По способу профессора, фамилию которого Шурко забыл, все токари в цехе стали затачивать резцы, и спустя несколько дней Важенин уже снова сравнялся с Шурко.

Однако нововведение Шурко задело самолюбие Важенина. Два-три процента — это что!.. Вот сразу лишняя дневная норма — совсем другое дело!

Виктор зачастил в библиотеку, несколько вечеров провел в заводском читальном зале, просматривая книги и журналы. Страстное желание придумать что-то такое, что позволило бы увеличить выработку деталей, занимало все его мысли, нарушало сон. Виктор ходил задумчивый, с глубокой складкой, залегшей между сдвинутыми бровями.

Поиски не прошли бесплодно. Помогла и собственная смекалка. Складка между бровями расправилась. Придя утром на работу, Виктор хитро подмигнул Шурко и стал приспосабливать рядом с проходным резцом фасонный.

Совмещение двух операций дало значительную экономию времени. Правда, на тумбочке Важенина не появилось нового флажка, но Шурко все-таки остался далеко позади. На доске соревнования против фамилии Виктора появилась крупная цифра «240», выведенная размашистой рукой Фроси.

Теперь Шурко в свою очередь крепко жал руку Важенина, поздравляя с успехом.

Чуть ли не ежедневно они переписывали свои социалистические обязательства, и обычно нетерпеливая Фрося терпеливо возвращала им вчерашние бумажки с масляными отпечатками пальцев.

— Ой, дюже гарно! — пела она, подавая им чистые листки бумаги. — Жмите, хлопцы. Силенка есть в запасе, по глазам вижу. А за вами и все комсомольцы подтянутся.

И они «нажимали», получая от станка все возможное.

Однако подняться выше двухсот пятидесяти им не удалось. Многое, что повышало выработку, было придумано раньше, а мелкие усовершенствования давали всего лишь один-два процента выигрыша.

Однажды в библиотеке к Виктору подсел старший технолог цеха.

— Ищешь? — спросил он.

— Ищу, — ответил Виктор. — Только без толку.

— Отчего же без толку? Толк будет. Раз хочешь, так и найдешь. Но я тебя вот о чем хочу спросить: ты к работе других токарей присматривался? Тех, которые уже свою пятилетку выполнили?

— Да что ж, смотрел, конечно…

— Плохо смотрел. Не теми глазами. Хорошо вы с Шурко работаете, но не научились ценить один очень важный фактор.

— Какой же?

— Время.

— У нас каждая минута на учете.

— Вот. — Старший технолог поднял палец. — Минуты. А нам теперь уже дороги секунды. Понял? А может быть, даже доли их. Пересмотри свои движения. Нельзя ли отбросить что-нибудь лишнее? Наблюдай за другими.

Старший технолог был прав. Виктор понял его с полуслова. Экономия секунд… В рабочей смене их тысячи. Экономить время это значит избавиться от бесполезной непроизводительной затраты энергии.