чтобы передать вас следственному судье».

Идибал глубоко вздохнул.

«Дело плохое», — пробормотал он. Мне понравилась его прямота. «Вы меня арестуете?»

-Еще нет.

–Я хочу поговорить с отцом.

– Я слышал, тебя ждут. Какова цель твоего визита?

–На встречу.

-С кем?

–В основном с Сатурнино.

–На какую тему?

– Просто обмен комментариями. Поболтали, и всё.

–Они делают это регулярно?

–Не очень часто.

– Сатурнино очень общительный?

–Ему нравится заключать много сделок с большим количеством людей.

–Умеет ли он поддерживать хорошие отношения со своими соперниками?

–Он способен жить с кем угодно.

–В отличие от Каллиопа?

–Точно. Каллиоп предпочитает сидеть в углу и обдумывать всё в голове.

«Если он узнает, кто ты, его мысли будут не очень-то мирными!»

–Он не должен был об этом узнать.

–Если бы вы знали, что Каллиоп придет…

–… Меня бы здесь не было.

–И что теперь?

–Когда прибудет корабль моего отца, я тайно поднимусь на борт и не позволю себя увидеть, пока мы не отплывем.

–Обратно в Сабрату?

–Вот где мы живем.

Не пытайся меня обмануть. Сколько заплатила твоя тётя, чтобы освободить тебя от рабства?

«Я не знаю сумму. Она сказала, что это очень высокая цена, и я не стал докучать ей вопросами. Я чувствовал себя ответственным».

– Почему? Это была твоя идея?

– Нет. Мы все были заодно. По изначальному плану я должен был использовать чужое имя, но в итоге предпочёл, чтобы меня подкупили по-настоящему.

И я не могу быть беглецом, потому что это сделает меня преступником на всю оставшуюся жизнь.

–Почему Каллиоп выбрал именно тебя для убийства Румекса?

«Это была своего рода взятка. Моя тётя уже пошла к нему, и Каллиоп знал, что я хочу уйти. Он сказал мне, что если я убью Румекса, то, возможно, он дарует мне свободу». Идибал выглядел несколько взволнованным. «Должен признать, даже моя тётя считала, что я должен это сделать. Это определённо сэкономило ей немало денег».

— Конечно, если тебя не поймали! Однажды ночью, когда я проверял Каллиопуса, я увидел, как вы с Миррой спорите. Это как-то связано с убийством Румекса?

-Ага.

– Итак, твоя тетя попросила тебя сделать то, чего хотел Каллиоп, а ты, по твоей версии, отказался.

Идибал пытался протестовать, но в конце концов понял, что за ним просто следят, словно за дичью. А охота была занятием, которое молодой человек хорошо знал.

– Да, я отказался, – повторил он спокойно, не теряя самообладания.

Затем очаровательная тётя Мирра, несмотря ни на что, согласилась поискать деньги и нашла их так много, что Каллиоп отпустил тебя без дальнейших церемоний. Возникли ли у тебя из-за этой ситуации проблемы с семьёй после возвращения домой?

«Нет. Моя тётя и мой отец очень хорошо к этому отнеслись. Мы дружная и счастливая семья». Идибал опустил взгляд. Внезапно ему стало неловко. «Лучше бы я вообще во всё это ввязался».

–В какой-то момент это покажется блестящим приключением.

-Это правда.

Разве вы не понимали, насколько сложным и мрачным может стать такое приключение?

–Вы снова правы.

Мальчик мне очень понравился. Я не был уверен, можно ли ему доверять, но он не казался хитрым и не изображал негодование, когда я задавал ему прямые вопросы. И он не пытался сбежать.

Конечно, побег был не в стиле Идибала. Мы решили, что он предпочитает выкуп. Несомненно, если бы я когда-нибудь нашёл основания и доказательства, чтобы привести его к мировому судье, дружная и дружная семья снова взялась бы за дело и вытащила бы его из этой новой передряги – конечно же, деньгами. У меня было жуткое чувство, что я зря трачу время, пытаясь продолжать преследовать этих людей.

Я сообщил Идибалу, что остановился в доме специального посланника, отвечающего за осмотр недвижимости. Это придало мне приветливый, официальный вид. Я одарил молодого человека долгим, строгим взглядом, а затем, как обычно, дал замечательное предупреждение не покидать город, не предупредив меня.