Каролина с Лало вошли в пустой каретный сарай. Люди ее отца забрали все средства передвижения для поиска жаждущих. Сейчас место идеально подходило для тренировок.

– Дедушка обучал меня здесь в дождливые дни. – От воспоминаний у Каролины защемило сердце. С тех пор как его не стало, она не решалась войти в каретный сарай.

– Видишь это? – Она указала на вмятину в стене. Никто бы не заметил, но Каролина о ней знала. – Мы с дедушкой занимались рукопашным боем. Я увернулась от встречного удара, а он врезал костяшками пальцев прямо в дерево.

Лало уставился на небольшую трещину.

– Он всерьез собирался причинить тебе боль?

Она задумчиво улыбнулась.

– Конечно.

Отпустив руку Лало, Каролина побежала к лежавшей на полу доске. На нее ложатся кучеры, когда чинят треснувшие оси. Со стоном подняв кусок дерева, она прислонила его противоположной стороной к балке.

На толстой доске виднелась тысяча порезов. Каролина провела пальцем по одному из них.

– Уже и не вспомню, сколько раз дедушка заставлял меня тренироваться в метании кинжалов в эту штуковину. – На ее глаза навернулись слезы. Она шмыгнула носом. – Он мучил меня.

– А теперь ты собираешься мучить меня, – сказал Лало.

С ее губ сорвался смешок. Щеки запылали. Каролине не нравилось, что ему так легко удавалось ее рассмешить и заставить улыбнуться.

С бесстрастным выражением лица она подошла к большому ящику с инструментами, в котором бабушка прятала метательные кинжалы. Каролина открыла самый вместительный отсек и вытащила фальшпол. Сверкающие лезвия подмигнули ей. Сердце заколотилось сильнее. В эту минуту она ощутила присутствие дедушки, который с присущей ему гордой ухмылкой наблюдал за происходящим.

– Я скучала по тебе, – прошептала Каролина, взяв в руки кинжалы.

Обернувшись, она поймала на себе взгляд Лало.

– Начнем? – спросила она, подбросив клинок в воздух и с легкостью поймав его.

Лало скинул плащ, стянул перчатки и закатал рукава. Каролину бросило в жар при воспоминании о той ночи, когда его подстрелили на дуэли. Они с Неной и Фернандой раздели его, чтобы избавиться от улик. Каролина изо всех сил старалась не смотреть тогда на его тело. Заставляла себя не разглядывать мускулы, его стройную фигуру, но ничего не могла с собой поделать. Как не могла удержаться от желания увидеть их снова.

Она сделала глубокий вдох и выдохнула.

– Прежде всего, – начала Каролина. – Нам следует убедиться, что поблизости никого нет. Мы же не хотим случайно кого-нибудь зарезать.

– Поблизости никого нет, – просто ответил Лало.

– Откуда ты знаешь?

Он указал на себя.

– Перед тобой вампир, если ты не забыла.

– Как глупо с моей стороны об этом забыть. – Она шагнула к нему. – Теперь, когда мы знаем, что все в порядке, давай сосредоточимся на твоей стойке. Ты пишешь правой или левой рукой?

– Правой.

– Хорошо. Значит, опорной ногой будет левая.

Лало передвинул ногу вперед. Но его тело было слишком напряжено. Как и руки.

– Расслабься, – посоветовала Каролина.

– Уже расслабился.

Улыбнувшись, она положила руки ему на плечи. Лало приоткрыл рот. Прежде чем он успел что-либо сказать, она с силой встряхнула его.

– Что за…

Каролина рассмеялась.

– Я пытаюсь тебя размять. – Она обхватила его за талию и покачала из стороны в сторону. – Ты вообще не гнешься, как доска с мишенью. – Она покачивала его, пока Лало тоже не улыбнулся. И, звезды, как же эта улыбка завораживала.

– Думаю, теперь я вполне расслаблен, – сказал он.

Каролина с надменным видом вложила ему в ладонь первый кинжал. Эти клинки были выкованы из стали, а не из обсидиана, так что он мог орудовать ими без опасений.

– Брось его в центр доски.

Лало вздохнул.

– Я создан не для сражений, а для любви.

Каролина усмехнулась.

– Это худшая строчка, которую когда-либо писал Пио Парра.

Он приподнял брови.

– Ты так думаешь?

– Я это знаю. Любить – значит бороться. Ты должен сражаться за любовь каждый день. Не согласен?

Лало поджал губы.

– Полагаю, ты права.

Она приложила ладонь к уху.

– Повтори-ка.

Он фыркнул.

– Не думаю, что твое самомнение нуждается в поощрении.

Подняв клинок, Лало метнул его в доску. Кинжал ударился о дерево и отскочил в грязь.

– Уже вижу твою проблему. – Каролина вложила ему в руку еще один кинжал. Когда Лало взял его, она обхватила пальцами его запястье и прижалась к нему всем телом. – Примерно здесь… – Она подняла его руку до уровня глаз. – Отпускай клинок. Не дергай запястьем. Просто раскрой руку и позволь кинжалу сделать все остальное.

– Звучит довольно просто.

– На самом деле нет. Но если потренируешься еще миллион раз, то, возможно, попадешь в цель.

Лало ухмыльнулся.

– Не уверен, что у нас есть столько времени.

– Возможно, нет. Но в тебе заключена скорость и сила бога. Несомненно, они дают некоторое преимущество. Сосредоточься на ощущениях тела. Используй свои неестественные инстинкты. – Каролина отпустила Лало и отступила. – Попробуй.

Он сделал так, как она ему велела: позволил себе подчиниться силе, которую пытался сдерживать. Лало выпустил кинжал. Клинок вонзился в самый верх доски. До центра далековато, но, по крайней мере, он попал в дерево.

Каролина похлопала в ладоши.

– Молодец! Теперь попробуй еще раз.

– Каролина! – крикнул издалека один из близнецов.

– Каролина, ты должна помочь нам с украшением! – добавил другой.

Она вздохнула.

– Мне нужно идти. – Она похлопала Лало по руке. – Продолжай тренироваться. Я скажу маме, чтобы не ждала тебя к обеду, потому что ты плохо себя чувствуешь. И вернусь, как только смогу. Нам нужно многое обсудить перед сегодняшним праздником.

Он ошеломленно кивнул, а затем вздрогнул.

– Что?

Из дневника сеньоры Льянос

(городской сплетницы)

Фуэнтесы – набожные и честные люди. Любая мать была бы рада видеть, как ее ребенок становится частью их семьи. Ведь и моя дорогая племянница со дня на день ждет предложения руки и сердца от Руфино. Они будут невероятно красивой парой.

Но однажды я сказала своему Начо: «Начо, даже у самых благополучных семей есть секреты, которые они хотели бы сохранить в тайне».