Линь Ян и Цзэ Сюлань очень быстро обжились в доме дядюшки Гао. Чтобы не ютиться втроем в маленькой спальне с единственной кроватью-скамейкой, Линь Ян с некоторыми другими жителями сделал небольшую пристройку. Комнатка тоже была небольшая, но места хватило на две кровати, низкий столик и полки для различных вещей, которые Линь Ян забрал из дома Хао Цзы.

Хао Цзы и Ю Сяолэй были удивлены внезапному уходу, но Линь Ян им соврал, что они уже давно это планировали. Те понимающе кивали, явно жалея, что Линь Ян уходит, ведь он был очень полезен: съедал мало, а приносил много. Но новость о том, что Цзэ Сюлань ушел, была определенно хорошей, и радость от нее перекрывала сожаление.

Цзэ Сюлань в доме Гао Гэньюя нашел себе еще одно занятие. Линь Ян помог ему соорудить четыре стены с крышей, но без пола. Стены были деревянными, но все щели Цзэ Сюлань велел залепить глиной. Только после того, как земля перекопалась в грядки, Линь Ян понял, что этот хозяин Туманного склона делает. Он нацепил согревающих талисманов на стены, а под потолком повесил талисманы, сияющие словно солнце. Теперь это чем-то напоминало теплицу. Землю Цзэ Сюлань подпитывал ци через день, как и все, что выращивал. Добыть семян для Линь Яна не было проблемой, а еще в мешочке Цзэ Сюланя завалялись тыквенные семечки, поэтому вскоре из напитанной светлой ци земли показались первые ростки. Они, питаясь энергией заклинателя, росли быстро и резво и были такими же зелеными, как если бы выросли на самых лучших почвах, освещаемых солнцем и орошаемых дождями.

Когда появились первые цветки, Цзэ Сюлань сделал из веточки и тонкой пряди своих волос малюсенькие кисточки, впихнул их в руки Линь Яна и дядюшки Гао и велел им переносить пыльцу с одного цветка на другой. Занятие казалось бесполезным, но Цзэ Сюлань бы не стал давать им глупые задания, чтобы посмеяться, правда? К тому же он так увлекся своим «огородиком», что проводил возле него почти весь день. Вскоре после опыления часть цветков опала, а под ними завязались маленькие будущие тыковки. Цзэ Сюлань постарался, чтобы они росли как можно быстрее, и уже через несколько дней в их небольшой теплице лежало несколько крупных красивых тыкв.

В деревушке нашлось много желающих, что захотели обменять другие продукты на тыкву, которую не ели уже боги знают сколько времени. Цзэ Сюлань с радостью соглашался, очень довольный собой и проделанной работой. Когда первый урожай еще не был съеден, дядюшка Гао, что безумно полюбил ковыряться в грязи и возиться с растениями, высадил новые семена. Цзэ Сюлань точно так же подпитал их ци, но уже утратил весь интерес, и забота об огородике перешла полностью в руки Гао Гэньюя. Линь Ян иногда захаживал поливать и подпитывать ци растения, а Цзэ Сюлань вообще рукой махнул на «огородик», как на наскучившую игрушку.

Линь Ян не знал, смеяться ему или плакать. Цзэ Сюлань был очень умным и сообразительным человеком, который любил экспериментировать и создавать что-то новое. И порой это «новое» было очень полезным. Но так же быстро, как он загорался новой идеей, хозяин Туманного склона и остывал. Стоило довести дело до конца, и он больше не желал им заниматься. Так было с настойками и отварами, так случилось и с огородом.

Показав всем, что он способен вырастить даже в этом месте прекрасные овощи, Цзэ Сюлань решил устроить себе отпуск и совсем обленился. Он ничего не делал целыми днями и иногда мог проваляться в постели до самого вечера. Линь Ян, как съехал от Хао Цзы, практически перестал уходить куда-то за пропитанием и целые дни проводил с Цзэ Сюланем, читая ему вслух. Кроме книги о ядах Цзэ Сюланя, им удалось выменять у людей из деревушки еще несколько книг, которые те так или иначе принесли с собой в пространство. Сейчас они стали бесполезными вещами, поэтому жители с радостью выменяли их на тыковки и грибы, что Цзэ Сюлань со временем тоже велел растить.

В основном книги были глупыми любовными романами, но Цзэ Сюлань испытал чувство глубокой ностальгии, слушая про дам в беде, к которым на помощь всегда приходят заклинатели на белых… мечах. Среди книг даже оказался увесистый томик многочастного сочинения под названием «Любовные подвиги сильнейшего из мира заклинателей: великий мастер меча Линь Ян и Царица Ночи». Линь Ян наотрез отказался его читать, а Цзэ Сюлань еще пару дней хохотал, постоянно припоминая ему полет чьей-то фантазии. Линь Ян был известным мастером, героем многих легенд и мечтой каждой девушки, понятное дело, что на его личности некоторые писаки захотят подзаработать, но почему-то это все равно очень позабавило. Цзэ Сюлань решил, что должен будет взглянуть на серию этих сочинений, а также обязательно рассказать Чэнь Хуан, что фанфики пишут даже в ее новелле.

Был примерно полдень, когда Гао Гэньюй выменивал три хорошенькие тыковки на пару стаканов муки. Обмен был не то чтобы равноценным, но ему было не жаль своих трудов. Все люди в деревушке были бедны и голодны, а они втроем все равно столько не съедят.

Цзэ Сюлань крутился рядом с ним, потому что Линь Ян сегодня ушел помогать Ма Чжуну латать крышу, которую прошлой ночью сорвал ветер. Раньше хозяин Туманного склона был бы рад посидеть в одиночестве, но сейчас, с невидящими глазами, он не мог ничем себя развлечь.

Гао Гэньюй как раз передавал тыквы в руки Чэн Шуан, жене Чэнь Луана, когда к их теплице прилетел взволнованный Хао Цзы.

Его сердце грохотало так сильно, что, казалось, способно пробить ребра. Он летел без передышки со всех ног, дыхание сбилось, легкие горели, как и раскрасневшееся лицо. Хао Цзы казалось, что он сейчас умрет прямо здесь. Его зрение стало слегка расплывчатым, а голова немного кружилась от недостатка воздуха. Он пытался сделать вдох, но не мог заглотнуть воздуха столько, сколько ему хотелось. Понадобилось некоторое время, чтобы он пришел в себя и смог хотя бы говорить.

Гао Гэньюй принес ему чашку воды, а Чэн Шуан, хоть и получила уже свои тыквы, все равно стояла и ждала, как же дальше будет разворачиваться эта ситуация.

– Лю Цзюнь, пожалуйста, ты должен взглянуть на Сяолэй! – напившись, прохрипел Хао Цзы, подползая поближе к хозяину Туманного склона.

Цзэ Сюланю захотелось рассмеяться с его «взглянуть», но он сдержался. Он не спросил никаких подробностей, и Хао Цзы сам продолжил рассказ:

– С Сяолэй с самого утра что-то странное. То ли простыла, то ли что похуже. Ее то в жар бросает, то озноб бьет. С утра еще нормально более-менее было, а потом она даже стоять на ногах перестала, говорит, голова кружится и сил нет.

– Сначала из дома выставили, а теперь за помощью прибежал? – вставила свое слово Чэн Шуан. Она была неплохой девушкой, но с Ю Сяолэй у них давняя вражда, поэтому она не смогла удержаться от едкого комментария.

– Никто никого не выгонял! – рыкнул Хао Цзы. – Они сами ушли. Так что? Ты взглянешь? Если ты не поможешь, то она точно умрет.

– Ушли, потому что вы довели, – фыркнула Чэн Шуан.

– Да что ты ерунду мелешь-то?

– Так люди говорят. Да и разве твоя Сяолэй не побежала на следующий день, как Лю Цзюнь ушел, кричать на всю округу от радости?

– Язык у тебя без костей. – Хао Цзы опасливо глянул в сторону заклинателя, но лицо того оставалось нечитаемым и безразличным.

– Да ладно, хватит вам собачиться, – заворчал Гао Гэньюй. – Поберегите свою честь.

– Да это она чепуху мелет. Люди ей говорят. Люди говорят, что ты каждую ночь не с мужем ночуешь, а ходишь по домам, а утром с какой-нибудь едой возвращаешься.

– Рот закрой. Что-то я раньше такого не слышала, – покраснев от возмущения, девушка развернулась и ушла.

– Ю Сяолэй действительно так плоха? – спросил дядюшка Гао.

– Ее состояние очень быстро ухудшается, ей нужна помощь как можно скорее. Лю Цзюнь, пошли.

Цзэ Сюлань все еще молчал, обдумывая, стоит ему идти или махнуть на них рукой и просто впихнуть какую настойку.

– Лю Цзюнь?

– Ладно, – согласился хозяин Туманного склона, забирая свою трость из рук дядюшки Гао. – Пошли.

Цзэ Сюлань не был из тех, кто легко прощает обиды, поэтому решил, что сможет хоть немного поразвлечься. Безусловно, это было неправильно, но никто не просил этих людей так явно переходить ему дорогу. К тому же Цзэ Сюлань никогда не считал себя хорошим человеком. А раз его руки не связаны, то разве он не имеет права немного повеселиться?

Цзэ Сюлань и Хао Цзы быстро добрались до их маленького домика и зашли внутрь. Ю Сяолэй лежала в их спальне на кровати. Ее лицо совсем побелело и стало настолько пугающим, что Хао Цзы отшатнулся. Губы и ногти посинели, словно она уже несколько дней находилась на грани жизни и смерти. Ю Сяолэй не могла говорить в голос, только сипеть.

– Лю Цзюнь… – Ю Сяолэй с трудом разлепила красные глаза. Капилляры в ее глазах полопались, и белки стали красными, а взгляд ошалевшим. – Ты…

– Ты ведь сможешь ее вылечить? – закончил за нее фразу Хао Цзы.

– Мне для начала нужно проверить ее пульс и течение жизненной энергии. Принеси стул.

– Да-да, сейчас.

Хао Цзы быстро сбегал на кухню за стулом и поставил возле кровати, чтобы Цзэ Сюлань мог скорее осмотреть его жену. Только хозяин Туманного склона не сильно торопился. Он аккуратно опер свою трость о стену и только потом неторопливо присел.

Цзэ Сюлань протянул руку, но Ю Сяолэй была сейчас настолько слаба, что не могла вложить свою ладонь в чужую. Хао Цзы пришлось сделать это за нее. Цзэ Сюлань положил пальцы на запястье и замер. Чем дольше он слушал, тем сильнее хмурились его черные брови. Он всегда считал просто отвратительным определять заболевания только по пульсу, но сейчас все было куда интереснее.

Ее симптомы подходили для такого обширного количества заболеваний, что Цзэ Сюлань не знал, на чем остановиться. Он предполагал и сердечно-сосудистые заболевания, и гипоксию, и гипогликемию. Все оказалось проще. Ее пульс был неровным и переменной силы. Один сильный удар и три еле различимых, словно ее сердце работало нормально раз через четыре. Что было куда интереснее, это ее жизненная энергия. Ю Сяолэй в прошлом была заклинательницей. Так как ее силы изначально были незначительны, попав сюда, женщина практически полностью лишилась их, но сформированное золотое ядро все еще немного сияло внутри. И поэтому было очень удивительно чувствовать на нем трещины темной энергии.

– Я могу успокоить вас кое в чем, – убрал руку с пульса Цзэ Сюлань. Он отряхнул руки, словно трогал что-то противное и грязное. Справедливости ради, рука Ю Сяолэй сейчас была действительно ужасна на ощупь: мокрая, скользкая, покрытая испариной и источающая странный неприятный запах, совсем не похожий на пот. – Она не заразна.

– Она не больна?

– Я не знаю, насколько это можно назвать болезнью.

– Может, она просто снова понесла? – Хао Цзы был не силен в медицине. Если быть честными, он вообще в ней не разбирался, но он слышал, что женщины могут терять сознание и чувствовать слабость. Так, может…

Цзэ Сюлань тут же разрушил его надежды:

– Определенно нет. Только если демоненка.

– Да что ты такое несешь?! – вскипел Хао Цзы, но вовремя взял себя в руки. Все-таки сейчас никто не может им помочь, кроме этого человека. Но Цзэ Сюлань так бесил, что будь его воля, Хао Цзы избил бы его до потери сознания. А может, и до смерти. Сжав кулаки от злости, он отвернулся, потому что смотреть на спокойную полуулыбку заклинателя было невыносимо. Особенно когда его жена страдает!

– Ю Сяолэй, – обратился Цзэ Сюлань к женщине. Та открыла глаза, глядя прямо на красивое лицо, и шумно сглотнула. – Как темная энергия оказалась внутри тебя?

Ю Сяолэй на какое-то время замерла, широко распахнув глаза, а потом сипло прохрипела:

– Темная энергия?.. Но как? Почему?.. Я не знаю.

– У меня есть одно предположение, но я бы хотел, чтобы госпожа Ю сама все рассказала.

Цзэ Сюлань впервые обратился к ней настолько вежливо, но его тон был до того угрожающе острым, хоть кожу с плоти им срезай. Мужчина не смотрел никуда конкретно, но Ю Сяолэй казалось, что он прожигает в ней дыру. Хотелось сбежать подальше, однако у нее не было сил даже пошевелиться. Женщина ничего не ответила.

– Что ж, Хао Цзы, в вашей деревне когда-нибудь были случаи обращения?

– Обращения? – не понял тот.

– Да, обращения, – повторил Цзэ Сюлань. – Кто-нибудь превращался в этих ваших живых мертвецов?

– Разумеется, – заторможенно ответил ему Хао Цзы, не совсем понимая, к чему тот клонит.

– Ты видел, как именно они обращаются?

– На что ты намекаешь?! – Мужчина возмутился. – Ю Сяолэй не кусали. Она не выходила из дома ночью!

– Я не спорю. Но, Ю Сяолэй, открой рот. Дай нам посмотреть.

Женщина испуганно сглотнула и посмотрела на мужа.

– Ну? Чего ты ждешь? Открывай.

Она послушно разжала челюсти. Цзэ Сюлань не видел, и для него было весьма проблематично ощупать зубы при помощи ци, поэтому он просто протянул руки и сунул пальцы женщине в рот. Ю Сяолэй замычала, но заклинатель аккуратно провел пальцами по ее зубам, а потом оттянул губы. Хао Цзы увидел, что четыре клыка заметно удлинились и слегка заострились, и сердце его оборвалось.

– Что?..

– Ю Сяолэй, ты и дальше будешь говорить, что ничего не было? – Цзэ Сюлань убрал пальцы из ее рта и вытер их о тряпку, что служила одеялом.

– Почему ты не сказала, что заражена? – Хао Цзы пребывал в растерянности, а на его лбу выступил пот. – Я… Да я…

– Что ты? – набравшись сил, просипела женщина. – Что? Отдал бы меня всем на растерзание? Чтобы меня закрыли в клетке, как Сюй Юн, забросали камнями да закололи палками?! Я хотела умереть как человек.

Хао Цзы начинал злиться:

– Где ты вообще нашла живого мертвеца? Зачем ты вообще вышла на улицу ночью?

– Я не выходила! Я была в лесу.

Цзэ Сюлань внимательно слушал разворачивающуюся сцену и жалел о том, что не может видеть происходящее.

– Что ты там делала?

– Я же принесла вчера грибов. За ними и ходила. Линь Ян же и Лю Цзюнь часто их приносили оттуда. Я и решила, что почему я не могу. Я пошла. Но забрела в какое-то странное место. Там была слишком сильная темная энергетика. И слишком много ходячих мертвецов. Они словно повылазили из-под земли или свалились с неба! Это было до того страшно…

– Что было потом? – спросил Цзэ Сюлань. Его весьма заинтересовал рассказ Ю Сяолэй. Место с очень тяжелой энергетикой… Они с Линь Яном не раз ходили по лесам, но не натыкались на него. Или же они недостаточно глубоко зашли?

– Я побежала. Я бежала быстро, у них не было шанса меня догнать. Но тут передо мной появился еще один мертвец. Он вырос словно из-под земли. Я рванула в сторону, но он, кажется, успел меня схватить. Так, немного, рукой. Я не знаю… Дома я нашла на себе много царапин от ветвей деревьев. Я и не думала, что одна из этих царапин принадлежит этим чудищам!

Губы Ю Сяолэй дрожали от страха, как и посеревшие руки. Хао Цзы тоже выглядел неважно. Краски сошли с его лица, и он напоминал оболочку, из которой высосали всю жизнь.

– Где царапина?

– На плече… – прохрипела женщина. – Она никак не давала о себе знать ночью, но утром у меня начало болеть плечо, потом жечь. Сейчас до него невозможно дотронуться. Хао Цзы, я не сказала тебе, потому что хочу хотя бы умереть как человек, а не как собака!

– С чего ты взяла, что я бы вообще тебя отправил в клетку? – Сердце Хао Цзы стучало как бешеное. В нем крепко переплелись страх и любовь, и эти два чувства раздирали его изнутри.

– А разве нет?

– Как добраться до того места с темной энергетикой? – только Цзэ Сюлань оставался спокойным и безразличным.

Ю Сяолэй тихо просипела:

– Нужно стать спиной ко входу в деревушку и пойти к тому лесу, что слева. А потом просто зайти в лес у поваленного дерева и идти прямо все время.

– Лю Цзюнь, да что с тобой?! Она тратит последние силы, чтобы рассказать тебе об этой ерунде?

– Хватит кричать. Голова уже болит. – Цзэ Сюлань встал с места и прошелся по комнате. Его шаги, несмотря на тяжесть сапог, были совсем беззвучными и спокойными. – У меня есть противоядие. Если втереть этот порошок в рану, то яд мертвецов, что находится на их зубах и когтях, нейтрализуется, и человек будет жить.

Цзэ Сюлань вытащил из своего рукава небольшую склянку с белой пылью. Она была мелкая, словно мука, светлая с коричневым отливом. Две пары жадных глаз уставились на предмет в руках заклинателя.

– Но я его вам не дам.

Хао Цзы облокотился о стену, так как ему было сложно устоять на ногах. В одно мгновение его вознесли до небес, а потом со всей силы швырнули на землю. Он бросил на Цзэ Сюланя взгляд, полный жгучей ненависти, и сжал кулаки.

– Лю Цзюнь, да что ты такое? – прошипела Ю Сяолэй. Она пыталась говорить как можно громче, и ее голос скрежетал, словно кто-то трет два металла. – Я умираю. Разве ты не должен спасать жизни?! Если ты можешь помочь, то почему ты сейчас стоишь и смотришь, как я умираю?! Ты ведешь себя как убийца, а не целитель! Мы приютили тебя, а ты вот так платишь за добро?

– Вы не были рады видеть меня в своем доме, так почему сейчас ты преподносишь это как величайшую милость? Мне было где жить с самого начала.

– Да, мы были не особо дружелюбны, но нас можно понять. Мы в любом случае никогда не обделяли тебя и не прогоняли!

Пока Ю Сяолэй болтала, Хао Цзы стремительно оттолкнулся от стены и набросился на стоящего рядом Цзэ Сюланя. Он повалил его на пол, вырывая из рук склянку с белым порошком. Когда противоядие было у него, Хао Цзы быстро подскочил и подбежал к жене. Цзэ Сюлань легко мог остановить такую детскую атаку, но не стал даже сопротивляться. Не теряя терпения, он поднялся на ноги, отрясая свои одежды от пыли.

– Я помню все ваши заслуги, – проговорил Цзэ Сюлань. – И после вашего жирного намека, что мне пора уйти, вы думаете, что я действительно принес вам противоядие, а не яд?

Хао Цзы и Ю Сяолэй растерянно переглянулись и уставились на баночку с белым порошком.

– Знаете, я недавно увлекся токсикологией, и, оказывается, в нашем мире есть столько удивительных ядов! Например, вы знали, что если поймать речного охотника – это такой мохнатый синий паук размером с кулак, что умеет нырять и питается мальками, – вспороть ему брюшко и вытянуть нити, то можно сделать один из сильнейших ядов? – Цзэ Сюлань подошел ближе. – Сами нити этого паука не ядовиты, но сделаны из такого вещества, что при некоторых манипуляциях становится сильнейшим ядом. Нужно всего лишь смешать их с еще двумя ингредиентами и плотно закупорить. Спустя неделю нити превратятся в порошок.

– У тебя нет здесь пауков. Хватит нести чушь!

– У тебя тоже здесь не было фруктовых косточек, – парировал Цзэ Сюлань. – Я просто пронес яд с собой. А знаешь, чем уникален этот яд? Он способен пропитывать ткань, проникать через поры кожи и блокировать все жизненно важные процессы клеток. Он настолько силен, что хватит вдохнуть его пары – и ты уже не жилец. При попадании на кожу и слизистые он вызывает некроз клеток. Ты просто сгниешь заживо раньше, чем успеешь выпить кувшин вина.

– Да ты чудовище!

– Ну почему же? Я ведь мог выполнить свой долг лекаря и принести настоящее противоядие.

Хао Цзы совсем запутался. Он не знал, чему ему верить и как поступить:

– И зачем ты мне все это говоришь?!

Цзэ Сюлань тихо рассмеялся, и от его смеха кровь застыла в жилах. Он ничуть не был тронут. Ю Сяолэй и Хао Цзы поняли, что их жизни для этого проклятого заклинателя ничего не значили. Он пришел, лишь чтобы поиграть с ними и поглумиться!

– Ты можешь рискнуть собой и спасти ее или умереть вместе, а можешь не рисковать своей жизнью и оставить все как есть, – вновь заговорил Цзэ Сюлань. Он прошел мимо кровати Ю Сяолэй и взял свою трость. Не желая больше задерживаться, он направился к выходу. – Я могу выполнить свой долг как лекаря и спасти ее. А могу припомнить обиды, как человек, и убить вас обоих. Решай сам, в какую сторону моего сердца ты поверишь. Как думаешь, что я тебе дал: смертельный яд или спасение для твоей жены?

Скрывшись за дверью, он столкнулся с Линь Яном. Цзэ Сюлань уже какое-то время ощущал его энергию поблизости, но не обратил на него никакого внимания, просто прошел мимо и вышел на улицу. Линь Ян вышел следом.

– Я что, для тебя пустое место? – возмутился Линь Ян. – Я вообще-то за тобой пришел.

– Ох, извини, не увидел, – раскаяния в словах хозяина Туманного склона не слышалось. Цзэ Сюлань шагал весьма быстро, чтобы поскорее выйти за пределы деревушки, и только когда последний дом оказался позади, он замедлил шаг.

– Ю Сяолэй обращена? Что ты им наговорил такого? – Линь Яну удалось подсмотреть в щель окна только концовку разговора, но он был поражен словами Цзэ Сюланя. Хоть тот и был весьма спокоен и сдержан, но Линь Ян за такое время уже научился немного понимать этого человека, поэтому явно чувствовал, как тот был взвинчен и зол. Все его тело было до сих пор напряженно.

– Разве ты не стоял там достаточно долго для того, чтобы все понять?

– Ты действительно дал им яд?

Цзэ Сюлань рассмеялся. Его плечи наконец-то расслабились. Негативные эмоции окончательно его отпустили, и он шумно вздохнул:

– Лао Линь, я никогда в своей жизни не видел речного охотника. Откуда у меня будет его яд? Я дал им противоядие.

– Тогда зачем ты устроил эту комедию? – не понял Линь Ян.

– Разочарован?

– Скорее напуган.

– Не волнуйся, в мои планы не входит убивать старейшину ордена, в котором я живу.

Линь Ян ничего на это не сказал. Он был напуган вовсе не действиями Цзэ Сюланя. Он был напуган тем, с каким восхищением его сердце отзывалось на столь злодейские действия этого человека. Линь Ян, может, и не был праведным человеком, но уж точно никогда не считал себя плохим. Но Цзэ Сюлань… Он выглядел действительно ослепительно, когда проворачивал какую-нибудь подлость.

Они шли молча, пока Цзэ Сюлань вновь не заговорил:

– Я и так был слишком мягким. Всего лишь устроил им проверку чувств на прочность. Я, возможно, помог бы им молча, если бы они не трогали меня.

– Они все же тебе что-то сделали?

– Они пытались меня отравить.

Линь Яну приходилось идти чуть впереди и постоянно смотреть на лицо Цзэ Сюланя, чтобы не упустить ни одного слова, но тут он остановился и отстал. Цзэ Сюлань тоже остановился, услышав, что шаги рядом пропали, и повернулся лицом к Линь Яну.

– Почему ты не сказал мне?

– А зачем? Разве это что-то меняет?

– Просто, – Линь Ян замялся на секунду, а потом тише добавил: – Я бы хотел знать, когда тебе угрожает опасность.

– Ладно, – пожал плечами Цзэ Сюлань, и Линь Ян не совсем понял, что значит его это «ладно».

– Ладно?

– Я расскажу тебе в следующий раз.

Какое-то время Линь Ян просто стоял, не веря, что тот так просто согласился.

– Серьезно расскажешь?

Цзэ Сюлань не ответил, а развернулся и пошел вперед.

– Цзэ Сюлань! – Но он не обернулся, продолжая идти. Линь Яну пришлось немного пробежаться, чтобы нагнать этого заклинателя. Уже почти стемнело, и следовало торопиться в дом, пока ночные твари не выползли из своих убежищ.

– Линь Ян, – позвал его хозяин Туманного склона, когда до дома осталось всего ничего. – Зомби укусили Ю Сяолэй в каком-то странном месте в лесу. Она говорит, что зомби там было много, а еще там был эпицентр темной энергетики.

– Ты хочешь сходить? – Цзэ Сюлань кивнул. – Значит, завтра сходим.

На следующее утро каждый житель пространства знал, что Ю Сяолэй была выставлена на улицу посреди ночи и превратилась в ходячего мертвеца.