Его руки были теплыми, несмотря на дождь, и, несмотря на то что меня переполняли эмоции, мне все равно было приятно прикасаться к нему. Его пальцы переплелись с моими, и я закрыла глаза от этого ощущения.

– Почему я не могу убить тебя? – Мои слова прозвучали отчаянно, дико, в них не было и следа той злобы, которую я чувствовала до этого. Хотя в моих жилах все еще текла сила джинна, она казалась какой-то приглушенной.

– По той же причине, по которой я не мог нормально спать весь прошлый год. Потому что, когда я засыпаю, я всегда вижу тебя. Когда я дерусь, у меня в голове звучит твой голос. Мы – часть друг друга. Дани, я не могу просить прощения за то, что сделал. Я должен был бороться за тебя. Я должен был поставить тебя выше своей жажды мести. – Он сглотнул и закрыл глаза. – Я думал, что смогу сделать больше, чтобы помочь тебе. И да, я хотел отнять власть у Вахида. Я хотел, чтобы он узнал, каково это – быть бессильным. Но я не должен был ради этого жертвовать тобой.

Он был так близко, что я почти ощущала вкус капель дождя на его губах, но мои мысли и чувства по-прежнему были в раздрае. Кем я была без своей мести? Должно быть, я произнесла эти слова вслух, потому что в глазах Мазина вспыхнул огонь и он посмотрел на меня так, словно впервые за год по-настоящему увидел мое лицо.

– Ты – Дания.

– Но ведь это не так. Я больше не знаю, кто я. Возможно, даже не человек. – Я сжала пальцы, направляя этот импульс силы под кожу.

Я подумала о том, что сделала со всеми солдатами, которые встали на моем пути по приказу императора. О тюремных стражниках, которых убила. И внезапно я почувствовала… усталость.

Перед моим мысленным взором предстало умоляющее лицо Нур. А затем Анам, которая все еще понятия не имела, кто я на самом деле, но которая доверяла мне, даже когда у меня было другое лицо. И я подумала о своей Нану, которая все еще ждала в нашей деревне. Если я остановлюсь сейчас, возможно, мне не придется разрушать все.

По моим венам разлилось жгучее жжение, как будто магия внутри меня знала о том, что я принимаю сложное решение. Если я откажусь от этой силы, джинн все еще будет претендовать на свою часть сделки?

Даже если я подписала себе приговор, согласившись на эту сделку, я знала, что пропаду, если позволю ей прожечь меня насквозь. Это было похоже на смесь зораата, которую я употребляла, только усиленную в тысячу раз. И я по-прежнему испытывала ту же темную ярость, которая скрывалась под поверхностью, угрожая выплеснуться наружу. Когда это я позволяла чему-то другому управлять собой?

Я повернулась к Мазу:

– Где Анам?

– Она в безопасности, я отослал ее из-за участившихся протестов в Басрале. И я не знал, что ты планировала сделать.

– Я бы никогда не причинила вреда Анам, – произнесла я, зная, что это было правдой, когда я еще могла контролировать себя. Как я могла знать наверняка с силой джинна? Была ли я по-прежнему собой?

– Я боялся, что ты разнесешь все до основания, чтобы добраться до меня. – Маз взорвался смехом, а затем неловко улыбнулся, как будто не мог до конца доверять этому перемирию между нами.

Как и я.

– Я почти сделала это, – выдохнула я.

Я не знала, простила ли я Маза, но мне больше не хотелось его убить, и это уже кое-что.

– Вахид ждет, что я приду за ним, – медленно произнесла я, подбирая слова. – И я… – Я поперхнулась следующими словами и встретилась взглядом с Мазином. Должно быть, я выдала свою панику, потому что его глаза расширились. – Я заключила сделку с джинном, – наконец выдавила я.

Я почувствовала, как Маз глубоко вздохнул, как на его лице отразился шок. Я не могла остановиться теперь, иначе больше никогда не произнесла бы ни слова.

– Я заключила с ним сделку, чтобы использовать его силу для уничтожения тебя и Вахида. И он ожидает, что я выполню эту сделку. – Я не могла заставить себя сказать, что со мной будет, когда я это сделаю.

Я медленно выдохнула. Затем одной рукой подняла с земли свой тальвар и встала, протягивая другую руку Мазу. Его брови взмыли вверх. Я вздернула подбородок, чтобы скрыть улыбку, но у меня чуть земля не ушла из-под ног, когда он взял меня за руку своей мозолистой рукой. Я помогла ему подняться, и мгновение мы просто смотрели друг на друга.

– И что ты собираешься делать? – тихо спросил он, опуская взгляд на мои губы.

Я сглотнула, затем печально улыбнулась ему, погружаясь в это знакомое и в то же время новое чувство, возникшее между нами:

– Ну, я никогда не действовала в соответствии с ожиданиями мужчин.